Цусимские хроники. Апперкот

Впереди шла миноноска под номером 47. Вскоре ее командир мичман Хладовский, обнаружив прямо по курсу мерцание едва видимого фонаря, явно передававшего какой-то сигнал, сообщил об этом на шедшую следом миноноску № 18 мичмана Черкашина, также видевшего проблески впереди.

К этому времени двигавшиеся за ними миноноски второй пары уже пропали из вида, и предупредить их об обнаруженных подозрительных огнях возможности не было. До полуночи они маневрировали южнее Осимы, но за весь рейд успели перехватить только одну груженную углем шхуну, быстро потопленную подрывными патронами. Ее экипаж был доставлен на Цусиму, но каких-либо ценных сведений от них получить не удалось.

Зато две первые миноноски, хотя вообще никого не потопили, смогли проникнуть почти до самых входных мысов Сасебской бухты и незамеченными вернуться обратно. Карта маршрута, составленная их командирами, и отметки мест расположения сигнальных постов и главных фарватеров имели ценность, которую было сложно переоценить.

В 22:10 Хладовский обнаружил прямо по курсу снопы искр, вероятно, вылетавшие из трубы какого-то парохода, а сразу после этого снова слабое мерцание электрического света чуть левее. Оно появилось и быстро пропало вскоре после начала стрельбы из скорострелок где-то на западе. Судя по времени, это наши миноносцы атаковали японских каботажников в проливе Ики.

Идя по пеленгу, который успели взять на мелькнувший свет, миноноски № 47 и 18 вскоре разглядели несколько смутных теней, скользивших вдоль берега и почти незаметных на его фоне. Продвигаясь малым ходом, продолжили сближение, рассчитывая занять выгодную позицию для атаки метательными минами самого крупного судна из обнаруженной колонны. Но потенциальных целей, хотя и совсем небольших, оказалось неожиданно много.

Затемненные силуэты внезапно появились не только впереди, но и слева, а затем и за кормой. Сначала казалось, что японцы окружают миноноски, отрезая пути отхода. Но никаких сигналов, а тем более выстрелов не было. Наползавшие со всех сторон тени безмолвно шли вдоль побережья примерно в одном направлении. Ближайшие суда удалось рассмотреть достаточно хорошо.

В полной тишине обе миноноски оказались плотно окружены со всех сторон небольшими пароходиками, буксирами, тащившими груженые баржи, порой сразу по две штуки, катерами с какими-то ботами или лихтерами на буксирах и мелкими парусниками, совершенно не обращавшими на них внимания.

Хладовский приказал соблюдать тишину и завесить пушки и аппараты парусиной, чтобы не выделяться. Расчетам залечь где-нибудь рядом и на ногах не маячить. После чего мичманы подкорректировали курс, стараясь держать свои кораблики как можно ближе друг к другу, и влились в этот довольно плотный поток, двигавшийся, как скоро выяснилось, в узкий и извилистый пролив между островами Хирадо и Кюсю, ранее считавшийся несудоходным. Об этом проходе еще ничего не было известно, поэтому Хладовский и Черкашин, все так же держась максимально близко друг к другу, решили разведать, насколько удастся, этот путь.

По мере углубления в узость между западным берегом Кюсю и восточным побережьем Хирадо стали видны неяркие, но вполне различимые с близкого расстояния костры у самого уреза воды. За ними начинался узкий и извилистый пролив. Посередине его северного устья из воды торчали два небольших островка, первый низкий, каменистый, едва видимый в темноте, да и то благодаря лишь горящим на нем кострам, а второй издали казался неясной косой тенью с размытыми контурами.

Пройдя между скалами, очерченными белой шапкой пены прибоя, и восточным берегом Хирадо, сразу же уперлись в этот второй остров. С близкого расстояния разглядели, что он довольно высокий и сплошь зарос кустарником, смотревшимся с воды как всклокоченная копна волос на чьей-то голове. Все так же следуя в общем потоке, его обошли с востока, пройдя между ним и мысом Хоясаки, на котором также горели костры.

Рядом с мысом были видны два небольших вооруженных брандвахтенных парохода. Они вели переговоры фонарями с расположенным глубже в проливе мысом Нанрузаки, на берегу Хирадо, вероятно, там находился другой сигнальный пост или береговая батарея. Через пролив, напротив этого мыса, слабо светились огни какого-то небольшого селения. Фонари на мысе и на пристани этого селения позволяли вполне прилично ориентироваться.

Едва достигнув мыса Нанрузаки, увидели южнее огни на мысах Аосазаки и Оямасазаки, по обеим сторонам пролива. А уже миновав их, вышли в широкую и глубокую часть фарватера, по которому продолжили движение вместе с остальными нежданными попутчиками на юг-юго-запад вдоль побережья Хирадо до мыса Акамацузаки, под которым обнаружился еще один брандвахтенный пароход, выполнявший роль маяка. От него повернули на юг-юго-восток, вскоре оставив слева по борту низкий вытянутый островок Шимокареки, на котором также горели костры, и, взяв еще восточнее, вышли на остров Куро.

Отсюда просматривалось почти все его северное побережье с небольшой бухтой, где была хорошо заметна освещенная деревянная пристань. Далее к востоку едва виднелись огни на вершине горы, венчавшей южную оконечность острова Такошима, а также якорные стояночные огни пароходов, бывших уже за ним в заливе Сазаура.

Все так же следуя в колонне японских мелких каботажников, достигли восточной оконечности острова Куро, пройдя под самым берегом, где стоял на бочке небольшой, также хорошо освещенный электрическими люстрами пароход, возле которого угадывались освещавшиеся вехи, вероятно ограничивавшие оборонительное минное заграждение или бон.

На острове на фоне неба отчетливо выделялась гора, являвшаяся удобным ориентиром. В нескольких местах на ее восточных и южных склонах были очищенные от леса и освещаемые кострами площадки, где велись какие-то работы. Отсюда все суда начинали резко ворочать на восток-юго-восток. Вскоре прямо по курсу открылся маяк на мысе Кого, указывающий уже вход в Сасебский залив, а справа по борту – огни бакенов, отмечавшие, вероятно, отмель Араидаси.

Никаких дозорных судов между островом Куро и мысом Осаки не было видно. Большая часть японской мелочевки теперь отвернула к хорошо видимым силуэтам пароходов в заливе Сазаура. Там, судя по доносившимся характерным звукам и освещенным палубам, скорее всего, была большая якорная стоянка, на которой грузы перекочевывали уже на морские транспорты для дальнейшей доставки на материк.

Правее входа в Сасебский залив на побережье или на судах, стоявших под берегом (точно было не разглядеть из-за темноты), вплоть до пеленга, по трофейной карте примерно соответствовавшего направлению на бухту Омодака, горело несколько довольно мощных навигационных или судовых огней. Ближе к южным румбам, предположительно на северном побережье острова Осима, также выделялись освещенные участки. Во многих местах виднелись еще какие-то фонари, обозначавшие береговую черту и заметно облегчавшие ориентирование.

При этом между входом в Сасебскую бухту и островами Куро и Осима курсировало множество мелких парусников, катеров, буксиров с баржами и прочая мелочь, подсвеченная слабо мерцавшими светлячками керосиновых светильников, но иногда освещаемая и яркими лучами боевых прожекторов с берега или дозорных судов.

Вся акватория между этими островами и входом в Сасебский залив была очерчена достаточно хорошо как навигационными и береговыми огнями, так и прожекторами и прочими фонарями с батарей, пристаней и всей суетившейся здесь мелочевки. Командиры миноносок отметили на картах наиболее выделявшиеся места на южной оконечности острова Куро, а также на северном берегу Осимы и у бухты Омодака, и аккуратно развернулись на запад.

После полуночи сигнальщики разглядели, что в западной части залива Сазаура началось формирование обратного каравана. Обеим миноноскам удалось благополучно в него влиться, благо никакой охраны снова не оказалось поблизости. Сначала все просто стояли, развернувшись носом в нужную нам сторону, даже не пытаясь образовать какого-то строя. Только это и говорило о том, что караван собирается отправляться в обратный путь. Однако довольно долго не наблюдалось ни малейшего шевеления.

Уже начали опасаться, что так можно проторчать здесь и до утра, тогда будет невозможно скрыть принадлежность миноносок к русскому флоту. Подумывали затаиться где-нибудь под скалами, обеспечив хоть и призрачный, но все же шанс дождаться следующей ночи и выскользнуть из вражеских вод.

Но после того, как на брандвахте у восточной оконечности Куро несколько раз мигнул длинными вспышками прожектор, в пролив между островами Куро и Такошима наконец потянулись суда. Следуя тем же маршрутом, что и пришли сюда, ведя постоянный промер глубин, выбрались обратно.

У мыса Нанрузаки пришлось встать на якорь под берегом, так как, вероятно, из-за атаки миноносцев далее к северу начали пропускать только перед самым рассветом. Движение возобновилось лишь после того, как проливом встречным курсом проследовали пять больших минных катеров или прибрежных миноносцев, направлявшихся в сторону Сасебо и что-то просигналивших прожектором на берег. Сам сигнал разобрать не удалось, из-за большого расстояния, но ответ с берегового поста был виден достаточно ясно.

Примечания