Брак по-тиквийски 4. Колдунья

То есть это – еще не болото, хмыкнула Тереза. Значит, дальше будет хуже. Она бросила взгляд на убегающий вдаль след, и вдруг в голову пришло страшное:

– Так это твои следы, что ли?

Неужели она все это время преследовала не ту цель?

– Какие следы, добрый господин? – Лесник все еще не понимал, что с ним говорит женщина. – Темень же, ни следов, ни тропок вообще не видно!

И правда, у него-то прибора ночного видения не имелось. Тереза подозрительно прищурилась:

– Если не видишь ничего, то как шел через эту хлябь?

– Ну, я ж тут каждую травинку знаю, – торопливо пробормотал «инспектор отдельной экологической зоны», – каждый камешек, всякую тварюшку местную… Здесь знаете, какие виды есть, а? Редкие, охраняемые законом! И все их представители у меня наперечет.

Тереза кашлянула. Не хватало еще, чтобы убиенный хищник оказался персонажем тиквийской Красной Книги. Она сменила тему:

– Ну, а кого-нибудь из людей ты видел по дороге?

– А как же, добрый господин! Вас вот видел. Или не видел? Как пожелаете, так и стану говорить. Коли вы от кого скрываетесь, мне до этого дела нет. Мои заботы иные – за природой следить и ухаживать. Дичи не стреляйте больше, чем на прокорм, не мусорите, и я вообще забуду, что с вами встречался.

– Увянь! – оборвала она суетливого лесника. – Не тараторь. Был в окрестностях кто-нибудь, кроме меня? Например, красивая черноволосая женщина.

Он то ли фыркнул, то ли охнул.

– Помилуйте, что в этих краях делать красивой женщине? – Тереза заскрипела зубами. Значит, она некрасивая? Вовремя вспомнилось, что этот придурок не различает ее лица. – Женщине комфорт нужен, уют. Цивилизация, понимаете. По нашим болотам одни неприхотливые мужчины шарятся, да и те не каждую декаду.

Терезу так и подмывало ошарашить лесника известием, что в его угодья забрели аж две красивых женщины, причем одна из них собирается убить другую, а та убивает всех встречных. А вот какого рожна ту, другую, понесло в эту задницу мира – действительно вопрос. Но Тереза сдержалась. Ни к чему это. Ясно, что он не врет: если бы та женщина оказалась на его пути, его, скорее всего, уже бы на свете не было.

– Ну так что? – вновь подал голос лесник. – Может, я пойду, а? Мне бы домой, погреться. Промок я в этой зохеновой луже, да еще, извините, обоссался, когда вы пулять начали.

– Ладно, вали… инспектор, – снисходительно кинула Тереза.

– А клад, он вон там зарыт. – Обрадованный лесник махнул рукой. – Через пол-лонга проявится тропка в обход болота, так вам направо. Будете глядеть внимательно – валун ни за что не пропустите. Только под ним копать не надо, нет там ничего. Надо в дупле старого пня смотреть, что в десяти локтях от того валуна.

– Да иди уже! – прикрикнула Тереза и буркнула тише: – Не до кладов сейчас.

У болота пришлось свернуть налево – следы вели именно туда. А потом вдруг обрывались. То ли идущий оступился и ушел в трясину, то ли взлетел. Тереза поводила головой туда-сюда… и чуть не ослепла от внезапной вспышки, зашкалившей за пределы чувствительности прибора ночного видения. Она поспешно сняла прибор. На фоне темно-серого предрассветного сумрака невооруженным глазом был виден костер. Откуда здесь костер-то? Неужели в этом царстве сырости что-то способно гореть?

Тереза двинулась по направлению к огню, но тут же провалилась по колено. Вот черт! Она зашарила предусмотрительно прихваченной с собой палкой, нащупывая твердь. Вот оно, настоящее болото, где ни туда, ни сюда…

Из ничего вдруг соткалась женщина. Черты плохо различимы из-за недостатка света, но еще до того, как увидеть тонкий силуэт и длинные черные волосы, Тереза ощутила за спиной подавляющее присутствие невероятно могучего существа. Она резко обернулась и удивилась, что внешне женщина вовсе не выглядит сильной: тонкая, хрупкая, не понять, как голова не гнется под тяжелым водопадом волос.

– Тебя-то я и ждала. – Обволакивающий голос неслышно вибрировал, вызывая неясное томление в груди, словно в него вплетался инфразвук. – Ты нужен мне. – Волна волос колыхнулась, гипнотизируя. – Иди же ко мне, милый. Тебе будет хорошо… очень хорошо, обещаю…

Тереза скорее почувствовала, чем разглядела улыбку. Предвкушающую улыбку змеи. Она стряхнула с себя гипнотические чары без особого труда: Райзен пыталась заворожить мужчину, не распознав в Терезе женщину. Высокие болотные сапоги, брезентовые брюки, кожаная куртка; волосы скрыты бахромчатым платком, завязанным по-пиратски, чтобы не мешали. А лица толком не рассмотреть. Противница ошиблась. Да и как она могла предположить, что встретит здесь женщину? Лесник тоже не ожидал.

Оправившись от первоначального шока и проигнорировав сексуальные ноты, призванные разбить сопротивление любого мужчины, Тереза выхватила пистолет. Она выстрелила почти в упор, но Райзен мгновенно оказалась за спиной.

– Ох, какой ты горячий! – Странные обертоны в голосе усилились, стремясь лишить воли. – Не сердись, милый. Оставь эти глупости и просто иди сюда.

Новый выстрел, и опять неуловимое перемещение. Райзен бросила что-то неразборчивое, похоже, выругалась на родном языке. Тереза вновь взвела курок… Осечка! Черт возьми, она же потратила две пули не на тех! Может быть, как раз те две, которых ей не хватит.

Зарычав, Тереза потащила из-за пояса нож. Это движение стоило ей вертикальной позиции. Райзен сбила ее с ног – повезло, что не в самую топь, – впилась в губы поцелуем и принялась расстегивать куртку.

– Теперь-то ты точно мой, – промурлыкала она.

– Выкуси, – прошипела Тереза и всадила нож в такую близкую грудь.

И не попала! Лезвие скользнуло по массивному украшению, ушло вбок, в землю. В тот самый момент, когда горячие руки забрались под куртку, свитер и рубашку.

– Пламя темных кузнецов! – Райзен оторопела. – Сиськи?!

Тереза, пользуясь замешательством противницы, перекатилась, оказавшись сверху, выкрутила ей руки.

– Ты кто? – В фиолетовых глазах отразился страх, и Тереза поняла, что уже достаточно светло.

– Твоя погибель! – Она сплюнула. Вкус поцелуя был мятно-вишневым, но все равно тошно. – Тьфу! Проклятая нимфоманка.

Она потянулась за ножом. Райзен рванулась в натуральной панике – видать, не могла переместиться, пока ее удерживают в болевом захвате.

– Не убивай! – закричала она, выгибаясь от боли. – Ты что, женщина? О пламя темных кузнецов, не надо! Что я тебе сделала? Жениха увела?

Тереза приставила нож к горлу Райзен. И впрямь, лично ей она ничего не сделала. Поцеловала только, и то по ошибке. Но…

– Ты убивала невинных людей.

– Я дарила им райское наслаждение за это… Послушай, мне больно! Отпусти, пожалуйста!

– Чтобы ты продолжила убивать?

Тереза слегка надавила на нож. Зачем медлить? Нужно просто воткнуть его резко и глубоко. Но ей хотелось, чтобы казнимая видела в ней не убийцу, а представителя закона. Сотрудника службы охраны безопасности, будь она неладна. Пусть и внештатного.

– Ты уже наворотила на вагон смертных казней и маленькую тележку. По моему счету, не по местному. Здесь тебя отправили бы на астероиды добывать руду, пока сама не сдохнешь. Или отдали бы ученым на опыты, вычеркнув из списка граждан – поверь, это куда хуже, чем быстрая смерть. Если бы ты была мужчиной. Но для женщины нет даже такой альтернативы. Зачем надо было убивать? Не хватило ума запугать мужа и вертеть им в свое удовольствие, чтобы жить, как королева? Значит, в Тикви тебе нет места.

– Я и хочу отсюда убраться, – придушенно проговорила Райзен, оставив борьбу. Физически она была слаба, как обычная женщина. – Я собиралась уйти этой ночью, вон портал горит. – Она чуть повела головой в сторону костра.

Тереза проследила за ее взглядом. Странный такой костер на самом-то деле. Скорее пылающая арка.

– Не надо убивать, – просяще повторила Райзен. – Зачем тебе моя жизнь? Ты все равно не сможешь взять мою силу. Я просто уйду. Избавлю эту землю от своего присутствия. Ты же этого хотела на самом деле? Пожалуйста!

– Ты намерена с помощью вон той хрени вернуться на родину? – недоверчиво спросила Тереза, косясь на арку. – Это что, волшебство?

Она колдунья, сказал Маэдо. А Тереза думала, колдуньи бывают только в сказках.

– Да. – Райзен чуть поморщилась. – Хочешь, научу? Если отпустишь меня.

Тереза ослабила захват и застегнула куртку, заинтересованно поглядев на арку.

– А этому можно научиться?

– Всему можно научиться, – промолвила Райзен, потирая исцарапанное горло.

Они сидели, греясь у пламени арки и доедая Терезин паек. Со всех сторон жадно пялилось болото, но на небольшом пятачке было сухо. Райзен перенесла туда их обеих, и они пролили по капле крови в чистый огонь, чтобы скрепить клятву:

– Я, Тереза Ильтен, клянусь, что позволю тебе покинуть Тикви через этот портал в обмен на обучение одному заклинанию.

– Я, Шерирайзен Агельфае Деторн, клянусь, что обучу тебя одному заклинанию в обмен на возможность беспрепятственно уйти через портал.

– Шерирайзен? – переспросила тогда Тереза. – То есть тебя все звали неполным именем?

– Еще чего недоставало – сообщать кому ни попадя свое истинное имя. – Райзен презрительно дернула плечом. – Так и сглазить могут.

– А ничего, что я теперь его знаю?

– Это другое. Мы связаны клятвой, и наши имена скрепили ее.

Может, надо было представиться Терезой Ковалевской? Или вообще Медзинской, по отцу? Райзен ведь не назвала себя госпожой Джанек. Но поздно сомневаться, клятва прозвучала. Да и, в конце концов, Тереза приняла фамилию Ильтен вместе со своим новым мужем. А Райзен наверняка не приняла, мужья были для нее всего лишь средством.

– Чтобы ходить через портал, надо скопить силу. Перенестись на пару дюжин локтей, как здесь – проще простого: хватит твоей собственной силы или толики чужой крови. Но преодолеть световые годы невозможно без значительных затрат.

Тереза кивнула. Пси-связь подчиняется тем же принципам: чем больше расстояние, тем больше энергии требуется и тем крупнее должна быть пентаграмма.

– Силу надо собирать, долго и упорно. Можно резать жертвы, но это неэффективно: большая часть крови пропадает зря. Сколько ты сможешь выпить, прежде чем она испортится? То-то и оно.

Желудок Терезы слегка сжался. Но тон Райзен оставался невозмутимым.

– К тому же, и технически сложно, – добавила она. – Это способ для здоровых мужчин – резать глотки. Для женщины предпочтительнее другой: собирать силу через мужское семя. Никаких потерь.

Тереза хмыкнула.

– Будь так, все мужчины умирали бы на первом же году брака.

– Но ведь обычные женщины и не думают о том, чтобы впитать силу, – снисходительно улыбнулась Райзен. – Разве что случайно выходит зацепить ничтожную долю, и мужчина впадает в блаженную усталость. А сила там огромная: в каждой порции множество потенциальных жизней. Главное – ни на миг не забывать о своей задаче, сосредоточиться на ней. Расслабишься, растворишься в удовольствии – все потеряешь. Нельзя утрачивать контроль. Улыбайся, шепчи слова любви, имитируй оргазм – и непрерывно думай о силе. Тогда она никуда не денется и станет твоей.

– А партнер умрет?

Райзен пожала плечами.

– Рано или поздно. Зависит от его здоровья, от того, насколько четко ты контролируешь процесс, от уровня уже собранной силы. Чем ты сильнее, тем полнее следующий сбор. Когда я только попала в Тикви, оглушенная, почти лишенная своих собственных сил, то могла впитать самую малую долю чужих. В последние дни, напитанная силой, я с легкостью забирала жизнь целиком.

Тереза поежилась.

– Боюсь, что я не смогу освоить заклинание портала. Погубить ни за что столько народу?

– Чтобы вырваться отсюда, – вкрадчиво проговорила Райзен. – Ты непохожа на здешних послушных прелестниц, ты сильная, независимая. Неужто не мечтаешь сбежать?

– Когда-то мечтала, – помолчав, ответила Тереза. – Теперь – не знаю. Слишком многое здесь стало мне дорого и близко. Но даже сохранись мечта, на убийство безвинных я не пошла бы.

– Они тебе родные, что ли? – усмехнулась колдунья.

Тереза покачала головой.

– Они просто люди. В большинстве своем неплохие. Будь я на войне… На войне убивать – нормально. Наверное, я смогла бы резать врагов, чтобы принести их в жертву. Правда, заниматься с ними сексом – это вряд ли. Но убивать в мирной жизни… Или соблазнять десятки мужчин, к которым не питаю никаких чувств… Мерзко. – Она встряхнулась, словно освобождаясь от этой мерзости.

– Когда в тебе уже чувствуется сила, никого и соблазнять не надо. – Райзен махнула рукой. – Сами штабелями укладываются, выбирай любых, не все же мерзкие. Мне достаточно было посмотреть на мужчину и сказать пару ласковых слов… Только с одним не прокатило. Верховный командир из столицы. Страшный человек, непробиваемый. Не понимаю, почему он не поддался.

Тереза ехидно ухмыльнулась:

– Потому что мой.

Райзен уставилась на Терезу, будто пытаясь разглядеть что-то внутри, затем кивнула – скорее сама себе, чем собеседнице.

– Пожалуй, да. Есть в тебе потенциал, чтобы сводить мужчин с ума. Но диву даюсь, что ты так упорно не желаешь этим пользоваться.

– У тебя арка не догорит, пока мы тут болтаем? – Тереза перевела разговор на другую тему. – А то энергия кончится. Снова начнешь ее собирать?

– Сам портал не забирает энергию. – Райзен мотнула головой. – Почти. У тебя бы хватило силы его зажечь. Но пройти – нет. Не с твоей щепетильностью. Давай я тебя другому заклинанию научу. Как насчет голема?

– Что это?

– Мертвое тело. По образу и подобию оригинала.

– Зачем оно мне?

– Пригодится, – философски промолвила Райзен. – Я уйду, а у тебя останется мое мертвое тело. Поди, плохо? Весомое доказательство, что ты меня ликвидировала.

– Н-да? Интересно, – признала Тереза. Но продолжила скептически: – И сколько человек я должна убить, чтобы хватило сил на это заклинание?

Колдунья скривилась.

– Если сцедишь из жертвы и используешь всю кровь, достаточно одной. А мужчину и вовсе не обязательно убивать. Давление упадет, в ушах зашумит, вставать не захочется – вот и вся цена той силы. На это-то ты решишься? Или, если уж совсем с души воротит, отдай часть своих сил. Те же симптомы будут, только у тебя самой. Я бы не рисковала. Тебе ж еще заклинание канализировать. Ну что, хочешь? Какое-то заклинание я ведь должна тебе передать, иначе судьба в дугу скрутит за нарушенную клятву.

– В каком смысле? – не поняла Тереза.

– Да уж в каком-нибудь. Судьба найдет, как наказать. Не думаю, что я бы сюда попала, кабы не клятва, которую мне не удалось выполнить.

– А что за клятву ты давала и почему не исполнила? – полюбопытствовала Тереза.

– Неважно, – отрезала Райзен. – Важно, что меня предали те, от кого я не ожидала, и в тот момент, когда ни за что не подумаешь об опасности. Сцедили весь мой запас сил, избили и продали на рабском рынке, где меня купили поставщики Брачной Компании. Мне пришлось восстанавливаться даже не с нуля, а с отрицательных значений. Я потратила несколько месяцев на то, чтобы прийти в себя и накопить силу для прохода портала. Право, обидно было бы умереть перед самым проходом. – Она покосилась на Терезин нож.

– Если у тебя сейчас столько силы, почему ты просто не свернула меня узлом? – недоумевающе произнесла Тереза.

Райзен горько засмеялась.

– Физическая сила – не мой конек. Тратить энергию? А откуда ее потом добирать для портала? Здесь людей-то нет, которых можно выпить. Вернусь в города – на меня опять начнут охоту. Знать заклинания не значит быть всемогущей. Это лишь еще один инструмент для борьбы за свою жизнь и ее качество. Вот как твой пистолет. Четырехзарядный, да? Я такой же у легавых забрала и очень быстро потратила все заряды. Больше из него не выжмешь, резерв есть резерв.

Она отхлебнула из фляги – той, что с чистой водой. От коньяка, припасенного Терезой, Райзен отказалась – мол, нужна ясная голова.

– Смотри и запоминай, – сказала она. – Или записывай, если хочешь. Да хоть видео снимай, все равно. Можешь его даже в сеть выложить, мне без разницы. Я передам тебе заклинание, как обещала, и уйду.

Она встала, провела ладонями вдоль тела, будто проверяя уровень энергии.

– Тебе понадобится капля крови того, чьего голема ты желаешь создать. – Она протянула руку за ножом, и Тереза, мгновение поколебавшись, вложила требуемое в ее руку. – В нашем случае – моя кровь. – Райзен сделала небольшой разрез на своем предплечье, кровь выступила густой темно-вишневой каплей. – Еще нужна земля. – Она зачерпнула другой ладонью раскисшую почву, аккуратно стряхнула каплю на нее. – Любая, что есть под рукой. Подойдет песок, или камни, или любой грунт… кусок планеты, на которой стоишь. Воздух тоже необходим, в вакууме заклинание не сработает.

– А вода и огонь?

– Воду не добавляй, она есть в крови. Хотя если попадет случайно – не навредит. Огонь ни к чему, эта энергия разрушительна, тебе нужна иная – жизненная сила, которую ты вложишь в этот зародыш.

– И как это сделать?

– Произнести заклинание, конечно. Я буду говорить медленно, повторяй про себя, фиксируй. Я, Шерирайзен Агелфае Деторн, своим именем даю силу голему…

– А имя обязательно надо?

– Обязательно. – Райзен посмотрела на Терезу с укором. – Не отвлекай. – Она повернулась и продолжила: – И произношу формулу власти…

Формула власти показалась Терезе просто набором звуков. Возможно, это был связный текст на неизвестном языке, но запомнить непонятные сочетания было совершенно нереально. Тереза включила диктофон. Наконец, Райзен умолкла и уронила окровавленную горсть земли под ноги.

– И что теперь? – разочарованно спросила Тереза.

– Ничего. Все уже сделано. Слова произнесены, сила отдана. – По колдунье не было заметно, что силы у ней убыло, но она явно накопила огромный запас, а это дело многого не требовало. – Дальше будет работать заклинание. Не мгновенно, разумеется.

Зародыш подернулся туманной дымкой. Горсть земли размылась, потеряла очертания, дымка растеклась в стороны. Следить за тем, что происходит, было сложно, шевеление тумана вызывало физиологическую муть в желудке.

– Отвернись, – посоветовала Райзен. – Ты все равно не сможешь понять процесс, на который уже ничто не влияет, даже заклинатель. Подожди немного, и получишь результат.

Но Терезе было любопытно, и она смотрела, превозмогая невольную тошноту. И, конечно же, не поняла, как из тумана, влажной почвы и капли крови соткался аморфный силуэт, постепенно приобрел контуры, облекся плотью. Несколько минут – и на земле лежала голая копия Райзен. Черные волосы, хрупкое телосложение, родинка за ухом. Как живая.

Райзен принялась раздеваться. Расстегнула истрепавшееся во время бегства платье, стащила. Завела руки за спину, чтобы снять бюстгальтер.

– Тебе что, жарко? – нервно хмыкнула Тереза.

– Тебе нужно ее одеть. – Колдунья указала подбородком на тело. – Приходилось в детстве одевать куколок? Вся разница в том, что эта кукла побольше. Давай, шевелись. Здесь действительно не жарко, и раз уж я вынуждена остаться обнаженной, то хочу как можно скорее уйти, убедившись, что ты сделала все, как следует.

Казалось, что тело принадлежит спящей женщине. Явись Тереза в этот момент, вряд ли с ходу разобралась бы, которая из Райзен настоящая. Но, прикоснувшись к лежащей копии, Тереза ощутила пальцами холод. Передернувшись, она натянула на нее трусы, лифчик, рваное платье, всунула ноги в туфли со стесанными каблуками. Одежда Райзен была легковата для такой погоды и плохо приспособлена для бегства по пересеченной местности. Даже то, что часть пути она явно проделала, перемещаясь, не спасло. Последним штрихом Райзен надела на шею голему золотую цепочку.

– Не жаль? – спросила Тереза.

Райзен скрипнула зубами.

– Это не моя. Один из мужей подарил. Пусть меня по ней и опознают. Убей ее.

– В смысле? – Тереза уставилась на колдунью. – Она же и так мертвая.

– Мертвая, и без единого повреждения? Так не пойдет. Это неминуемо вызовет подозрения. Тебя же послали меня убить, а не дождаться, когда я сама сдохну без причины. Сделай что-нибудь. Воткни в спину нож, к примеру, или перережь горло.

Поглядывая на Райзен, Тереза присела рядом с наряженным телом, лежащим ничком, приподняла ему голову и провела ножом по шее. Хлынула красная кровь. Тереза в испуге отшатнулась.

– Не волнуйся, – поджала губы Райзен. – Заклинание дало голему плоть и кровь, и через некоторое время он разложится или его сожрут звери. Но, как бы эта кукла ни походила на человека, она всего лишь кукла. Глупо переживать. О половине живых людей и то не стоит сожалеть, а уж тем более о големе.

Тереза сглотнула и кивнула.

– Ты все уяснила? Сумеешь воспроизвести заклинание по памяти или по записи?

– Смогу, – уверенно ответила она. Неясно, как быть с силой, но сам ритуал она воспроизведет легко.

– Тогда прощай, Тереза Ильтен.

– И ты прощай, Шерирайзен Агелфае Деторн, – она старательно выговорила имя колдуньи. – От всей души надеюсь, что ты не вернешься.

– Я отправляюсь мстить, – сказала Райзен. – Мстить опасным врагам. И если я куда-нибудь после этого вернусь, то уж точно не сюда. В мире есть более приятные места.

Она отвернулась, шагнула под арку и исчезла. В тот же миг арка погасла. Тереза осталась одна на крохотном островке посреди болота без огня, пищи, с разряженным пистолетом и с мобильником, не видящим никакой сети.

– Охренеть, – пробормотала она.