Аль Капоне. Лицо со шрамом

Иллюстратор Андрей Пшеничников

© Андрей Пшеничников, 2021

© Андрей Пшеничников, иллюстрации, 2021

ISBN 978-5-0050-8538-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

От автора

Писательство – такое же ремесло, как и любое другое. И как всякое ремесло, писательство тоже имеет свои правила, свои законы. Один из таких законов гласит: если автор хочет написать хорошую книгу, то он должен любить своих персонажей, даже если эти персонажи являются самыми последними негодяями. Иначе хорошей книги не получится, и читать её никто не будет. Это знает любой писатель, теперь это знаете и вы – мои читатели. Просто я хочу, чтобы вы понимали следующее: если вам вдруг покажется, что я, может быть, где-то слишком снисходительно отношусь к героям данной книги, то это всего лишь следование канонам писательского мастерства, не более того. В общем, как любил говорить Аль Капоне: ничего личного – это только бизнес. Ему даже приписывают авторство этих слов. И я ничего не имею против: может быть, действительно, это Аль придумал данную крылатую фразу. Итак, вы поняли – в этой книге я «люблю» всех: судей, полицейских, гангстеров, их жён, проституток и даже случайных зевак, которые в те годы целыми толпами собирались на убийство какого-нибудь мафиозо или его похороны. Оно и понятно. Ни телевидения, ни интернета в те времена не было, нечёткие чёрно-белые фотографии газетных полос не могли передать всего происходящего, вот люди и стремились сами быть в гуще событий. Сейчас в эти события с головой окунётесь и вы.

Маленькая Италия. Пять мафиозных семей. Нью-йоркский период жизни Аль Капоне

Добрым словом и пистолетом вы можете добиться гораздо большего, чем только одним добрым словом.

Аль Капоне

Альфонсе Габриэль Капоне родился 17 января 1899 года в Нью-Йорке, в Бруклине, и был четвёртым ребёнком парикмахера Габриэле Капоне и его жены Терезы, швеи – итальянских эмигрантов, которые приехали в США в 1894 году. Всего же у Аля было восемь братьев и сестёр, некоторые из них в дальнейшем помогали ему в преступном бизнесе.

К тому времени число жителей Нью-Йорка перевалило уже за 3 млн. человек, и именно эмиграция из Европы стала ключевым фактором стремительного роста населения города. Если в середине 19 века подавляющее большинство переселенцев составляли ирландцы и немцы, то к началу 20 века – евреи и итальянцы. Район компактного проживания итальянцев в Нью-Йорке получил название Маленькая Италия. Находился он в южной (нижней) части Манхэттена, вокруг улицы Малберри-стрит. В Маленькой Италии преобладали выходцы с острова Сицилия со всеми вытекающими отсюда социальными проблемами и последствиями: грязь, бедность, малообразованность, высокая преступность, постоянные стычки с соседними кварталами. Всё это делало жизнь в Маленькой Италии постоянной борьбой за существование. Возникла мафия, которая с 1890 по 1900-е годы стала очень мощной организацией в Маленькой Италии Нью-Йорка. Начали появляться первые крупные мафиозные семьи.

Маленькая Италия, в домах которой стоял неистребимый запах чеснока

В целом структура итало-американской мафии повторяла сицилийскую. Подобно сицилийской мафии, американская не имела официального названия и являлась тайным преступным сообществом. Её члены обычно называли её «il nostro business», что можно перевести как «своё дело» или «наше дело». Американская же пресса тех лет чаще называла мафию национальным преступным синдикатом. Во главе мафиозной семьи стоял капо – глава семьи, босс, крёстный отец, дон, лорд – как угодно. Капо назначал себе ближайшего сподвижника или помощника, который являлся вторым человеком в семье. В случае ареста или смерти капо, помощник обычно становился действующим боссом. В подчинении капо и его помощника находились капорежиме – главы отдельных банд, которые отвечали за один или несколько видов криминальной деятельности в определенном районе города и ежемесячно отчисляли капо часть доходов. В семье было 6—9 таких команд, каждая из которых насчитывала до 10 солдат. Кроме солдат, у каждого капорежиме тоже был свой ближайший помощник.

Многие мужчины Маленькой Италии имели какой-то подозрительный вид

Членами мафиозной семьи могли стать только мужчины итальянского или итало-американского происхождения. Они должны были быть представлены семье одним из её членов и что-нибудь сделать для семьи, например, предоставить какую-нибудь важную информацию и т. п. Участники преступного сообщества не имели права говорить о семейном бизнесе людям, не входящим в семью. Предательство каралось смертью. Но несмотря на это, мафиозный «кодекс чести» нередко нарушался: доносы друг на друга в полицию, интриги и внутриклановые разборки были типичны для всех организованных преступных групп, в том числе и для мафии. Постепенно в Нью-Йорке сложилось пять самых крупных и влиятельных мафиозных семей: Лучано, Маньяно, Боннано, Профачи и Лучезе. Однако вернёмся к нашему главному герою.

Когда Альфонсе исполнилось 11 лет, семья Капоне переехала в бруклинский район Парк-Слоуп на Гарфилд-Плэйс 38. С ранних лет Аль отличался взрывным и необузданным характером. В итоге всё закончилось тем, что в 14 лет он набросился с кулаками на свою учительницу (в некоторых источниках сообщается, что учительница ударила его первой, хотя это и ничего не меняет), после чего бросил школу и какое-то время перебивался случайными заработками: работал посыльным в кондитерской, мальчиком на побегушках в боулинге, помощником мясника, у которого научился хорошо владеть ножом и пр. В общем, как и многие дети эмигрантов, Альфонсе рос на улице, и вскоре попал под влияние гангстера Джонни Торрио, по прозвищу Папа Джонни. Запомните это имя.

Джонни Торрио вырос в трущобах нижнего Ист-Сайда Манхэттена. Его первая работа была швейцаром в продуктовом магазине своего отчима, который на самом деле использовалось как паб. В тот же период он присоединился к уличной банде и вскоре сделался их лидером. Ему удалось накопить достаточно денег и открыть бильярдный клуб, под крышей которого он организовывал различные азартные игры и занимался ростовщичеством.

Молодой Джонни Торрио

Торрио опекал местных мальчишек (может быть, именно поэтому он получил такое прозвище), давал им различные мелкие поручения: сбегать отнести записку и пр. Ему чем-то приглянулся крупный не по годам Альфонсе, и Торрио приблизил его к себе. В клубе Аль пристрастился к игре на бильярде. В конечном счете его пристроили вышибалой в бар «Гарвард Инн» в Кони-Айленде, в Бруклине, принадлежащий деловому партнеру Торрио, хладнокровному киллеру Фрэнки Ялу. После того как Торрио в 1910-х гг уехал в Чикаго, Фрэнки Ял стал основным его доверенным лицом в Нью-Йорке. Это имя тоже ещё всплывёт по ходу нашего повествования.

Фрэнки Ял (Йель)

Говорят, что в подвале «Гарвард Инна» по ночам Аль Капоне тренировался в стрельбе по бутылкам. Как знать, может быть, всё так и было. Именно к этому периоду жизни историки приписывают поножовщину Капоне с мелким уголовником Фрэнком Галуччио. Ссора произошла из-за спутницы Галуччио, в адрес которой Капоне отпустил неосторожное замечание. Галуччио несколько раз полоснул Альфонсе ножом по лицу, поставив ему знаменитый шрам на левой щеке, из-за которого Капоне получит прозвище «Лицо со шрамом». Надо сказать, что при жизни гангстера так никто не называл, а сам он не любил вспоминать об этом случае, и рассказывал, что будто бы ранение получил на фронте во время первой мировой войны, хотя ни дня не служил в армии. Это прозвище закрепилось за ним позже, в различных жизнеописаниях и фильмах о нём.

Редкая фотография: юный Аль Капоне

В 1917 году Капоне вплотную заинтересовалась полиция Нью-Йорка: его подозревали в причастности по меньшей мере к двум убийствам, в частности, как сообщают некоторые сомнительные источники, к убийству одного строптивого хозяина китайского ресторанчика, который отказался платить дань бандитам. Это, а также события личной жизни (рождение сына и женитьба, именно в такой последовательности) заставили Аль Капоне в конце 1918 года покинуть Нью-Йорке и вслед за папашей Торрио перебраться в Чикаго. И как раз вовремя: Джимми Де Стефано, друг детства Капоне, остался в Нью-Йорк, и в 1919 году его арестовали и отправили в тюрьму Синг-Синг.

Банды Чикаго. Джеймс Колозимо по прозвищу Большой Джим. Личная жизнь Аль Капоне

Небоскрёбы Чикаго

В те годы Чикаго был вторым по размерам городом США (после Нью-Йорка) с населением более 1 млн. человек. Именно в этом городе в 1885 году был построен первый в мире небоскрёб. К моменту переезда Аль Капоне в Чикаго там действовали различные преступные банды, контролирующие Южную и Северную стороны города, а также организация Чёрной руки. Одной из них была банда братьев Дженна, которая занималась грабежами и вымогательствами, и к началу 1920-х годов взяла под контроль итальянские кварталы Чикаго. Эта банда состояла из шести братьев-сицилийцев: Анжело («Кровавый Анжело»), Антонио, Майк («Дьявол»), Питер, Сэм и Винченцо (Джим). Кроме того, в банду входили их родственники и земляки, родом из города Марсала на Сицилии.

На Северной стороне города самой мощной была ирландско-еврейская банда во главе с Дином (Дионом) О’Бенионом. Что касается Чёрной руки, то это была не столько преступная организация, сколько метод вымогательства. Типичная тактика Черной руки заключалась в отправке письма жертве с угрозой нанесения телесных повреждений, похищения, поджога или убийства. В письме указывалась определенная сумма денег и место их доставки. Письмо было украшено угрожающими символами, такими как дымящийся пистолет, петля палача, череп, нож с капающий кровью или пронзающий человеческое сердце, а также рукой, поднятой в жесте предупреждения, нарисованной густыми черными чернилами. Именно эта последняя особенность и послужила поводом называть данные письма Черной рукой. Этот термин был легко подхвачен американской прессой и трансформировался в организацию Черной руки.

Постепенно среди бандитов Чикаго стал возвышаться Джеймс Колозимо. Именно его можно считать первым главарём чикагской мафии (просто потому, что именно его группировка в конце концов одержала верх в бандитских войнах этого города). Он эмигрировал в США в 1895 году из города Козенцы итальянской области Калабрия. В 1902 году Колозимо женился на Виктории Мореско, содержательнице публичного дома в Чикаго. Вскоре молодожены открыли второй публичный дом. В течение нескольких лет Колозимо расширил свой бизнес до более чем ста публичных домов, которые ежемесячно приносили ему 50 тысяч долларов чистой прибыли. В связи с этим интересно послушать рассказ одной проститутки:

Чикагские проститутки

«Я заколачиваю 556 долларов в неделю. Половину из них загребает хозяйка дома, значит остаётся 278 долларов. 25 долларов, хочешь – не хочешь, нужно отдать Казери, моему посреднику в этом доме, и 36 долларов – Перуччио, который меня туда устроил. 15 долларов уходит на жратву, 5 долларов я плачу за еженедельный медицинский осмотр, 25 долларов вымогают у нас для какого-нибудь „политического фонда“, 10 долларов – за билеты на спортивный праздник копов, 10 долларов – на пикник шерифа, 50 долларов уходит на очередное вечернее платье, которое постоянно навязывает одна из банд. Хозяйка дома сказала нам, что мы должны покупать их, или банда поднимет дом на воздух. Я не говорю уж о том, что каждые два дня должна укладывать волосы – это доставляет огромную радость какому-нибудь местному политикану, а мне обходится в 15 долларов в неделю. Прибавьте к тому же ещё примерно 4 доллара за проезд на общественном транспорте. Комната мне обходится в 10 долларов. Однажды мы узнали, что парочка полицейских собирается организовать в доме облаву. И это обошлось нам по пятёрке с носа – вычтите и их тоже. Таким образом, мои недельные расходы составляют 221 доллар. Значит, мне достаётся 57 долларов. Их, разумеется, я отдаю Раймонду, своему сутенёру, которого, обычно, встречаю в конце недели. Тогда мы идём куда-нибудь и напиваемся вдрызг».

Кроме публичных домов, Джеймс Колозимо занимался организацией азартных игр и рэкетом. Он любил быть в центре внимания, носил белый костюм, фетровую шляпу и трость. Почти на каждом пальце у него красовался перстень с бриллиантом, а на шее висела массивная золотая цепочка. Бриллиантами он украсил также булавку для галстука, запонки, часы и даже подтяжки, за что его иногда называли Джим Бриллиант, но основным его прозвищем было Большой Джим. В Чикаго на углу Уобаш Стрит и 22-ой улицы в квартале красных фонарей он открыл ресторан, назвав его в честь себя – «Ресторан Колозимо», который стал одним из популярнейших мест в городе. Ресторан славился прекрасными винами, изысканной итальянской кухней, а по вечерам там можно было услышать великого Энрике Карузо, Луизу Тетраццини, Амелиту Галли-Курчи, Фло Зикфрелда, Джорджа М. Коэна, Джима Корбета и Джона МакКормака. Колозимо страстно любил оперу и очень ценил хорошие голоса.

Джеймс Колозимо

В процессе своего возвышения у Колозимо возникли проблемы с конкурентами: ему стали приходить письма Чёрной руки с угрозами и требованием денег. Жена дона Колозимо Виктория Мореско посоветовала ему пригласить из Нью-Йорка Джонни Торрио, который приходился ей племянником (по другим источникам, Торрио приходился племянником самому Колозимо). Торрио смог уладить все неприятности (несколько вымогателей при этом расстались с жизнью), дела в Чикаго у него пошли в гору и скоро он окончательно перебрался сюда из Нью-Йорка и сделался ближайшим помощником Большого Джима.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.