Хетты. Разрушители Вавилона

Точная дата и обстоятельства этого нападения на Алеппо нам неизвестны, и событие это еще только предстоит вписать в летопись сирийской истории XV века до н. э. За долгий период смуты, начавшийся с убийства Мурсили I, Северная Сирия успела отойти под власть Ханигальбата – политического союза хурритских племен, организованного около 1500 года до н. э. О бессилии царства Хатти свидетельствует тот факт, что сирийцы, сами будучи данниками хурритов, могли безнаказанно совершать набеги на хеттские земли. В 1457 году до н. э. победы Тутмоса III в восьмом военном походе положили конец владычеству хурритов, и на 30 лет Сирия попала в зависимость от египтян. Однако после смерти энергичного Тутмоса египтяне не смогли долго удерживать Северную Сирию и вскоре были вынуждены отступить перед новой хурритской державой – Митанни. При династии царей– ариев государство Митанни добилось господства над всей Западной Азией. Каковы были внутриполитические факторы этого процесса, нам неизвестно, так как архивы царей этой династии до сих пор не найдены. Но от следующего столетия, когда могущество Митанни уже пошло на убыль, сохранилось множество памятников, из которых явствует, что хурритский язык и хурритская культура в целом успели оказать весьма заметное влияние на всех территориях от хеттской Анатолии до ханаанской Палестины.

В документе, сообщающем о походе хеттов на Алеппо, поясняется, что это была карательная кампания, предпринятая в наказание за то, что город перешел под владычество Ханигальбата. Следовательно, она состоялась не позднее 1457 года до н. э., когда Ханигальбат был разгромлен Тутмосом III. Не исключено, что хетты приурочили свой поход к кампании египтян, выступив в союзе с египетским фараоном: известно, что в тот период Тутмос принимал дары от «Великой Хеты». Такая версия позволяет объяснить, почему в отчетах о египетской кампании нет никаких упоминаний о захвате Алеппо.

Возвышение Митанни ввергло Хеттское царство в очередной кризис. Многие княжества, ранее попавшие в орбиту влияния хеттов, теперь перешли под власть хурритской державы или заявили о своей самостоятельности. При Хаттусили II и Тудхалии III царство подошло к самому краю пропасти. По– видимому, оставленное одним из позднейших царей описание критической ситуации относится именно к этому периоду:

«В старину земли Хатти грабили из-за границ (?). Враг из Каски пришел и разграбил земли Хатти и положил своим рубежом Ненассу. Из-за Нижних земель пришел враг из Арцавы, и он также разграбил земли Хатти и положил своим рубежом Тувану и Уду.

Враг извне, из Араунны, пришел и разграбил всю землю Гассии.

И снова враг извне, из Ацци, пришел и разграбил все Верхние земли и положил своим рубежом Самуху. И враг из Исувы пришел и разграбил землю Тегарамы.

И еще пришел враг извне, из Арматаны, и он также разграбил земли Хатти и положил своим рубежом город Киццуватну. Хаттуса же была сожжена дотла и <…> но дом хести <…> уцелел».

Представляется совершенно невероятным, чтобы все эти нападения произошли одновременно, ибо в таком случае от всего царства остался бы только клочок бесплодной земли к югу от Галиса. Но отчасти это описание соответствует известным фактам о ситуации того времени: набеги восточных соседей Хатти могут объясняться поддержкой, которую оказывала им Митаннийская держава, а факты независимости и экспансии Арцавы подтверждаются найденными в архивах Эль– Амарны письмами от египетского фараона к царю этого государства.

Конец этому периоду ослабления и начало новой эре положило воцарение Суппилулиумы I. Он взошел на трон около 1380 года до н. э. при не вполне законных обстоятельствах, несмотря на то что был сыном Тудхалии III и сопровождал своего отца в нескольких походах.

О борьбе за объединение и укрепление земель Хатти, которой этот царь, по всей вероятности, посвятил первые годы своего правления, нам известно не так уж много. Должно быть, именно Суппилулиума возвел массивную оборонительную стену вдоль южной границы Хаттусы и другие укрепления в столичном городе, о которых речь пойдет ниже. И только после этого он смог приступить к главной своей задаче – сведению счетов с Митанни, грозным врагом, по вине которого Хеттское царство пришло в упадок при предыдущих правителях.

Первый поход на Сирию через Таврский хребет обернулся поражением и тяжелыми потерями; часть военных трофеев, захваченных у хеттов, царь Митанни Тушратта отослал своему союзнику, царю Египта. Следующую кампанию подготовили более тщательно. По-видимому, хеттам удалось узнать, что главные средства обороны митаннийцев сосредоточены в Северной Сирии. Но так или иначе, новый план состоял в том, чтобы переправиться через Евфрат у Малатьи и атаковать само Митаннийское царство с тыла. Это был опасный маршрут, так как в северных горах обитали дикие племена, и для покорения их предварительно пришлось совершить отдельный поход. В результате с неким царством, именуемым в одних текстах Ацци, а в других – Хайяса, был заключен мирный договор, скрепленный браком между сестрой Суппилулиумы и вождем этой горной страны. Так хетты обезопасили себя с левого фланга. Переправив войско через Евфрат, Суппилулиума без труда вернул под свою власть утраченную ранее область Исуву и, внезапно обрушившись на столицу Митанни, город Вашшуканни, захватил его и разграбил. По-видимому, митаннийский царь не смог оказать сопротивления и уклонился от битвы. После этого Суппилулиума снова пересек Евфрат и возвратился в Сирию, где местные царьки, лишившиеся поддержки Митанни, поспешили выказать ему полное повиновение. По-видимому, конфликт с Египтом в планы хеттского царя не входил, и не исключено, что он довольствовался бы установлением границы по реке Оронт. Но князь Кадеша – города, который в те времена был аванпостом египетского влияния, – сам выступил против него на битву. Против хеттских колесниц он не устоял, и в результате хеттская армия двинулась дальше на юг до самой Абины (библейская Хова, Быт., 14:15), города близ Дамаска, и Суппилулиума объявил своей границей хребет Ливана. К счастью для него, египетские цари в этот период перестали уделять внимание обороне рубежей и занялись религиозной реформой внутри страны.

В итоге этой блестящей экспедиции, проведенной около 1370 года до н. э., в состав Хеттского царства вошли Хальпа (Алеппо) и Алалах (Атшана). По-видимому, именно в то время были заключены дошедшие до нас договоры с царями Нухасси (Центральной Сирии) и Амурру, в состав которого входили территория Ливана и большая часть прибрежной полосы. Однако Каркемиш, контролировавший главную переправу через Евфрат, и область, известная хеттам под названием «Астата» и простиравшаяся вдоль Евфрата от Каркемиша к югу до устья Хабура, не подчинились хеттам и по-прежнему могли рассчитывать на поддержку Тушратты, ценой собственной репутации сохранившего войско.

Суппилулиуму же призвали обратно в столицу неотложные дела. Задача удержания Сирии, которую царь вверил своему сыну, Телепину-«жрецу», оказалась весьма нелегкой. Сирийские княжества разделились на две враждующие группировки: одна поддерживала хеттов, другая – митаннийцев, и обе напряженно следили за борьбой двух великих держав. Но, к счастью для хеттов, само царство Митанни погрязло в междоусобицах. Царь Тушратта и его предшественники поддерживали союзнические отношения с Египтом, и династии двух этих стран были связаны дипломатическими браками. Но в свете последних событий обнаружилось, что на Египет надежды мало, и конкурирующая ветвь митаннийской царской семьи решила захватить власть, воспользовавшись позором Тушратты. Эта группировка обратилась за помощью и поддержкой к властолюбивому ассирийскому царю Ашшуру– баллиту, предшественники которого платили дань царям Митанни. В итоге Тушратта был убит, а новый царь Артадама и наследовавший ему сын Шуттарна признали независимость Ассирии и вознаградили ее царя богатыми дарами.

Несмотря на все опасности, которыми было чревато для хеттов это внезапное возвышение нового, полного молодых сил государства на Тигре, после крушения Митанни завоевать Сирию уже не составляло труда. Вернувшись на сирийские земли около 1340 года до н. э., Суппилулиума захватил огромную крепость Каркемиш всего после восьми дней осады, и вся Сирия от Евфрата до моря попала в зависимость от хеттов. Телепин стал царем Алеппо, а еще один из царских сыновей, Пияссили, – царем Каркемиша. Царство Киццуватна оказалось в изоляции и было вынуждено заключить мир с хеттами, которые признали ее дружественной державой.

О том, какую широкую известность приобрел в свое время Суппилулиума, можно судить по одному происшествию, случившемуся в то время, когда хеттское войско стояло лагерем у стен Каркемиша. К Суппилулиуме прибыл посланник из Египта с письмом от своей царицы, в котором говорилось: «Мой супруг скончался, а сына у меня нет, но о тебе говорят, что у тебя много сыновей. Если бы ты прислал ко мне одного из своих сыновей, он стал бы моим мужем. Я ни за что не возьму в мужья никого из своих подданных. Я очень боюсь». Суппилулиума так удивился, что отправил своего посланника к египетскому двору – удостовериться, что его не обманывают. Посол возвратился со вторым письмом от царицы: «Почему ты говоришь: «Они меня обманывают»? Если бы у меня был сын, разве стала бы я писать чужеземцу, объявляя во всеуслышание о своей беде и о несчастье моей страны? Говоря так, ты меня оскорбляешь. Тот, кто был моим мужем, ныне мертв, а сына у меня нет. За своего подданного я не выйду замуж ни за что. Я не писала никому, кроме тебя. Все говорят, что у тебя много сыновей; дай же мне одного из них, чтобы он стал моим мужем». Египетская царица, писавшая эти письма, – не кто иная, как Анхесенамон, третья дочь царя-«еретика» Эхнатона, которая уже в ранней юности стала вдовой царя Тутанхамона, не дожившего и до восемнадцати лет. Оставшись бездетной, она имела право (по крайней мере, формальное) избрать второго мужа самостоятельно и тем самым решить дальнейшую судьбу египетского трона. Разумеется, Суппилулиума не пожелал упустить такой невероятный шанс. Но план провалился. Хеттского царевича убили сразу по прибытии в Египет – очевидно, по поручению придворного жреца Эйе, который впоследствии и стал преемником Тутанхамона, заключив фиктивный брак с Анхесенамон и узаконив тем самым узурпацию престола. Не вызывает сомнений, что именно от этого брака Анхесенамон пыталась спастись с помощью хеттского царя.

Вскоре после этого с просьбой о помощи к Суппилулиуме обратился сын покойного Тушратты, сам едва избежавший гибели. Будучи тонким политиком, хеттский царь не замедлил воспользоваться этой возможностью создать буферное государство, которое защитило бы хеттов от стремительно набиравшей силу Ассирии. Он отослал юного просителя под начало Пияссили. Сообща двое царевичей переправились через Евфрат во главе большого войска и вторично захватили митаннийскую столицу Вашшуканни. В результате образовалось новое зависимое царство Митанни, которое, впрочем, оказалось слишком слабым и не смогло устоять под натиском Ашшурубаллита, вскоре после смерти Суппилулиумы присоединившего эту территорию к своим владениям. После этого только Евфрат отделял хеттские земли от ассирийских.

Но владычеству хеттов в Сирии более ничто не угрожало. Даже когда болезнь унесла в могилу царя Суппилулиуму, а вскоре и его старшего сына Арнуванду II и трон перешел к неопытному младшему сыну Мурсили II, наместники Алеппо и Каркемиша сохранили ему верность. Угроза теперь исходила в основном из западных областей империи, но в этом отношении многое остается неясным, так как установить точное местоположение большинства населенных пунктов, упоминаемых в документах того периода, пока не удается. Могущественное царство Арцава, некогда покоренное самим Лабарной, отделилось от Хеттского царства, когда то пришло в упадок, и царь Арцавы даже вел дружескую переписку с египетским царем. Суппилулиума завоевал Арцаву повторно, но в правление Мурсили II она опять взбунтовалась, и к этому восстанию присоединился ряд городов-государств: Мира, Кувалийя, Хапалла и «земля реки Сеха».

Однако Мурсили оказался истинным сыном своего отца. В итоге масштабной военной кампании, которая продлилась два года и о которой сохранился подробнейший отчет, Арцава была сокрушена, царь ее убит, а на троны нескольких мелких царств посажены хеттские наместники. По крайней мере одного из последних уже связывали с хеттским царским домом узы родства: он был женат на хеттской царевне. Такое положение дел сохранялось до смерти Мурсили, но мир на западных окраинах Хеттской империи всегда был непрочным, и каждому очередному царю приходилось подавлять очередное восстание.

Северные рубежи тоже доставляли немало хлопот, хотя и по другой причине. Здесь проблема заключалась не в соседстве с могущественным соперником, а, напротив, в том, что с севера к Хеттской империи не примыкало вообще никакого государства, с которым можно было бы заключить мирный договор. В стратегически важных пунктах стояли хеттские гарнизоны, но, судя по всему, им не хватало сил сдерживать набеги буйных варваров-касков, населявших горные долины к северу от Хатти. Полагать, что каски получали какую-то помощь от других противников Хеттского царства, у нас нет оснований; но, несмотря на это, раз в несколько лет царю приходилось вести войско в северные горы и усмирять эти буйные племена. Мурсили II провел десять таких кампаний – в 1-й, 2-й, 5-й, 6-й, 7-й, 9-й, 19-й, 24-й и 25-й годы своего правления (сохранились детальные описания этих походов). Все кампании завершались успешно, но полной победы достичь так и не удалось: как только империя начинала проявлять малейшие признаки слабости, набеги возобновлялись. Поэтому можно заподозрить, что причины этих неурядиц таились глубже, чем казалось самим хеттам.

На седьмом году правления Мурсили от Хеттской империи отделилось царство Ацци-Хайяса, и его пришлось завоевывать повторно. На первом этапе командование доверили одному из царских полководцев, так как царь в это время исполнял предписанные ему законом религиозные обязанности в городе Кумманни (античная Комана).

А тем временем взбунтовалась даже Сирия (здесь, по-видимому, не обошлось без подстрекательства со стороны Египта, где в то время власть узурпировал полководец Харемхеб). Наместник Каркемиша Шар– Кушух, брат Мурсили, успешно правивший вверенными ему землями на протяжении десяти лет, тоже отправился на праздник в Кумманни, но там заболел и умер. За время его отсутствия кто-то, по-видимому, захватил Каркемиш. Так или иначе, возникла необходимость в личном вмешательстве царя, и на девятом году своего правления Мурсили привел войско в Сирию. Чтобы усмирить сирийских царьков, хватило одного лишь появления хеттской армии. Сын Шар-Кушуха взошел на трон в Каркемише, и в том же году Мурсили смог двинуться дальше на север и возглавить боевые действия против Ацци-Хайясы.

Соотнести с известными географическими пунктами другие кампании этого царя не удается. Как ни странно, в документах периода его правления ничего не говорится о походе на Киццуватну, хотя известно, что вскоре после восшествия Мурсили на трон эта область взбунтовалась. Так как после смерти Суппилулиумы I упоминания о царях Киццуватны полностью исчезают из документов, а при Мурсили II это государство, по-видимому, полностью утратило независимость и вошло в состав Хатти, то естественно будет предположить, что Мурсили завоевал его повторно, а текст с описанием этой кампании просто утрачен.

Своему сыну и наследнику Муватали царь Мурсили II оставил сильную империю, окруженную множеством зависимых царств. При восшествии на престол Муватали не столкнулся ни с какими серьезными затруднениями. Известно лишь, что потребовалась демонстрация силы на западных рубежах, но имя неприятеля, нарушившего покой нового царя, история не сохранила. Муватали подтвердил полномочия царей Арцавы, остававшихся данниками Хатти, и заключил новый мирный договор с неким Алаксанду, царем Вилусы – страны, входившей в состав Арцавы, но неизменно хранившей верность Хатти со времен царя Лабарны. Обеспечив таким образом безопасность западных границ, Муватали смог сосредоточить внимание на новой угрозе с юга. Египетский колосс пробудился от долгого сна. Фараоны XIX династии жаждали отвоевать сирийские земли, некогда покоренные Тутмосом III, но потерянные в правление Эхнатона, уделявшего внимание только своим религиозным реформам. Около 1300 года до н. э. Сети I выступил в поход на Ханаан. Восстановив там закон и порядок, он двинулся дальше и дошел до самого Кадеша, что на Оронте. Но хетты, по-видимому, быстро дали ему отпор, и до конца правления Сети I между Египтом и хеттской державой сохранялся мир. Однако по восшествии на трон Рамсеса II в 1290 году до н. э. стало ясно, что избежать масштабного столкновения между двумя соперничающими империями более не удастся. Муватали собрал войска из всех союзных государств. Список их приводят египетские писцы (хеттские анналы времен правления Муватали не сохранились), и здесь впервые появляются упоминания о дарданах, известных нам по гомеровской «Илиаде», и о филистимлянах, а также о шерданах – народе, название которого часто встречается в египетских надписях. Но в дошедших до нас хеттских документах ни один из этих народов не упоминается, и поскольку хеттскими хрониками того периода мы не располагаем, то о причинах их участия в войне на стороне хеттов остается только гадать. Армии двух империй встретились у стен Кадеша на пятом году правления Рамсеса (1286/1285 гг. до н. э.). Надписи на стенах одного из египетских храмов восхваляют фараона за доблесть, проявленную в этой кампании, однако на деле хетты удержали за собой Сирию. Муватали удалось даже расширить свои владения, завоевав Абу (Абину), область близ Дамаска. Таким образом, не приходится сомневаться, что битва за Кадеш завершилась победой хеттов. Некоторые подробности этого сражения будут изложены ниже.

В царствование Муватали северо-восточные области хеттской державы обрели статус княжества со столицей в Хакпи, где правил талантливый и честолюбивый брат царя, Хаттусили. Сам же царь перенес свою резиденцию южнее, в город Датассу, – поближе к театру военных действий в Сирии. В результате позиции Хаттусили оказались слишком сильны, и неудивительно, что Урхи-Тешуб[3], юный сын Муватали, сменивший его на троне около 1282 года до н. э., попытался отнять у своего дяди часть земель. Вероятно, он подозревал, что Хаттусили строит планы по захвату власти в стране. Но записей от краткого периода правления этого царя также не сохранилось, и сведения о нем мы можем почерпнуть лишь из тенденциозного рассказа Хаттусили. Последний утверждает, что в течение семи лет терпел от Урхи-Тешуба незаслуженные обиды, затем объявил своему племяннику войну и сверг его. Из того факта, что переворот удался без труда, можно сделать вывод, что Урхи-Тешуб был непопулярным и недальновидным правителем. Какое-то время дядя держал его в заточении в городе Самуха (близ Малатьи), но обращался с ним снисходительно, а впоследствии отправил в почетную ссылку в Нухасси – одну из дальних сирийских областей.

Хаттусили III взошел на трон в 1275 году до н. э., в возрасте около 50 лет, будучи уже опытным полководцем. Под его властью Хеттская империя вступила в полосу относительного мира и благополучия. Правда, поначалу возникли какие-то трения с Египтом, и касситский царь Кадашман-Тургу даже пообещал Хаттусили оказать военную помощь, если дело дойдет до конфликта. Но разногласия уладили мирным путем. Очевидно, Хатти и Египет были вынуждены сплотиться перед лицом нового грозного противника – набиравшей силу Ассирии. С тех пор дружба между двумя бывшими соперниками крепла с каждым годом, и в 1269 году до н. э. был заключен знаменитый мирный договор, призванный обеспечить мир и безопасность на землях Леванта. Поздравительными посланиями по этому случаю обменялись не только цари, но и царицы двух держав; одно из этих писем сохранилось. Наконец, через 13 лет после заключения договора две империи скрепили дружбу браком: хеттская царевна стала женой Рамсеса II. Факт, что у 69-летнего Хаттусили имелась дочь брачного возраста, объясняется тем, что сам он женился на Пудухепе, дочери жреца Киццуватны, лишь двадцатью девятью годами ранее, по возвращении из похода против египтян, в котором участвовал под началом своего брата.

При Хаттусили III столицей Хеттского царства снова стала Хаттуса, за время пребывания Муватали на юге разграбленная племенами касков. Город был восстановлен; кроме того, по распоряжению царя писцы сняли копии с архивов. Хаттусили и его супруга Пудухепа издали множество религиозных и административных указов, что на первый взгляд можно принять за свидетельство порядка и процветания в стране.

Однако единственный небольшой фрагмент, сохранившийся от анналов Хаттусили, заставляет предположить, что в западной части империи не все было так благополучно. По-видимому, возникла необходимость в военных действиях против старинного врага – Арцавы; но подробности этой кампании нам неизвестны. Отношения с Вавилонией после смерти Кадашман-Тур– гу в 1270 году до н. э. также ухудшились. В дошедшем до нас письме к юному Кадашман-Энлилю Хаттусили выражает недовольство тем, что этот новый царь касситов со времени своего восшествия на трон так и не направил в Хатти своего посланника. Возможно, здесь не обошлось без происков Урхи-Тешуба, так как в одном из документов Хаттусили сообщает, что царь-изгнанник был замечен в связях с вавилонянами и по этой причине сослан из Нухасси «прочь, на море». Смысл этой фразы не вполне ясен, но, возможно, имелся в виду остров Кипр. О том, что позднее Урхи-Тешуб жил на чужбине – не исключено, что именно на Кипре, – мы узнаем из другого документа. Здесь он попытался войти в доверие к царю Египта. Но если он стремился заручиться помощью фараона с тем, чтобы вернуть себе трон, то успеха явно не добился.

Царь Хаттусили – автор одного весьма примечательного документа, о котором мы подробно поговорим в главе VIII. По-видимому, он поставил перед собой задачу оправдать узурпацию трона и изгнание законного царя. Хаттусили заявляет, что поступил так лишь под давлением обстоятельств и по прямому указанию богини Иштар, покровительницы города Самуха. Полностью доверять столь тенденциозному описанию событий, естественно, нельзя, но как свидетельство высокоразвитого политического сознания этот документ не имеет себе равных в Древнем мире.

Поскольку Хаттусили взошел на престол уже в зрелом возрасте, можно предположить, что умер он вскоре после того, как дочь его вышла замуж за египетского фараона. Его сын и наследник Тудхалия IV, по-видимому, уделял особое внимание религии и провел ряд реформ, связанных с религиозными праздниками и прочими церемониями. Не исключено, что именно Тудхалия IV распорядился украсить рельефами скалу в Язылыкая, ибо на главной галерее этот царь изображен со своей «монограммой» (рис. 8, 64), а на боковой – в объятиях своего бога-покровителя (фото 15). Все это позволяет предположить, что по крайней мере в первые годы его правления в стране царили мир и благополучие. Только на западе по-прежнему было неспокойно, но в конце концов и там утвердился порядок: земли Ассувы (позднее – римская провинция Азия, название которой теперь носит весь Азиатский континент) вошли в состав Хеттской империи.

Но незадолго до конца правления Тудхалии с запада надвинулась новая угроза. Территории зависимых стран на крайнем западе Анатолии стали опустошать племена ахайваша (возможно, ахейцы) страны Аххиявы и вождь Аттариссия. Некто Маддуватта (имя которого исследователи сопоставляли с именами древних царей Лидии – Альятты и Садьятты), изгнанный из своей страны Аттариссией, предстал перед хеттским царем и получил в дар маленькое зависимое царство где-то на западе Малой Азии. Из этого можно сделать вывод, что Тудхалии все еще хватало сил отражать дальнейшие атаки.

Но могущество Хеттской империи уже было подорвано. При следующем царе, Арнуванде III, ситуация на западе резко ухудшилась. Маддуватта перешел на сторону Аттариссии, и, хотя хеттский царь в своем пространном рескрипте называет его не иначе как вероломным слугой, нетрудно заметить, что расстановка сил в регионе существенно изменилась. В частности, сообщается, что Маддуватта «захватил всю землю Арцавы». В то же время в восточных горах, где прежде находилось царство Хайяса, объявился еще один противник – некто Митас. Тождество его имени с именем царя «страны мушков», который правил в VIII веке до н. э. и которого обычно отождествляют с фригийским Мидасом – персонажем греческих мифов, может оказаться не более чем совпадением, однако не исключено, что мушки-фригийцы уже вторглись в эту область и что имя «Митас» было династическим. Впрочем, как бы то ни было, нам достоверно известно, что на тот период пришлось великое переселение народов; и хотя в указах Арнуванды мы не находим никаких предвестий надвигающейся беды, было уже очевидно, что хрупкий союз государств, входивших в состав Хеттской империи, не устоит под натиском мигрантов. Арнуванде наследовал его брат, Суппилулиума II, но правление его, по– видимому, оказалось коротким, так как имя этого царя не упоминается нигде, кроме записи о том, как ему присягнули на верность несколько сановников и должностных лиц. В анналах Рамсеса III повествуется о том, как хетты и другие народы бежали в Сирию от неких завоевателей, которые с ордами так называемых «народов моря» оказались в опасной близости от границ Египта и вытеснили филистимлян на побережье Палестины (которая таким образом и получила свое современное название). Если верить гомеровскому преданию, то именно в этот период Малая Азия перешла во власть фригийцев.