Танцуй для меня, девочка

Глава 4

Адрес Арсений прислал довольно скоро, почти ждать не пришлось. Еще быстрее я приняла душ. А вот с одеждой вышла проблема. Камуфляж отправился в стирку, а что выбрать ему на замену, я никак не могла решить. Поначалу схватила платье, но посмотрела на себя в зеркало и поспешила его снять. Слишком уж фривольно это выглядело, не хватало еще, чтобы Тенгиз решил, будто я для него принаряжалась. Следом взяла джинсы и белую майку с рубашкой в серую клетку. Это показалось чересчур обыденным, не для встречи с бывшим парнем. Юбка с блузкой – тоже не то. Как и шорты. Хоть пижаму надевай, ей-богу, чтоб наверняка проникся!

Как подумала, так и выдохнула. Что я вообще делаю? Реально прихорашиваюсь для Тенгиза? Похоже, обеденная наливка не до конца выветрилась из организма…

В общем, по итогу я выбрала пыльно-розовую юбку плиссе длиной до колен, белую майку с кружевом вдоль лифа и светлую джинсовку. Ноги сунула в легкие белые кеды, а волосы собрала в объемный хвост на затылке. Взяла сумочку в тон кед, куда сложила ключи, документы и банковскую карту. В уголках глаз пририсовала стрелки, и нанесла на губы прозрачный блеск, увеличив их видимый объем.

Пожалуй, пойдет.

Теперь можно выдвигаться.

– Сеня нашел мой телефон, съезжу, заберу, – предупредила я сидящих на кухне родителей.

– Подожди, а ужин? – донеслось растерянное от мамы.

– Вернусь и поем, – улыбнулась я ей.

– Так Арсений же сам скоро должен приехать, зачем тебе к нему спешить?

А вот и папа активизировался. И его так просто не проведешь. Поэтому я даже пытаться не стала.

– Сеня нашел. Он… у Тенгиза, – призналась со вздохом.

На кухне воцарилась тишина.

– Я правда туда и обратно, – улыбнулась им как можно беззаботней, старательно игнорируя мрачные лица.

– Так пусть Сеня и заберет, – вставил папа.

Вздохнула.

– Пап, ну я ж не маленькая девочка, чтобы брат ходил вместо меня забирать вещи, – укорила. – Да и… нам с Тенгизом нужно поговорить, – опять вздохнула. – Все же он лучший друг моего брата, велика вероятность, что встретиться нам с ним придется еще не раз. Не будем же мы избегать друг друга из-за прошлого?

Папа недовольно поджал губы.

– Верно, дочка, все верно, – поддержала меня мама, не дав на этот раз и слова вставить своему мужу. – Лучше поставить точку и жить спокойно дальше.

Улыбнулась ей со всей переполняющей меня сейчас благодарностью.

– Я быстро, – пообещала повторно и поспешила уйти, пока папа не опомнился.

Да и я ведь действительно не собираюсь задерживаться. Просто заберу телефон, возможно, даже поблагодарю за то, что отпустил тогда, и скоренько свалю. Да, хороший план. За его воплощение я и принялась.

Добраться до нужного места не составило труда, несмотря на загруженные в этот час дороги. Сложнее оказалось припарковаться вблизи от здания, но я все-таки втиснулась. Хотя и тогда не сразу выбралась из автомобиля.

Офисное здание в два десятка этажей красиво сверкало своими окнами в закатных лучах солнца, привлекая внимание. Где-то там, на верхних этажах, сейчас сидел Тенгиз и ждал меня, пока я трусливо оттягивала момент нашей с ним встречи. Слишком быстро она произошла, и еще я не понимала, что ему от меня нужно. К чему этот разговор? Едва ли после него наши встречи станут менее неловкими. Было и прошло, зачем ворошить? Он ведь сам меня отпустил. При этом сегодня дал понять, что недоволен моим возвращением…

Черт, опять меня с ума сводит, как раньше, ничего особо не делая при этом!

Ай, ладно, хватит уже изображать зайца, будь что будет.

Негромко хлопнула за спиной дверца, когда я выбралась из машины на улицу. К вечеру жара спала и дышать стало значительно легче. Внутри офисного здания и вовсе было приятно находиться. Зеркальный лифт привез меня на нужный этаж, светлый коридор с темным полом привел к нужной двери. Правда, переступив порог, вместо директорского кабинета, я сперва попала в приемную. Совсем небольшая, с панорамным окном. Слева небольшой стеллаж с многочисленными папками и МФУ для распечатки документов. Справа – кожаный мини-диванчик для посетителей со стеклянным журнальным столиком перед ним. По центру стоял уже рабочий стол, за которым обнаружилась светловолосая девушка славянской наружности, исполняющая роль секретаря Ахалая. Как только услышала мое имя, она любезно предложила подождать его здесь же, в приемной.

– Тенгиз сейчас на запланированном совещании, но скоро должен освободиться, – сообщила в пояснении. – Может, хотите кофе, пока ждете? Или чай? – привстала из-за стола, поправляя юбку простенького платья сливового цвета, красиво оттеняющего ее голубые глаза.

Симпатичная и явно не из тех, кто стремится к повышению через постель. Впрочем, я бы удивилась, увидь здесь обратное. Тенгиз шлюх никогда не любил, избавлялся от них в достаточно грубой форме еще на подлете к нему.

– Ничего не нужно, спасибо, – покачала я головой, отходя к окну.

За ним виднелось небо, испещренное перистыми облаками, что на данной высоте казались особенно близко. А на крыше, уверена, и вовсе бесподобное зрелище открывается. Жаль, я не там, а здесь – в душном помещении, в котором с каждым пройденным мгновением становилось только тяжелее дышать. Кажется, нервы потихоньку начинали сдавать.

– А скоро – это через сколько примерно? – уточнила у секретаря, полуобернувшись.

Та заметно смутилась, когда я поймала на себе ее изучающий взгляд, и поспешила сделать вид, что это просто случайность, а на самом деле она просто собиралась встать и пойти распечатать документ.

– Что-то не так? – поинтересовалась я, окончательно разворачиваясь к ней лицом.

Девушка заметно занервничала.

– Н-нет, простите, – окончательно засмущалась, беря в руки стопку чистых листов.

– Тогда почему так смотришь на меня?

– Я не… Простите, – поспешила она отвернуться.

Настаивать не стала. С учетом того, что у Тенгиза есть невеста, а тут пришла вообще левая девушка, ее интерес вполне обоснован. Наверное, решила, что мы любовники. Последняя мысль неожиданно даже позабавила. Представила, как бы девушка выглядела, застань реально нас вместе на рабочем столе ее работодателя, и еще шире заулыбалась.

– Я не его любовница, – поспешила отчасти утолить ее интерес.

Та мне не особо поверила, но кивнула.

– Я его бывшая, – добавила с усмешкой, сложила руки на груди и прижалась спиной к стеклу. – Валентина.

– А-а… – протянула блондинка, окончательно растерявшись. – Понятно, – добавила в край смущенно. – Я Диана, – тоже представилась запоздало.

И я все-таки рассмеялась.

– Да расслабься ты, – откинула голову назад и прикрыла глаза. – Ну, встречались мы когда-то с твоим шефом, и что с того? Можно подумать, я у него первая и последняя такая. Забей.

Воцарилось молчание. Но недолгое.

– На самом деле первая, – тихо отозвалась девушка через паузу. – В смысле, девушки сюда не приходят. Даже его невеста еще ни разу здесь не была.

Настала моя очередь заинтересованно смотреть на нее.

– Что так?

– Не знаю, – пожала плечами секретарша. – Они вообще мало времени вместе проводят. Как я поняла, это договорной брак. Ну и там что-то с традициями связано.

На слове «традиции» я откровенно скривилась. Знала о них все очень хорошо. Еще одна причина, почему я не согласилась девять лет назад принять его предложение. Его мать меня бы извела. И меня, и его, и нас обоих, и ничем хорошим это бы не закончилось, особенно с моим взрывным характером. Это сейчас я могу просто улыбнуться и любезно послать куда подальше, а в восемнадцать контролировать язык в приступе бешенства умела плохо.

– Понятно, – только и ответила по итогу. – Совет да любовь им.

Что тут еще скажешь?

Да и не получилось бы больше ничего обсудить – его величество Тенгиз заявился на порог. В черном костюме с белой рубашкой, расстегнутый пиджак открывал вид на темно-серебристую полоску галстука. Средней длины волосы красиво зачесаны назад, и лишь одна непослушная прядка падала на лоб, пробуждая иррациональное желание подойти и поправить ее. Конечно же, ничего такого я не сделала и делать не собиралась.

Сам Тенгиз как вошел, так и застыл, заметив меня. Медленно просканировал меня взглядом с головы до ног и обратно, задержавшись на кружевном вырезе майки. Я отчего-то смутилась, едва сдержав в себе порыв подтянуть ткань повыше. Чтобы не смотрел на меня так, будто я специально разоделась, для него. Потому что вовсе это не так.

– Еще скажи, что не ждал, – отлепилась от окна и шагнула ему навстречу.

За бравадой проще скрыть смятение.

– Почему же, ждал, – отозвался Тенгиз, тоже делая шаг вперед.

Остановился аккурат возле двери, ведущей непосредственно к нему в кабинет. Толкнул ее, не глядя. Точнее, продолжив смотреть исключительно на меня.

– Проходи, – пропустил вперед.

Не стала отказываться.

– Диана, на сегодня ты мне больше не нужна, можешь идти, – послышался за спиной голос Ахалая.

– Хорошо, Тенгиз, – донеслось от девушки. – Хорошего вам вечера.

– До завтра, – сухо попрощался с ней мужчина.

Тихий щелчок замка оповестил, что мы с Тенгизом, наконец, остались одни.

Ну, понеслась…

Глава 5

Что сказать, давно я не чувствовала себя настолько уязвимо, как сейчас. Тенгиз так и остался стоять возле двери, пока я нервно оглядывалась по сторонам, раздумывая, куда ж мне самой приткнуться. В отличие от приемной, кабинет был просторным, с огромным столом у окна. По углам расставлены кадки с растениями. Также здесь находился еще один кожаный диван, но куда больше размером, и столик, на котором были разложены какие-то бумаги.

Тишина затягивалась…

– Ну и? – подтолкнула я Тенгиза к активным действиям, обернувшись. – Не для помолчать же ты захотел со мной встретиться? Думаю, это ты мог сделать и без меня. Что тебе нужно, Тенгиз? – сложила руки на груди.

На мужских губах растянулась понимающая усмешка. Настолько явная, что мне тут же захотелось стереть ее.

– А я хотел с тобой встретиться? – поинтересовался ответно.

Прищурилась, глядя на него по-новому.

Какую игру ты затеял, Ахалая?

Точно знала, во всем происходящем есть подводное течение. Тенгиз всегда любил играться со своими жертвами. А я сейчас именно в этой роли. Пришла в его логово, попала в его ловушку, которая уже захлопнулась. Только я пока не понимала, в чем ее смысл. И это… будоражило, черт побери! Пробуждало интерес и желание подыграть и посмотреть, что будет дальше. Как в прежние времена. Плохо, очень-очень плохо. Нельзя мне такого испытывать. Не к нему.

– Если нет, для чего забрал себе мой телефон? Мог отдать Арсению, и тогда бы не пришлось терпеть мое общество, – произнесла как можно суше, возводя тем самым дополнительную дистанцию в общении.

Тенгиз повторно усмехнулся и достал из кармана брюк мой айфон.

Я крепче сжала пальцы на локтях.

– Этот? – уточнил и без того известное, поглаживая большим пальцем темный экран.

Смотрел при этом на меня с пугающей задумчивостью.

– Мне стало любопытно, – добавил, склонив голову набок.

– Если было так любопытно, мог бы у меня прямо обо всем спросить, – не сводила глаз со своего мобильника.

Пусть он не угадал пароль, пусть не угадал… Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста!

– Мог, – согласился он со мной. – Но это было бы и в разы не так интересно, как сейчас.

Все-таки и правда игра…

– И что же тебе интересно?

Вместо ответа Тенгиз шагнул ближе. Едва удержала себя на месте, но руки расцепила, опустив по швам, готовая в любую минуту дать отпор, если придется. Черт его знает, что задумал этот дьявол!

– Один, – сделал он еще шаг по направлению ко мне. – Пять, – еще один. – Ноль, – еще. – Семь, – и еще. – Восемь, – последний шаг. – Восемь, – замер в непосредственной близости.

Сердце с грохотом скатилось в самые пятки. Все-таки догадался. Вот же… Гадство! Нет, все плохо, все очень-очень плохо.

– Просто привычка, ничего больше, – ответила как можно более спокойно и безразлично, несмотря на обуревающие меня эмоции.

И снова эта улыбочка на его губах… Он ухватил кончики моих волос, пропустив их между пальцами, неотрывно следя за своими действиями. Мысленно наступила ногой на трепыхнувшееся ему навстречу сердце. Лежать смирно, предатель!

– Почему ты вернулась, Валентина? – отвлекся, наконец, от своих действий.

А вот и еще один заветный вопрос, которого я так боялась.

– Захотела и вернулась, тебе-то какая разница? – прищурилась в ответ, запрокинув голову повыше.

Это на расстоянии у меня получалось спокойно смотреть ему в глаза, а по мере приближения разница в нашем росте стала более очевидной. И это при том, что я и сама далеко не низкая. Сто семьдесят шесть сантиметров как-никак. Но в сравнении с его ста девяносто тремя – ничто.

– Мне? Да, в общем-то, никакой, ты права.

В нос тут же попал свежий аромат туалетной воды от «Армани», которую когда-то подбирала ему я сама. Аромат, от которого у меня всегда возникало желание уткнуться ему в шею и глубоко вдыхать, не переставая. Вот и сейчас тут же по инерции потянулась вперед. Просто не смогла отказать себе в этом мимолетном удовольствии. Глаза сами по себе прикрылись на те мгновения, что я делала новый, куда более глубокий вдох.

– Если никакой разницы, зачем интересуешься? – прошептала уже ему на ухо.

Висок опалило его дыхание, а затем он вовсе его затаил, напрягшись всем телом. На мою шею легла чрезмерно горячая ладонь, отодвигая, вынуждая вновь смотреть ему в глаза.

– Просто хотел убедиться, что ты готова к последствиям, – произнес практически в губы, опаляя своим дыханием.

Как вдохнула, так и не выдохнула, потерявшись в глубине тьмы его глаз.

– И что за последствия? – уточнила, саму себя не слыша.

Ладонь на моей шее сжалась сильнее. А мне казалось, он мое сердце сдавливает, лишая воли, обращая время вспять, туда, где мы с ним еще вместе и так же близко.

– Еще не решил, но обещаю, ты узнаешь первая, когда придет время, – произнес он хриплым голосом, от которого у меня мурашки побежали вдоль всего позвоночника.

Кажется, пора уходить, а то куда-то не туда наша беседа свернула. Еще немного, и ничем хорошим она не закончится. Точнее, хорошо-то будет, но только на полчаса, после чего останется только голову о стену разбивать в попытке добраться до мозга, чтобы вставить его на место, а то едет ведь, едет…

– Не сомневаюсь, – показательно надменно скривилась. – Если это все, может, уже вернешь мне телефон, и я пойду? – протянула руку ладонью вверх.

Но в глаза как смотрела, так и продолжила. Просто физически не могла перестать это делать. Да, я слабачка, которая вопреки здравому смыслу вновь летела на огонь стоящего рядом. Зная, что ни к чему хорошему это не приведет. Нас обоих. Лишь бы просто еще разочек почувствовать тепло его близости. И то яркое безумие, что охватывало каждую клеточку изнывающего от жажды организма, толкая на разного рода глупости. Ярко представилось, как я подаюсь вперед и целую мужские губы. Даже интересно, как бы Тенгиз отреагировал, сотвори я подобное. И я почти пошла на поводу у собственного любопытства, но в ладонь лег теплый прямоугольник, быстро приводя в чувства. Правда, Тенгиз и тогда не позволил его так сразу забрать, ухватил мою ладонь вместе с телефоном, не дав отстраниться.

– Что за авария, в которой ты повредила бедро?

Смена темы несколько обескуражила. Не только потому, что я слишком глубоко успела погрузиться в свои фантазии. А просто… он не только залез в мой телефон, пролистал фотки или контакты, нет, он зашел куда дальше в своей наглости. Прикрыла глаза и шумно выдохнула, стараясь не скатиться на грубость.

– Тебе не кажется, что читать чужие переписки несколько неэтично? – нахмурилась и сбросила свободной рукой его ладонь со своей шеи.

Как сбросила, так и попала в новый плен. Теперь Тенгиз зажимал в своих руках обе мои. Да чтоб тебя, Ахалая!

– Подумал, что раз уж кодом разблокировки является дата моего рождения, у меня есть все права, – улыбнулся неожиданно весело и даже озорно.

В черных глазах заплясали черти. Так знакомо, что я ненадолго подзависла, откровенно любуясь им таким. Открытым, довольным, до боли знакомым, почти родным… Не моим.

– Нет, Тенгиз, – покачала головой, снова дернувшись прочь. – У тебя нет никаких прав. Ты лишился их в тот день, когда разорвал наши отношения и оставил меня одну, на том озере, помнишь? – поморщилась, настолько жалостливо это прозвучало.

Точно пора сваливать.

– Это когда ты сказала мне, что мечта для тебя дороже наших отношений? – не хуже моего скривился мужчина.

Усмехнулась. Нет, я не спорю, так оно и было, только это не снимает и с него ответственности за наше расставание. Он ведь даже не попытался меня остановить. Оскорбился и ушел. Бросил. Первым.

– Я такого не говорила, это были твои слова, – вмиг разозлилась.

То ли на его слова, то ли на собственные мысли.

– То есть я был неправ, хочешь сказать?

– Представь себе, – съязвила.

– То есть, не отпусти я тебя тогда в столицу учиться в этой вашей школе эстрадных танцев, ты бы продолжила любить меня, как прежде? Хотя бы сейчас не лги нам обоим, Валентина. Ты бы никогда не простила и не смирилась. Иначе это была бы уже не ты.

Руки мои он все-таки отпустил, но сам не отошел. А я была слишком зла, чтобы обращать на такое внимание.

– Если знал, чего тогда оскорбился и ушел?

– Ты хотела свободы, я дал тебе ее.

– Надо же, как благородно! Прям настоящий рыцарь! – всплеснула руками, зло ухмыльнувшись.

– Скажи еще, что ты не рада была, – прищурился Тенгиз.

– А вот, знаешь, тут ты прав. Я была невероятно рада. И тогда, и потом, и сейчас. Все лучше, чем быть женой такого деспотичного мужчины, как ты.

Боже, что я несу?..

– Ты с этим деспотичным мужчиной полгода встречалась, и, помнится, тебя все устраивало, – тоже в свою очередь разозлился Ахалая.

– Конечно, устраивало, я ж дурой мелкой была, чем ты и пользовался! – ткнула в него пальцем.

– Теперь я тобой еще и пользовался? – выгнул он бровь. – Тебе не кажется, что это несколько нелогичная претензия?

– А что, скажешь, нет? – съязвила. – Разве не удобно, когда молоденькая и глупенькая девочка тебе в рот заглядывает? Только со мной ты просчитался. Я не настолько дурой оказалась, чтобы забыть о себе, вот ты и свалил, едва понял это.

– Скажу, что ты как была мелкой дурой, так, судя по всему, ей и осталась.

– Чего? Я дура? Я? Да пошел ты, Тенгиз Ахалая! Может, я и дура наивная, но зато ты как был наглым скотом, так им и остался! Ни черта не изменился! Видеть тебя больше не желаю! – выдала вместе с пощечиной, дернула на себя телефон, отбирая, после чего развернулась и бегом покинула его кабинет, громко хлопнув дверью.

Ну, просто охренеть, как содержательно пообщались!

Нет, но это же надо такое ляпнуть! Тоже мне, правильный нашелся, вы посмотрите! И вообще!.. Развернулась и вернулась в кабинет.

– Чтоб тебя твоя невеста бросила! – повторно громко хлопнула дверью.

Да, вот так лучше.

Еще лучше мне станет, когда я покину это чертово здание и в жизни больше не переступлю его порог.

Нет, но какой же все-таки козел!

Я, значит, одна во всем виновата, а он весь из себя благородный и заботливый. Ага, сто раз!

Желание вернуться и ко всем ранним словам добавить что-нибудь тяжелое в его голову подавила усилием воли. Хватит тешить его самолюбие. И без того проявила слишком много никому не нужных эмоций. Прям как та самая девочка глупая, с которой он меня сравнил.

– Че-е-ерт! – выдохнула, чувствуя, что такими темпами я еще нескоро успокоюсь, а возвращаться к родителям в таком настроении перспектива так себе.

Выпить. Нужно выпить чего покрепче и успокоиться. Забыть. И никогда больше не вспоминать эту сволочь черноглазую. Пусть катится к своей невесте под бочок! Кобель треклятый!

Глава 6

Тенгиз

Несмотря на давно наступившую тишину, звук девичьего голоса и громко хлопнувшей двери все еще отражался в сознании Тенгиза. Как если бы кто-то на повтор поставил пластинку. Он сам же и поставил. При этом на губах расплывалась довольная улыбка.

Ни черта не изменилась! Его Валентинка. Все такая же взрывная и импульсивная в своих поступках, какой была в восемнадцать лет, даже если старательно контролирует себя. Всего одной провокации хватило, чтобы психанула и вышла из себя. И ему стоило неимоверных усилий, чтобы самому не сорваться и не впиться в манящие губы поцелуем. Еще блеском намазала, как специально привлекая к ним внимание. Не говоря уже о белой майке, которая абсолютно не скрывала дерзко торчащие соски. Какого она при таком раскладе ожидала разговора, когда у него все мысли были лишь об одном, как бы поскорее сорвать с нее эту идиотскую тряпку, которая все равно ничего не скрывала, усадить на стол, заставить раздвинуть свои красивые ножки пошире и вставить в нее уже давно стоящий колом член? Валентинка же будто не замечала творящегося с ним, дразнила и дразнила: шепотом, дыханием, взглядом карих глаз, в которых знакомо разгоралось такое же лютое желание. Еще пощечина ее эта…

Ох, как же его повело с одного удара хрупкой ладошки. А ведь ни одна другая ни за что не позволила бы себе такого по отношению к нему. Впрочем, ни одной другой он бы и не дал себя ударить.