- -
- 100%
- +
Миссия роботов заключалась не только в том, чтобы доставить Анатолия к цели. Сейчас большие металлические пауки заняли наблюдательные позиции вокруг фермы и внимательно обозревали как подходы к ней, так и происходящее на самой ферме. Когда начнется операция (если начнется), они заснимут все происходящее на видео, а потом помогут Анатолию разобраться с лесными партизанами. Если только партизаны придут.
Роботы непрерывно передавали картинку с фермы, поначалу Анатолий с интересом смотрел на то, что там происходит, потом это ему надоело. На ферме жила самая обычная семья – пожилой мужчина восточноазиатского типа и пролетарской внешности и две его жены – симпатичная индианка лет сорока и совсем молодая девушка европейского типа, толстая и страшноватая на вид. Это была именно вторая жена, а не дочь, отцы дочерей так не тискают. А если даже и дочь... лучше было бы так, тогда его не жалко... но зато ее жалко еще сильнее.
Также на ферме обитали четверо детей в возрасте от одного до восьми лет, две некрупные собаки и большой черный кот. Скотины не было, ферма специализировалась исключительно на выращивании грибов. Какие именно грибы растут на окрестных полях, Анатолия не интересовало. Было бы несложно попросить одного из роботов закинуть автономный модуль внутрь здания, чтобы он изучил документы, но Анатолию было наплевать, что там написано. Если компьютер не ошибся и ферма действительно будет атакована, всем этим людям не жить. Конечно, Анатолий мог бы их спасти, но это не входит в его задачу – Сингх сказал, что народу нужно зрелище с кровью и соплями, а такие зрелища никогда не обходятся без жертв.
Один из роботов зафиксировал движение, и в кровь Анатолия мгновенно хлынул адреналин. К ферме быстро приближался большой грузовик на воздушной подушке, раза в два больше, чем «Муфлон». Анатолий не помнил, как называется эта модель. Кто сидел в кабине, пока оставалось тайной – даже роботы не смогли ничего разглядеть сквозь грязевую завесу, создаваемую пропеллерами.
Собаки залаяли. Хозяин вышел во двор, прикрикнул, заставив их замолчать, и внимательно прислушался. Затем он вернулся в дом и снова вышел во двор, теперь в руках у него был портативный огнемет.
Грузовик остановился перед воротами и плюхнулся брюхом в грязь. Пропеллеры остановились. Водительская дверь поднялась и из кабины вылез молодой белобрысый парнишка, совсем еще мальчик, никак не старше семнадцати лет. Анатолий приказал ближайшему роботу выдать звуковой ряд.
Мальчишка вылез из машины, и стало хорошо видно, что в его руках нет никакого оружия. Он недоуменно огляделся по сторонам и нерешительно постучался в ворота.
– Что надо? – отозвался хозяин фермы неожиданно звучным басом.
– Я, кажется, заблудился.
– Джипиэска сломалась?
– Похоже на то. Говорит, что я в центре Олимпа, – парень глупо хихикнул.
– Олимп по азимуту 261.
– Это куда? На восток?
– Я же сказал – азимут 261. Не понимаешь, что такое азимут?
– Честно говоря, не очень.
– И откуда ты только взялся такой на мою голову?.. Сейчас открою.
Пожилой фермер загрохотал засовами, и секунд через тридцать в стене рядом с воротами с громким скрипом распахнулась калитка. Фермер высунулся наружу и в ту же секунду в его шею воткнулась оперенная игла. Стреляли из грузовика, через приоткрытое пассажирское окно. Очевидно, длинноствольное духовое ружье с инфракрасным лазерным прицелом – из более дешевого оружия такой точный выстрел не сделаешь.
Фермер рухнул в грязь, задние двери грузовика распахнулись, наружу выскочили ящеры с пневматическими пистолетами, они передвигались четко и слаженно, как бойцы конфедерации при десантировании. Четверка ящеров распалась на две двойки, одна рванулась к распахнутой калитке, вторая сиганула через двухметровый забор. Анатолий невольно залюбовался грацией, с которой двигались ящеры.
Маленький серый пес неопределенной породы яростно залаял и бросился на чужаков. Один из ящеров отклонился от курса, ударил собаку хвостом, пес с визгом закувыркался в воздухе, успел сделать полтора оборота, а затем когтистая лапа оборвала собачий крик, свернув псу шею.
Вторая собака выскочила во двор, но только для того, чтобы разделить участь первой.
Оконное стекло зазвенело и рассыпалось тысячью осколков. Не дожидаясь, пока осколки окончательно осыплются, ящер влетел внутрь. Из дома донесся заполошный женский крик, через долю секунды он оборвался. Разбилось второе окно, второй ящер ворвался в дом, и все стихло. Больше из дома не донеслось ни звука.
Анатолий подумал, что все-таки следовало запустить внутрь фермы хотя бы одного робота, картинка могла получиться великолепная. Он представил себе, что сейчас происходит в доме, и к его горлу подступил комок.
Пассажирская дверь грузовика поднялась, и на сцене появился еще один участник представления – японец или китаец средних лет, очевидно, тот самый снайпер. Он достал сигарету и окинул безразличным взглядом тяжелые ворота из дерева ехвав, распахнутую калитку и белобрысого парня, с любопытством заглядывающего в нее. Далее японец прикурил, пару раз затянулся и крикнул:
– Никита! Чего встал? Иди в дом!
– Подожди, – огрызнулся Никита, – ящеры еще не закончили.
– Так сейчас закончат.
Из разбитого окна вылез ящер, через его плечо было перекинуто безжизненное тело второй жены хозяина фермы, той, что помоложе.
– Эй, люди! – крикнул он. – Женщина нужна?
Никита подошел поближе, приподнял голову пленницы, критически осмотрел лицо, пощупал бедра и грудь, после чего отрицательно помотал головой.
– Такаси! – крикнул он. – Тут баба есть, страшная. Смотреть будешь?
– Нет, – коротко ответил Такаси и затянулся в очередной раз.
Никита вытащил из-под куртки охотничий нож и с силой вогнал его под лопатку женщины. Державший ее ящер покачнулся.
– Давай грузи, – бросил Никита ящеру. – Пока в кузов не влезешь, нож не вытаскивай.
– Не учи ученого, – огрызнулся ящер и потопал к грузовику выполнять задуманное.
– Сеха, Евело, Вохво! – крикнул Никита. – Вы где там застряли? Еще бабы есть?
– Есть, – донеслось изнутри. – Одна очень старая и две очень маленькие. Даже у Такаси шхал не влезет. Всех в расход?
– Сейчас посмотрю, – сказал Никита и полез в окно, тщательно следя за тем, чтобы не порезаться об острые стекла.
Такаси тем временем докурил сигарету, залез в кабину грузовика и аккуратно затушил бычок в пепельнице. Далее он подошел к воротам, немного повозился с засовом, широко распахнул створки и вернулся к машине. К этому времени ящер уже погрузил в кузов мертвое тело и бодро потрусил обратно к дому.
Такаси закрыл двери, завел двигатель, поднял машину в воздух, загнал ее во двор, развернулся на пятачке, подогнал грузовик задом к ступеням крыльца и заглушил мотор. Грузовик мягко приземлился на мокрую траву. Такаси вышел, не спеша открыл задние дверцы кузова и тоже скрылся в доме.
Следующий час прошел спокойно и даже буднично. Ящеры погрузили в машину оставшиеся трупы, а затем настал черед имущества. Люди и ящеры выносили из дома разнообразные тюки и коробки и аккуратно загружали их в кузов. Анатолий смотрел на это все и с нетерпением ждал, когда они закончат, у него так и чесались руки устроить на этой ферме маленький Освенцим. Интересно, что означает это слово? Что-то греческое или латинское?..
Роботы-пауки постепенно подтягивались к воротам фермы. Судя по их наблюдениям, бандиты не имели никакой специальной амуниции, только легкое ручное оружие.
Анатолий никак не мог поверить, что за всем этим безобразием стоит Ибрагим Бахтияр. Да, Ибрагим ненавидел братство, братство уничтожило организацию, в которой он служил, люди братства истребили всех его друзей, но Ибрагим никогда и ни за что не стал бы вымещать свою ненависть на невинных людях. Анатолий прикидывал так и этак, но никак не мог представить себе, что Ибрагим отдает приказ провести зачистку неохраняемых поселений и вывезти оттуда все, что можно использовать, чтобы вооружить армию ящеров. Нет, не мог Ибрагим выстроить такой план. Либо наркоторговцы по инерции продолжают политику прежнего руководства, либо Ибрагим является их предводителем чисто номинально, а все решения принимают другие люди. Пожалуй, второй вариант больше похож на правду, а тогда получается, что Анатолий вовремя сделал ноги из Исламвилля.
Есть еще и третий вариант. Все, что здесь происходит, – частная инициатива швув Ойлсова или даже дувчав Осув. Но откуда тогда взялись люди? Ренегаты, с которыми не хотят иметь дело даже наркобароны? Или обычные бандиты, использующие любой удобный случай, чтобы поживиться чужим добром? Но почему тогда отрядом командует человек, а не ящер? А отрядом явно командует Такаси, ему все подчиняются, он хоть и трудится вместе со всеми, но сразу видно, что командир здесь именно он. Непонятно...
Помнится, Якадзуно что-то говорил насчет того, что у кого-то из ящеров есть идея организовать человеческое государство на восточных окраинах Усуфлай... Нет, за такое короткое время этот план не мог претвориться в жизнь. Тогда откуда здесь взялись эти люди?
Тем временем погрузка вещей подошла к концу. Никита выволок из недр грузовика два оконных стекла, ящеры начали устанавливать их вместо выбитых. Такаси уселся на подножку выкурить очередную сигарету, Никита ходил по двору туда-сюда, время от времени подбирая с земли какой-нибудь предмет, который мог бы вызвать подозрения у тех, кто потом будет осматривать внезапно опустевшую ферму. Анатолий решил, что настало время действовать.
Он осторожно спустился с лея и неспешным шагом двинулся к воротам. Анатолий пожалел, что не курит – если бы он вышел из леса с сигаретой в зубах, это было бы не в пример эффектнее.
Как ни пытался Анатолий подкрасться незаметно, его выдала кочка, громко хлюпнувшая под ногой. Такаси повернул голову, вздрогнул и выронил сигарету. Их глаза встретились.
Анатолий приветливо помахал рукой и продолжил движение. Такаси ответил аналогичным жестом и как бы невзначай полез в кабину, где, как знал Анатолий, лежит длинноствольная духовушка, заряженная отравленными иглами. Ну-ну...
– Привет, Такаси! – сказал Анатолий. – Как дела? Где Никита?
На лице Такаси отразилась напряженная работа мысли.
– И тебе привет, коли не шутишь, – наконец отозвался он. – Ты кто такой?
– Анатолий Ратников, бывший майор десанта.
В глазах Такаси промелькнуло уважение и одновременно некоторая расслабленность. Кажется, он сделал определенные выводы, причем неправильные.
– Я вас знаю?
– Нет.
– Вы из этих?
Анатолий глубокомысленно кивнул. Если вдуматься, Такаси прав, Анатолий действительно из этих, вот только под словом «этих» они понимают совершенно разные вещи.
– Как прошла операция? – добродушно спросил Анатолий.
– Нормально. Уже заканчиваем, осталось только прибраться.
– Много взяли?
– Так себе, – Такаси пренебрежительно махнул рукой. – Аккумулятор разряжен, запасного вообще нет, из оружия только ручной огнемет да пара пистолетов, патронов мало, ну, еще мелочь всякая... не стоило оно того.
– Людей внутри много было?
– Семеро. Из них четверо детей, – Такаси зло крякнул. – Ненавижу эти дела. Детишки-то в чем виноваты?
– Ты меня спрашиваешь?
– А кого мне спрашивать? Вахида?
– Какого Вахида?
В глазах Такаси моментально проснулось подозрение.
– Вы не знаете Вахида? А вы, извините, откуда?
– От Рашида. Рашид Аламейн, слыхал про такого?
– Что-то слышал... Но как вы сюда попали? Анатолий пренебрежительно махнул рукой.
– Не суть важно. Проезжал мимо, думаю, дай загляну, посмотрю, чем коллеги занимаются. Вам как, не противно? Такаси смачно сплюнул.
– Сами-то как думаете? – мрачно спросил он. – Я же не такой выродок, как Никитка, у меня у самого дети есть. Я так думаю, не стоило нам в это дело влезать, оружия много не соберем, а неприятностей огрести можем. Вот покажут по ящику, чем мы тут занимаемся, леннонцы все наши джунгли сожгут к бесам и будут правы.
Анатолий значительно покивал. Внезапно ему в голову пришла оригинальная идея, он быстро прокачал ее через эвристический блок и решил, что можно рискнуть. Отдать роботам соответствующие команды было делом считанных секунд.
– Довезешь до базы? – спросил Анатолий.
– А ваша машина?..
– Технические проблемы.
– Техпомощь вызвать?
– Разве радиомолчание не действует?
– Ради такого случая...
– Даже ради такого случая нельзя. Ты пойми, стоит только леннонцам заподозрить, что мы здесь вытворяем, и все, нашему делу крышка. Приедем на базу, там разберемся. Твоим бойцам долго еще возиться?
– Должны уже закончить. Никита! Давай заканчивай быстрее, да поедем!
Анатолий забрался в кабину на пассажирское сиденье, Такаси сел за руль, ящеры погрузились в кузов, Никита залез в кабину «Муфлона», ранее принадлежавшего несчастному фермеру, и они отправились в путь.
ГЛАВА ВТОРАЯ
1Несмотря на то, что Такаси гнал грузовик с максимально возможной скоростью, дорога до базы заняла почти три часа. Никто им не встретился, никто не вызвал их по радио, только перед самой базой Такаси обменялся парой слов с постом охраны. Встроенные сканеры Анатолия сообщили, что база охраняется по схеме, стандартной для опорного пункта роты пехотного ополчения в условиях густого леса. Для бойца его класса такая оборона не представляла серьезной угрозы. Когда придется драться, самое опасное будет слишком увлечься ролью супермена, потерять бдительность и нарваться на случайную пулю.
Грузовик зарулил на стоянку и мягко приземлился на посадочную площадку, устланную гравием. Такаси вылез из машины, распахнул двери кузова и оттуда на свет божий появились четверо ящеров. Рядом Никита припарковал захваченный «Муфлон».
Анатолий сразу отметил, что ящеров на базе значительно больше, чем людей. Согласно первому впечатлению, соотношение составляло примерно три к одному. При этом среди всех ящеров, попавших в поле зрения, не было ни одного, в ком можно было бы заподозрить офицера. Только рядовые солдаты, сержанты, да еще всякие нестроевые бездельники вроде кухонных рабочих да грузчиков. Непохоже это на то, о чем, по словам Якадзуно, мечтал Говелойс.
Обитатели базы странно косились на Анатолия, часовой с электрическим ружьем, охраняющий стоянку, даже спросил у Такаси, кого это он привез. Но, услышав ключевые слова «майор из отряда Аламейна», часовой успокоился, и, увидев это, перестали нервничать остальные.
К машине сбежались ящеры, они начали деловито разгружать награбленное добро. Никита куда-то ушел. Такаси раздал ценные указания грузчикам, после чего обратился к Анатолию:
– Пойдемте к командиру. Доложить надо, заодно и вас ему представлю.
Анатолий не возражал, и они пошли. По дороге Анатолий узнал, что база называется Карасу, обитает на ней около тысячи людей и трех тысяч ящеров, а если считать женщин и детей, то будет три тысячи людей и три тысячи ящеров, потому что молодых ящеров на базе нет.
Анатолий выразил удивление, почему такая большая база так плохо защищена. Такаси вначале заинтересовался, как это Анатолий так быстро все понял, а потом, когда Анатолий объяснил, посетовал на то, что оружия мало, потому что никто не думал, что будет большая война, и вообще, если бы оружия было столько, сколько надо, незачем было бы потрошить фермеров. Анатолий выразил сомнение в том, что ситуацию поможет исправить даже все оружие, имеющееся на окрестных фермах. Такаси согласился и добавил, что, будь его воля, он перерезал бы горло тому мерзавцу, который придумал творить такие безобразия над беззащитными людьми, но приказы начальства не обсуждаются, потому что, если обсуждать приказы начальства, армия превратится в стадо. Анатолий выразил надежду, что Вахид и Рашид знают что-то такое, чего не знают они, и поэтому насилие, которое кажется излишним, на самом деле оправданно. Такаси с готовностью согласился. Он добавил, что, если бы он сам так не думал, его бы здесь уже давно не было, потому что он сделал бы сеппуку вначале Вахиду, а потом себе. Анатолий хотел было сказать, что, по его мнению, сеппуку можно сделать только самому себе, потому что иначе это будет не сеппуку, а обычное перерезание горла, но потом решил не говорить этого. Он подумал, что Такаси будет неприятно слышать, как европеец упрекает его в незнании национальных обычаев. Потом Анатолий подумал, что очень странно, что он заботится о том, как бы не обидеть человека, только что участвовавшего в чудовищном злодеянии, но оставил эту мысль, потому что они пришли.
Как и в Исламвилле, в Карасу почти все помещения находились под землей. Такаси перекинулся парой слов с часовым у входа в подземелье, после чего они с Анатолием начали спускаться по узкой и плохо освещенной бетонной лестнице. Они немного поплутали по узким темным коридорам и наконец оказались в кабинете командира базы – ничем не примечательного сорокалетнего араба, заросшего бородой до самых глаз. Анатолий проверил его сканером и обнаружил, что Вахид имеет обычный для гражданских лиц Деметры класс С.
– Господин подполковник, – вытянулся по струнке Такаси, – лейтенант Накамура ваше задание выполнил. На базу доставлен один ручной огнемет, к нему сорок два выстрела, два армейских пистолета, к ним девяносто шесть патронов, автомобиль типа «Муфлон» на воздушной подушке, аккумулятор заряжен на тридцать шесть процентов, большой стационарный аккумулятор заряжен на девять процентов. Еще по мелочи...
– Достаточно, – перебил его Вахид. – Кого это ты привел?
– Майор Ратников, – представился Анатолий. – Я от Рашида.
– От какого Рашида?
– Рашида Аламейна, командира базы Исламвилль.
– Как его полное имя?
– Рашид Аламейн ад-Дин, только, по-моему, он гонит. Вряд ли он из рода ад-Динов.
Вахид рассмеялся и протянул Анатолию руку для рукопожатия.
– Документы предъявишь потом, – сказал он. – Какими судьбами к нам?
– Поломался.
– В смысле?
– Машина сломалась.
– Что за машина?
– «Капибара» убитая. Техпомощь вызывать без толку, только энергию зря потратим.
– Что же ты на такой машине на дело выехал?
– А у вас что, исправной техники на всех хватает? Может, поделитесь?
Вахид снова рассмеялся и хлопнул Анатолия по плечу.
– Не обижайся, – сказал он. – У нас с техникой такой же беспредел. Даже не знаю, как тебя обратно к Рашиду доставить, почти триста километров все-таки.
– А стоит ли? – небрежно спросил Анатолий. – Какая разница, где воевать? Свое задание я выполнил, так что готов поступить в ваше распоряжение.
– Что за задание было?
Лицо Анатолия выразило обиду.
– Издеваетесь? – спросил он. – Или у вас свободных охотников нет?
– Нет, – насторожился Вахид, – никаких свободных охотников у нас нет. А что это такое – свободный охотник?
Анатолий состроил гримасу, показывающую, что он удивлен и даже чуть-чуть обижен тем, что собеседник ничего не знает о свободных охотниках.
– У меня трансформация класса Е, – сказал он, – плюс полный набор имплантатов. Вы сможете предложить мне достойное задание?
Вахид разинул рот, но быстро справился с потрясением.
– В каком звании служили? – спросил он.
– Майор, командир взвода десанта.
– Почему перешли на нашу сторону?
– Меня выперли из армии.
– За что?
– Комиссовали по психике. Вы не бойтесь, я на людей не бросаюсь, – Анатолий добродушно улыбнулся, – но на медкомиссии очень жесткие требования. Я могу нормально воевать, но под стандарты не подхожу. Если бы я был опасен, мне бы процессор заблокировали сразу при увольнении.
– Сейчас он работает?
Вместо ответа Анатолий вытащил из-под куртки мобилу, протянул ее Вахиду, а затем проделал с ней несколько нехитрых манипуляций через нейрошунт. Вахид озадаченно присвистнул.
– М-да... – только и смог сказать он. – Ничего, что я к вам по-простому?
– Ничего, – махнул рукой Анатолий, – я снобизмом не страдаю. У вас найдется что-нибудь поесть? А то у меня внутренние батареи совсем разряжены. Это не срочно, если у вас проблемы с продовольствием, я могу обойтись...
– Ничего-ничего, – остановил его Вахид. – Такаси, отведешь его на кухню, скажешь раздатчикам, чтобы майора Ратникова кормили без ограничений. Как вас зовут, кстати?
– Анатолий.
– Вахид.
Они пожали друг другу руки.
– Я бы хотел отдохнуть пару дней, – сказал Анатолий, – а потом поподробнее ознакомиться с обстановкой. Но если у вас найдется для меня какое-нибудь конкретное задание...
– Я подумаю, – сказал Вахид. – А если ничего не придумаю, мы подумаем вместе.
– Мне потребуется доступ к штабным документам.
– Получите.
– Спасибо.
– Пока не за что.
– Заранее спасибо, – улыбнулся Анатолий. – Если ко мне больше нет вопросов, не смею задерживать.
– Документы у вас есть? – внезапно спросил Вахид.
– Да, конечно, – ответил Анатолий, – документы прикрытия есть, вот, пожалуйста, – он протянул Вахиду свою идентификационную карту. – Имя и биография настоящие, только должность другая. Ну, вы поймете.
Анатолий улыбнулся, потому что представил себе, как Вахид изучает документы вновь прибывшего офицера и обнаруживает, что тот служит в особом отделе братства офицером для особых поручений. А что, очень хорошее прикрытие, можно даже сказать, идеальное.
2Рамирес вошел в студию и обнаружил, что она не пуста, как это обычно бывает за час до начала съемок. За монтажным пультом сидел Миштич Вананд, он был изрядно навеселе, если судить по стоявшему перед ним полупустому бокалу с амброзией. Глаза Миштича были тревожно расширены, в них застыло какое-то непонятное выражение. Наверное, с таким выражением кролик смотрит на удава или на лесной пожар, окруживший его со всех сторон.
– Привет! – проговорил Миштич заплетающимся языком. – Новости видел?
– Какие новости?
– На, смотри, – Миштич ткнул пальцем в пульт и указал на кнопку перемотки назад.
Очевидно, он хотел указать на кнопку воспроизведения, но промахнулся.
– Извини, я пойду, – сказал Миштич и попытался встать. – Второй раз смотреть не буду, а то стошнит. Мне и одного раза хватило.
С этими словами он все-таки встал на ноги и нетвердым шагом удалился из комнаты. Рамирес подошел к пульту, отодвинул в сторону недопитую амброзию и включил воспроизведение записи.
Запись была длинная, почти час, но все самое важное произошло в первые минуты. Первые десять минут Рамирес смотрел на экран не отрываясь, как бы зачарованно, потом он стал ускоренно проматывать запись, и когда она закончилась, то обнаружил, что стакан амброзии пуст. Рамирес не помнил, когда он его допил.
Зрелище было ужасное. И самое страшное было то, насколько буднично оно было снято. Вначале панорама фермы, самой обычной маленькой фермы, каких вокруг Олимпа сотни, если не тысячи. Вид снаружи, вид сбоку и сверху, не иначе из ветвей высокого дерева, хозяин, жены, дети, собаки, все красиво, все здорово, замечательный идиллический пейзаж.
Потом из леса появился большой грузовик, из него вылез белобрысый мальчишка, поговорил с хозяином, хозяин открыл ему дверь, и дальше – молниеносно – снайперский выстрел, ящеры выскакивают из кузова, перелетают через забор, выбивают окна, врываются в дом, раздается одинокий женский крик. А потом ящер выносит из дома оглушенную женщину, мерзкий мальчишка осматривает ее и ощупывает, как в борделе, и разочарованный, убивает ножом, как скотину. Потом ящеры деловито выносят из дома детские трупы, грузят их в машину, а командир отряда сидит на подножке машины и деловито беседует с кем-то, не попавшим в кадр, и время от времени раздает указания людям и ящерам. Почему-то эта спокойная деловитость показалась Рамиресу самой ужасной.
– Ну что? – спросил Миштич, неслышно появившись сзади. – Что скажешь?
– Еще амброзия есть? – спросил Рамирес и сразу же почувствовал, как пересохло у него в горле.
– Перед эфиром не набирайся.
– Сам знаю. Так амброзия есть?
– Есть.
– Так тащи!
После второго стакана Рамирес снова начал немного соображать.
– Кто это снял? – спросил он.
– Не знаю, – ответил Миштич. – Я получил эту запись из особого отдела, полагаю, они снимали скрытой камерой. Ты заметил, что один из бандитов никогда не появляется в кадре?
– Тот, с которым японец разговаривал?
– Да, тот самый. Двойной агент, наверное.
– Да хоть тройной! Он все видел и ничего не сделал, да я его за это своими руками удавил бы!
– Не горячись, до эфира еще пятнадцать минут. О, Шива милостивый! До эфира пятнадцать минут, а текст еще не готов!
Рамирес посмотрел на часы и увидел, что действительно до эфира осталось пятнадцать минут, а текст, мягко говоря, не готов. Внезапно Рамирес понял, что и как он будет говорить.
– Не волнуйся, – сказал он. – Давай-ка лучше пока смонтируем эти кадры как следует. Сегодня я буду говорить совсем немного.