- -
- 100%
- +
На верхотуре гулял ветер. Меня прибьёт к стене, подумала она. Вывески сияли неоном и аргоном, маня к себе, на свободу, а ветер отрезвлял. Её взгляд вдруг выхватил переливающийся баннер: «Скупка драгоценностей». Она перевела глаза на свои кольца… и вышла не в окно, а в дверь.
Теперь, когда у неё были деньги, которыми можно распоряжаться по своему усмотрению, а не под жёстким контролем мужа, она могла осуществить мечту – бежать! Куда угодно, лишь бы с Нового Бобруйска: здесь ей не остаться на воле, её объявят в розыск родители, если не супруг. Без багажа, без пальто, в одном роскошном платье, растрёпанная и ненакрашенная, с авоськой денег, она произвела в космопорту фурор. Новость о побеге баронессы Майборо разнесётся мигом. Надо улетать ближайшим рейсом – на Эдем. Но на табло в самом низу мелькнул пункт назначения: Бест. Через четыре часа.
И она купила билет на Бест.
Через час позвонила Таня. Самая младшая сестра, школьница, старшие никогда не были с ней близки, но именно она спасла Надю в тот день.
– Надь, что происходит? Твой муж звонил родителям, интересовался, не у нас ли ты. Ругался! Требовал тебя вернуть. Предки теперь землю роют, пытаются выяснить, куда ты пропала.
– Таня, помоги мне. – Голос задрожал. – Сделай так, чтоб им стало не до меня. Пожалуйста!
Она доверилась мелкой сестре не потому, что они любили друг друга, а потому, что больше некому, хватаясь за соломинку. И та, на удивление, не подвела. Изобразила такой приступ аппендицита, что папа с мамой мигом забыли о средней дочери – никуда не денется, найдётся, чай, не золотая монета. Тут как бы младшая не померла ненароком! Папа истерил в ожидании «скорой», мама бегала вокруг Тани кругами и молилась, потом все поехали с мигалками в больницу и суетились уже там. Дочку накачали лекарствами, и приступ благополучно прошёл без операции; перепуганные родители, облегчённо отёршие холодный пот со лба, воздавали хвалу и дорогие подарки врачам, спасшим деточку, а небольшой пассажирский корабль тем временем стартовал к Бесту.
– Так, это недавние, – сказал Алик, пролистывая несколько файлов. – Это вам неинтересно.
– Почему неинтересно? – возразила Надя. – Очень даже интересно!
– Там про работу в основном. – Он пожал плечами и открыл первое видео. – Тут гроза, мы с ребятами достаём мужика из коллектора. Это Ред вообще-то снимал, я думал, он вам показывал.
– Нет. – Она помотала головой, светлые кудряшки чуть раскрутились и упруго сплелись снова. – Он тоже говорит, что в работе ничего интересного. Думаю, не хочет, чтобы я видела, как он рискует.
Наверняка, мысленно согласился Алик. И запустил второй файл.
– А тут мы на отдыхе.
Падающий флайер, прыжок в реку – это уже снимал Тор.
– Отдых у вас не менее интересный, – слабо улыбнулась Надя. – От работы мало отличается.
И снова Алик согласился.
– А вы где работаете? – полюбопытствовал он.
– В парикмахерской. – Надя улыбнулась шире, на щеках появились ямочки. – Приходи, подстригу. – Она потрепала его по отросшим волосам.
На Новом Бобруйске она не работала. Жила в роскоши. Но во всём зависела от мужа. От человека, с которым ей не хотелось иметь ничего общего, даже фамилии, пусть она и аристократическая. И с родителями она после побега тоже прервала всякие отношения. Кого было жаль, так это сына, но бывший супруг поставил категорическое условие: при разводе она теряет права на ребёнка. Единственным человеком, с которым они иногда перезванивались, осталась Таня. Ныне известная актриса, Таня Ленард – когда Надя назвала её имя Алику, он вспомнил пару фильмов с её участием.
Благодаря Тане Надя снова оказалась на родной планете, как желала. Но, ступив с трапа аэропоезда на камни Гринпорта, она ощутила неуверенность. Прошло пять лет. Жив ли Ред ещё? Боевые киборги постоянно рискуют, и путь их нередко обрывается быстро. А если жив, обрадуется ли её возвращению? Она его бросила, пусть и по воле отца. Жила с другим мужчиной, родила ему сына. А вдруг и у Реда другая женщина? А вдруг – это показалось Наде ещё более ужасным – ему стёрли память?
Она поднималась на знакомое крыльцо пожарно-спасательной части с бешено колотящимся сердцем. Открывается дверь, в круге света у окна – беловолосый инженер с паяльником. Прищуривается, убрав на лоб лупу и переводя фокус на гостью.
– Эй, Ред! К тебе тут пришли. Ну зачем полезные программы выбросил, балбес?
– Без них обойдусь, – отмахивается Ред, вставая с кресла. Неверящая улыбка на любимом лице. – Надя! Как?.. – Слова не могут передать того, что он хотел бы сказать.
– Ред! – Вот оно, накатившее ощущение счастья, которого так не хватало все эти годы. – Ред… – Только в горле комок, и всё расплывается перед глазами.
– Ща умру от умиления, – неловко проворчал Ангел и смылся в свой предбанник.
Майор выглянул из кабинета. Поглядел через стекло на счастливо обнимающуюся парочку, постоял, скрестив руки на груди, и снова скрылся за дверью.
– Я всё время думал о тебе.
– Я никогда тебя не забывала.
И в унисон:
– Люблю тебя.
– А хотите, своих сестричек покажу?
Пиво давно кончилось, Надя подпёрла подбородок ладонью, прихлёбывая чаёк, а для себя и Алика Ред достал из шкафа бутылку виски.
– Они миленькие. Правда, вредные. Папа говорит, что в батю. Но они на батю не совсем похожи, не так, как я.
Батя Алика был ещё одним ярким представителем сорок третьей серии. Больше всего из трёх девчонок на него походила средняя, светло-рыжая.
– Это Карина. Самая вредная! – Алик поёжился, вспомнив её проделки и «невинные» прикольчики над братом, не располагавшим возможностями, доступными маленьким вредным киборгам. – Зато комбинация генов Кэры признана очень удачной и вошла в золотой фонд ОЗК.
– А что это значит? – не поняла Надя.
– Ну, если кто-то захочет завести ребёнка, но у него не будет хватать средств заказать свою генную комбинацию, можно заплатить меньше и получить для малыша один из генотипов, имеющихся в фонде.
Надя с интересом присмотрелась к девчушке.
– Алик… А как эти девочки вообще получились? – У Алика, его бати и Реда стандартный генотип, тут всё понятно, штамповка клонов с матрицы. А девчонки выглядят, как обычные дочки своих родителей – что-то от одного, что-то от другого, и все три разные. – У киборгов же не бывает нормальных детей.
Алик хмыкнул. Лично он считал себя совершенно нормальным. Насчёт Кэры у него были сомнения, да… Но исключительно из-за её прикольчиков.
– Бывает, – сказал он. – Только это сложно и дорого. Вы представляете себе, как пробирочников делают?
– Клетку от папы, клетку от мамы. – Дети-пробирочники не были экзотикой, особенно на новых планетах, которые требовалось быстро заселять, желательно не отвлекая родителей от работы. – Потом растят в инкубаторе. Так?
– Так, – кивнул он. – Если клетки половые, особых трудностей нет, они сами сливаются и делятся, как положено. А из соматических клеток приходится извлекать ДНК, резать и комбинировать вручную, склеивать в хромосомы… Потом берут чужой зародыш на уровне одной зиготы, вынимают хромосомы из ядра, засовывают туда нужные… Почти половина уходит в брак.
– Да-а… – Ред впечатлённо почесал голову.
– Ну, это самый затратный вариант, – пояснил Алик. – Если нужна конкретная генная комбинация. Похожим образом биоинженеры «DEX компани» работали, когда создавали новые серии.
Порой оставалось только гадать, где они нарезали генный материал для своих комбинаций. Судя по всему, не только у людей. Одержимость разработчиков, не обременённых моралью и подпитываемых финансово, сотворила чудеса. Крылатые Irienы, которых никто из знакомых не видел, но слухи упорно ходили; меняющиеся папиллярные линии; запасные комплекты зубов у DEXов… Нет, зубы, вырастающие взамен выбитых на зимней горке, со значением прозванной в народе «зубодробилкой» – прекрасное подспорье, ничего не скажешь. Но как? У какого организма этакое позаимствовали? Озабоченный папа тогда предъявил бате очередную иррациональную претензию: мол, из-за твоей дурной наследственности я теперь не знаю – то ли срочно спаивать стоматолога, чтобы он развидел рентгеновский снимок челюсти ребёнка, то ли вовсе зачистить, пока не успел никому растрепать. Батя флегматично отфутболил: единственное, за что можно поблагодарить «DEX компани» – это наследственность. Прочные кости, крепкие связки и лишние зубы никому не помешают. Девятилетний Алик, подслушивающий разговор, был в принципе согласен, но режущийся зуб из дополнительного комплекта сильно болел, и мальчик не мог оценить это преимущество в полной мере.
– Сестричек делали по-другому. – Алик вернулся к теме. – У чужих гамет ядра заменяют на извлечённые из соматических клеток мамы и папы, только предварительно половину хромосом удаляют. Причём неважно, какое ядро куда попадёт. – Он усмехнулся. – Папина ДНК может оказаться в яйцеклетке, а мамина – в сперматозоиде. При такой технологии брак гораздо меньше, и получается случайная комбинация генов, как у обычных детей. Вон, Карина больше на отца похожа, а Майя, моя самая любимая сестричка – на мать. А младшая, Алиса, вообще непонятно в кого, всего понемножку.
Он показал изображения других сестричек в разном возрасте.
– Проще и дешевле всего, конечно, клонирование. Не надо с папой-мамой возиться. Процедура хорошо отработана, брака почти нет. Серии киборгов именно так производили, с одной готовой ДНК. Но родителям обычно хочется, чтобы ребёнок был их общим созданием, клонов сейчас заказывают редко.
– Алик, а ты почему клон? – осторожно спросила Надя. – Почему не общий ребёнок?
Он засмеялся.
– Потому что тогда батя ещё не познакомился с женой!
Засиделись допоздна. Обед плавно перетёк в ужин, дало себя знать употреблённое виски. Редрик контролировал выработку нужных ферментов, а Алика разморило.
– Как ты пойдёшь? – сказал Ред. – Навернёшься ещё по дороге. Оставайся у нас, Надя тебе на диване постелет.
Возражать и переться домой по темноте и кочкам не было никакого желания. Алик, растёкшийся по креслу, согласно вякнул и переместился на диван. Ред подоткнул одеяло – прямо как в тот раз, блаженно подумал Алик, облапил подушку и закрыл глаза.
Надя всхлипнула и вытерла капельку со щеки. Ред приобнял её за плечи:
– Ну что ты весь вечер плачешь? То плачешь, то улыбаешься.
Вечер разбудил воспоминания. Правду сказать, Ред пару раз и сам был близок к тому, чтобы сморгнуть слезу.
Надя наклонилась, легонько погладила спящего Алика по рыжему затылку.
– Он такой милый.
– Забавный, да? Смотрю на него и себя молодого вижу.
Она уткнулась лицом мужу в грудь.
– Ред, а давай ребёночка заведём?
Он обнял её, поцеловал в макушку.
– Как?
– Как он говорил. Закажем… что-нибудь. На клонирование наших сбережений точно хватит.
– И кого будем клонировать?
– Тебя. – Она шмыгнула носом.
– А ты?
– У меня есть сын.
– А у меня целая серия клонов. Вот хотя бы. – Он показал глазами на сопящего в подушку парня. – Надя, я хочу общего ребёнка. Чтобы и твой, и мой.
– Тогда бери кредит.
Он помедлил.
– А процессор заказывать? Или так обойдёмся?
Она тоже помедлила.
– Да. Бери кредит побольше.
Драконы
Звонок мэра застал Нойланда за утренним кофе.
– Хайнц, ПВОшники опять драконов видели. Значит, через пару дней нагрянут. Как раз на День города, чтоб им пусто было! Подождать не могли, твари. Полиция начинает усиленное патрулирование уже сегодня, держи своих в готовности. И на завтрашней дискотеке чтоб оба кибера были.
– Принято.
Он дал отбой и нахмурился. Ишь ты, пронюхал про второго! С другой стороны, разве Нойланд собирался его прятать? Прислал бы в усиление без дополнительных напоминаний. Просто удивительно, как быстро расходятся новости. Должно быть, новичка в грозу заприметили.
Он включил коммуникатор:
– DEX, зайди ко мне.
– Есть! – откликнулся Ковалёв. – И чуть ли не в ту же секунду появился в дверях, жизнерадостно гаркнув: – Здравия желаю!
– Да не ори ты, – поморщился Нойланд. – Садись. Докладывай, что знаешь про драконов.
На лице рядового отразилось лёгкое изумление. Начальник хочет поговорить о драконах? Однако велено докладывать – и он стал докладывать:
– Ну, драконы – это такие мифические существа. Летающие. Говорят, что мудрые.
Да-а, как всё запущено.
– Ясно, Ковалёв. Сотри всю эту чушь и загрузись с нуля. Не знаю, как там на других планетах, но у нас драконы ни хрена не мифические и ни разу не мудрые. Летающие разве что. Начали спускаться с гор. Еще день-два, и в городе от них житья не будет.
– Готовиться к пожарам, майор?
Нойланд моргнул.
– Почему к пожарам?
– Так драконы же того… пыхают огнём. – Юноша посмотрел вопросительно. – Не?
Ничего-то ты не знаешь, мысленно посетовал Нойланд. Мог бы уже найти в инфранете актуальную информацию.
– Лучше бы пыхали, – вздохнул он. – С огнём мы умеем бороться. Нет. У них начинается брачный период. А самок мало. За них такие кровавые побоища идут, не приведи господь увидеть – кошмары будут сниться. Побеждают сильнейшие, менее везучие конкуренты погибают и служат пищей будущим матерям. Но есть и те, кто значительно слабее, они трезво оценивают свои шансы и в эту драку не лезут. Их, наверное, можно назвать мудрыми… с некоторой натяжкой. Но их тоже сводит с ума брачный инстинкт. Они пытаются искать пару за пределами своего вида. А города полны девушек, мягких, сладких и тёплых.
– Но… как? – Мальчишка покраснел. – Они же того… огромные летучие чудовища…
– Не такие уж огромные. – Нойланд покачал головой. – И не такие уж чудовища. Некоторые девушки считают их красивыми, а крылья – романтичным приложением к мощному инструменту. Есть женщины, что ждут каждый брачный период с предвкушением.
– То есть проблемы нет? – приободрился рядовой.
– Конечно, есть. Эти твари в упор не желают понимать, что нравятся не всем. Что у девушки может быть парень или муж, или что ей вообще не хочется секса. Гормоны сносят им крышу. Они привыкли драться за самку насмерть. Человеческий мужчина даже слабому дракону на один зуб. Как по-твоему, что в таком случае делают?
– Объявляют чрезвычайное положение? – предположил мальчик. – Держат женщин взаперти?
Н-да, логика киборгов порой заводит не туда.
– Тоже вариант, – протянул Нойланд. – И женщин запереть, и самим запереться… Но жить-то когда? Если прятаться от грозы, от драконов, от метеоритов, чёрт знает ещё от чего, по любому поводу вводить чрезвычайное положение – когда успевать жить и работать? Не согласен?
– Согласен, майор! – решительно кивнул Алик. – Но тогда женщин надо охранять!
– Вот. – Нойланд удовлетворённо поднял палец. – Логика заработала, хорошо. Завтра суббота, на центральной площади вечером будет дискотека. Отправишься туда с Редом, на месте получишь оружие… ближнего боя, разумеется, стрелять в толпе нельзя. Задача – обеспечить безопасность во время мероприятия. И после тоже – развести по домам всех девчонок, за которыми не приедет крытый транспорт. В случае нападения дракона – не мешкать, бить на поражение. В Красную Книгу их ещё не скоро занесут: хоть самок и немного, плодятся исправно и массово. Понял, DEX?
– Так точно! – бодро ответил он. – Обеспечивать безопасность. Во время и после. Слушаюсь!
– Не волнуйся, – инструктировал его Ред, пока они летели к площади. Людям свойственно волноваться попусту, но волнение только спровоцирует дракона. – Драконы не нападают без повода. Веди себя уверенно, демонстрируй силу. Они это почувствуют и не полезут на рожон. Те, что совсем без башни, остались в горах драться за своих самок. А эти – более-менее адекватные. И трусоватые. Но если дать слабину – порвут, учитывай.
Рядом с площадью, где устанавливали оборудование, припарковался полицейский катер. Ред с Аликом подошли, отметились и получили оружие – по паре длинных ножей и шокеру. В училище Алик недоумевал, зачем курсантов обучают бою на ножах: они же пожарные, а не средневековые воины. И вот теперь это бесполезное, как он полагал, умение оказалось востребованным.
Возле катера уже стояло несколько вооружённых таким же образом человек – ждали команды. Все в форменных комбинезонах: трое полицейских, двое с армейскими нашивками, гормост, водоканал – плотного мордатого блондина с табличкой «IVAN» Алик припомнил, видел в ночь грозы среди аварийщиков. Детский сад «Весёлый ёжик» – да ладно? Этот-то что здесь забыл? Впрочем, по виду громилы с мультяшным изображением ёжика на комбинезоне можно было догадаться, что работает он там не воспитателем. Ред чуть поднял ладонь, приветствуя, и Алик последовал его примеру.
Блондин Иван из водоканала и бородатый брюнет Шайтан из гормоста заулыбались:
– Ред, это твой сын?
Алик закатил глаза. Все тут при первом знакомстве задавали один и тот же вопрос.
– Племянник.
Ред долго думал и наконец нашёл Алику подходящее место в родственной иерархии. Не сын, но младший носитель того же генотипа.
– Эй, DEX! – Народ развеселился, увидев табличку. – А имя у тебя есть?
– Откуда у него имя? – фыркнул чернобородый. – Он же совсем новенький!
– Только что из инкубатора, – вторил ему блондин. – Не заслужил ещё!
– Молодой, не вижу тебя в сети, – сказал вдруг армейский офицер с табличкой «TANK», судя по всему, главный здесь. – Выйди на связь.
Алик включил служебный комм, поискал сетевые группы. Мужики переглянулись.
– Редрик, – с обманчивой мягкостью произнёс офицер, – скажи мне, что я ошибаюсь…
– Он человек. – Ред не стал скрывать.
– Тогда какого хрена он тут делает? – В голосе сквознуло раздражение.
До Алика наконец доехало. Все они – киборги. И они отнюдь не в восторге от того, что пополнение может оказаться не подмогой, а обузой. Ведь как сказал майор? Обычный мужчина – не противник для дракона.
Но тем не менее майор прислал его сюда. Алик скрипнул зубами.
– Я выполняю приказ командира, – сказал он твёрдо. – Явиться на дискотеку в усиление охраны.
– В усиление, – проворчал офицер и поморщился.
Может, ему и хотелось прогнать человечка, вляпавшегося в дело не по силам, но приказ есть приказ, и хотения капитана Танка Тридцать Четыре мало стоили против слова майора Нойланда, легендарного Бэра.
– У тебя хоть броник есть? – без особой надежды спросил Танк.
– Так точно! В катере.
Капитан принял решение, не вызывавшее у него энтузиазма.
– Сейчас сходишь, облачишься. И не снимай до самого утра. Табличку перевесить не забудь, липовый ты DEX. Сеть нашёл?
– Она запаролена, – буркнул Алик.
– Ёж, скинь сопляку приглашение.
«Я не сопляк!» – Алик едва сдержал готовый сорваться сердитый возглас. Кто он ещё-то, с их точки зрения? Слабое звено. Поди докажи, что это не так. А пока не доказал, глупо возмущаться.
– Александр Ковалёв? – Громила из «Весёлого ёжика» уточнил название активного аккаунта.
– Переименуй его сразу в DEXа, а то запутаемся. И ловите все схему постов. Ред, племянника ставлю рядом с тобой. Сам его притащил, сам с ним и нянчись.
К тому моменту, как стемнело, площадь была полностью огорожена. И по сторонам, и сверху – редкой стальной решёткой, позволяющей видеть, что происходит за ней, но, по словам Редрика, надёжно защищающей от проникновения драконов. Будь решётка сплошной – никакой охраны не надо, но людям, увы, как-то нужно проходить внутрь и наружу, и у каждого входа стояли посты, внимательно следившие, чтобы у тех, кто спешит на дискотеку, отсутствовали крылья.
Алик в паре с Редом охранял один из входов, хмуро поглядывая на посетителей. На коммуникаторе бежали сообщения, мелькали картинки, отвлекая. Воспринимать информацию с такой скоростью было нереально, и Алик перестал обращать внимание. Просто молча контролировал передвижения людей, готовый засечь чужаков.
– Расстроился? – спросил Ред.
– Я не сопляк, – пробурчал он. Вроде Редрик – такой же киборг, как эти, но перед ним почему-то не было стыдно. Он казался своим. После того, как Алик побывал у него в гостях – почти родным.
Ред согласно кивнул.
– Что-то я не вижу ни одного дракона. – Алик сменил тему, чтобы не выставлять себя нытиком.
– Это не значит, что их нет. Мы сканируем небо. Несколько особей кружат в вышине.
Алик поднял глаза, и ему померещился гибкий силуэт за квадратами решётки, далеко и высоко.
– Ещё светло. Их время – ночь. Как стемнеет окончательно, оборзеют.
Музыка гремела, мешая разговаривать. Во всяком случае, Алику – и он снова умолк. Поток посетителей иссякал, а небо неотвратимо темнело. Включили цветомузыку, в воздухе заплясали светящиеся ленты, переливающиеся всеми оттенками, сверкающие снежинки и звёзды. Глаза Реда вдруг зажглись красным, Алик едва не вздрогнул.
– Дракон, – произнёс киборг неживым, синтетическим голосом. Не то предупредил, не то просто констатировал.
Где? – вскинулся было Алик, но тут заметил его и сам. Тёмная фигура, почти человеческая, но с острыми крыльями, торчащими над плечами в сложенном состоянии. Глаза дракона тоже светились, но пронзительно-зелёным огнём. Фигура помедлила пару секунд, но попытку прорыва не предприняла, растворилась в тенях. Ред моргнул, глаза вновь приобрели мирный голубой цвет, а поза – расслабленность.
– Они знают, что с нами лучше не связываться, – объяснил он, усмехнувшись. – Распознают боевой режим и предпочитают слиться. Как правило. Когда брачный зов достигнет апогея, могут и попереть напролом.
– А когда апогей?
– Завтра. В День города, – кисло улыбнулся Ред.
Комм Алика коротко пиликнул: персональное сообщение. На экране повис текст от Танка: «Закрывайте третий вход. Ред на контроле, сопляк отдыхает. Через час сменитесь».
Ред, судя по всему, уже увидел сообщение на внутреннем интерфейсе, потому что без слов затворил решётчатую дверь прохода и зафиксировал её в запертом положении.
– Ну, чего завис? – Он ободряюще похлопал напарника по плечу. – Сходи, развейся, а то там девчонки скучают. Я со своей женой как раз на такой дискотеке познакомился.
Девчонки – это хорошо. Именно то, что нужно для восстановления самооценки. С девчонками у симпатичного рыжика складывалось чаще всего удачно, и они никогда не звали его сопляком – даже те, что постарше. Бронежилет он оставил на посту, хоть Танк и велел с ним не расставаться: для танцев это явно неподходящий наряд. Слопав мороженое и прихватив воздушный шарик для затравки, Алик решительно направился к эпицентру веселья.
Подходящую девушку он заприметил почти сразу. Отменная красавица, золотистая блондинка с длинными кудрями, не лежащими на плечах, а эффектно колеблющимися в воздухе благодаря специальным заколкам-поплавкам – последний писк моды.
– Девушка, это вам. – Он вручил ей шарик.
Она хлопнула завитыми ресницами – очень мило, но как-то прохладно.
– Зачем оно мне?
– Подержите, когда мы будем танцевать, – жизнерадостно объяснил Алик.
Девушка слегка поджала губы.
– Я не танцую с киборгами.
Блин!
– Я не киборг, между прочим…
Но попытка объясниться провалилась.
– Врать-то не стыдно? Я совсем дура, по-твоему, да ещё слепая? Ты из той же серии, что Редрик из МЧС. – Она покосилась на его форменную нашивку. – Отвали от меня! И шарик свой забери.
Вот же засада! Девчонка мотнула своими кудрями и скрылась в толпе, а он остался стоять, как дурак, с шариком. Мелькнула мысль: может, и не стоило сопротивляться, когда его звали в столицу? В небольшом городе, увы, все в курсе, кто есть кто.
– А ты миленький.
Сказано это было таким предвкушающим тоном, что Алик обернулся с некоторым испугом, несмотря на положительное содержание реплики. Испуг оправдался: он оказался лицом к лицу с чудовищем. Если фасад этого существа, густо усеянный пирсингом и раскрашенный всеми цветами радуги, можно было назвать лицом. Чудовище лыбилось лысой татуированной башкой и тянуло к шарику руку с когтями, покрытыми кроваво-красным лаком. Алик рефлекторно отшагнул.
– Потанцуем? – Чудовище подмигнуло и показало раздвоенный язык с колечками на концах.
Алик содрогнулся. Ему доводилось встречаться с инопланетянами, порой весьма своеобразными на вид, а с некоторыми даже танцевать – причем будучи не в полной уверенности, что это девушка и что у визави вообще есть пол в классическом понимании. Но то – ксеносы. А эта хтонь внушала оторопь как раз тем, что несомненно принадлежала к человеческой расе.
– Н-нее… – выдавил он.
– Что-то ты слишком впечатлительный для DEXа, – с презрением отметил ходячий ужас. – На фига шарик таскаешь, если не хочешь знакомиться? Отдай!
Существо сцапало шарик из безвольной руки и удалилось.
Киборгов Алик повидал не меньше, чем ксеносов, и впечатлительные среди них тоже попадались. Характер не зависит напрямую ни от наличия процессора, ни от его типа. Есть, конечно, некоторая предрасположенность: процессор Bond хорошо поддерживает социальную адаптацию, а DEX оптимизирует параметры, связанные с физической активностью… У нового поколения киборгов начал складываться гендерный стереотип: для мальчиков родители чаще заказывают DEX, а девочкам всё больше ставят Bond. С другой стороны, это совершенно не обязательно. И среди DEXов бывают поэты, и меж Bondов водятся отморозки. Но Алик подозревал, что с этим кошмарищем решится потанцевать разве что вовсе неразумный Irien – правда, их почти не осталось. Так что единственный шанс лысой хтони – дракон.