И только смерть разлучит нас

Парень как мысли читал, он резко свернул на грунтовку, идущую к болоту. – Не бзди, просто пописать приспичило, – парень заржал и остановил машину.

– Сиди и не дергайся сука, если чего выкинешь пеняй на себя, – парень резко переменил тон. Его озорно – весёлый взгляд, переменился и серые глаза опять стали излучать ледяной могильный холод, а в добавок, как аргумент навел ствол пистолета прямо Саше в лицо

– Да не парся, ты и не трясись, для тебя почти всё кончилось, – киллер вышел из машины.

Дима обошёл машину и открыл крышку багажника, всего на половину, так чтоб контролировать ситуацию, всего он на миг скрылся под крышкой багажника и – этого ей хватило! Он услышал шорох открывшейся дверцы.

– Вот зараза, – выругался Димка, рукав комбинезона зацепился за что-то в недрах багажного отделения.

– Зараза, – он наконец высвободил руку, место где должна была сидеть девушка было пустым, а дверца машины была нараспашку. Острый глаз стрелка заметил, что-то белое, едва мелькнувшее среди густых еловых зарослей, до цели было метров двадцать.

– Быстрая какая, – мощным рывком парень кинулся догонять «убегающие неприятности». Пробежав метров двадцать, он совсем потерял девушку из виду; карельский еловый лес летом по густоте чащи и насыщенности «зелени», не уступал джунглям Венесуэлы – «Вот я попал, если уйдёт, мне кабздец. Добежит до первых ментов и будут меня гонять по лесу, как кролика: с собаками, вертолётами и местными охотниками, а тем дай волю шмальнуть в кого – ни будь на халяву, ну а если не менты, то (Фирма) в болоте утопит».

– Дима стоял посреди леса и прислушивался: в ушах шумело, то ли от бега, то ли от бешено выбрасываемого в кровь адреналина. Впереди, метрах в тридцати от себя он услышал крик «ну всё молись тварь», – подумал он. И рванул в сторону крика. Через мгновение он почти догнал девчонку, она бежала босиком прямо по острым обломкам веток, «видимо туфли во время бега потеряла» мелькнуло в голове у Мити. Азарт охотника превратил парня в хищное существо – не человека – животное! Это был уже не Митя, кто угодно, но не Митя. Он чувствовал её духи, её страх, её запах! Он прыгнул и повалил её на землю. Навалившись всем телом на девушку, прижал её к мягкому карельскому мху, подобно дикой лесной рыси, которая догнала жертву!

В этот момент уже не важно, что было до. Вся жизнь жертвы и хищника сжимается в одно мгновение. В мгновение последнего прыжка. Теперь, смертельная гонка окончена: максимальное напряжение мышц достигло своего апогея, врожденные инстинкты хищника сделали своё дело, всё – это было только для одного мгновения – мгновения смертельного прыжка. Положенная ему по праву, по природному праву силы – жертва, под ним, и никуда не денется. Её жизнь, в его руках. Одно движение и связь соединяющая тело жертвы и душу, в один миг оборвется! Одно движение пальца! Один щелчок. И фонтан крови брызнет «теплым» в лицо! И наступит расслабляющее, всепоглощающее, неземное наслаждение, выше этого ощущения нет ничего! всё остальное тлен! Убийство, прерывание чужой жизни, вот – то, для чего природа создала хищников. Убийство – цель его жизни …

Саша билась за свою жизнь. У жертвы в отличие от хищника есть выбор: сдаться и стать куском мяса, или биться до конца, и подороже продать свою жизнь. Никто не хочет умирать, вот и Саше не хотелось. Страх превратился в ярость придав сил девушке. Мох смягчил падение, но массивное тело парня придавило хрупкую девушку, всей своей массой к земле. Девушка не кричала. Она билась и извивалась под ним, задевая своими упругими бедрами его половой орган. Парень потерял рассудок, желание убить постепенно сменилось другим, не менее древним инстинктом. Теперь он чувствовал только запах её кожи, запах молодой девушки, запах нестерпимо сладких, всё поглощающих, одуряющих духов. Он чувствовал, горячее, напряжённое, как струна, мускулистое, возбуждающее его тело. Эрекция мгновенно наполнила кровью его член. Он прижал левой рукой её спину к земле, а правой задрал юбку. Трясущимися пальцами расстегнул ширинку. Девушка под ним взревела, тихо и угрожающе. Девушка из последних сил уперлась руками в землю и попыталась сбросить с себя насильника, он силой вошёл в неё, девушка хрипела в такт его движениям…

Он еще минуту после, лежал на ней. Девушка молчала и не двигалась. Он тяжело пошатываясь встал, опершись руками о сырой мох. Голова гудела, разум никак не хотел возвращаться. Перед глазами Димы всё плыло. Всё тело налилось свинцом, силы оставили парня, казалось он не сможет пошевелить даже пальцем

Девушка медленно повернулась и опершись руками в мох села в пол оборота, она с силой сжимала колени. Взгляд девушки пылал. Она ни говорила ни слова, расстёгнутая рубашка вся в зелёных пятнах обнажила кружевной бюстгальтер белого цвета. Маленькая красивая грудь тяжело и медленно вздымалась.

«Я совершил ошибку, надо было её убить, а не насиловать» – думал он. Она смотрела на него исподлобья.

Девушка не была сломлена произошедшим, она даже не была напугана. Она была зла! Её взгляд тяжёлыми волнами презрения и ненависти прожигал парня, она не шевелилась и не говорила ни одного слова, только тяжёлое сипение или даже шипение, вырвалось из её груди. Огромные зелёные глаза девушки были наполнены кровью. Казалось ещё секунда и она бросится на парня.

«Всё, пора кончать», – подумал он. Достав пистолет, направил его на девушку. Она не шелохнулась, только взгляд стал ещё страшнее.

Выражение лица парня почему-то из дебильно – деревянного, изменилось, на дебильно – придурковатое. Парень начал ржать истерически. Из его глаз ручьями потекли слёзы, он весь трясся от хохота.

Саша не выдержала: – Стреляй урод, чего тебе ещё надо, маньяк тупорылый, не можешь человека убить без издевательств». У тебя небось и стоит то, только так, с пистолетом, насильно, а так небось и подойти к девушке очкуешь. Стреляй! – она перешла на крик.

Парень не отвечал, он продолжал хохотать и трястись, как трактор.

– Тебя, тебя, тебя, чего, Саня зовут? – парень сквозь смех и слезы указывал стволом пистолета на грудь девушки. На растрепанной рубашке был прикреплен бэйдж – «Медсестра Александра». Ответом парню послужил взгляд девушки, в котором окромя вышеперечисленных чувств ещё и читался вопрос «Ты совсем тупой?».

– Вот это поворот, так не бывает, не может быть, – парень продолжал трястись от смеха. Он убрал пистолет в бездонные карманы комбинезона и протянул девушке правую руку – «А меня Дмитрий».

На лице девушки появилось выражение непонимания, она не понимала, почему он ржёт, почему она жива и почему он убрал пистолет.

– Ты правда не понимаешь – догадался Митя – Ну… Вспомни! «А я ей Санюшка, а она мне Митюнюшка. Не вспомнила? Нету дедушки, больше твоей бабушки» Ну, как же! Старое кино, его ещё здесь рядом в Медвежьегорске снимали? Ну ты даёшь! – Митя с удивлением смотрел на Сашу. Там про семью одну, про то, как «он», мужик, то есть, главный герой, на юге «другую» полюбил и обратно, домой к себе, в деревню приехал. Там у них старик со старухой жили ещё: дядя Митя и тётя Шура, вспомнила?

Девушка сменила выражение лица: – «Ты точно болен. Чего тебе надо, ты вообще здоров, ты понимаешь, что происходит?»

Парень сделал обиженное лицо: –«А что произошло, ну трахнулись разок, тебе чё впервой»

– Трахнулись! Ты, это так называешь, ты меня изнасиловал и убить хотел!

– Подумаешь, изнасиловал. Вот мне, теперь, из – за тебя точно «абзац», когда «фирма» узнает, что я свидетеля не «убрал», мне я думаю простой пулей в голову не отделаться. Ну, вставай говорю! – парень ближе придвинулся к девушке.

– Ну прости, я не знаю, как так получилось. Я вообще не такой, просто… Ты… такая. Я не знаю. Я, когда к тебе прикоснулся, меня, как током ударило, ты так пахнешь, у тебя такое тело, я просто сума сошёл. Я не смог… Я хотел, но не мог удержаться! От такой, как, ты сложно удержатся. Парень присел на корточки и примирительно протянул девушке руку, ну правда, я понимаю, что это глупо, но прости. Пожалуйста. Вставай, хватит клюкву жопой давить, твоя смерть на сегодня отменяется – парень глуповато улыбался.

– А вот моя – не факт.

Девушка встала, поправила и отряхнула юбку – Сейчас клюквы нет. Как мне теперь жить, ты урод мне всю жизнь сломал.

– У Саши начался нервный срыв: она вся как – то скисла, плечи девушки опустились, слёзы полились ручьём из глаз. Сказалось пережитое.

– Ты человека убил, ты меня убить хотел, ты меня изнасиловал! – она размазывала слёзы и «зелень» по лицу маленькими кулачками.

– Вообще бред какой – то, разве такое бывает в реальности? – девушка уже рыдала на взрыв!

– В жизни и не такое случается. Пошли нам надо, что – то решать с тобой, я чего –то тоже подыхать не хочу, – парень придвинулся к девушке и притронулся к её плечу.

– Убери от меня руки, урод! – девушка отшатнулась и вскрикнула. Присев, Саша обхватила руками, голые расцарапанные ступни – я где – то туфли потеряла, пока бежала, надо найти, я за них всю зарплату мартовскую отдала, сквозь всхлипы пожаловалась девушка.

– Да где ж мы их искать будем, смотри уже темнеет, надо уходить, нам ещё многое предстоит сделать, да и куплю я тебе, эти сраные туфли, да и вообще, хочешь денег! Хочешь много денег? У меня их много, очень много, а у тебя на работе небось копейки платят.

От такой наглости Саша даже реветь перестала –Ты меня, что за шлюху держишь? Откупится хочешь, – округлив глаза возмутилась Саша.

– Прости дебила, ляпнул не подумав, я так хотел, ну просто… Знаешь… В общем не парся. А хочешь я тебя до машины на руках отнесу! Ты не сомневайся я смогу, я сильный.

– Нет уж, спасибо я твою рожу видеть не могу, а уж тем более, чтоб, ты меня своими грязными лапами трогал. – Саша шагнула и снова вскрикнула – Ой!

– Стой, я придумал! Не хочешь рожу видеть, не надо! Давай я тебя на закорках понесу!

– На чём? – Саша с удивлением посмотрела на Диму. Вообще он был, даже может быть симпатичный: среднего роста, коренастый. Он как бы был, неприметен и в то же время неплох. Если б он не был насильником и убийцей, она может быть с ним даже и общалась, может быть они даже дружила, но сейчас…

– На спине то бишь, ты сзади меня руками и ногами обхватишь, а я тебя под коленки перехвачу, так и пойдём, и рожу мою видеть не будешь. Пойдем. Тебе всё равно одной тут нельзя оставаться. С мной или без меня, тебя скоро найдут. А когда найдут, из тебя всю правду вытрясут: как я выгляжу, как меня зовут. И поверь мне, тебе их методы не понравятся. Из-за тебя, я сильно наследил, тем самым подписал себе смертный приговор. Цени это. – он улыбнулся девушке.

– Да и полиция «дело» в первую очередь на тебя вешать будет. Ну рассуди сама, клиент ваш дохлый, а ты пропала.

– Сволочь ты!

– Согласен. Но и ты сама виновата.

– Я!

– Да, ты. Какого хрена ты у него в номере делала. У меня ведь распечатка его дневного распорядка была. И тебя в номере не должно было быть. И ладно, давай ты мне мозг в машине клевать будешь.

– Митя, повернулся к девушке спиной, – Залазь.

Девушка брезгливо и как –то не грациозно взгромоздилась ему на спину.

– Ну вот и ладушки погнали, – Дима пошёл быстрым шагом, в сторону брошенной машины. Сквозь ткань комбинезона парень чувствовал её теплую и упругую грудь – «как она пахнет, просто смерть, разве можно от такого не потерять рассудок». – думал он.

Где – то через пять минут они вернулись к машине, Митя аккуратно опустил девушку на передний капот – всё мать приехали распрягай.

– Что?

– Шею говорю отпусти.

– А почему, ты так странно выражаешься?

– Это, как?

– Ну так «распрягай», «мать», «закорки».

– Ааа! Ну, я просто в детдоме вырос, а там все так говорили. Митя открыл багажник, достал оттуда две объемистых сумки и канистру с бензином. Слушай, я дам тебе свою одежду, твоя то в «хлам», и мы сразу пойдем, нам ещё до посёлка топать и топать. И не смотри, ты на меня так. Всё хорошо будет, я тебя не убью, я если хочешь даже скажу тебе, что меня совесть мучает, за то, что я тебя убить хотел.

– А за остальное совесть не мучает!? – язвительно спросила Саша.

– Нет, не мучает. Я может никогда и с девушкой такой, как ты не спал. У меня может быть, то что я тебя встретил, это самое счастливое и запомнившееся в жизни было.

– Ты точно извращенец! – Саша начала замерзать и её сильно потряхивало.

– На вот тебе, это мой спортивный костюм, майка там, кроссовки,

– Митя протянул девушке полиэтиленовый пакет с надписью: «Всё, что вам надо, есть у нас, семёрочка».

– А как я в мужских шмотках пойду?

– Ну извини, тут тебе не Петрозаводский бутик.

– Отвернись, чего смотришь.

– Я отвернусь, ты только пожалуйста не убегай больше, уже сумерки, а тут болота кругом.

– Хорошо.

Митя украдкой наблюдал за Сашей в зеркало на дверце машины: стройные длинные ноги, идеально плоский живот (можно даже было рассмотреть тонкие полоски мышц на животе), острая упругая грудь (ярко розовые соски топорщились по-видимому от холода), шоколадно-молочного цвета кожа. И как вишенка на торте –маленький шрам, в виде полумесяца на внутренней поверхности правого бедра… Митя опять почувствовал приток крови в паху «надо отвернутся к чертям», – Ну чё, ты там, всё!

– А то я не вижу, что, ты в зеркало пялишься. – даже в тёмно- синем спортивном костюме и ярко оранжевых кроссовках, Саша было просто прелесть.

– Ладно, отойди в сторону, – Дима облил корпус и салон машины бензином, кинул канистру во внутрь.

– Ты, что, а если лес загорится.

– Не загорится. Видишь канавы кругом – сказал Митя, бросая зажженную «охотничью спичку» в салон, машина весело заполыхала.

– Всё погнали, – Митя взял в каждую руку по огромной сумке, крякнул и уверенно пошёл в лес.

– Постой, а откуда, ты знаешь куда идти. – спросила уже совсем успокоившись девушка.

– GPS – коротко ответил Дима.

Саша засеменила следом.

Стемнело, они шли уже два часа, Митя достал фонарики себе и Саше. Чертыхаясь через каждый километр, молодой человек сверялся с картой на экране смартфона.