Лилит. Госпожа огненных пустошей

Глава 3. Никогда не называй меня по имени

Лилит проснулась на удивление посвежевшей. За время путешествия Тёмная уже отвыкла спать столько, сколько ей было необходимо. Теперь же она села, потянулась и сладко зевнула. Накинула плащ и тут же почувствовала, что разодранная спина весьма странно реагирует на прикосновения шёлка. Но Лилит лишь повела плечами, обулась, собрала вещи и двинулась вниз по дороге.

Она уже почти достигла подножия Сумрачных гор, когда поняла, что опоздала: подъемный мост перед замком был опущен, цепи, удерживавшие его, оборваны. Тут и там валялись мёртвые тела бесов.

– Двэйн вас разбери, – пробормотала чародейка.

Она сбросила мешок на землю, уселась на него и, опершись о посох, стала думать. И ждать. Наглость Двэйна перешла все границы – бесспорный факт. Предложить ей, Лилит, тысячелетия правившей адом, служить жалкой рогатой твари… Это просто не укладывалось у нее в голове. Демону следовало пасть на колени при виде Владычицы и смиренно молить о прощении. Ведь, кроме прочего, он присвоил титул Лилит, и теперь все его поражения – а Лилит уже видела, что их будет немало – припишут ей, Тёмной Госпоже.

Двэйн просто напрашивался на наказание. Он напрашивался на наказание всегда, но теперь в особенности. Самым правильным было бы заявиться в Пандемониум и выжечь подчистую всех этих копошащихся психов, возомнивших себя её преемниками. Лилит с тоской посмотрела на свою правую руку, где красовалась Печать Праведного – здоровенное уродливое клеймо с символикой церкви. Мало того, что печать сковывала изрядную долю её силы, она же удерживала Лилит от проникновения в Ад. Фактически её карьера как Тёмной Владычицы была окончена. Но за те триста лет, что прошли после её встречи с Солнцеподобной Ниулой, Лилит ни разу об этом не пожалела.

Поначалу, конечно, было довольно паршиво. Людишки, копошащиеся вокруг и плевавшие на неё, навевали тоску. Убивать их запретили строго-настрого – под угрозой расчленения и захоронения частей по всему свету. Но все-таки даже такой приговор был чистой воды помилованием. Лилит отлично понимала, что сама она никогда бы не оставила такого врага в живых.

А потом она привыкла. Тем более в мире обнаружились и другие приятные вещи кроме убийства людей. Она не любила животных, от них плохо пахло. Драгоценные камни тоже стоили для неё очень немного – она навидалась их столько же, сколько жестокости и смертей. Но вот растения… Их постепенный рост изо дня в день как нельзя лучше соответствовал её долгой, а теперь ещё и размеренной жизни. Лилит могла часами следить, как поднимается из-под земли стебель проса, и это казалось ей куда лучшей судьбой, чем вечное заточение в этой самой земле без рук и ног.

Люди и животные могли быть суетны, растения – никогда. Растениями нужно было уметь управлять – осторожно и грамотно, как и людьми. Нужно было знать, когда сеять и когда поливать. Как соблюсти меру. Они чутко реагировали на смену погоды, приток воды, даже на присутствие живых существ – но молчали, не раздражали её бесполезными разговорами.

Лилит совсем не скучала по своей прошлой жизни Владыки Ада: интриги, недоверие, постоянная злоба – всё это утомило её уже давно. Особенно её раздражали Герои. Все они считали, что стоит победить Тёмную Владычицу, и в мире наступит эра вечного благоденствия, а в аду вырастут цветы и запорхают бабочки. Никому из них не приходило в голову, что не Владычица делает Ад Адом, а Ад создаёт Владыку, потому что нуждается в нём. Ведь без сильной и жестокой руки демоны, умертвия, злые духи – все те, кто был слишком неуправляем для жизни на земле, начнут истреблять друг друга. Но не истребят до конца, нет. Они будут втягивать в свои войны всё больше и больше невинных, превращая землю в новый Ад.

Лилит вздохнула. Герои этого не понимали. А вот она могла бы быть дальновиднее. Владычица мертва – да здравствует Владыка. Ближайшее окружение неизбежно должно было начать передел власти. И рано или поздно кто-то из них стал бы новым Владыкой. Но Двэйн? Лилит вновь охватила ярость. Лилит предпочла бы видеть на своём троне самого мелкого из бесов, но только не Двэйна. Она всё понимала и не собиралась претендовать на престол, но… Но… Двэйн? Лилит едва слышно зарычала, не замечая, как трещит под пальцами драгоценное дерево.

– Ты выжила, Тёмная? – услышала она удивлённый возглас совсем рядом.

– Меня не так-то легко убить, – отчеканила Лилит привычную фразу и только потом подняла глаза на говорившего.

Компания героев устало тащилась по дороге. Вещмешки, набитые награбленным, оттягивали спины.

– Что с Эльвирой? – спросила она.

– Эльвирой? А, эта… – Алистир был непривычно весел и разговорчив, утро у него явно удалось. – Разорвали её на части и сбросили в ров.

– Мир её праху, – прошептала Лилит едва слышно.

– Что ты там бормочешь? Никак проклятье новое придумала?

Лилит резко поднялась и шагнула к путешественникам. Что-то было в её лице, что заставило их сделать синхронный шаг назад. Тиэль вскинула лук и натянула тетиву – но так и не выстрелила. Несколько секунд Лилит молча смотрела на Алистира. Затем Темная отступила назад и тихо сказала:

– Я просто спросила – куда теперь?

Алистир поправил мешок за плечом.

– Мы нашли карту, где отмечены три тюрьмы. Нужно освободить узников, – ответил за него Киган.

Лилит вздохнула. Конечно. Если есть узники – их нужно освободить. А то, что никого не сажают в тюрьму за красивые глаза, им в голову не приходит.

– Вперёд, – скомандовал отряду Алистир, – нужно пересечь горы до темноты.

***

– Владыка? – ушки беса возбуждённо подёргивались, но из-за двери он выглядывал с опаской.

Поговаривали, что Двэйн был не в настроении ещё с вечера.

– Говори, – бросил демон, возлежавший на кровати с кубком в руке. У его ног скорчилась обнажённая фигурка суккуба.

Бес осторожно пересёк порог спальни и замер, всё ещё придерживаясь рукой за дверь.

– Хорошие новости, повелитель, – сказал он и замолчал, ожидая реакции. Владыка изогнул бровь и повторил:

– Говори.

– Эльвира, самозванно объявившая себя Повелительницей Тьмы, разорвана на части и сброшена в воду. Уже завтра её части достигнут океана, и никто не сможет её оживить.

Двэйн усмехнулся.

– Не хочешь ли ты сказать, что это ваша заслуга?

– Много моих братьев полегло в битве в Сумрачных Горах! – обиженно заявил бес.

– Конечно. А то, что на горном перевале я встретил вашу «чокнутую колдунью», никак с этим не связано. Вон отсюда! – рыкнул он и, не дожидаясь, пока закроется дверь, запустил когтистые пальцы в волосы Сканлан.

Суккуба мелко задрожала. Двэйн приподнял её голову и дернул в направлении своего паха. Демоница торопливо и послушно освободила плоть господина из просторных штанов и приникла губами к головке, но Двэйн с силой надавил на её затылок, заставляя одеться горлом на член, резко и до конца.

– Проклятая Лилит, – прошептал Владыка, наслаждаясь тем, как хрипит суккуба на его плоти.

Стоны Сканлан тёплым ветерком проходились по коже, создавая незабываемое ощущение. Он слегка отпустил затылок заложницы, позволяя ей отстраниться, и тут же насадил обратно. Когти Сканлан вцепились в бёдра Двэйна в попытке оттолкнуть господина, но лишь разорвали нежную кожу. Это ещё больше завело демона, он чуть ослабил хватку на затылке и уже сам несколько раз толкнулся бёдрами в податливое горло. Резко выдохнул и выпустил струю тёплого семени.

– Лилит… – прошептал он, – устраняешь конкурентов… плевать… ты будешь служить… мне.

***

– Киган, – позвала Лилит храмовника, идущего чуть впереди неё.

Киган обернулся и замедлил ход, равняясь с чародейкой.

– Ты же понимаешь, что я не похищала Аэринн? – спросила она для затравки.

– Конечно. Если бы ты её похитила, то не шлялась бы с нами по буеракам.

– Хорошо, – согласилась Лилит. – И ты, надеюсь, не думаешь, что я собираю Армию Тьмы, чтобы уничтожить вас?

Киган задумчиво прикрыл глаза.

– Положим, если ты этим занимаешься, то очень хорошо маскируешься. Но утверждать ничего не могу.

– Отлично. Я всегда знала, что ты умнее всей этой компании, вместе взятой. Тогда скажи мне вот что. С чего вы решили, что Аэринн у Тёмного Владыки?

– Когда её похитили, её отец организовал погоню. Они нагнали отряд бесов, но девушки уже не было.

– Тебе не кажется, что ни один суд в мире не признал бы вину с такими уликами?

Киган фыркнул.

– Мы не на суде.

– Снимаю вопрос. Спрошу по-другому. Почему ты решил, что бесы служат Властелину Тьмы?

– Я не решал… Наш предводитель – Алистир.

– Ну да, ну да. Тогда спрашивать «почему», конечно, бесполезно. И всё-таки, – поторопилась продолжить Темная, замечая раздражение на лице клерика. – Представь на минуту… скажем… мм… что Владыка Тьмы не один?

Киган посмотрел на собеседницу с недоумением.

– Что за бред? – раздражение храмовника достигло предела, и Лилит поняла, что дальнейший разговор бесполезен.

– Подумай, священник, – сказала она, ускоряя шаг и оставляя Кигана позади. – И если что надумаешь – то пару возможных Владык я знаю по именам.

***

За день они не только преодолели горный склон, но и вдоль него прошли до берега реки Синеглазки. Алистир уверял, что до тюрьмы рукой подать, а там – на сей раз абсолютно точно – они обнаружат прекрасную и невредимую Аэринн. Весь остаток дня Лилит была молчалива и мрачна, однако разницы никто не заметил. Герои суетливо разбивали лагерь. Тиэль и Алистир отправились на берег ловить рыбу. Клейна они взяли с собой – «учиться». Гном копался в серебряных фляжках, найденных им в замке Эльвиры. Киган взялся сварить суп и теперь шинковал засохшие овощи в медный котелок.

Когда все разбрелись по спальным местам, на карауле остался один Алистир. Некоторое время светлый и Тёмная не моргая смотрели друг на друга. Затем Алистир зевнул и, облокотившись плечом о дерево, сладко засопел. Лилит облегчённо вздохнула, слегка отсела от огня и стала ждать.

– Я заставлю тебя признать мою власть, Лилит, – сообщил тёмный силуэт, выступая из огня и не здороваясь.

– Ты пришёл говорить со мной? – спросила Лилит и улыбнулась из-под капюшона.

– Да, – подтвердил Двэйн.

– И на что ты готов, чтобы я тебя выслушала?

Двэйн явно не ожидал такого поворота разговора.

– Ты… согласна на сделку?

– Я не говорила, что согласна. Но я, возможно, выслушаю тебя.

– Чего ты хочешь? – спросил Двэйн, уже подозревая неладное.

Однако голос Лилит имел на него странное воздействие – одновременно успокаивая и возбуждая, приводя в ярость и подчиняя.

– Для начала я хочу видеть, с кем говорю, – сообщила Лилит.

Двэйн медленно опустил назад капюшон. Лилит улыбнулась. Её мальчик совсем не изменился – в отличие от неё самой.

– Сними плащ, – сказала Лилит. – Я хочу убедиться, что это ты.

Руки Двэйна замерли на серебряной броши, изображавшей голову быка.

– Ты сошла с ума, – выдохнул он.

– Хочешь говорить со мной? – спросила Лилит.

Двэйн помедлил ещё секунду. Затем брошь расстегнулась, и чёрная ткань упала на землю, обнажая мускулистый торс и затянутые в кожаные штаны стройные бёдра.

– Покажи мне, – потребовала Лилит.

– Здесь?!

Чародейка видела, что глаза демона пылают ненавистью – и желанием.

– Не заставляй повторять приказы, – сказала Лилит ровно, но она видела, как содрогнулось тело демона.

Двэйн медленно расстегнул ремень и слегка приспустил пояс кожаных штанов.

– Не вижу, – сообщила Лилит.

Двэйн шёпотом выругался, опасаясь, что кто-то из героев проснётся и застанет Владыку Ада в весьма неприглядном виде. Он ещё ниже опустил штаны и сделал шаг по направлению к Лилит. Загрубевшие пальцы Госпожи легли на изощрённый след от ожога чуть ниже косточки на бедре демона – будто кто-то приложил к коже раскалённую печать или брошь в виде птицы, раскрывшей крылья в полёте. Пальцы скользнули чуть ниже, заставляя Двэйна резко выдохнуть… А после недовольно зашипеть, когда рука исчезла.

– На колени, – приказала Лилит, и Двэйн сам не понял, по какой причине колени его тут же коснулись острых камней.

Лилит нежно дотронулась пальцами до подбородка демона, приподнимая его лицо и заставляя посмотреть себе в глаза. Другой рукой она прошлась по затылку Двэйна. Взъерошила белоснежные волосы и слегка царапнула ногтем основание рогов, где кожа была особенно чувствительна. Двэйн тихонько застонал и прикрыл глаза от удовольствия.

– Смотреть на меня, – голос Лилит оставался ровным. Он обволакивал сознание Двэйна, словно погружал его в тёплую воду. Красные очи демона открылись и уставились в серые, будто пеплом припорошенные, глаза Госпожи.

– Скольких ты уже назвал своими слугами? – спросила Лилит, не меняя тона.

– Пять кланов… – дыхание Двэйна срывалось от близости знакомого тела. Он давно уже забыл, зачем пришёл сюда, и не понимал, зачем нужен этот разговор.

– Назови.

– Суккубы… Ифриты… Два клана бесов… Горные ведьмы…

– Всего-то? За триста лет? – Лилит была искренне удивлена, и голос её слегка изменил интонацию, но Двэйн этого не заметил.

– Я ждал тебя, – с некоторой обидой произнёс он, но и это осталось незамеченным.

– Кто, кроме тебя, называет себя Тёмным Владыкой? – продолжала допрос Лилит.

– Многие… Эльвира… Но ты уже убила её. Король кицунэ… Неумерший Сандро… Праотец вампиров… Старший ифрит говорил, что он будет править сам…. Но теперь он прикован цепью в моей тюрьме. Ты же… Ты же не хочешь выпустить его, Лилит?

Лилит нежно погладила щёку демона. Затем изогнула запястье, и из рукава её выпрыгнул изящный серебряный кинжал. Слегка надрывая кожу, Лилит провела лезвием от виска до подбородка демона. Приблизила губы к царапине и с упоением слизнула выступившую каплю крови.

– Никогда, – сказала она тихо, почти мурлыкая. – Никогда больше не смей называть меня по имени. Ты понял меня, Двэйн?

В глазах демона загорелся страх, когда лезвие спустилось ниже, коснувшись его шеи. Другая рука Темной Госпожи надёжно удерживала подбородок Двэйна. Секунду Лилит рассматривала, как плещется ужас в красных зрачках. Потом наклонилась вплотную к лицу демона, так чтобы дыхание коснулось его губ. В следующий миг она резко оттолкнула Двэйна сапогом, заставив проскрести руками по щебёнке, чтобы не упасть в огонь.