Пир вампиров

Глава XII

ГДЕ СМЕРТЬ, ТАМ И НАДЕЖДА

Влад пострадал первым – и все из-за того, что не умел вести себя за столом. Он устремился к Гейбу, преисполненный решимости высосать из него всю кровь, не оставив запоздавшим товарищам ни единой капли. Влад видел, что Гейб выдувает изо рта какой-то пузырь, но не придал этому значения. В конце концов, еда часто ведет себя странно перед тем, как за нее принимаются.

Гейб увидел приближающегося к нему Влада и повернулся, чтобы встретить вампира лицом к лицу. Он продолжал надувать из жвачки пузырь, который стал таким большим, что заслонил Владу доступ к шее мальчика. Вампир с косой ухмылкой проткнул пузырь своим левым клыком. И отшатнулся назад, как ошпаренный, зажимая лицо ладонями и корчась от мучений.

– Запах чеснока! – завизжал Влад. – Запах чеснока!

Когда он проколол пузырь, чесночный дух хлынул ему прямо в рот.

– Спасите меня! Помогите избавиться от этой гадости! – вопил Влад, катаясь по полу и отчаянно пытаясь соскрести с клыка налипший на него обрывок резинки.

Других вампиров постигла та же участь: все их атаки были отбиты лопнувшими пузырями с чесночным духом.

– Получай! – взвизгнула Эми, когда ее пузырь лопнул перед самым носом у Вероники, заставив эту гостью с диким воплем отпрянуть назад.

– Пожуй мою резинку, клыкастая харя! – крикнула Лаура, направив поток воздуха из лопнувшего пузыря в Вернона.

Валерия получила свою порцию чесночного запаха, когда попыталась добраться до шеи Питера. Вернон сломал клык о штангу, когда нырнул вниз, чтобы ускользнуть от чесночного духа.

Вампиры дрогнули. После недолгого колебания они устремились к двери, преследуемые шеренгой жующих и стреляющих чесночными пузырями бойцов.

Пузыри лопались один за другим, насыщая воздух чесночным ароматом. Вампиры один за другим падали на пол, не в силах выдержать неожиданной атаки.

Донни возвышался над корчившейся на полу Ванной.

– Ребята, посмотрите, что сейчас будет! – воскликнул он.

Мальчик склонился над хозяйкой замка, стремясь подгадать, чтобы пузырь лопнул прямо перед ее носом. Он не заметил, что взгляд Ванны внезапно прояснился. Когда Донни надул пузырь и приблизился к носу вампирши, Ванна вытянула руки и схватила его за горло, отчего лопнувший пузырь причинил больше вреда Донни, чем ей.

После этого Ванна взлетела в воздух, держа Донни за шиворот у себя над головой.

– Поднимайтесь! – обратилась она с призывом к своим гостям. – Поднимайтесь в воздух. Заодно и поужинаем.

Школьники в страхе переглянулись.

– Понюхай мое дыхание, – обратился к Гейбу Питер.

– Еще чего! – отшатнулся от него приятель, скорчив гримасу.

Питеру пришлось сложить ладони лодочкой ото рта к носу и дыхнуть, чтобы затем понюхать воздух. Он ожидал, что резкий чесночный запах шибанет ему в ноздри, но этого не произошло.

– Отступаем! – скомандовал он. – Чесночный запах выдохся.

Ребята не знали об одной особенности чесночной резинки-сюрприза. Запаха чеснока хватало только на пять-шесть пузырей. И теперь резинки полностью исчерпали свой ресурс.

Ванна трясла Донни в воздухе, как тряпичную куклу. Вдруг она выронила его и начала смеяться безудержным смехом. Ванна очень боялась щекотки. Стоило дотронуться до ее правой подмышки, как она полностью теряла контроль над собой. Учитель Вик, знавший об этой ее тайной слабости, прибыл как раз вовремя, чтобы освободить Донни.

– Перестань! Прекрати, Вик! – взмолилась Ванна.

Наконец ей удалось ускользнуть от учителя, и тот занял позицию между школьниками и вампирами, желающими их съесть.

Ванна перестала смеяться. Она присоединилась к своим гостям, терпение которых иссякало; вампиры с каждой минутой становились все голоднее и злее.

– Надеюсь, ты понимаешь, что наша помолвка расторгается? – прорычала Ванна, глядя на Вика исподлобья.

Учитель Вик кивнул и с улыбкой произнес:

– Но мы можем остаться друзьями, не так ли?

Ванна ответила на это предложение злобным шипением и зубовным скрежетом. За все долгие века своего потустороннего существования она никогда еще не была так сердита. Мало того, что учитель Вик надругался над ее лучшими чувствами. Он докатился до того, что попытался освободить принадлежавшую ей еду, нарушив тем самым Первый Закон Вампирского Кодекса. К тому же он практически сорвал пиршество и на корню подкосил ее репутацию лучшей устроительницы приемов в Королевстве. Любого из этих прегрешений было бы достаточно, чтобы вызвать гнев Ванны, но взятые в совокупности, они превышали всякое вампирское разумение. Сказать, что Ванна клокотала от ярости, значило ничего не сказать.

А вдобавок Гораций Истон и братья Дрейперы, присоединившиеся к группе школьников, весело хохотали, высовывая языки и дурашливо оттопыривая уши руками.

– Ха-ха-ха! – резвился Гораций, выпятив грудь и изображая из себя этакого мачо, крутого и неотразимого мужчину. – Наша неподражаемая Ванна не сумела бы высосать кровь и у комара.

– Ванна-Ванна, наш отряд хочет видеть вампирят, – скандировали Сэм и Сэмми.

– Виктор! – возмутилась Ванна. – Уйми своих подручных. Эти людишки заслуживают того, чтобы покончить с ними одним глотком.

Гораций, Сэм и Сэмми согнулись в три погибели и, вобрав головы в плечи, спрятались за спинами школьников.

– Вот что, Ванна, – обратился к вампирше учитель Вик. – Сбавь свой трагический тон. Не будем драматизировать ситуацию. Позволь нам спокойно удалиться из замка. Пожалуйста.

– Замолчи, Виктор. Похоже, ты не врубился. Боюсь, ты не вполне понимаешь, во что вляпался. Ты был приглашен на пир. И будешь вынужден принять в нем участие, только в другом качестве. Ты собирался нарушить Первый Закон, но не слишком преуспел в этом. Ты проиграл. Мы больше не считаем тебя своим. Ты не один из нас, а один из них! – воскликнула Ванна, указывая на ребят. – Когда-то ты был величественным и могучим вампиром, злобным, мстительным и беспощадным. А теперь ты полное ничтожество.

Ванна повернулась к своим гостям и объявила:

– Я беру Виктора на себя. Остальные – ваши, можете делать с ними все, что захотите.

Ванна и остальные вампиры начали медленно приближаться к учителю Вику и его команде, но вдруг остановились как вкопанные.

– Кажется, у тебя проблемы, братец, или как? – Сестра Вика Вивиана внезапно просочилась в гимнастический зал сквозь потолок и встала рядом с Виком и его учениками. За ней последовали мать Вика, его отец и брат Винни.

– Я хочу сказать тебе одну вещь, – шепнул Аманде Питер. – Местные жители любят спецэффекты.

– Нам очень жаль, что мы опоздали на твой прием, дорогая, – обратилась к Ванне мать Вика, беря хозяйку замка под руку. – Воздушное движение стало просто ужасным: мы то и дело застревали в пробках.

– Будем мы когда-нибудь есть или нет? – заныл Верн. – Мы проголодались.

– Мы поедим прямо сейчас, – ответила Ванна, снова двинувшись вперед, но Вивиана преградила ей путь. Вик и другие члены его семьи, взявшись за руки, образовали преграду между гостями и едой.

– Это просто смешно, Ванна, – заметила Вероника. – С меня хватит. Я уже сыта по горло. Извини, но я не могу больше ждать. – Она повернулась к другим гостям. – Знаете что? Давайте забудем об этом злосчастном приеме и закатимся в китайский ресторан.

– На прошлой неделе мы уже дважды были у китайцев, – возразил Ванс. – Давайте лучше сходим в итальянский или в мексиканский ресторан. Или в польский: мне его очень рекомендовали.

– У поляков еда немного тяжеловата, вы не находите? – засомневалась Валерия, ущипнув Ванса за живот. – Я предпочитаю французскую кухню.

– Для меня она слишком острая, чрезмерно горячит кровь, – признался Вернон. – Как насчет венгерского ресторана? Там подают великолепный гуляш. А ирландцы готовят несравненное мясо на углях.

– Неужели? – заинтересовалась Валерия, облизывая губы. – И ты знаешь хороший ирландский ресторан?

– Я могу показать тебе самый лучший, – улыбнулся Вернон.

– Так чего же мы ждем?! – с нетерпением воскликнула Вероника. – Вперед и с песней! – Обернувшись к Ванне, она дала ей прощальный совет: – В следующий раз, когда будешь приглашать гостей, убедись, что контролируешь еду.

Прежде чем Ванна успела вымолвить хоть слово в ответ, ее гости исчезли. Все как один.

Ванна понимала, что ее репутация погублена. Никогда еще по ее достоинству не был нанесен столь сокрушительный удар. Она впала в такую ярость, что полностью утратила контроль над собой.

– Я уничтожу вас всех одна! – выкрикнула она.

Ванна метнулась вправо, чтобы обойти Вивиану, но сестра Вика, вместо того чтобы уступить ей дорогу, снова преградила ей путь. Ванна кинулась влево, но Вивиана и тут возникла у нее на пути. Ванна взлетела под потолок, но и там наткнулась на Вивиану.

– Ты жуткая зануда, Вивиана. Как же ты мне надоела! – прорычала Ванна.

– Это еще цветочки, – обратился к Ванне брат Вивианы Винни. – Посмотрела бы ты на нее дома.

Вивиана только усмехнулась. Она не собиралась сдавать позиции. Когда Ванна еще раз попробовала прорваться, Вивиана опять возникла у нее на пути.

– Убирайтесь отсюда! Убирайтесь прочь! Вон! Вон! Вон! – завопила вконец отчаявшаяся Ванна.

– Успокойся, Ванна, – улыбнулась Вивиана. – Возьми себя в руки. Не поддавайся стрессу: он может убить.

– Убить могу и я! – парировала Ванна, оскалив клыки и зарычав.

Вивиана ответила ей тем же.

Отец Вивианы встал рядом с дочерью.

– Ванна, – обратился он к хозяйке замка сердечным тоном. – Пожалуйста, успокойся. Мы знаем тебя с детства. Мы были на торжестве по случаю твоего первого укуса. Никто не сомневается в том, что ты злобная, безжалостная и вероломная вампирша, прирожденная киллерша.

– Спасибо, – зарделась Ванна.

– Однако мы не можем позволить тебе причинить вред Виктору.

– Но он же учитель! – воскликнула Ванна. – Учитель людей!

– Мы расстроены из-за этого не меньше, чем ты, а возможно, и больше. В конце концов, он наш сын. Но именно по этой причине мы не хотим, чтобы он пострадал. Может быть, он возьмется за ум и изменит свой образ жизни. Во всяком случае, мы не перестаем на это надеяться. Ты ведь знаешь поговорку: «Где смерть, там и надежда».

После минутного раздумья Ванна подняла руки в знак капитуляции и прохрипела:

– Хорошо, вы можете забрать его домой. Но эту человеческую малышню оставьте мне.

Отец Вика повернулся к сыну.

– Звучит весьма разумно и справедливо, – заметил он.

Учитель Вик скрестил руки на груди и нахмурился.

– Ни в коем случае. Ни при каких обстоятельствах. Не надейтесь и не ждите.

– Ты бываешь иногда таким упрямым, сынок, – буркнул отец Вика; затем он повернулся к Ванне и развел руками. – Ребята! – обратился он наконец к школьникам. – На выход!

– Все ко мне! – приказал Вик своим ученикам. – Добро пожаловать на борт вампирского экспресса.

И снова, как и раньше, на детской площадке, учитель Вик взял Питера и Эми за руки, поставив мальчика справа, а девочку слева от себя. Затем он двинулся по кругу, слегка подталкивая Эми и подтягивая за собой Питера. После недолгой неразберихи все люди, включая Горация Истона и Дрейперов, заняли свои места в этом своеобразном хороводе. Учитель Вик начал ускорять шаг.

– Нет! – Взвизгнула Ванна на пределе своих голосовых связок, отчего во всем замке лопнули стекла и разбились люстры.

Словно взбесившийся хоровод, группа во главе с учителем Виком двигалась все быстрее и быстрее, пока не превратилась в расплывчатое пятно, которое стало подниматься в воздух.

– Стойте! – При звуке голоса Ванны задрожали стены, а в одной из комнат обрушился потолок.

Между тем воздушный экспресс поднимался все выше и выше. Последним, что услышали учитель Вик и его спутники, прежде чем затеряться меж звездами, было восклицание Ванны:

– Нет! Я этого не допущу! Вы от меня не уйдете!

На что Вивиана ответила вежливо, но твердо:

– Извини, Ванна, но я боюсь, что ты ошибаешься.

Последним, что увидели пассажиры Вампирского экспресса, была стычка между Ванной и Вивианой, в ходе которой обе вампирши вытянули когти и оскалили клыки, ярко сверкавшие при свете полной луны.

Учитель Вик и его команда летели среди звезд, лавируя между кометами. Они пересекали галактики, сверкавшие, как серебристые моря. Внезапно у них в глазах потемнело, и дело кончилось тем, что после нескольких глухих ударов ребята обнаружили себя лежащими на земле, в облаке пыли.

До школьников донеслись слова учителя Вика:

– Извините, друзья мои, мягкой посадки не получилось. Я становлюсь немного рассеянным. Но, как бы то ни было, мы уже дома.

Когда пыль рассеялась, шестеро шестиклассников, трое растерянных взрослых и один учитель стояли на детской площадке Линкольнвильской школы. Ребята бурно ликовали и поздравляли друг друга с благополучным возвращением. Между тем с учителем Виком творилось что-то неладное. Он нетвердо стоял на ногах, слегка покачиваясь и с трудом сохраняя равновесие. Вик ощущал необычное покалывание, которое началось с пяток и распространилось по всему телу, вплоть до корней волос на темени. У него заныли челюсти, и он долго не мог унять непроизвольного мигания.

Учитель Вик стал мысленно убеждать себя в том, что эти симптомы были естественной реакцией на полет домой со слишком тяжелой ношей. Однако эта версия не могла объяснить, отчего у него возникла и неотступно вертелась в голове навязчивая мысль. Впервые за всю свою жизнь учитель Вик страстно мечтал о сандвиче с сыром, пакетике чипсов и бутылочке «Доктора Пеппера».

Лаура первой заметила, что с учителем Виком творится что-то непонятное. Хотя солнце палило вовсю, он не пытался прикрыть голову. Питер заметил, что кожа учителя, обычно белая, как мел, сильно порозовела, а Аманда с удивлением обнаружила, что цвет его глаз из серого стал голубым.

– Улыбнитесь, пожалуйста, – попросила его Эми.

– Зачем? – Учитель Вик улыбнулся. Его клыки исчезли.

– Вы, конечно, знаете, что грозит нарушителю Первого Закона? – спросил у него Питер.

– Безусловно. – Учитель Вик выглядел растерянным; кроме всего прочего, у него ныли зубы. – А почему ты спрашиваешь?

– Потому что, судя по всему, вы наказаны за его нарушение. Посмотрите. – Эми поставила перед лицом учителя карманное зеркальце. Вик увидел в нем свое отражение и застонал.

– Кто это там? – Учитель Вик обернулся, ожидая увидеть за спиной человека, заглядывавшего в зеркало через его плечо. От резкого поворота у Вика закружилась голова, и он нечаянно наступил Питеру на ногу.

– Извини, Питер. Никогда не чувствовал себя таким неуклюжим. Я что-то сам не свой.

– Ничего страшного, – улыбнулся Питер. – В конце концов, теперь вы всего-навсего человек, а людям свойственно оступаться.

В течение следующего получаса все говорили о только что завершившемся совместном приключении, в то время как учитель Вик готовился к своему частному приключению, которое только начиналось. Ему предстояло долго и мучительно приспосабливаться к совершенно новому для него – человеческому – способу существования. Очень скоро Вик поймал себя на том, что впервые в жизни наслаждается прекрасной солнечной погодой.

– Который час? – спросила наконец Аманда, когда первые восторги немного улеглись. – Интересно, сколько времени мы отсутствовали?

Посмотрев на часы, Эми не поверила собственным глазам. С того момента, когда они покинули игровую площадку школы, прошел всего лишь один час.

– Это обычное явление, которое называется вампирическим смещением времени, – пояснил учитель Вик. – Когда мы летим домой, то движемся обратно во времени. Должно быть, я теряю силу. Дело в том, что я намеревался вернуться немного раньше того момента, когда мы стартовали отсюда. В этом случае мы могли бы заранее знать, что с нами приключится.

– Как это? – спросил озадаченный Донни, почесывая в затылке.

– Это явление нелегко объяснить в двух словах. Но мы обязательно обсудим его в классе на уроке физики, когда коснемся специальной, вампирической теории относительности, – пообещал ему учитель Вик. – А теперь я собираюсь заняться тем, о чем мечтал всю жизнь.

– Что вы имеете в виду? – полюбопытствовала Лаура.

Учитель Вик улыбнулся, сбросил с себя плащ и деловито засучил рукава.

– Я хочу позагорать.

Глава XIII

КОЕ-ЧТО ОБ ОФОРМЛЕНИИ ШКОЛЬНЫХ КАБИНЕТОВ

В следующий понедельник в кабинете № 113 Линкольнвильской школы состоялась грандиозная вечеринка. В ходе этого мероприятия предполагалось полностью переоборудовать кабинет: было решено в корне изменить концепцию его дизайна. Учитель Вик заказал по одной пицце каждого из тех сортов, которые могла предложить ближайшая пиццерия, включая специальную порцию, обильно заправленную чесноком (ее Вик заказал для себя лично). Питер предпочел пиццу с ветчиной, Аманда – с сыром, а Лаура – с перцем и с грибами. Гоpaций Истон и Дрейперы тоже были приглашены на вечеринку. Они сметали все, что попадалось им на глаза, в том числе и блюдо на любителя – пиццу с анчоусами.

Попутай Лестер и светлячок Френсис летали по комнате, метко набрасывая на подносы салфетки и жалуясь на непривычные условия труда. Оба понимали, что им понадобится время, чтобы привыкнуть к своему новому статусу: теперь они будут помощниками человека. Они не знали, получится ли из этой затеи что-нибудь путное, но готовы были попробовать.

Ребятам пришлось прибегнуть к голосованию, чтобы решить, на какую радиостанцию настроить приемник, пока они будут заниматься переоборудованием помещения. Первым делом они сняли ставни с окон и впустили в кабинет потоки солнечного света. Было решена сложить свечи в большой фанерный ящик.

– На случай, если пробки полетят, – прокомментировал учитель Вик.

Все постеры, за исключением одного, остались на своих местах. Учитель Вик снял со стены постер «Призрак Оперы» и заменил его зеркалом во весь рост. Сказать по правде, он поминутно возвращался к этому зеркалу, не уставая разглядывать в нем свое отражение и то и дело осведомляясь у кого-нибудь из учеников: «Как ты думаешь, мне пошел бы светлый цвет волос?»; «У тебя нет ощущения, что я природный блондин?»; «Тебе не кажется, что черный – не мой цвет?»