Полное собрание стихотворений
Издательство:
Автор
Жанры:
школьные учебники,учебная и научная литература,список школьной литературы 5-6 класс,список школьной литературы 7-8 класс,список школьной литературы 9 класс,список школьной литературы 10-11 класс,стихи и поэзия,русская классика,литература 19 века,сборник рассказов,5 класс,серьезное чтение,знания и навыки,cтихи, поэзияКниги этой серии:
- -
- 100%
- +
Кж. В. М. Волконской
On peut très bien, mademoiselle,Vous prendre pour une maquerelle,Ou pour une vieille guenon,Mais pour une grâce, – oh, mon Dieu, non.[5]Экспромпт на Агареву
В молчаньи пред тобой сижу.Напрасно чувствую мученье,Напрасно на тебя гляжу:Того уж верно не скажу,Что говорит воображенье.Окно
Недавно темною порою,Когда пустынная лунаТекла туманною стезею,Я видел – дева у окнаОдна задумчиво сидела,Дышала в тайном страхе грудь,Она с волнением гляделаНа темный под холмами путь.Я здесь! – шепнули торопливо.И дева трепетной рукойОкно открыла боязливо…Луна покрылась темнотой. —"Счастливец! – молвил я с тоскою:Тебя веселье ждет одно.Когда ж вечернею пороюИ мне откроется окно?"К Жуковскому
Благослови, поэт!.. В тиши Парнасской сениЯ с трепетом склонил пред музами колени:Опасною тропой с надеждой полетел,Мне жребий вынул Феб, и лира мой удел.Страшусь, неопытный, бесславного паденья,Но пылкого смирить не в силах я влеченья,Не грозный приговор на гибель внемлю я:Сокрытого в веках священный судия,[6]Страж верный прошлых лет, наперсник Муз любимыйИ бледной зависти предмет неколебимыйПриветливым меня вниманьем ободрил;И Дмитрев слабый дар с улыбкой похвалил;И славный старец наш, царей певец избранный,[7]Крылатым Гением и Грацией венчанный,В слезах обнял меня дрожащею рукойИ счастье мне предрек, незнаемое мной.И ты, природою на песни обреченный!Не ты ль мне руку дал в завет любви священный?Могу ль забыть я час, когда перед тобойБезмолвный я стоял, и молнийной струей —Душа к возвышенной душе твоей летелаИ, тайно съединясь, в восторгах пламенела, —Нет, нет! решился я – без страха в трудный путьОтважной верою исполнилася грудь.Творцы бессмертные, питомцы вдохновенья!..Вы цель мне кажете в туманах отдаленья,Лечу к безвестному отважною мечтой,И, мнится, Гений ваш промчался надо мной!Но что? Под грозною Парнасскою скалоюКакое зрелище открылось предо мною?В ужасной темноте пещерной глубиныВражды и Зависти угрюмые сыны,Возвышенных творцов Зоилы записныеСидят – Бессмыслицы дружины боевые.Далеко диких лир несется резкой вой,Варяжские стихи визжит Варягов строй.Смех общий им ответ; над мрачными толпамиВо мгле два призрака склонилися главами.Один на груды сел и прозы и стихов —Тяжелые плоды полунощных трудов,Усопших од, поэм забвенные могилы!С улыбкой внемлет вой стопосложитель хилый:Пред ним растерзанный стенает Тилимах;Железное перо скрыпит в его перстахИ тянет за собой Гекзаметры сухие,Спондеи жесткие и Дактилы тугие.Ретивой Музою прославленный певец,Гордись – ты Мевия надутый образец!Но кто другой, в дыму безумного куренья,Стоит среди толпы друзей непросвещенья?Торжественной хвалы к нему несется шум:А он – он рифмою попрал и Вкус и Ум;Ты ль это, слабое дитя чужих уроков,Завистливый гордец, холодный Сумароков,Без силы, без огня, с посредственным умом,Предрассуждениям обязанный венцомИ с Пинда сброшенный и проклятый Расином?Ему ли, карлику, тягаться с исполином?Ему ль оспоривать тот лавровый венец,В котором возблистал бессмертный наш певец,Веселье россиян, полунощное диво?..[8]Нет! в тихой Лете он потонет молчаливо,Уж на челе его забвения печать,Предбудущим векам что мог он передать?Страшилась Грация цинической свирели,И персты грубые на лире костенели.Пусть будет Мевием в речах превознесен —Явится Депрео, исчезнет Шапелен.И что ж? всегда смешным останется смешное;Невежду пестует Невежество слепое.Оно сокрыло их во мрачный свой приют;Там прозу и стихи отважно все куют,Там все враги Наук, все глухи – лишь не немы,Те слогом Никона печатают поэмы,Одни славянских од громады громоздят,Другие в бешеных Трагедиях хрипят,Тот, верный своему мятежному союзу,На сцену возведя зевающую Музу,Бессмертных Гениев сорвать с Парнасса мнит.Рука содрогнулась, удар его скользит,Вотще бросается с завистливым кинжалом,Куплетом ранен он, низвержен в прах Журналом, —При свистах Критики к собратьям он бежит…И маковый венец Феспису ими свит.Все, руку положив на том «Тилимахиды»,Клянутся отомстить сотрудников обиды,Волнуясь восстают неистовой толпой.Беда, кто в свет рожден с чувствительной душой!Кто тайно мог пленить красавиц нежной лирой,Кто смело просвистал шутливою сатирой,Кто выражается правдивым языком,И русской Глупости не хочет бить челом!.Он враг Отечества, он сеятель разврата!И речи сыплются дождем на сопостата.И вы восстаньте же, Парнасские жрецыПриродой и трудом воспитанны певцыВ счастливой ереси и Вкуса и Ученья,Разите дерзостных друзей Непросвещенья.Отмститель Гения, друг истинны, поэт!Лиющая с небес и жизнь и вечный свет,Стрелою гибели десница АполлонаСражает наконец ужасного Пифона.Смотрите: поражен враждебными стрелами,С потухшим факелом, с недвижными крыламиК вам Озерова дух взывает: други! месть!..Вам оскорбленный вкус, вам Знанья дали весть —Летите на врагов: и Феб и Музы с вами!Разите варваров кровавыми стихами;Невежество, смирясь, потупит хладный взор,Спесивых риторов безграмотный собор…Но вижу: возвещать нам истины опасно,Уж Мевий на меня нахмурился ужасно,И смертный приговор талантам возгремел.Гонения терпеть ужель и мой удел?Что нужды? смело в даль, дорогою прямою,Ученью руку дав, поддержанный тобою,Их злобы не страшусь; мне твердый Карамзин,Мне ты пример. Что крик безумных сих дружин?Пускай беседуют отверженные Феба;Им прозы, ни стихов не послан дар от неба.Их слава – им же стыд; творенья – смех уму;И в тьме возникшие низвергнутся во тьму.Осеннее утро
Поднялся шум; свирелью полевойОглашено мое уединенье,И с образом любовницы драгойПоследнее слетело сновиденье.С небес уже скатилась ночи теньВзошла заря, блистает бледный день —А вкруг меня глухое запустенье…Уж нет ее… я был у берегов,Где милая ходила в вечер ясный;На берегу, на зелени луговЯ не нашел чуть видимых следов,Оставленных ногой ее прекрасной;Задумчиво бродя в глуши лесов,Произносил я имя несравненной;Я звал ее – и глас уединенныйПустых долин позвал ее в дали.К ручью пришел, мечтами привлеченный;Его струи медлительно текли,Не трепетал в них образ незабвенный. —Уж нет ее!.. До сладостной весныПростился я с блаженством и с душою. —Уж осени холодною рукоюГлавы берез и лип обнажены,Она шумит в дубравах опустелых;Там день и ночь кружится желтый лист,Стоит туман на волнах охладелых,И слышится мгновенный ветра свист.Поля, холмы, знакомые дубравы!Хранители священной тишины!Свидетели моей тоски, забавы!Забыты вы… до сладостной весны!Разлука
Когда пробил последний счастью час,Когда в слезах над бездной я проснулся,И, трепетный, уже в последний разК руке твоей устами прикоснулся —Да! помню всё; я сердцем ужаснулся,Но заглушал несносную печаль;Я говорил: "Не вечная разлукаВсе радости уносит ныне в даль.Забудемся, в мечтах потонет мука;Уныние, губительная скукаПустынника приют не посетят;Мою печаль усладой Муза встретит;Утешусь я – и дружбы тихой взглядДуши моей холодный мрак осветит".Как мало я любовь и сердце знал!Часы идут, за ними дни проходят,Но горестям отрады не приводятИ не несут забвения фиал.О милая, повсюду ты со мною:Но я уныл и в тайне я грущу.Блеснет ли день за синею горою,Взойдет ли ночь с осеннею луною —Я всё тебя, прелестный друг, ищу;Засну ли я, лишь о тебе мечтаю, —Одну тебя в неверном вижу сне;Задумаюсь – невольно призываю,Заслушаюсь – твой голос слышен мне.Рассеянный сижу между друзьями,Невнятен мне их шумный разговор,Гляжу на них недвижными глазами,Не узнает уж их мой хладный взор!И ты со мной, о Лира, приунылаНаперсница души моей больной! —Твоей струны печален звон глухой,И лишь любви ты голос не забыла!..О верная, грусти, грусти со мной,Пускай твои небрежные напевыИзобразят уныние мое,И, слушая бряцание твое,Пускай вздохнут задумчивые девы.Истина
Издавна мудрые искалиЗабытых Истины следовИ долго, долго толковалиДавнишни толки стариков.Твердили: "Истина нагаяВ колодез убралась тайком",И, дружно воду выпивая,Кричали: «Здесь ее найдем!»Но кто-то, смертных благодетель(И чуть ли не старик Силен),Их важной глупости свидетель,Водой и криком утомлен,Оставил невидимку нашу,Подумал первый о винеИ, осушив до капли чашу,Увидел Истину на дне.На Пучкову
Зачем кричишь ты, что ты деваНа каждом девственном стихе?О, вижу я, певица Эва,Хлопочешь ты о женихе.Дяде, назвавшему сочинителя братом
Я не совсем еще рассудок потерялОт рифм бахических – шатаясь на Пегасе —Я не забыл себя, хоть рад, хотя не рад.Нет, нет – вы мне совсем не брат:Вы дядя мне и на Парнасе.Наездники
Глубокой ночи на поляхДавно лежали покрывала,И слабо в бледных облакахЗвезда пустынная сияла.При умирающих огнях,В неверной темноте тумана,Безмолвно два стояли станаНа помраченных высотах.Всё спит; лишь волн мятежный ропотРазносится в тиши ночной,Да слышен из дали глухойБулата звон и конской топот. —Толпа наездников младыхВ дубраве едет молчаливой,Дрожат и пышут кони их,Главой трясут нетерпеливой.Уж полем всадники спешат,Дубравы кров покинув зыбкой,Коней ласкают и смирятИ с гордой шепчутся улыбкой. —Их лица радостью горят,Огнем пылают гневны очи:Лишь ты, воинственный поэт,Уныл, как сумрак полуночи,И бледен, как осенний свет.С главою, мрачно преклоненной,С укрытой горестью в груди,Печальной думой увлеченный,Он едет молча впереди. —"Певец угрюмый, что с тобою?Один пред боем ты уныл;Поник бесстрашною главою,Бразды и саблю опустил!Ужель, невольник праздной неги,Отрадней мир душе твоей,Чем наши бурные набегиИ ночью бранный стук мечей? —Стезя войны пускай опасна,Завиден гордый наш удел.Тебе ли ныне смерть ужасна?Ты ввек средь боев не бледнел.Тебя мы зрели под мечамиС спокойным, дерзостным челом,Всегда меж первыми рядами,Всё там, где битвы падал гром.С победным съединяясь кликом.Твой голос нашу славу пел —А ныне ты в уныньи диком,Как беглый ратник, онемел". —Но медленно певец печальныйГлаву и взоры приподнял,Взглянул угрюмо в сумрак дальныйИ вздохом грудь поколебал."Глубокой сон в долине бранной;Одни мы мчимся в тьме ночной,Предчувствую конец желанный!Меня зовет последний бой!Расторгну цепь судьбы жестокой,Влечу я с братьями в огонь,Влечу грозой! – и одинокойВ долину выбежит мой конь.О вы, которым здесь со мноюПредел могильный положен,Скажите: милая слезоюВаш усладит ли долгой сон?Но для меня никто не дышит,Меня настигнет тишина…Эльвина смерти весть услышитИ втайне не вздохнет она. —А вы, хранимые СудьбамиДля счастья жизненных отрад,Пускай любовницы слезамиБлагословится ваш возврат!За чашей сладкого спасенья,О братья! вспомните певца,Его любовь, его мученьяИ славу грозного конца!"Элегия
Счастлив, кто в страсти сам себеБез ужаса признаться смеет;Кого в неведомой судьбеНадежда робкая лелеет;Кого луны туманный лучВедет в полночи сладострастной;Кому тихонько верный ключОтворит дверь его прекрасной!Но мне в унылой жизни нетОтрады тайных наслаждений;Увял надежды ранний цвет:Цвет жизни сохнет от мучений!Печально младость улетит,Услышу старости угрозы,Но я, любовью позабыт,Моей любви забуду ль слезы!Месяц
Зачем из облака выходишь,Уединенная луна,И на подушки, сквозь окна,Сиянье тусклое наводишь?Явленьем пасмурным своимТы будишь грустные мечтанья,Любви напрасные страданьяИ гордым разумом моимЧуть усыпленные желанья.Летите прочь, воспоминанья!Засни, несчастная любовь!Уж не бывать той ночи вновь,Когда спокойное сияньеТвоих таинственных лучейСквозь темный ясень проницало,И бледно, бледно озарялоКрасу любовницы моей.Что вы, восторги сладострастья,Пред тайной прелестью отрадПрямой любви, прямого счастьяПримчатся ль радости назад?Почто, минуты, вы летелиТогда столь быстрой чередой?И тени легкие ределиПред неожиданной зарей?Зачем ты, месяц, укатилсяИ в небе светлом утонул?Зачем луч утренний блеснул?Зачем я с милою простился?Певец
Слыхали ль вы за рощей глас ночнойПевца любви, певца своей печали?Когда поля в час утренний молчали,Свирели звук унылый и простой —Слыхали ль вы?Встречали ль вы в пустынной тьме леснойПевца любви, певца своей печали?Прискорбную ль улыбку замечали,Иль тихий взор, исполненный тоской, —Встречали вы?Вздохнули ль вы, внимая тихой гласПевца любви, певца своей печали?Когда в лесах вы юношу видали,Встречая взор его потухших глаз —Вздохнули ль вы?К сну
Знакомец милый и старинный,О сон, хранитель добрый мой!Где ты? Под кровлею пустыннойМне ложе стелет уж покойВ безмолвной тишине ночной.Приди, задуй мою лампаду,Мои мечты благослови,До утра только дай отрадуМоей мучительной любви.Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Примечания
1
Почему мне бояться сказать это?Марго пленила мой вкус.2
Т. е. в школе.
3
После этого стиха нескольких стихов не сохранилось.
4
Кому неизвестны Воспоминания на 1807 год?
5
Сударыня, вас очень легкоПринять за своднюИли за старую обезьяну.Но за грацию, – о боже, нет.6
Карамзин.
7
Державин.
8
Ломоносов.