Герои в белых халатах

В таком режиме мы работали около 1 месяца. Пациентка отметила положительное только лишь то, что смогла с опорой о стену передвигаться в пределах дома, поскольку она и этого не могла сделать ранее. Вес продолжал теряться. Пациентке в дополнение к основному питанию было назначено специальное лечебное питание для зондовых пациентов, но вес продолжал снижаться. К концу 3 месяца заболевания Анастасия весила 53 кг. Вставал вопрос об установке гастростомы, специальной операции, с помощью которой устанавливают трубочку в живот, и пациент кормится через эту трубку. Дело в том, что если глотание не восстанавливается больше 2—3 месяцев, то обязательно делают данную операцию для того, чтобы не допустить развития пролежней в носу и дальнейшего усугубления воспалительных процессов в носу. Анастасия была категорически не согласна с этим.

Мы в третий раз сменили ей зонд через нос и продолжили наши занятия. Мы продолжали упорно, ежедневно заниматься, никто из нас не планировал сдаваться. Очень сильная поддержка у Анастасии была со стороны дочери и мужа. Они окружили Анастасию такой заботой, постоянно ей говорили, что все получится. Очень сильно переживал муж из-за потери веса Анастасии. Каждые 2 часа он пытался накормить её через зонд. Однако, проблема состояла в том, что у пациентки практически всегда отсутствовал аппетит и было ощущение сытости.

К концу 4 месяца от заболевания у Анастасии при осмотре мы впервые увидели глотательные движения. На тот момент она уже самостоятельно передвигалась по дому без посторонней помощи, а это значит, что положительная динамика наблюдалась. И практически сразу же принялись пробовать проглотить хоть маленькую ложечку еды. Сначала это было желе. Дело в том, что если у пациента имеется нарушение глотания, то ему нельзя начинать тренировочное глотание с жидкой пищи. Всегда начинают пробовать глотание с еды по консистенции напоминающей желе. И тут, как вы думаете, случилось чудо??! Нет, Настя не смогла проглотить ни одной ложечки. Она очень долго пыталась проглотить, но ничего не вышло. И вот тут, впервые в моей голове возникло сомнение что наверное, у нас ничего не получится. Но я осознавала, что я тот человек, который на протяжении нескольких месяцев давала надежду человеку не могу подвести Настю. И это давало стимул к дальнейшей работе. Спустя еще неделю Настя впервые смогла проглотить половинку ложки желе! Это было настоящим событием! Трудно себе представить, что ощущает человек, который после 4 месяцев кормления через трубку впервые смог самостоятельно проглотить еду! Наверное, такое можно сравнить только с первым шагом маленького ребенка, который только учится ходить.

Дальше работа шла с переменным успехом. Мы продолжали лечебную гимнастику для восстановления нарушенной координации, выполняли упражнения направленные на восстановление глотания, проводили курсы иглоукалывания, принимали медикаментозные препараты для улучшения питания клеток головного мозга. Были дни, когда Настя могла проглотить до 4—5 ложек желе, а бывали дни, когда ни одной. Это для меня осталось загадкой. Со временем, с консистенции желе мы перешли на консистенцию густой сметаны. Но тут восстановление шло быстрее. Через 1.5 месяца после появления первых глотательных движений мы убрали зонд. И Настя перешла полностью на самостоятельное питание. Это было самым важным для нас событием. Мы работали над этим почти 4 месяца! И вот, наконец, победа.

После того, как пациентка научилась глотать, и мы убрали зонд, пациентка 1 раз в месяц приходила на прием в поликлинику для коррекции лечения. Теперь Настя могла ходить уже на дальние расстояния, но всегда был рядом муж или дочка.

Настя еще около 4 месяцев не набирала вес. Он упорно держался в пределах 50 кг. Потом, все-таки вес стал прибывать. Через 6 месяцев я переехала в другой регион. На праздники Настя постоянно меня поздравляет. Я наблюдаю за пациенткой в соцсетях. Видела, что в 2018 году она была на море, ездила к родственникам в центральную Россию, посетила Москву. На фото уже была довольно здоровая, красивая женщина.

Очень часто принимая под свою заботу пациента, мы не можем до конца быть уверенными в успехе. Однако, каждый раз хочется надеяться на хороший результат, а для чего тогда мы занимаемся

врачеванием?! В данной истории и у меня был период, что ничего не получится. Но вера пациента в мои умения и навыки, не давали мне возможности сдаться.