Отмороженный. Рудокоп

Мне пришлось немного поблуждать между ящиками, чтобы выйти к стене ангара. На полу я приметил несколько капель воды, а на одной из конструкций, стояла простая кружка из столовой.

Отыскивать небольшой лючок в стене ангара, мне пришлось не долго, хотя он и был замаскирован куском обшивки от робота, приваленном к стене. Но это не то препятствие, которое помешало мне открыть лючок. В небольшой нише я увидел самый обыкновенный кран. Во мне появилось желание напиться воды и это желание, было сильнее осторожности. И я решительно взял кружку и подставил под кран, открыв его.

Сильная струя воды ударила в дно кружки и от неожиданности, кружку почти вырвало из руки. В результате, вода из крана пролилась на пол, попала на руки и окатила меня брызгами. Пока я отряхивался и закрывал кран, за моей спиной встал человек, скорее всего, ремонтник, и доброжелательным голосом произнес.

– Аккуратней надо. В первый раз, что ли?

От голоса, и вообще, от появления человека, я дернулся, потом замер, и очень медленно развернулся на голос. Человек улыбался, что не часто увидишь у нас и наблюдая мою растерянность, спросил.

– Из шахтеров будешь?

«Да», – кивнул я головой и показав ему пустую кружку, добавил.

– Воды хотел напиться, а струя такая сильная…

– Это да, – согласился незнакомец и поинтересовался. – Только за водой пришел?

– Нет. Я здесь женщину ждал…, – я замолчал, не зная, что еще говорить.

– Понятно. Увидел наших, и пошел за ними? – высказал он свою догадку. Оправдываться, или вообще что-либо говорить не имело смысла, и незнакомец продолжил. – Ты водички попей, и уходи. Шахтерам здесь не место. – Я крутанулся, не зная куда деть кружку, так как то место, с которого я ее взял, загораживал незнакомец. А незнакомец спросил. – Давно в шахтерах?

– Не знаю.

– Из последней партии?

– Нет, раньше.

– А почему на водичку потянуло?

– День был тяжелый. Не успел в столовой напится.

– Вот оно как, – задумчиво протянул незнакомец. – Ты не стой столбом, пей. Об этой водичке мало кто знает, и ты не болтай.

– Что в ней особенное?

– В этой? Ничего. Самая простая вода, – он посмотрел на меня, улыбнувшись, и предложил. – Попробуй. А если передумал, отдай кружку, и уходи.

Я демонстративно наполнил полную кружку водой и неспеша выпил. Вода, как вода. Незнакомец улыбался глядя на меня, пока я пил воду. Потом протянул руку за кружкой, и немного с насмешкой, спросил.

– Не помер?

– В воде что-то подмешано? – насторожился я.

– Нет. Она чистая, в отличие от вашей.

– От нашей? – нахмурился я.

– Да. Чему ты удивляешься? К той воде, что в вашем боксе, подмешивают специальный состав.

В моей голове всплыл разговор с мужчиной внутри терминала и у меня само собой вырвалось.

– Салхом?

– Может и салхом, а может, что и похуже. Мне не докладывали. Ты кружку, мне отдай.

– Извини, – я протянул ему кружку и спросил. – Что такое салхом?

– Э-э-э…, дружок. Об этом, тебе лучше у своего смотрителя спросить.

– Не думаю, что это хорошая идея.

– Идея, как идея, – равнодушно произнес незнакомец. – Не хуже любой другой.

У меня внутри начало зарождаться беспокойство. Что-то в его словах меня зацепило, затронуло, а что именно, понять, ухватить, не мог. Я понимал, что долго стоять мне здесь нельзя и не потому, что требовал незнакомец. А вот почему? Ответить сам себе на этот вопрос я не знал как.

– Извините. Вы упомянули, в нашу воду что-то подмешивают. А в эту, почему нет?

– Ты шахтер, тебе, зачем это знать? Твое дело камень долбить, а не умничать. Напился, и иди отсюда.

Последняя фраза прозвучала с нотками угрозы, и внутри у меня проснулся протест. Совсем, как при разговоре со смотрителем.

– Ты мне угрожаешь?

– А это, ты уж сам решай. Но и стоять здесь, долго не стоит. Вон, посмотри, какие горы вокруг различных железок. Того и смотри, что-либо сорвется с верха, на голову упадет.

– Значит, мне упадет, а тебе нет? – во мне начала закипать злость.

– А ты как хотел? Я работаю здесь, меня каждая железка знает. А ты, здесь, чужой.

Незнакомец сделал шаг ко мне, практически силой отодвинул в сторону, прикрыл лючок с краном и закрыл его куском обшивки. Сделал несколько шагов в сторону и поставил кружку на место, откуда я ее брал, при этом, наставительно произнес.

– Кружка, должна всегда стоять здесь.

Он развернулся, собравшись уходить, но я остановил его вопросом.

– Что не так с нашей водой?

– Меньше ее пей, сам поймешь, – буркнул незнакомец и направился на выход между ящиков. Мне пришлось задавать свой второй вопрос ему в спину. – Сок в столовой, тоже?

– Весь наш сектор запитан из одной емкости, – как-то неопределенно для меня ответил незнакомец, даже не повернувшись в мою сторону.

Я остался стоять на месте, стараясь понять и обдумать его слова, а он уходил между ящиками. В какой-то момент я вспомнил о женщине и быстрым шагом направился к проходу в ангаре.

Мысли, что надо меньше пить сока, мне и раньше приходили в голову, но я их не связывал с примесями в воде. А слова незнакомца, и слова того человека с терминала, слились у меня в голове воедино и мысли получили новое направление. Сейчас, меня больше волновала встреча с женщиной, а вовсе не примеси в воде и промелькнувшая мысль, просто отложилась в голове. Так сказать, на потом.

В эту ночь мне опять приснился сон.

Ощущение, что во сне за мной кто-то гнался, а я постоянно убегал и прятался, остались после сна. Но поднявшись с лежака, весь сон выветрился у меня из памяти, и мои неясные беспокойства, постепенно вытиснились другими заботами.

Целую рабочую смену я долбил камень и складывал его в контейнер. Мои мысли крутились вокруг работы и только иногда, на недолгий промежуток времени возвращались к женщине. После последнего рейса к терминалу, я пошел к ней.

Ее там не было. Хотя, ее рабочее время еще не должно было выйти.

Поставив свою кабину на привычное место в ангаре, я понурив голову. направился на выход из ангара. Когда передо мной появился человек, в замусоленном, грязном комбинезоне, я не заметил, чуть не столкнувшись, и практически уткнувшись ему в спину, я зашел за ним в столовую. Спина этого человек служила мне своеобразным ориентиром, и шел я за человеком, совершенно бездумно, на автомате. Когда он получил в автомате еду и развернулся, я только тогда признал в нем незнакомца. Незнакомец улыбнулся мне и спросил.

– Опять ты?

Вопрос прозвучал несколько резко и неприятно, с претензией или упреком. Я сделал шаг в сторону, уступая ему дорогу, а сам получил из автомата еду и сок. Потом взглядом нашел незнакомца, и подсел за его столик. Он с неприязнью посмотрел на меня, и с такой же долей неприязни, произнес.

– Свободных столиков много. Тебе чего надо?

Он не переставал есть, и одновременно поглядывал по сторонам. Беспокойство от встречи с незнакомцем у меня никуда не делось, и работая ложкой чисто механически, упрекнул незнакомца.

– Ты говорил о воде, а сам взял сок.

Его ложка с кашей зависла, рука не донесла ее до рта, он посмотрел на меня поверх ложки и недовольно буркнул.

– Меньше болтай. Доедай свою кашу, и приходи в ангар.

Он встал и ушел, а я неспеша доел кашу и потянулся к кружке с соком. Моя рука ухватилась за ручку кружки и я вспомнил слова незнакомца – «доедай свою кашу, и приходи в ангар». Он не упомянул сок и моя рука медленно отодвинулась от кружки с соком. Немного посидев, я все же взял кружку с соком и поднес ее к носу. Принюхался – запах вполне знакомый. Пригубил и сок покатал на языке, проглотил, а кружку с соком и пустую тарелку, отнес в утилизатор.

Идти мне никуда не хотелось и даже мысли о женщине, спрятались в дальний уголок. Меня легонько толкнули и предложили отойти в сторону и не загораживать подход к утилизатору. Я посмотрел на толкнувшего, и чисто механически, направился на выход из столовой за новым незнакомцем.

В ангаре меня уже ждали.

Три человека, и один из них мой прежний незнакомец. Когда я подошел, один из мужчин посмотрел мне за спину и предложил.

– Надо спрятаться.

Меня завели в один из ящиков и поставили у стенки. Я не сопротивлялся, так как не чувствовал от них агрессии. Незнакомец посмотрел на меня внимательно, с прищуром, и спросил.

– Что ты помнишь из вчерашнего?

Странный вопрос, который вызвал во мне беспокойство и я сам, не отвечая на вопрос, спросил.

– Чего вам надо от меня?

Незнакомец улыбнулся, положил свою руку мне на плечо и более мягко, перефразировал вопрос.

– Ты помнишь наш вчерашний разговор?

– Да. Ты мне говорил о воде. Я сегодня не пил сок. Но если не напьюсь, завтра будет плохо.

– Слышали? – оживился незнакомец, обратившись к своим товарищам. – Он еще окончательно не отупел.

– И что ты предлагаешь? – поинтересовался один из мужчин, при этом скривился и с упреком посмотрел на незнакомца.

– Помочь ему.

– Как? Он же не техник, – возразил незнакомцу второй мужчина.

– Пусть пару дней не пьет сок… – заговорил незнакомец, но его перебил первый мужчина.

– Да? Он сдохнет в своей кабине. Ты этого добиваешься?

– Это наш шанс, – горячо заговорил незнакомец. – Его обучали управлять кораблем.

– Летать от астероида к грузовику, это еще не управление кораблем, – возразил второй мужчина.

– А лучшего, у нас нет, – с упреком выдал незнакомец, и обратился ко мне. – Ты как управляешь роботом?

– Обычно. Нижними манипуляторами… – заговорил я, но меня перебили.

– Дубина. Тебя спрашивают о полете к грузовику.

– Я не дубина, – нахмурившись, возразил я. – Меня зовут ЗД-37. А к грузовику, я летаю по приборам.

– Вот, – оживился незнакомец. – От астероида до грузовика несколько сот километров, а он не видит в этом проблемы. Для нас, этот самый подходящий случай.

– Ты точно рехнулся, со своей идеей. Во-первых, как ты попадешь в его кабину? Во-вторых, что ты сможешь сделать на грузовике один? Это тебе не ангар.

– Почему один? В кабине робота может поместиться три человека. Он и еще двое.

– Прекрати, – потребовал у незнакомца первый мужчина и обратился ко мне. – Ты залетаешь внутрь грузовика?

– Нет.

Я слушал их разговор и не совсем понимал смысла. Как будто временами, они общались на непонятном для меня языке. До моего сознания не доходили их реплики и вопросы и вообще, я не понимал, при чем здесь мой робот и при чем здесь я сам…

– Видишь? – спросил у незнакомца первый мужчина. – Как ты собрался попасть внутрь?

Незнакомец недовольно скривился и спросил, обращаясь ко мне.

– Как ты разгружаешься?

– Никак. С моего робота снимают полный контейнер, а навешивают пустой.

– И ты, внутрь грузовика не залетаешь?

– Нет. Мне это не надо.

– А как снимают контейнер?

– Транспортным лучом.

– И ты ни разу не был внутри грузовика?

– Был. Когда менял кузов на контейнер.

– Вот! – обрадованно воскликнул незнакомец. – Все же, я прав. В транспортник, можно попасть.

– И как ты это собираешься сделать? – с немалой долей сарказма, спросил второй мужчина.

– Можно организовать небольшую аварию, и его робота примут на транспорте.

– Ага, примут. И встретят тебя с распростертыми объятиями. Как из его кабины выпрыгнешь, так сразу и встретят. – Мужчина посмотрел на меня и спросил. – Ты в своей кабине, кого-либо возил?

– Да. Недавно у меня был ученик. Мы три смены работали вместе.

– Как давно?

Вопрос поставил меня в затруднительное положение. Сколько я не напрягал память, я не мог вспомнить, когда у меня был ученик. Троица мужчин немного подождала, пока я старался вспомнить, и второй мужчина осуждающе сказал, обращаясь к своим товарищам.

– Все бесполезно. Я вижу только один способ. Захватить спускаемый модуль и посадить этого идиота на управление. До грузовика он нас довезет, а там, по обстоятельствам. Его робота, мы использовать не сможем. А вот снизить на него влияние местной отравы, мы, пожалуй, попробовать можем.

– Может сломать ему ногу и попробовать перевести его в техники? – предложил незнакомец. Я тут же, попытался прошмыгнуть между мужчинами и сбежать. Но меня схватили и опять прижали к стенке. Заговорил второй мужчина с угрозой в голосе.

– Не дергайся. Никто ничего тебе ломать не будет. Это он пошутил. Ты вот что, постарайся не пить сок в столовой вообще.

– А как же…, – начал я, но меня перебили.

– Все будет нормально. Утром, после завтрака, будешь приходить сюда, место покажем, и пить простую воду. На день, в твоей кабине будем оставлять небольшую емкость с водой. Будешь выпивать ее, когда сделаешь последнюю ходку на грузовик. А вечером, в столовой, будешь брать сок, как обычно, но пить его не будешь. Понял?

– Он не сможет, – возразил первый мужчина.

– Сможет. Мы проконтролируем и поможем. В захвате посадочного модуля, есть смысл, и пилот нам может пригодиться. Он посмотрел на меня и строго предупредил. – Завтра, утром, сок не пьешь. Понял?

Я кивнул головой, одновременно показа, что понял и согласен. Мне в руки сунули плоскую емкость и потребовали все выпить. Меня и заставлять не было нужды, я и сам хотел напиться.

Утро началось плохим самочувствием. Голова болела, все тело ломило и ощущалось как не свое. Но приняв освежающий душ, расходившись, перекусив привычной кашей, стало легче. О том, что мне советовали не пить сок в столовой, я вспомнил сделав несколько глотков. Поспешно отставил кружку в сторону и поднялся из-за стола.

По дороге к своей кабине, меня перехватил вчерашний незнакомец, оттащил в сторону, прижал к стене и сунув в руки уже знакомую емкость, приказал выпить. Он указал на крохотную нишу, чуть выше моей головы и продолжил.

– Здесь, будем оставлять для тебя воду. Одна такая емкость, у тебя в кабине. Ее никуда таскать не надо.

Я смотрел на него с немалой долей неприязни, но не перечил и только кивал головой. Целый день меня отвлекало от работы неважное самочувствие. С трудом выполнив дневную норму выработки, я шел по коридору, когда рядом пристроилась женщина. После выпитой воды из емкости еще в кабине, есть совершенно не хотелось, но за компанию с женщиной, я зашел в столовую и поковырялся в каше. Наблюдая, как женщина с удовольствием ест кашу, запивая ее соком, я тихо произнес.

– Не пей сок.

– Почему? – спросила она и удивленно посмотрела на меня.

– Не пей, – более настойчиво повторил я, без объяснений.

– Вот еще, – возмутилась она и демонстративно сделала два глотка. Потом улыбнулась и безапелляционно заявила. – Сегодня, я останусь у тебя.

– Хорошо, – без особого энтузиазма согласился я, и тут же поинтересовался. – Ты работаешь все на том же выступе?

– Нет. Далеко добираться.

– Там хорошая руда. Сообщи об этом на терминале и тебе на робот повесят контейнер. Норма выработки для контейнера меньше, но придется измельчать породу. Вместо левой, верхней клешни, поставь лапу, это ускорит работу.

– Ты сегодня какой-то не такой, – заявила женщина, и спросила. – Может, я пойду к себе?

– Нет. Не надо. Я рад тебе. Останься.

Целую ночь меня бросало то в жар, то в холод. К утру во рту так пересохло, что каша не полезла в горло, и я с трудом дотерпел до обещанной емкости с водой.

После выпитой воды, вроде бы стало легче, но жажда вскоре напомнила о себе, и мне пришлось опустошить положенную для меня емкость в кабине. Полегчало, но ненадолго, но зато так приперло помочиться, что пришлось воспользоваться пустой емкостью, чтобы не щеголять обмоченным комбинезоном.

К концу рабочего дня, стало совсем плохо и я, плохо соображая, не вписался в проем и заклинил контейнером закрытие створок. Как меня извлекали из кабины, я не помню. В голове остались отрывочные видения и обрывки фраз, а людей я не запомнил. Смутно припоминается чей-то диалог.

– …сунь в капсулу.

– Это же раб, – удивленный и возмущенный голос.

– Тебе какая разница? Ты вместо него шахтерить пойдешь?

– … – ответ прозвучал неразборчиво.

– …разжать. А этого не обязательно лечить. Приведи в чувство и отправляй обратно. Там пусть и сдыхает.