Мои три желания

Пролог

Я не могла ему сказать правду, он бы все равно не понял. Был бы против моего решения, отговаривал. Возможно, я совершала самую большую ошибку в своей жизни. Иного пути не было.

Я встала со стула, чтобы мне проще было не смотреть ему в глаза, но в ту же секунду джинн оказался рядом.

– Перед тем, как ты его загадаешь. Ответь на вопрос. Будешь ли ты жалеть об этом потом?

«Конечно, буду! Я не хочу тебя терять! Прошу, прости меня!», хотелось ответить.

– Нет, – холодно ответила я, сжимая до боли кулаки.

– Рад слышать, ты наконец-то начала думать о себе, – с усмешкой произнес джинн. Я знала, усмешка является лишь его защитной реакцией, за которой скрывается боль.

Мне тоже больно, Алан. Очень.

– Скажи, – с вызовом потребовал он. От спокойного джинна не осталось следа. Его глаза горели, на скулах выступили желваки.

Алан стоял близко, внимательно наблюдая за мной. Я чувствовала, как аура вокруг нас сгустилась, образуя черный шар. Мое сердце бешено колотилось, хотелось закрыть уши, убежать и спрятаться.

«Прошу, не уходи!», кричало мое сердце.

– Еще одно желание, последнее! – повторил он громче. Его красивое, уже любимое лицо излучало злость, глаза горели ненавистью.

Время пришло.

Я должна!

– Ты свободен. – Обессилено выговорила я, и больше не сдерживаясь, дала волю слезам.

– Что? – опешил джинн, вместо злости пришло удивление, затем отчаяние. Цвет глаз снова стал медовым, моим любимым цветом. Последний раз я смотрела в них и тонула. Последний раз. Я всегда буду их помнить.

– Мое последнее желание – твоя свобода, Алан, – повторила я более отчетливо. – Прости. – прошептала я. Поддавшись своим чувствам, я поцеловала его, вложив в поцелуй всю свою любовь к нему. Он ответил. Обняв за талию, прижал к себе. Я знала: это были наши последние мгновения.

– Я люблю тебя, – успел ответить мой любимый джинн, прежде чем на его месте образовалась пустота, молниеносно заполняя собой каждый уголок в моем сердце.

– Прощай, Алан.

Глава 1

Яркий солнечный луч без разрешения пробрался в мою комнату, заставив накрыться одеялом. В теплой кровати было хорошо и уютно. В который раз на телефоне за утро прозвенел будильник, и в который раз я его отключила. Утро – самое нелюбимое мое время суток. Я была настоящей совой: ложилась поздно, вставала поздно. Пролежав под одеялом еще какое-то время, я начала вспоминать обрывки вчерашнего вечера: разговор с подругой по телефону и обсуждение дальнейших планов. Черт! Точно! Я резко вскочила с кровати, посмотрев на часы.

– Я опаздываю! – простонала я, на ходу стряхивая с себя остатки сна. Быстро приняв душ, я надела свой любимый теплый бирюзовый спортивный костюм. Несмотря на октябрь, по утрам уже было довольно прохладно. Захватив с комода свою сумку, я выбежала из дома. Сегодня я встречалась со своей лучшей подругой Дашей. Она собиралась приехать ко мне на выходные. Не дожидаясь автобуса, я пошла пешком до Железнодорожного вокзала1. Подруга совсем недавно получила водительские права, но водить сама по межгороду боялась, поэтому пока предпочитала электрички. Я набрала ее номер, послышались долгие гудки, оставшиеся без ответа. Не придав этому значения, я решила подождать ее уже на месте. Дорога заняла не более 15 минут, обычным прогулочным шагом, я, не торопясь, полностью погруженная в свои мысли, не замечала ничего вокруг. Вчерашний наш разговор выбил меня из колеи. Даша позвонила в 12 ночи, вся в слезах рассказала, что ее бросил парень Миша. На глазах у всех пошел танцевать со знойной блондинкой, полностью игнорируя свою девушку. Раздавленная подруга уехала одна домой на такси. Утешая подругу, я предложила ей приехать ко мне на выходные. Даша жила и училась в небольшом городе в 36 километрах от Владивостока0, столицы Приморского края России.

Когда я пришла на вокзал, электричка, на которой должна была приехать подруга, уже стояла около перрона. Еще раз, набрав подругу, я услышала те самые гудки без ответа. Не на шутку забеспокоившись, я продолжала звонить пока трубку не поднял знакомый мужской голос.

– Да, – сонно ответили мне.

– Миша? – узнала я. – Где Даша?

– Она спит, – также сонно ответил он.

– Вы помирились? – выпалила я, совершенно ничего не понимая.

– Мы не ругались, – буркнул он. – Перезвони позже, мы спим. – В трубке послышались короткие гудки.

Я стояла на перроне совершенно обескураженная. Что это сейчас было? Теперь уже злилась я. Помирились, значит. Странно, почему она не сказала мне, зная о нашей сегодняшней встрече. Даша – очень ответственный, обязательный человек. Чувство ответственности в ней было привито с самого рождения. Я списала все на эмоциональный всплеск, мало ли, что могло произойти за одну ночь.

Раз уж я была в центре в субботу рано утром, то решила не терять времени даром и прогуляться. Особым очарованием город Владивосток обладал по утрам, когда с восходом солнца девственные лучи начинали освещать улицы и здания мудрых годов. Свежий осенний воздух придавал бодрость и хорошее настроение. Город начинал медленно просыпаться. Слышались звуки двигателей автомобилей, шин, шершаво скользивших по асфальту, отрешенно идущих людей, которым несмотря на выходной день пришлось встать пораньше. Уже через несколько часов, город окончательно проснется и жизнь забурлит с новой силой.

Я училась на 4 курсе факультета журналистики. Еще немного и я смогу полноценно устроиться на работу, писать статьи, заниматься тем, чем мечтала с 9 класса. Мне всегда нравилось писать, особенно про какие-нибудь события или про людей, поэтому я уже подрабатывала внештатным сотрудником в городской газете. Писала небольшие новостные статьи про события, происходившие у нас в городе: «была обнаружена стая бездомных собак, которая наводит панику на местных жителей» или «припаркованные машины на обочинах возле домов вызывает недовольство у пешеходов». Я могла создавать текст из всего, что видела и слышала. Чистый лист бумаги и ручка являлись моими самыми главными помощниками. Я буквально жила своим увлечением. Мечтала стать хорошим журналистом, вести колонки в журналах. Единственная загвоздка заключалась в том, что таких как я, были сотни, тысячи. Мне в жизни предстояло преодолеть огромную конкуренцию, прежде чем добиться успеха.

Пока я шла вдоль старинных домов, то вспомнила о занимательном разговоре с Юлей. Юля – моя вторая лучшая подруга. Мы познакомились с ней на первом курсе. Обе напуганные желторотики, не имеющие понятия куда попали. Ее короткая стрижка боб, большие карие глаза и заразительная улыбка излучали абсолютное дружелюбие и наивность. Она была примерно моего роста, но вечно носила высокие каблуки. Подруга обожала всякие предметы из прошлого, поэтому предложила заглянуть в антикварный магазин, который нашла, облазив весь интернет. Она наткнулась на неприметное объявление, где в антикварную лавку требовался помощник на несколько часов в день. Магазин, кстати, находился совсем недалеко от центра города.

– Смотри, сюда требуется помощник! – радостно воскликнула она и показала коротенький текст объявления на своем планшете.

Мы сидели в аудитории, дожидаясь преподавателя.

– Мне кажется, ты не там учишься, – скептически тогда заметила я.

Недолго думая, я набрала номер Юли. Длинные гудки, сопровождались тишиной.

– Суббота, – вздохнула я.

Я решила не терять время даром и посетить антикварную лавку. Включила навигатор на телефоне и прогулочным шагом направилась к указанному месту.

Карта привела меня к трехэтажному кирпичному зданию исторической постройки. Винтажные окна, расположенные на одинаковом равномерном расстоянии друг от друга, имели прямоугольную форму, а по его бокам на втором и третьем этажах пристроены большие квадратные балконы. Само здание выкрашено в трехцветную палитру желтых оттенков: снизу ярко-желтый, второй этаж посветлее, третий же бледно-желтый. Вопреки своему мудрому возрасту, данная постройка могла вызвать лишь восхищение. Для поддержания и сохранения такого облика, все здания в городе периодически подвергались реставрации.

Магазин располагался в подвальном помещении, поэтому мне пришлось обойти все здание, чтобы увидеть надпись «ОстровЪ сокровищЪ». Коротенькая бетонная лестница вела к маленькой деревянной табличке, приклеенной на железную дверь. Постучав в нее несколько раз, я не получила ни намека на ответ. Дернув ручку на себя, внушительного размера железная дверь поддалась сразу. В нос ударил запах дерева, пыли и залежавшихся вещей. Небольшой тёмный коридор вывел меня в помещение размером примерно 20 на 20. На потолке, очень давно видавшем побелку, висела одна единственная лампочка без абажура, которая дарила тусклый свет всей комнате. Я огляделась. Огромное количество различных вещей буквально сыпались с полок: керосиновые лампы, часы, картины, чайники, пишущая машинка, книги и многое другое вмещала в себя комната.

Пока я нескрываемым интересом разглядывала каждую вещь, за мной с любопытством наблюдала пара незнакомых глаз.

– Добрый день, – прервал меня тихий, доброжелательный мужской голос.

– Здравствуйте, – поспешно ответила я, немного смутившись. Я была настолько увлечена рассматриванием антиквариата, что даже не заметила человека.

– Могу я чем-нибудь помочь юной леди?

– Моя подруга сказала, Вы ищите помощника, – выпалила я.

Лицо мужчины стало серьезным.

– К сожалению, Вы немного опоздали. Дело в том, что я уже нашел помощника, точнее помощницу, – с некоторой неловкостью в голосе произнес он. – Мне жаль.

Юля явно расстроится.

– А, да ничего, – улыбнулась я.

– Может, Вас что-нибудь заинтересовало? – спохватился он.

Я еще раз осмотрела магазинчик. Столько много разных интересных предметов…у меня разбегались глаза.

– Я ничего в этом не понимаю, – честно призналась я.

– Позвольте Вам помочь, – мужчина вышел из прилавка. При тусклом свете я заметила, на вид ему примерно лет 70, множество морщинок около глаз и рта говорили о его жизнерадостности. Именно так я себе представляла настоящего антиквара. Добрый, улыбчивый и спокойный. Не вооруженным глазом было понятно, передо мной стоял знаток своего дела от «А» до «Я». – Как Вас зовут?

– Кира.

– Кира, очень приятно. А я – Петр Алексеевич. Кира, антиквариат в этом «доме», так я называю это место, хранит свою историю. Каждый из них уникален по-своему, – начал рассказывать хозяин лавки. – К нему в целом относятся старые или редкие художественные произведения или другие ценные вещи, ведь именно они являются объектом коллекционирования. Честно сказать, предметы из прошлого – носители невероятной энергии и символического содержания.

С последней фразой я была согласна на 100 %. Вещь из прошлого таила в себе огромную ценность и могла поведать невероятную историю жизни определенного времени, жаль только они не умели разговаривать.

– Как они попадают к Вам? – спросила я, разглядывая золотого цвета самовар, который стоял на столе вместе с другими предметами. Его корпус в виде шара был украшен затейливой резной вязью, а ручки и носик сделаны в виде стеблей растений. И, несмотря на слабый свет, в нем я смогла разглядеть свое отражение. Вообще, весь антиквариат в этом «доме» содержался в опрятном состоянии, пыли почти не было.

– По-разному, кто-то приносит сам, кто-то продает через интернет. Мой сын помогает мне в этом, – добавил он.

– Например, вот эти часы, – Петр Алексеевич показал в сторону настенных деревянных часов. Белый циферблат, крупные замысловатые узоры на грубом дереве придавали часам солидный вид. – Они передавались из поколения в поколение, пока один из родственников не решил избавиться от них. Многие люди не понимают, какими счастливыми оказываются, являясь обладателем хотя бы одной такой вещи, – в голосе антиквара слышались нотки грусти. – Для большинства людей это лишь бремя, лишний хлам.

С его слов я понимала всю боль за них. Петр Алексеевич говорил о них, словно они были живые. Он продолжал рассказывать, показывая на тот или иной предмет, вкратце описывая его историю. Я была точно в музее с профессиональным экскурсоводом. С неподдельным интересом просматривая каждый предмет, я заметила среди них что-то блестящее. Среди керосиновых ламп, статуэток в виде кошек и фарфоровой посуды стояла она, похожая на волшебную лампу из сказки – масляная лампа. Моя рука невольно потянулась на ее красоту. Я даже не заметила, как она оказалась в моих руках. Холодный гладкий металл приятно холодил кожу рук. Завороженная я смотрела на нее, четко видя свое отражение в ней. Она была размером с небольшой чайничек с вытянутым носом, выпуклой крышкой и с орнаментом в виде узоров. Я была настолько поглощена ее красотой, что перестала замечать все вокруг. В комнате не было никого, только я и она. Мое сердце забилось быстрее, мне вдруг стало жарко. Я расстегнула куртку, не отрывая глаз от лампы.

– Понравилась? – из оцепенения меня вывел голос Петра Алексеевича.

Спохватившись, я быстро поставила лампу на место и отошла от нее. Непонятно почему, на душе сразу стало тоскливо.

– Извините, я увлеклась, – призналась я.

– Кира, Вам понравилась эта вещь? – снова спросил он на этот раз с улыбкой.

– Да. Не знаю, просто она меня привлекла, – затараторила я, чувствуя себя неловко.

– Очень интересно, – мужчина потер подбородок, явно о чем-то задумавшись. – Лампа находится у меня уже очень давно. Ее мне принес пожилой человек. Деньги брать не стал. Просто отдал и все. Сказал, возможно, кому-нибудь когда-нибудь она пригодится. За 10 лет еще о ней никто не спрашивал. Более того, никто ее даже не замечал. – Петр Алексеевич был явно удивлен.

– Сколько она стоит? – спросила я, параллельно представляя радостное лицо Юли.

– Знаете, Кира, раз она досталась мне бесплатно, то за нее я тоже не буду брать денег. Примите ее как подарок, – с этими словами он вручил мне лампу.

– Спасибо, – пробормотала я смутившись. – Мне неудобно. Я… не могу ее взять.

– Можете… – добродушно улыбнулся он, – а если неудобно, то я бы не отказался от шоколадных пирожных в кафе за углом, – он подмигнул мне и вернулся за прилавок. В этот момент в лавку зашел тучный хорошо одетый мужчина. Петр Алексеевич переключился на него.

Полностью потрясенная я вышла на улицу с неожиданным подарком в руках. Солнечный свет резко ослепил глаза. Я зажмурилась. Мне понадобилось несколько секунд, чтобы глаза смогли привыкнуть к свету. На солнце лампа смотрелась как большой солнечный зайчик. Блестящая и яркая. Сунув ее в рюкзак, я пошла в ближайшее кафе за углом за шоколадными пирожными. Купив несколько штук, вернулась обратно, но в лавке Петра Алексеевича не оказалось. Дверь была закрыта на замок. Мне показалось это странным, ведь меня не было всего минут 10 максимум. Когда спустя 20 минут никто не пришел, я села в автобус и поехала домой.

Оказавшись в квартире, я кинула рюкзак на диван, включила для фона телевизор и пошла на кухню перекусить. Так как я жила одна, то редко готовила. В основном, это были легкие блюда в виде простых каш, салатов и бутербродов. Наспех сделав себе несколько бутербродов с чаем, я села за поздний завтрак, когда раздался телефонный звонок, на экране высветилось имя «Даша».

– Прости, – тут же послышался жалобный голос подруги.

– Ты прощена, – ответила я, – но могла бы предупредить, что не приедешь или написать хотя бы сообщение, чтобы я не тащилась рано утром в выходной на вокзал.

– Еще раз прости, – вздохнула Даша. – После нашего с тобой разговора, Миша пришел ко мне домой с цветами и извинялся. Сказал, перепил, бес попутал. Протрезвел, понял, что натворил, купил цветы и сразу ко мне. Он клянется, ничего между ними не было. – Оправдывалась Даша.

– Все нормально. Я рада, что вы помирились.

– Нет, не нормально. Я все равно чувствую себя виноватой. – Всхлипнула она.

– Прекрати, ты не обязана оправдываться, – предпринятая попытка номер два, чтобы остановить подругу.

– Я закончила, – выдохнула Даша. – Нам обязательно нужно поскорее встретиться. Я очень соскучилась.

– Согласна! Я тоже.

Мы еще немного поболтали, и когда Даша поняла на все сто десять процентов, что я не обижаюсь, успокоилась и повесила трубку.

Буквально через пару минут раздался звонок от Юли. Сегодня они с еще двумя нашими одногруппницами собирались клуб и звали меня с собой.

– Кстати, ты звонила? Прости, я спала.

Я не удержалась и закатила глаза, по-моему, на сегодня достаточно «прости». Мы договорились встретиться в 8 часов вечера возле клуба «Зенит». За это время я успела прибраться в квартире, постирать, переписать лекции, посмотреть фильм и даже почитать книгу. Время пролетело незаметно. Порой, раз в неделю я устраивала себе такой выходной, который могла посвятить не только каким-то домашним делам, но и своим увлечениям вроде чтения. Иногда я любила рисовать картины по номерам под какую-нибудь аудиокнигу.

Время быстро приблизилось к вечеру, значит пора было собираться в клуб. Надев обтягивающее черное платье на бретельках длиной выше колен и классические туфли на шпильке с заостренным носом, я посмотрела на себя в зеркало: мои длинные волосы цвета темного шатена ниспадали по плечам, слегка прикрывая скромное декольте; единственная пепельная прядь, выглядывавшая из копны волос, отлично гармонировала с серыми глазами, которые были украшены черными стрелками. Подкрасив ресницы тушью, а губы темно-розовой помадой, я накинула сверху бежевый плащ. Последний штрих – черный клатч. Я открыла рюкзак, чтобы переложить кошелек в клатч, когда моя рука наткнулась на что-то твердое. Я совсем забыла о лампе! Прохладный металл холодил ладонь. Так как за окном уже смеркалось, в моей комнате уже горел ночник, при его свете лампа выглядела таинственно. Легкие блики касались гладкой поверхности, отражая часть комнаты. Я пыталась рассмотреть в ней каждый миллиметр, сама того, не понимая, чем же она могла меня так привлечь. Лампа на самом деле напоминала мне волшебную лампу из сказок про джиннов. Я с лёгкостью открыла поддавшуюся крышку. Внутри она была такой же чистой и блестящей, как снаружи. Лишь мелкие, почти мимические морщинки выдавали ее возраст. Мне в голову вдруг пришла странная мысль потереть ее. Не знаю, на что я могла рассчитывать, но джинн не появился.

– А чего я ожидала увидеть? – нервно хохотнула я, – Парящего синего джинна?

Еще немного полюбовавшись красотой антиквариата, я благополучно оставила ее на прикроватном столике.

«Зенит» – весьма популярное место среди молодежи. Располагался в 10 минутах от моря, в трехэтажном здании. В субботу и в пятницу, в клубе было много народу. Шумная музыка, море напитков, крутые ди-джеи. Не то чтобы я была заядлой посетительницей клубов, однако могла иногда отдохнуть. С Юлей и еще с двумя девочками мы встретились на входе. Помимо нас тут стояли еще человек 10. Кто-то курил, кто-то стоял кого-то ждал. Юля надела короткие шорты, туфли на шпильке, подкрутила волосы. Двух других девочек звали Марина и Надя. Иногда мы тусовались вместе, в основном они больше общались с Юлей, потому что все жили в одном общежитии.

Мы зашли внутрь. Шумная музыка эхом отзывалась во всем теле, побуждая танцевать. Мы выпили по коктейлю и заняли место на танцполе. Время понеслось…

Я вернулась домой после полуночи на такси. Мне было достаточно выпить три коктейля, чтобы понять – вечер окончен. Пока еще в состоянии контролировать свои мысли, я вызвала машину через приложение. Юля осталась в клубе, так как познакомилась с симпатичным блондином, поэтому ее вечер имел продолжение. Ко мне же несколько раз подходили парни, но я всем говорила «нет». С тех пор как закончились мои последние отношения, а закончились они весьма болезненно, я дала себе слово не влюбляться. Я дружила с парнями, однако, не более того.

Голова гудела, желудок чувствовал себя не самым лучшим образом, поэтому я сразу скинула с себя обувь. Умывшись и наспех переодевшись в свою пижаму, легла под одеяло.

«Прекрасно, просто волшебно» – были последние мои мысли, как только голова коснулась подушки. Я провалилась в сон.

Прекрасные сновидения бывают разными, от огромного шоколадного торта до свободного полета в бескрайнее голубое небо. Мне снился белоснежный пустынный пляж. Одетая в бирюзовый открытый купальник, я медленно иду по белому песку. Палящее солнце беспощадно закрывает мне волшебный вид на лазурный океан. Я решаю пойти потрогать воду, мне очень хочется узнать, какая она на ощупь, должно быть, идеальной температуры. Мягкий песок приятно обволакивает ступни. Внезапно я слышу слабый аромат морского бриза, мандарина и бергамота. Мне кажется это странным, ведь вокруг лишь море. Я ускоряю шаг, подхожу к воде. Она теплая. На спокойной поверхности воды виднеется еле заметная рябь, которую создают стайки разноцветных маленьких рыбок. Не спеша, я захожу в воду, рыбки тут же расплываются в разные стороны. От наслаждения я закрываю глаза, подставляя лицо к солнцу. Затем, я чувствую слабые прикосновения чьих-то рук сзади, они ласкают мою спину, живот, шею и постепенно становятся уверенней. Внизу живота предательски ноет. Мой невольно вырвавшийся стон приводит меня в чувства, и я резко просыпаюсь.

Мое сердце билось настолько быстро, что я начала хватать ртом воздух. Несколько секунд я приходила в себя, восстанавливая воспоминания двух реальностей. Сон был похож на настоящую реальность, словно действия происходили наяву. Я дотронулась до шеи, где только что чувствовала определенно мужские ласки. Пока мои глаза привыкали к темноте, я пыталась рассмотреть каждую деталь в комнате. Мне бы не помешал фонарик, но телефон оказался некстати забыт в сумке. Все было на месте: диван, окно и лампа на прикроватном столике. Лунный свет, пробравшийся в окно, зеркальным бликом отражался на лампе. Откинув одеяло, я села в кровати. В горле пересохло, захотелось пить. Внезапно во всей квартире отозвался эхом низкий бархатный смех, отчего меня моментально бросило в ледяной пот. Сердце, почти восстановившее нормальный ритм, забилось с новой скоростью.

– Забавно. – Послышался незнакомый мужской голос из темноты.

Медленно, почти не дыша, я повернула голову в сторону голоса и заметила мужской силуэт. Лица мне видно не было. Лунный свет попадал лишь на ноги, освещая черные кожаные туфли.

Дикий страх сковал все мое тело, воздух перестал попадать в легкие. Я не могла издать ни звука. Не помню, как включила свет, но как только он озарил всю комнату, я зажмурилась, а, открыв глаза, заорала.

На диване, стоявшем рядом с кроватью, на которой я только что спала, в классической позе нога на ногу сидел красивый брюнет лет 25-27. Его руки в расслабленном положении покоились на спинке дивана. Одет он был в тёмную одежду: черные кожаные брюки, темно-бордовая шелковая рубашка, расстегнутая на две пуговицы сверху, предоставляя взору сексуальный участок груди и черная кожаная куртка сверху. Незнакомец ехидно улыбался.

– Ты кто? – вскрикнула я, схватив первое, что попалось мне под руку. Это была подушка. – Как ты сюда попал?

– Я – джинн, госпожа, – ответил он, вставая с дивана и неспешной походкой направился в моем направлении.

На автомате я попятилась назад.

– Не подходи, – взвизгнула я.

Он рассмеялся еще громче. Парень остановился в шаге от меня и не сводя глаз, разглядывал с нескрываемым интересом. Его глаза были необычного медового цвета, раньше я таких не встречала. Казалось, незнакомца забавляла сложившаяся ситуация, потому что в них вдруг заплясал озорной огонек.

– Джинн к твоим услугам. Можешь звать меня просто по имени – Алан. – Он отвесил приветственный поклон, сложив перед собой ладони. – У тебя есть три желания.

– Какого плана три желания? – не поняла я, а потом поняла. Неужели он из тех парней, кто за деньги?

О-о-о…

В памяти сразу всплыли пошлые кадры из фильмов для взрослых. Помню мы с Дашей в старших классах приходили к ней домой после школы и иногда смотрели спрятанные ее родителями видео кассеты. Чего там только не было…

Мое лицо залилось краской.

– Это не смешно, – ответила я, пытаясь сохранить последние остатки самообладания.

Параллельно я лихорадочно перебирала в своих воспоминаниях все связанное с сегодняшним вечером. Не могла ли я под тремя коктейлями привести домой парня, сняв его за деньги? Несмотря на его чертовски привлекательную внешность, на такое я не могла пойти. Или могла?

– Послушай, у меня нет денег, – начала я, переводя дыхание. – У тебя очень необычное имя и да, ты хорош собой. Если я там тебе что-то пообещала, то увы, нет. У нас ничего с тобой не будет. Поэтому, Джинн, давай я покажу тебе дверь. Ты спокойно уйдешь, – я махнула рукой в сторону выхода, мысленно молясь, чтобы он послушался.