Мамба и храм Баала
- -
- 100%
- +
Этот день ничего больше нам не принёс, так же, как и следующий, а вот на третьи сутки мы смогли впереди рассмотреть верхушки далёких гор, и перед ними стали видны силуэты чего-то неясного.
– Дошли, – прокомментировал Рам и даже, кажется, улыбнулся. – Хотя до этих развалин ещё идти и идти.
С трудом удержав желание найти и приложить к глазам бинокль, я приложил вместо него руку к лицу, пытаясь разглядеть издалека эти, наверное, живописные развалины. Ну, что тут сказать, лучше подъехать поближе, дабы насладиться древней красотой воочию. Мы так, собственно, и поступили.
А вообще, мне что-то уже поднадоели все эти индивидуально-групповые приключения. Едем-едем и никак не доедем, а у меня план горит, империя стынет, и войско будущее ждёт и плачет. Почему плачет? Да потому, что хозяина нет, чтобы это войско собрать, вот они и плачут. А я вот он…, тут…, почти рядом…, можно сказать, что близко, буквально за вашей спиной, то есть, сзади. Ага, но они ведь этого ещё не знают и сидят по своим хижинам да кочевьям, слезы горькие льют да себя берегут. А я тут шлындаю, понимаешь, горя-приключения себе по горло огребаю. Нехорошо ведь так, совсем нехорошо.
Понятно, что надо проще быть, и люди к тебе потянутся, но я и так уже проще некуда. А задачи, что стоят передо мною, так вообще горят синим пламенем, ну или красным, да хоть зелёным, но горят же, а это не есть гут, совсем не есть гут. Надо уже выпутываться из этих дерьмовых сетей и становиться кем-то значимым, как говорится в той советской сказке про революцию: «Кто был никем, тот станет всем». Но желания – желаниями, а возможностей пока не предвиделось.
Найденный мной костяной меч Рам оценил, но не понял его преимущество и значение для меня. Он решил, что тот довольно красив, но скорее, как диковинка, чем что-то нужное, он же не видел, как я им краба пробил, буквально играючи. Хотя стоит меч ещё раз проверить, например, на черепахах.
А пока Ап уже принялся работать над ним, желая поскорее сделать резную рукоять. Правда, ему предстоит ещё долго мучиться: кость оказалась довольно крепкая и плохо поддавалась лезвию бронзового ножа. Ничего, если долго мучиться, что-нибудь получится.
К обеду мы смогли подойти настолько близко к развалинам, что они уже оказались достаточно хорошо видны. Часть полуразрушенных временем и людьми зданий закрывалась разросшимися вокруг деревьями, а часть вполне целых на вид строений весьма красочно выглядывала из-за сочной зелени, возвышаясь над нею своими каменными стенами.
До города оставалось совсем немного, и солнце ещё стояло довольно высоко над линией горизонта, когда Рам решил остановиться на ночлег. Место для ночлега он выбрал удобное. Им оказался довольно высокий холм, с которого открывался прекрасный вид на окрестности.
Справа виднелись синие воды океана, а впереди и немного левее располагался и сам город. Этот холм когда-то явно использовался в качестве смотровой площадки, и здесь находился пост охраны. Об этом свидетельствовали уже мало различимые следы частых костров и пологий спуск, с вырезанными в земле ступеньками. Они почти стёрлись, оплыв под действием дождей и яркого солнца, оставив еле различимые контуры.
– Как назывался этот город, и кто его основал? – спросил я у Рама.
– Как назывался, я не знаю, время стёрло из людской памяти его название, а основали его финикийцы, что ушли отсюда давным-давно.
– А почему ушли?
– Не знаю. Финикийцы – великие мореплаватели и, говорят, смогли доплыть до места, где заканчивается Африка, так что, здесь они пребывали очень давно. Наверное, они основали город в поисках золота и драгоценных камней. А ещё отсюда удобно вывозить морем слоновую кость, растения и пряности, ароматную смолу, шкуры и кости редких животных. В общем, им было ради чего здесь жить, потом они отвернулись от богов, а боги отвернулись от них, и все ушли. Теперь там живут только дикие звери да злые духи. Никто не рискует входить в старый город, да никто туда и не ходит.
– А как же те люди из неизвестного прибрежного племени, с которыми ты должен встретиться?
– Они не ходят туда. Они должны прийти к нам на этот холм, дальше они не заходят.
А Попобава где живёт?
– Он живёт вон в тех горах, что виднеются за городом, если мне не наврали кочевники.
– Тогда он легко может на нас напасть, ведь мы здесь, как на раскрытой ладони. Холм высок, и нас видно со всех сторон.
– Нет, местные передали, что Попобава тоже не любит летать над разрушенным городом, он огибает его, когда летит охотиться к морю или в саванну.
– Сомневаюсь, – скривил я губу, не найдя никакого объяснения этой информации.
– Не сомневайся, я многих выспрашивал, так и есть.
Я хмыкнул, но спорить не стал, по моему мнению, лучше пути, чем находить пищу на вершине холма у птеродактиля никогда не будет. Это самый убойный для него вариант: и приземлиться можно легко, и видно издалека. Ну, да посмотрим.
Мы стали располагаться на ночлег, стаскивая для костра как можно больше топлива, следуя распоряжениям Рама. Вернее, это делали Ап и Криш, а мы с Рамом занимались обустройством нашего лагеря. Верблюдов оставили пастись с другой стороны холма, не видной ни с океана, ни со стороны города.
– Как стемнеет, мы разожжём большой костёр, его будет видно издалека и те, кто ждёт его появления, обязательно придут на следующий день, – продолжил прерванный работой разговор Рам.
– А если не придут?
– Тогда мы будем ждать три дня, навещая город, а потом уйдём в сторону гор, искать яйца Попобавы.
– Ясно, ну, тогда будем ждать. Ты не против, если я сварю на костре полезные отвары, ведь нам много испытаний ещё предстоит пройти, они обязательно пригодятся. Я набрал в пути множество редких полезных растений, о которых только слышал, но никогда не видел.
– Хорошо. Я заметил, что ты их собираешь, ты многое знаешь, что не положено знать обычному воину.
– А кто тебя сказал, что я обычный воин? Я необычный, а знания у нас передавались от деда к внуку, в течение десяти поколений, жаль, что у меня нет ни жены, ни детей, чтобы передать эти знания им.
– Ты можешь передать их мне, у меня три жены и целая куча детей, я найду среди них достойного, кто получит твои знания через меня.
Услышав столь интересную речь из уст Рама, я откровенно рассмеялся.
– Хорошо, я научу тебя приготовлению нескольких полезных отваров и объясню их назначение, но не думай, что это будут самые редкие из них. Просто они пригодятся любому, составы простые, а растения, из которых их можно сделать, произрастают практически везде.
– Благодарю тебя, – неожиданно наклонил голову Рам, прижав к левой груди руку.
Я кивнул, усмехнувшись. И тут вдруг задал вопрос Криш.
– А меня ты можешь чему-то научить?
– Могу, только чему?
– Ну, например, быстро драться.
– Нет, этому я не могу.
– Но я же видел, как ты дрался.
– Это мне помогали боги, Криш.
– Всегда тебе помогают боги, ты служишь чёрным богам, а они за это тебя когда-нибудь сожрут!
– Всё может быть, но я бы на твоём месте больше переживал за себя.
Мелкий араб скривился и, зло сплюнув, отошёл в сторону и уже оттуда временами зыркал на меня. Я отвернулся и погладил рукоять кинжала жреца, что висел у меня на поясе. Напрягает меня этот Криш, но для прояснения всех вопросов с ним время ещё придёт. Ап давно получил задачу присматривать за ним, и он её выполнит, насколько я знаю уже Апа, и выполнит, несмотря ни на что. Хорошо, что у меня сейчас есть такой преданный человек, я это ценю.
Когда стемнело, на вершине холма запылал костер, разожжённый нами. Действительно, свет от его огня можно заметить на сотни километров вокруг. Отойдя от костра в темноту, я осмотрелся. Нет, нигде не видно никаких огней. Океан дышал прибоем, изредка отсвечивая белой пеной, а мир саванны казался пуст от любых огней, кроме глаз ночных хищников. Горы, что сейчас скрывались в ночной темноте, также не имели никаких огней. Девственная природа, а ведь когда-то тут жили люди, м-да…
Мы сидели у костра, пока его пламя ярко вздымалось вверх. Временами со всех сторон слышались хищные завывания зверей или кого-то ещё. От таких звуков любому становилось не по себе, наверное, кроме меня. Я тут согласен с Кришом, если бы он знал, что я собой представляю, то навеки оставил любую мысль мне навредить. И вообще, хотел бы, давно его уничтожил, но я добрый, так что, пусть живёт, пока есть от него польза.
Разбив ночь на дежурства, мы легли спать. Наступило моё время караулить лагерь, и меня разбудил Ап. Заступив на пост, я некоторое время стоял, вглядываясь и вслушиваясь в темноту, не услышав ничего подозрительного, уселся и стал терпеливо ждать окончания своего дежурства.
Временами в воздухе проносились неясные чёрные тени, а потом со стороны развалин города вдруг донёсся чей-то душераздирающий вопль, такой отчаянный, что я вздрогнул и принялся вглядываться в ту сторону. Вопль повторился ещё дважды, затем тот, кто его издавал, заткнулся и больше не беспокоил меня. Передав дежурство Кришу, я заснул, думая о том, чтобы вовремя проснуться в случае опасности. С этой мыслью и спал.
Глава 4. Развалины
Утром я проснулся живым и здоровым. За завтраком Криш и Рам обменивались впечатлениями о ночных криках, доносившихся из города.
– Я тоже их слышал, – проинформировал я их, – жутко, и непонятно чьё горло издаёт такие звуки: птичье, либо животного или человека.
– Это злые духи города орали! – авторитетно заявил Криш.
– Духи не орут, это орут те, кто занял место ушедших людей в городе, – поправил его Рам.
– Неважно, не стоит нам туда идти.
– Ты боишься, Криш?
– Я ничего не боюсь, – взвился араб, и тут же, как ни в чём ни бывало, добавил, – просто не хочу туда идти.
Рам посмотрел на него, потом на меня, и принял очевидное для меня решение.
– Хорошо Криш, останешься здесь охранять наш лагерь. До города недалеко, мы быстро доедем, остановимся на его окраине. С верблюдами будет Ап, а мы с тобой, Егэр, пойдём дальше. Нам нужно облазить весь город, чтобы найти там то, что я ищу, ну, и попутно, что найдётся. Его оставляли быстро, может, что-то и осталось нетронутым.
– А местные племена?
– Местные ходили, но потом с ними стали случаться нехорошие вещи, и они оставили город в покое, он простоял так несколько поколений, если не больше. Давно это было, давно.
– Понятно, ну, что же, давай так и сделаем.
Собравшись, мы выехали в сторону города втроём. Криш остался на холме ждать нас, меня это немного покоробило, но вёл нас Рам, потому я легко отправился с ним. Город постепенно приближался, отчего его стены становились видны всё отчётливее. Растительность бывших садов поражала своей бурной зеленью и неухоженностью, и в то же время, ничего не зачахло. Здесь рос инжир, выродившаяся банановая трава с мелкими и наверняка невкусными бананами, и многочисленные финиковые пальмы.
Вокруг города раскинулись ранее возделываемые поля, сейчас же они оказались покрыты разнотравьем, по большей части не имеющим никакого отношения к бывшим посевным культурам, хотя кое-где различались бобовые, а также длинные плети с маленькими арбузами. Арбузы ведь давно известны в Африке, даже в египетских пирамидах находили их остатки, положенные в качестве пищи для души погребённого человека. Надо пройтись по этим полям и собрать чего-нибудь, пригодного для супа.
А пока мы приблизились к окраине города, где и оставили Апа с тремя верблюдами. Сами же направились дальше, вооружившись копьями и другим оружием. Я даже по такому случаю захватил с собой щит и шотель.
Возле города мы смогли рассмотреть русло небольшой реки, которое ныне уже пересохло, и даже прошедший сезон дождей никак не отразился на его состоянии. Оно, как было сухим, так и осталось, лишь только несколько луж виднелись на поверхности и всё. Возможно, эта река пересохла ещё в то время, когда город активно существовал, что и стало ещё одной причиной, по которой люди покинули город.
Стены вокруг города не имелось, то ли изначально оказалась не нужна, то ли разобрали, лишь кое-где виднелись небольшие бортики, да торчали четыре башни по углам города, которые мы заметили, только приблизившись. Башни оказались полуразрушены, и потому не выделялись на фоне остальных зданий.
До них ещё дойдёт очередь, а пока мы двигались по главной улице, обнажив оружие, озираясь и пытаясь среагировать на любую опасность. Город казался пустым, на это указывали открытые проёмы дверей и окон, в которых давным-давно не имелось ни дверей, ни решёток, всё сожрало его величество время.
Рам откровенно нервничал, а я просто осторожничал. Ничего особенного я пока не чувствовал, хотя находился весь в ожидании возникновения любых неприятностей. Но пока ничего кроме ядовитых змей и многочисленных скорпионов не попадалось. Мы постепенно дошли до главной площади города, точнее, до единственной, которая находилась среди высоких, по здешним меркам, двухэтажных зданий. Она оказалась совсем пуста.
Не оказалось на ней ничего, кроме свободного пространства и вековечной пыли с песком. Вокруг теснились здания, одно из которых выделялось на фоне других более утончённой постройкой.
– Нам туда, – кивнул на него Рам.
– Хорошо, идём.
Мы свернули к нему. Перед входом в здание располагались две небольшие каменные статуи с человеческими фигурами, но с головами быков. Их уже потрепало время, но незначительно. И тут я вспомнил, кто такие финикийцы, и кем они были. Это тот же народ, что основал Карфаген и поклонялся Баалу, то бишь, быкоголовому божеству. Тут мне сразу стало всё понятно. Помнится, Змееголовый очень не любил этого самого Баалу, у него с ним возникали постоянные конфликты, да и мне доставалось, и вот я явился в его вотчину. М-да.
Выставив копья вперёд, мы шагнули в проём двери. Когда-то здесь стояли деревянные двери, сейчас же от них ничего не осталось. Входи, кто хочешь, бери, что можешь. Демократия! Хотя, нет, коммунизм!
Помещение холла оказалось большим и пустым, мы прошли его и попали в первый коридор. В здании оказалось достаточно много различных помещений, большинство из которых не поражали своими размерами, и, скорее, напоминали каморки. Везде отсутствовали двери, даже обломки, как будто их всех взяли и вывезли разом.
Пройдя по комнатам, мы ничего не обнаружили: везде оказалось пусто, только бродили насекомые по полу, да в углах вили липкую паутину пауки, ну и дикие африканские осы жужжали и роились в гнёздах под потолком. Сплошная идиллия: ни одного животного, сплошь насекомые.
Ничего интересного мы пока не нашли, хотя Рам изо всех сил и пытался это сделать, но не повезло. Я же думал о том, что если что-то и найдём, то оно явно не будет вот так вот просто лежать и ждать своего нового хозяина, тут наверняка есть для этого подвалы и тайные схроны. На всякий случай, мы простучали все стены и кое-где пол, но пустот не обнаружили. Рам явно расстроился, а я – совсем нет, это не моя война и не моя добыча, так стоит ли волноваться?
Через некоторое время мы вышли из здания и направились в следующее. Оно оказалось намного меньше предыдущего, и такое же пустое. Правда, состояние его оказалось намного хуже. Осмотрев его, мы вышли и стали бродить по всем зданиям в поисках приключений.
Строений на самом деле оказалось не так и много, мы задержались только в первой башне, изрядно разрушенной. И даже нашли подвал, но не смогли его открыть, так как у него имелась дверца, которую накрепко заклинило. Пришлось отступить. До обеда мы смогли осмотреть ещё одну башню, спугнув там целую кучу местных летучих мышей, и повернули обратно.
Осталось осмотреть примерно половину города, а потом уже второй раз всё более тщательно. А ещё из города выходила дорога, что вела неизвестно куда, скорее всего, в горы. Нужно будет и по ней пройтись и разведать.
Мы вернулись к Апу, который настороженно нас ожидал. Ничего плохого не случилось, солнышко по-прежнему ярко светило, ветер дул, а по деревьям разросшейся возле города рощи скакали крупные обезьяны.
Их только тут ещё не хватало, хотя развалины – лучшее место для обезьян, но они отчего-то в них не селились, только в одном доме, сильно разрушенном, мы увидели их помёт и места лёжки, все остальные здания никаких следов их присутствия не имели.
– Никто не нападал на тебя, Ап?
– Нет, хозяин, никто не нападал, только обезьяны злые издалека кидались камнями. Ап в них стрелу пустил, они разбежались, и больше никого.
– Это хорошо, – я глянул из-под ладони на солнце, часа четыре, наверное, уже, а мы с утра не жрамши, так, перекусили сыром с водой, и всё.
Кстати, воды в городе мы нигде не нашли. Ни колодцев, ни арыков, ни обычных луж или ям. Странно. До холма нам предстоит ехать часа два, как раз до наступления темноты успеем добраться, поужинать и отдохнуть. Интересно, чем там занимается Криш, спит, небось, или наоборот, бдит, усираясь от страха? Посмотрим, посмотрим…
Усевшись на верблюдов, мы стали возвращаться. Проехав большую часть пути спокойно и не торопясь, подъезжая, заметили на вершине холма Криша, который прыгал и громко орал, указывая куда-то в сторону рукой. Рам насторожился, а я сразу повернул голову туда, куда указывал Криш, и увидел большую птицу или, можно сказать, огромную.
Долго всматривался в небо, так как она летела очень далеко, видимо, со стороны океана. Туда же устремил свой взгляд и Рам. Я не сразу понял, кого я вижу, а когда рассмотрел, то сильно удивился. За прошедшее время я постепенно забыл про него. А это оказался он, Попобава, блин, то бишь, птеродактиль. Вот и думай: то ли радоваться, то ли огорчаться такой встрече.
Проводив ящера глазами, я вновь переключился на Криша, что уже перестал орать, а лишь провожал глазами улетающего монстра. Улетал он, как мы смогли заметить, в сторону гор, видимо, там его гнездо, где лежит яйцо. Проводив взглядом птеродактиля, мы заторопились на холм.
– Что видел? – обратился к Кришу Рам.
– Попобаву видел.
– Мы его тоже видели, сюда прилетал?
– Нет.
– Кто-нибудь приходил?
– Нет, никого не видел, всё тихо, лишь только шакалы бегают, да дикие ослы гуляют.
– Людей не видел?
– Нет, вообще никого в округе, словно всё вымерло.
– Так и есть, всё вымерло, нет тут никого из живых.
– А мёртвые есть?
– Может и есть, но мы останков не видели, даже захоронений не обнаружили, да мы далеко и не ходили. Смогли только полгорода обойти, на этом всё.
– Ааа, – выразил дельную мысль Криш и заткнулся.
На этом разговор завершился, и мы занялись обычными делами. Поставив на костёр котелок с водой, Криш стал готовить еду, а я отошёл в сторону, наблюдая за океаном. Что-то мне подсказывало, что всё окажется не так просто, и нас ждут ещё большие неприятности, но какие?
Постепенно наступал вечер. Ап спустился к подножию холма и там усердно шлифовал рукоять найденного мной костяного меча. Если у него что-то получится, то назову его – Морской меч или ещё как-нибудь звучно. Внутри у меня складывалось чувство, что пора становиться вождём, а тогда мне нужны соответствующие атрибуты, и чем они окажутся необычнее, тем лучше.
Меч, шлем, броня, харизма. Всё по отдельности – хорошо, а вместе – даст тройной эффект. Будет у меня меч, есть броня, хоть и льняная, остался шлем, ну и ещё что-нибудь добуду. Щит тоже есть.
– О чём задумался, Егэр? Думаешь, что пора бы свалить от нас? – вдруг решил поговорить со мной Рам.
– Я? Зачем?
– Ну…, – не нашёлся сразу с ответом Рам, – чтобы не оставаться здесь.
– А как же быть с клятвой тогда?
– Я вот смотрю на тебя и думаю, что ты можешь и обойти её.
– Не могу, – усмехнулся я, и в свою очередь задал вопрос, – а чего это ты вдруг стал меня спрашивать? Я поклялся, и я исполню свой долг, либо ты заберёшь свои условия назад и снимешь с меня клятву.
– Вот я поэтому и спрашиваю тебя, ты владеешь тайными знаниями, которые мне неизвестны, вдруг ты сможешь сделать так, что я сам откажусь от своих слов и сниму с тебя клятву.
Честно говоря, я удивился проницательности Рама, я мог так сделать, не собирался, но мог, при определённых обстоятельствах, конечно. Пока такие обстоятельства не наступили. Я не стал делать паузу и ответил практически сразу.
– Нет, я так сделать не могу, да и не хочу, – слово «пока» я решил оставить при себе.
– Я надеюсь на это. Чувствую, что нам стоит отсюда уйти, и если к нам не придут те, кто должен, то мы уйдём на третьи сутки в сторону гор, а дальше я скажу, как мы сможем выбраться отсюда.
– Я тоже чувствую, что с этим городом что-то не так, надо готовиться к нападению, правда, не знаю, кого, но готовиться надо.
– Будем готовиться, – отозвался Рам.
Когда наступила ночь, и мы улеглись спать, выставив часового, из города послышались жуткие звуки, которые неизвестно кто издавал, и раздался какой-то неясный шум. Все вскочили и принялись всматриваться в ночь. Криш и Ап здорово испугались, Рам держался и не показывал страха, но напрягся очень сильно. Один я смотрел на это действо с профессиональным интересом, пытаясь понять, что за хрень там творится. Прямо захотелось пойти и посмотреть на этих тварей, что там орут и колобродят. Спать, понимаешь, мешают и напрягают соратников.
Может, эти звуки издают давешние обезьяны, что кидались в Апа вонючими и горькими бананами? Он же подстрелил кого-то из них, вот они и собрались нам мстить, пользуясь своей многочисленностью и наступившей темнотой… Хотя, вряд ли это обезьяны.
Не думаю, что увижу там пляшущих скелетов или голых ведьм с дряблой грудью, рассекающих воздух на эбонитовых мётлах. Тьфу, каких эбонитовых, эбеновых… Но кто-то же там орёт и вон, кажется, даже огоньки какие-то загорелись. Да тут прямо движуха пошла серьёзная.
В это время крики усилились, отчего весь сон пропал окончательно, причём, у всех. Дикие визги, вой и завывания усилились, а потом вдруг резко стихли. Все немного подождали, прислушиваясь, и стали укладываться спать, кроме того, кто оставался дежурить, но тут опять заорали, все вновь вскочили, и так повторилось несколько раз подряд.
За этой суматохой я совсем забыл про своего кота, а он всё это время спокойно сидел возле меня. Я пристально взглянул на него. Джа почувствовал взгляд и поднял на меня свою мордочку, тихо мурлыкнув. Я кивком головы указал на город. Джа повернул голову, с минуту послушал дикие звуки, забавно шевеля ушами, и равнодушно отвернулся, тут же принявшись тщательно умываться.
Понятно, что же, завтра пойдём и посмотрим, что там такое творится, и Джа с собой возьму, пусть поищет. Приняв для себя такое решение, я завалился спать, моя очередь дежурить выпадала под утро. Глядя на меня, лёг спать и Ап, а Криш с Рамом сидели и настороженно прислушивались: один дежурил, а другой просто не мог спать. Ну, пусть дежурят.
Под звуки дикой какофонии я и уснул. Мне она, как музыка успокаивающая, когда я всё для себя решил. Под утро меня разбудил Рам, настала моя очередь дежурить, а он тут же отправился спать. Диких криков и светящихся огоньков пока не было, но они возобновились опять через некоторое время, хотя стали тише. Рам вздрогнул, проснулся, посмотрел на меня, задумчиво смотрящего в сторону океана, и вновь заснул.
Утром Криш и Рам казались весьма хмурыми. А меня раздирало любопытство. Плотно позавтракав, я начал собираться снова в город, за мной решил последовать и Ап.
– Я не поеду в город, – вдруг сказал Криш, чем изрядно меня удивил.
Я повернул голову в сторону Рама, тот задумчиво смотрел на далёкие развалины, очевидно, прикидывая шансы остаться в живых в случае посещения города. Судя по его виду, шансы оказались в его раздумьях весьма небольшими.
– Егэр, ты готов со своим рабом ехать в город и самому всё там осмотреть?
Гм, кто бы сомневался, что мне это предложат. Сделав продолжительную паузу, я нехотя согласился.
– Готов, но какова окажется моя награда?
– Она будет увеличена.
– На сколько?
– Намного.
– ???
Тут мне захотелось плюнуть Раму под ноги, но я сдержался. Я старался не казаться умнее его, скорее, даже наоборот, чтоб, как в той рекламе, не выделяться, но и откровенным дураком выглядеть не хотел. Здесь же, с какой стороны ни посмотри, везде всё только на словах.
– Хорошо, а если я что-нибудь найду там?
– То будешь сражаться, пока мы не придём тебе на помощь.
– А если я найду сокровища?
– То мы их поделим пополам.
Я для вида поколебался и согласился. Кликнув Апа, направился к верблюдам.
– Хозяин, а ты не боишься?
– Я? Нет, нечего там бояться. Едем, всё увидим сами. Главное – ввязаться в бой, а там разберёмся.
Позвав Джа, я выехал в сторону города, вооружившись, что называется, до зубов. Приехав почти под самые стены башни, мы спешились и, взяв наизготовку луки, направились вдоль стен. Верблюды шли за нами, их контролировал Ап.