Фаворит

Ильяса чувствовала себя не совсем хорошо. Подросший животик сделал её несколько неуклюжей – это проявилось в битве с Речным богом. Древнее чудовище изрядно её помяло. А тут ещё этот изнурительный переход через ущелье… Ночёвка на голой земле и лихорадочное строение шалаша не добавили сил. Девушка забилась в тёмный угол, подальше от входа, закуталась в единственное их одеяло, и задремала.

Разбудил её оглушительный грохот, раздавшийся над самой головой. Открыв глаза, увидела, что все сгрудились у входа и что-то обсуждают вполголоса. Но тепло и сонная лень подавили зачатки любопытства, и она снова закрыла глаза.

Послышался гул, а потом на утлое укрытие обрушился настоящий потоп. Сплошная стена воды свела на нет все старания людей, промочив их строение насквозь. Через невидимые щели потекли тонкие струйки холодной воды, разрушив иллюзию о безопасности и уюте. Ильяса, ругаясь, вскочила, так как моментально промокла. Она присоединилась к остальным, с грустью взирая на размытый ливнем пейзаж.

К счастью, грозовой потоп длился недолго, через десятину часа перейдя в обычный дождь. Гром тоже отдалился, откатившись на юг, и не пугал оглушительными раскатами, от которых дрожала земля и душа уходила в пятки. Но за короткое время ливень существенно поднял уровень воды в реке. Она вышла из берегов и затопила все низины. Мутная, пузырящаяся под упругими дождевыми струями вода, медленно, но верно подбиралась к шалашу, грозя его смыть и унести на волнах, по которым и так уже плыли вырванные с корнем деревья и другой лесной мусор.

Внезапно Лайэм тревожно вскрикнул и указал в сторону реки.

– Плот!

Сорвавшись с места, бредя по колено в воде, он поспешил к привязанному у берега, а теперь покачивавшемуся посреди бескрайней водной глади, судёнышку. Измочаленная верёвка привязи разлохматилась и вот-вот грозила лопнуть. Если это произойдёт – его унесёт усилившимся течением. И тогда они останутся без средства передвижения, а впереди ещё не одна сотня кемов до цивилизованных мест, поросших густым непроходимым лесом. Река – единственная дорога в этих краях.

Лайэм успел вовремя. Верёвка лопнула в тот миг, когда он протянул к ней руку. Мужчина сделал отчаянный рывок в бурлящей, достигавшей пояса воде, и вцепился в огрызок. Но удержать тяжёлое длинное сооружение одному человеку не под силу. Пятящийся плот медленно, но упрямо потянул уданца за собой. Но ему на помощь уже спешили товарищи. В верёвку вцепились ещё четыре пары рук, и, решивший отправиться в самостоятельное путешествие, беглец сдался общим усилиям.

Но верёвка оказалась короткой, чтобы привязать её снова к той же ветке. Люди стояли и смотрели друг на друга, не зная, что делать. И тогда Лайэм приказал:

– Потянули!

Плот подтянули к уже подтопленному шалашу. Здесь течение почти не чувствовалось и он прекратил попытки вырваться, спокойно закачавшись на мелкой воде.

– Здесь оставаться бесполезно, – снова за всех решил Лайэм. – Хоть на реке сейчас небезопасно, но забираем вещи и уплываем.

Пока трое держали плавсредство, двое выудили из затопленного шалаша оружие, котелки и небогатый скарб, забросили на плот, взобрались сами и предоставили течению вынести их на стремнину.

Путешествие продолжилось.

Мимо проплывали высоченные деревья с неохватными стволами – леса Вудбита. Пространство между ними захватила пышная сочная зелень гигантских папоротников и водолюбивых растений, произрастающих по берегам водоёмов. Ни просвета, ни прогалины не виднелось в этой сплошной зелёной стене. Однообразность зелени разбавляли яркие пятна цветов и птиц, похожих на порхающие цветы. Их звонкие голоса и разнообразное пение скрашивали досуг скучающих на плоту людей.

Плыли днём и ночью, так как ширина русла, ровное течение и яркость звёзд, сиявших на безоблачном небосводе, позволяли избежать любой опасности.

Прошло четыре долгих скучных дня. На пятый, справа, после очередного поворота, внезапно показалась широкая прогалина. Лес в этом месте отступил от берега, освободив место для сочного луга, на котором раскинулось небольшое селение – скорее, одинокий хутор или крестьянская ферма. Это было первое человеческое жильё, встреченное ими за много дней. И – главное – у небольшого дощатого причала покачивалась на мелкой волне парусная лодка!

Друзья радостно встрепенулись и единогласно решили пристать к селению и попросить помощи. У Ильясы ещё осталось несколько золотых, и она рассчитывала нанять местного перевозчика, чтобы доставил их в Эйверод.

Направили плот к берегу и пришвартовались неподалеку от причала. К удивлению, на их манёвр никто не обратил внимания: ни вездесущие ребятишки, ни любопытные женщины, ни настороженные мужчины – мало ли кто шастает в таких глухих, отдалённых от цивилизации местах!

На «разведку» решили идти двое: Ильяса, как почти местный житель (ведь селение, скорее всего, принадлежало Мароду), и Лайэм, как знаток многих наречий (кто знает, на каком языке изъясняются аборигены?). остальных оставили охранять плот – на всякий случай.

Такая предосторожность, как показали дальнейшие события, оказалась не лишней.

Хутор состоял из нескольких крепких рубленых домов, окружённых общим забором. Вход во двор закрывали крепкие ворота. Уже подходя ближе, Ильяса что-то заподозрила. Странная тишина царила вокруг: ни человеческого голоса, ни лошадиного ржания, ни детского плача. Если бы не десяток коров, пасшихся в отдалении, можно было подумать, что хутор заброшен.

– Странно всё это… – задумчиво протянула Ильяса. – Что скажешь?

– Может, все спят? – усмехнулся Лайэм.

– Как бы не мёртвым сном…

– Или в поле где-то, – высказал ещё одно предположение мужчина.

– Ты видишь здесь поле?

– Ну, огород или что там у них имеется… Не парься, войдём – узнаем.

Ильяса передвинула ножны с мечом поближе к руке, чтобы легко выхватить клинок в случае опасности, и толкнула ворота. Тяжёлая створка с тягучим скрипом подалась, и пара вступила на широкий, поросший травой двор.

Но, как только они прошли на середину, удивлённо оглядываясь, из-за укрытий – телеги с сеном, пирамиды из бочек, кучи сельскохозяйственного инвентаря, поленницы дров и иных – начали появляться хмурые вооружённые субъекты, беря непрошеных гостей в кольцо.

– Привет, братья! – воскликнул Лайэм, посылая незнакомцам приветливый жест. – Мы не враги! Мы пришли к вам за помощью, не нужно нам угрожать оружием.

– За помощью? – усмехнулся один из субъектов – детина с перевязанной головой. – И какая помощь вам нужна?

– Немного хлеба, соли и лодка, чтобы добраться до Эйверода или, хотя бы, до Арсита.

– Хлеба и лодку? А не много хочешь, злыдень? – захохотал раненный. – Ты откуда взялся, такой умный?

– Мы путешествуем на плоту… Это длинная история.

– У тебя будет время её рассказать! Нам как раз не хватает крепких рабов, белоголовый. А то это дохлое бабьё ни на что не годно! Бросай оружие и поднимай лапки кверху. И твой дружок тоже… По всему видно, он из благородных?

– Что это за приём, господа? Вы что, разбойники? – нахмурилась Ильяса.

– Как ты прав, господин! – вновь захохотал верзила. – Вот вам не повезло! Вы попали в логово настоящих разбойников, ха-ха-ха!

Ильяса вынула меч и с угрозой произнесла:

– Раз так, подойди и возьми меня сам, недоносок!

– Захотел подраться, белоручка? Сейчас отхватишь у меня по полной! – воскликнул предводитель и махнул рукой. Разбойники угрожающе начали сжимать круг.

– Вот демон! – воскликнул Лайэм, обнажая меч. – И почему мне так не везёт? Вот, кажется, счастье совсем близко, и тут судьба поворачивается ко мне задом!

– Спина к спине, Лайэм! – воскликнула Ильяса. – Будем прорываться к воротам. Вдруг, повезёт.

Первый разбойник приблизился на расстояние удара. Это был верзила с перевязанной головой. Губы его презрительно кривились, а в глазах плясала злая насмешка. По-видимому, он не считал Ильясу серьёзным противником.

Девушка ударила первой. Сделав выпад, она отступила назад, чтобы не открывать спину напарника и свою. Разбойник парировал удар, ощерившись в злобной ухмылке, и ринулся в атаку. Его удары были такими сильными, что у девушки занемела рука. Позади слышался звон меча Лайэма, значит, уданец ещё держался на ногах, защищая её спину.

Ильяса решила рискнуть. Она бросилась навстречу врагу, навязывая ему ближний бой. Сцепившись мечами, девушка выхватила левой рукой «айосец» и всадила в печень противника по самую рукоятку, провернув в ране для лучшего эффекта. Разбойник взвыл и рухнул на колени. Взмахнув мечом, она распорола ему горло и тут же отступила, снова прикрывая спину напарника.

Смерть атамана несколько охладила пыл разбойников, и они замешкались, не решаясь занять его место.

– Ну же, что ж вы стоите, псы трусливые? – в азарте воскликнула девушка, взмахивая мечом. – Кто следующий в очереди на встречу с предками?

К ней бросились сразу несколько негодяев.

И тут прозвучал пронзительный клич: то ли визг разъярённой дикой кошки, то ли сумасшедшее улюлюканье. Краем глаза Ильяса заметила виолку, ворвавшуюся в стан врагов, как лиса в курятник. В обеих руках сверкали короткие клинки, которыми она умело орудовала. Но в бою участвовали не только мечи, но и всё тело девушки: удары ногами вышибали из противника дух и ломали кости, шипастые браслеты разрывали кожу и калечили плоть, кулаки сворачивали носы и выбивали глаза… Ильяса впервые узрела знаменитую виольскую драку. Казалось, по двору носится не женщина, а разъярённая фурия, бешеная самка гиззарда, убивая, калеча и повергая в шок. Она сама, за несколько минут, положила с полдесятка разбойников. И всё это благодаря не силе, а ловкости и воинскому умению. Пока Ильяса и Лайэм расправлялись с одним противником – она убивала троих. Спустя немного времени, траву покрыли мертвецы и смертельно раненные, которых Аста, с равнодушным спокойствием, добила. Затем повернулась к переводящим дух товарищам и насмешливо произнесла:

– Никуда вас самих отпустить нельзя… Кто это был?

– Какие-то разбойники… Откуда ты взялась? – удивилась Ильяса.

– Услышала звон оружия и поспешила на помощь. И, по всему видно, вовремя.

– Ты третий раз спасаешь мне жизнь… Смогу ли я с тобой расплатиться?

– Пусть нарастают проценты, – улыбнулась виолка.

Как оказалось позже, это была банда речных разбойников, грабивших суда и рыбачьи лодки возле Арсита. А хутор – их тайное убежище. Несколько лет назад они захватили его, убили всех мужчин, а женщин поработили, заставив себе прислуживать. На днях они возвратились из очередного набега, изрядно потрёпанные – по-видимому, получили достойный отпор.

Вмешательство Ильясы, Лайэма и компании избавило несчастных женщин от жестокого рабства, и они не знали, как благодарить спасителей.

Отдохнув на хуторе несколько дней, Ильяса заявила, что ей пора двигаться дальше. Анабель и Вэллос выразили желание остаться на хуторе навсегда – им понравилось это тихое живописное место.

Попрощавшись с друзьями, Ильяса, Лайэм и Аста погрузились в лодку, подняли парус и отправились в короткий, по сравнению с пройденным, путь до конечной цели – славной столицы мародского королевства прекрасного города Эйверод.