Любовь и страсть

Глава 5

Лори больше не жалела о проигрыше – Родан оказался умелым, нежным и изобретательным любовником. Несколько часов, проведённые на балконе, а затем в спальне, оставили после себя приятную усталость и полное удовлетворение. Могучий ассвет, казалось, не истощился ни на йоту, и мог бы предаваться любовным утехам хоть до утра. Но его призывал долг службы, а он, ко всем своим достоинствам, был ещё и ответственным человеком, и никогда не смешивал удовольствие с работой. Уходя, он пообещал приехать завтра и показать девушке ещё «пару приёмчиков».

С тех пор они начали встречаться регулярно, и Лори ни разу не пожалела об этой связи. Родан не отличался ревностью или излишней требовательностью, был добродушным и покладистым товарищем, и между ними возникли отношения, напоминающие крепкую дружбу, а не любовную связь. Они подходили друг другу во всех отношениях, удовлетворяли один другого, как в физическом, так и в духовном плане. Им было о чём поговорить после занятий «постельной акробатикой», как называл их любовные занятия Родан. У обоих было богатое прошлое и масса интересных воспоминаний, схожие вкусы сильные характеры. И одного, и другую, привлекали сильные независимые личности, и оба уважали меч и воинское искусство.

Через некоторое время, когда Лори надоели «встречи на час», она предложила Родану перейти на службу к ней. Поразмыслив, ассвет согласился, но поставил два условия: девушка платит ему такое же жалование, какое он получал на прежней службе, и он приведёт с собой некоторых своих людей. Лори согласилась, и вскоре капитан Винант и четверо новых солдат обосновались в её поместье. Переход Родана к ней на службу испортил отношения между девушкой и леди Сельдой. Но Лори не переживала по этому поводу: она не привязывалась к соседям и не успела сдружиться с леди Сельдой.

Родан поселился в комнате, прежде занимаемой бывшим капитаном охраны, которого девушка уволила, но чисто формально – там лишь находились его вещи. Всё свободное от службы время капитан проводил в комнатах госпожи или в её постели. Все слуги знали об их отношениях, они не скрывали их. Леди Сельда распускала в городе слухи о недостойном поведении соседки, всячески пороча её имя. Но Лори редко появлялась в городе, потому то, о чём говорили за её спиной незнакомые ей люди, было ей глубоко безразлично. Ассвету сплетни о его связи с таинственной пришелицей только добавляли шарма, а Лори, воспитанная виолками, не признающими иных отношений, кроме свободного выбора, не видела в своём поступке ничего аморального.

Незаметно пролетели несколько месяцев. Прошелестела золотым листопадом осень. Пришла и ушла зима с мокрыми снегопадами и холодными дождями, слякотью и гололёдицей. Вновь зазеленели деревья и зацвели сады.

Как-то, заглянув в сокровищницу, Лори увидела, что денег осталось катастрофически мало – содержание поместья требовало больше расходов, чем она предполагала. Прибыль от земли едва покрывала налоги и расходы на питание. Жалованье страже приходилось выплачивать из своего кармана. Девушка задумалась о дальнейшей жизни, и впервые осознала, что покупка поместья была неразумным шагом. Лучше бы приобрела маленький домик на окраине, недорогой в содержании и обеспечении. Возможно, придётся продать поместье и перебраться в город. Но, прежде чем сделать этот шаг, решила посоветоваться с Роданом.

– Зачем? – удивился ассвет. – Разве здесь плохо? Тихо, спокойно, никаких соседей, заглядывающих через забор, приятный воздух и уединённость.

– У меня заканчиваются деньги. Содержание поместья обходится слишком дорого, а земля не приносит должного дохода. Или я не умею его извлекать. Я воин, а не помещик… Может, подскажешь, где раздобыть денег, чтобы пополнить казну?

– Я подумаю над этим… – пообещал Родан.

Ночью, отдыхая после «постельной акробатики», ещё потный и расслабленный, Родан сказал:

– Ты спрашивала, где достать денег… Могу предложить одно дельце… Не знаю, согласишься ли?

– Говори… – промурлыкала Лори, прижимаясь к твёрдому плечу любовника и нежно гладя его по выпуклым мышцам груди.

– Повтори-ка мне основной закон телохранителей…

– Хм… «Обнажай меч свой в трёх случаях: во-первых, повинуясь господину своему и для его защиты; во-вторых, защищая свою жизнь и честь своих близких, и, в-третьих, на пользу себе…»

– Как ты относишься к третьему пункту этих правил?

Лори откинулась на подушку и задумалась.

– Я ко всем пунктам этого закона отношусь в равной степени уважительно… – через минуту осторожно ответила. – Говори прямо, что задумал?

– Предлагаю обнажить меч на пользу себе…

– А конкретнее? Этот пункт закона можно трактовать по-разному.

– Ладно… Предлагаю заняться примитивным разбоем. Самой простой и лёгкий способ для воина раздобыть себе пропитание…

– Тебя сегодня не били по голове? – изумилась девушка. – Я должна выйти на большую дорогу и грабить беззащитных прохожих?

– Ну, начнём с того, что в Аскоррии этим занимается большая часть аристократов, и ничего постыдного в этом нет…

– Но я не желаю грабить обозы и убивать своих сограждан… Я уважаю законы страны, в которой живу.

– Да я и не предлагаю тебе грабить своих… Я тоже законопослушный гражданин.

– Тогда кого ты предлагаешь грабить?

– Альганцев.

– Альганцев?

– Да. Они иконные враги Аскоррии, и в своё время попили немало аскоррийской крови.

Лори снова задумалась. Она знала историю Аскоррии и знала историю Родана. В своё время он участвовал в войне с Альганом, и даже побывал у альганцев в плену, с тех пор затаив на них злобу.

– У тебя есть план? – заинтересовалась девушка.

– У меня давно есть план, просто не было возможности привести его в исполнение…

– Рассказывай.

– Нет… Поговорим об этом завтра.

– Почему завтра?

– Потому что сейчас у нас есть более важные дела…

И Родан, притянув Лори, накрыл её своим большим сильным телом, закрыв рот страстным поцелуем. Готовое по первому требованию орудие само нашло вход в вожделенную норку и скользнуло в тёплое нутро легко и умело. Мужчина ловко закинул ноги девушки на плечи, не отрываясь от вспухших от сильных сосательных движений и лёгких покусываний губ, и задвигал тазом в обычной своей мощной манере, словно вколачивая в тугое дерево калёные гвозди. Тишину спальни нарушали только громкие шлепки двух мокрых от пота тел и сдавленные блаженные стоны Лори.

Родан выпустил из объятий любовницу, только когда «прочистил» оба «входа». И пока Лори лежала в истоме, ловя уходящие отзвуки наслаждения, он перевернул её набок и снова вошёл в попку. Родан любил засыпать, только излившись несколько раз и не вынимая орудие из тугой сладкой дырочки. Иногда, даже ночью, сквозь сон, Лори ощущала, как он в ней двигается. А потом ещё утром, когда фаллос особенно был твёрд и жаден, Родан клал ещё не совсем проснувшуюся девушку на живот, подкладывал под таз подушку, и трудился, не покладая тестикул, пока не изливался несколько раз. Он называл это «выжать яйца досуха». Тогда он мог протерпеть день без желания, и не косить глазом на служанок и рабынь, копя энергию и семя для Лори.

Родан оказался столь ненасытным самцом, что иногда его неуёмные желания утомляли и даже пугали девушку. Но она терпела грубость, ненасытность и боль ради непередаваемого блаженства, которое умел доставить ей любовник. Он один мог довести её до исступления несколько раз за вечер, а потом ещё и утром. Ни один мужчина до этого не мог так хорошо и сильно удовлетворить Лори даже один раз, не говоря уже о многочисленных оргазмах. И это животное наслаждение держало девушку у тела мужчины крепче рабских цепей. Она поступилась своей ассветской гордостью, забыла о виольском высокомерии, привитом в Школе Меченосцев, выбросила из головы все табу и отказалась от принципов, подчиняясь и покоряясь Родану в постели, словно раба, выполняя любые его прихоти и соглашаясь на любые предложения. Она позволяла мужчине вытворять с её телом то, что не всякая шлюха могла позволить клиенту. Достаточно Родану сказать «А давай сделаем это…» и Лори, молча и покорно, кивала, предвкушая необычные ощущения и ещё более сильное удовольствие.

Глава 6

План капитана был простым и продуманным. Небольшой отряд доверенных людей тайно перебирался через Ледж выше по течению (Родан уже разведал брод, узнав о нём от одного знакомого контрабандиста), углублялся в лесистую часть страны, обосновывался в окрестностях города Йеанн и там промышлял обыкновенным разбоем, без стеснения грабя заносчивых альганцев. В случае опасности отряд мог уйти в Кордины (пустынная горная страна на юге) или вернуться домой. В крайнем случае, они могли отсидеться в густых лесах, покрывавших бо́льшую часть герцогства.

Лори решила принять план Родана, и они начали подготовку к походу. Перед отъездом Лори сообщила управляющему, что отправляется в путешествие по стране, поэтому будет отсутствовать некоторое время.

– Но если по возвращении я застану дома беспорядок, то жестоко накажу всех виновных, – предупредила она.

Через несколько дней Лори, Родан и четверо верных солдат покинули поместье и отправились на юг. Отъехав от города кемов двадцать, перебрались через реку и оказались на территории герцогства Альган.

На другой день отряд прибыл в окрестности Йеанна. Некоторое время они путешествовали дорогами, выискивая лучшие места для засады.

Для нападений выбрали большой оживлённый тракт, ведущий из Йеанна в столицу. Мест для засады нашлось множество, так как дорога всё время проходила под густыми сводами леса. Но Лори, вспомнив о превосходной тактике наскока илларийских вальдо, с которыми они с Сайей сразились перед отъездом из Илларии, решила применить её в данном случае, разумно рассудив, что неожиданность – половина успеха.

– Пропускаем «дичь» мимо, рассматриваем, оцениваем, взвешиваем шансы на успех, затем выезжаем на дорогу и догоняем, – объяснила свою тактику Лори. – Никаких предупреждающих криков, угрожающего свиста и улюлюканья… Налетаем молча, рубим, грабим. В первую очередь уничтожаем стражу, а затем всех, кто окажет сопротивление.

Уже на следующий день теорию воплотили в практику. Новоявленные разбойники сидели в засаде уже несколько часов и пропустили два больших обоза с сильной охраной, когда на дороге показался ещё один. На этот раз небольшой, всего из пяти повозок и десяти человек охраны. Лори внимательно рассмотрела солдат и вооружение, определила командира, и сказала, что берёт его на себя.

Когда обоз проехал мимо и скрылся за поворотом, «разбойники» покинули укрытие и выехали на дорогу. Пришпорив коней, поскакали следом.

Услышав позади быстрый топот множества копыт, стража начала обеспокоенно оглядываться. Но, увидев всадницу в сопровождении нескольких воинов, успокоилась. Благодаря этому нападение получилось по-настоящему неожиданным. Поравнявшись с командиром, Лори выхватила меч и снесла ему голову. Родан и солдаты напали на остальных стражников, взяв обоз в «клещи». Побоище продолжалось всего несколько минут. Перепуганные возницы побросали повозки и скрылись в лесу. Обоз оказался в полном распоряжении победителей. В повозках находились бочонки с мёдом и воском, лесные орехи, пара тюков с мехами, мешки с сушёными целебными травами и куски горного хрусталя.

Солдаты обшарили карманы мертвецов. Трофеи – законная добыча. Лори и Родан не побрезговали ничем и забрали обоз полностью, спрятав его в укромном месте. Через день снова вышли на «охоту», но уже в другом месте. На этот раз попалась дорожная повозка с четой аристократов. Их обобрали до нитки, выпотрошили дорожный сундук, забрали сундучок с деньгами и увели четвёрку породистых жеребцов.

За декаду удачной «охоты» собралось столько добра, что набралось на целый приличный обоз. Всем, даже Лори, пришлось пересесть на места возниц, чтобы переправить обоз через реку. Его тайно, под покровом ночи, привели на виллу. Здесь добычу разобрали, рассортировали и поделили. Излишки продали местным купцам. Выручка превзошла все ожидания, и Лори осталась довольна «походом».

Переждав некоторое время, вновь собрались в «рейд». Но теперь взяли с собой несколько верных слуг, для охраны лагеря, добычи и присмотра за лошадьми.

На этот раз охота оказалась не такой благополучной, как первая, хотя и более удачливой. Они сумели захватить богатый обоз, который вёз ценные меха и так называемый «Пчелиный бальзам» – крепкое вино, сваренное на основе дикого мёда и настоянное на целебных лесных травах. Это вино весьма высоко ценилось в странах Восточного континента, а герцогство Альган было его основным и единственным поставщиком. При нападении они потеряли двух своих воинов, а Родана ранили в ногу. Лори так рассвирепела, что набросилась даже на не успевших убежать возниц, и убила бы всех, если бы её внимание не привлекли вопли какой-то девчушки, прятавшейся в одном из фургонов. Вспоров покрытие, она увидела внутри съёжившуюся, трясущуюся и обливающуюся слезами девочку. Встретившись с пылающим взглядом синих глаз ассветки, девчушка задрожала ещё больше и пискнула:

– Не убивайте меня, госпожа!..

– Тогда заткнись! – грубо ответила Лори.

Протянув руку, она схватила девчонку за косы и вытащила наружу. Та издала такой душераздирающий вопль, словно с неё живьём сдирали кожу. Лори пришлось отвесить ей приличную оплеуху, чтобы она замолчала. Но, по-видимому, от злости она не рассчитала силу удара, потому что девушка потеряла сознание.

Прихватив обоз, они направились в лагерь, где похоронили убитых солдат. В эту же ночь переправились на свой берег, так как рана Родана требовала серьёзного лечения.

Когда они прибыли в поместье, Родан едва дышал. Рана не была смертельной, но капитан потерял много крови. Лори тут же послала в город за лекарем. Тот осмотрел рану, прочистил её, зашил и наложил целебную мазь. Капитан жестоко страдал от боли и слабости, но держался мужественно, даже пытался улыбаться и шутить.

Лори окружила страдальца вниманием и заботой. Она приставила к нему сильного раба и опытную сиделку. Первые дни Лори часто навещала друга, подолгу сидела у его постели, развлекая рассказами о делах в поместье или просто пустой болтовнёй. Добыча, захваченная в последних набегах, лежала не разобранная, а о пленнице Лори и совсем забыла, пока о ней не напомнил сенешаль.

– Госпожа, – спросил он через несколько дней, – что делать с новой рабыней? Я отправил её в гарем, но она целыми днями плачет и почти не ест. Я не знаю, могу ли я её наказать или вы приобрели её для каких-то особых целей?

– О какой рабыне ты говоришь? – не поняла Лори.

– О девушке, которую вы привезли из последней поездки…

– А… И что она?

– Плачет и не ест. Так она скоро совсем потеряет всякую привлекательность и не будет ни на что годна.

– Ладно, давай её сюда. Я прочищу ей мозги.

Сенешаль удалился и вскоре вернулся с альганской девчонкой. Она была красиво одета и ухожена, но аккуратно подобранные волосы открывали бледное печальное лицо с припухшими от слёз глазами. Лори окинула пленницу внимательным взглядом, впервые рассмотрев её, как следует. Юная, красивая и пугливая, как лайм.

– Как тебя зовут? – сухо спросила Лори.

– Лила, госпожа… – еле слышно прошептала девушка, не поднимая глаз.

– Что ты делала в обозе?

– Меня везли в подарок одному вельможе из Олена.

– Так ты рабыня?

– Да, госпожа…

– Ты хорошо говоришь по-ассветски. Тебя обучали наукам?

– Да… Я росла в доме… Меня учили пению, танцам, музыке, стихоплетению и любовным наукам…

– Тогда, ты ценная рабыня… Почему же ты всё время плачешь? С тобой здесь плохо обращаются?

– Нет… Но… Я боюсь…

– Чего?

Лила задрожала и не ответила.

– Если ты не прекратишь лить слёзы и не начнёшь есть, я прикажу тебя выпороть, – с угрозой произнесла Лори.

Лила задрожала ещё сильнее, из её глаз снова закапали слёзы.

– Ты снова рыдаешь? – больше удивилась, чем рассердилась Лори.

– Простите, госпожа… Они сами… – девочка начала поспешно вытирать струящуюся по щекам влагу.

– Святые Небеса! – в раздражении всплеснула руками ассветка. – Что мне с тобой делать! Сенешаль!

– Да, госпожа! – поспешно вошёл в комнату слуга, ожидавший за дверью.

– Мне кажется, этой особе не хватает простой грубой работы на свежем воздухе и непритязательной пищи дворовых рабов. Отправь её в барак и найди какую-нибудь посильную работу. Может, на солнце её нервы окрепнут и слёзы высохнут.

– Как прикажете, госпожа. Ваше решение, как всегда, мудрое… – склонился в подобострастном поклоне сенешаль.

Родан поправлялся медленно, но всё же рана его успешно заживала. Он уже мог потихонечку ковылять по комнате, но чаще сидел в кресле на балконе, удобно обложенный мягкими подушками. Лори, больше не беспокоясь о его здоровье, занялась повседневными делами.

Как-то, посетив хозяйственный двор, она увидела там Лилу, которая, согнувшись, под лучами палящего солнца, пропалывала грядки вместе с другими дворовыми рабынями. Девочка выглядела неважно: измученная, исхудавшая, подурневшая. Подозвав сенешаля, Лори спросила:

– Как наша новенькая?

– Старается… Но слишком слаба и нежна для такой работы.

– Разве ты не мог устроить её в доме?

– То, что она умеет делать, в доме не требуется, а на огороде всегда не хватает рабочих рук.

– Переведи её в дом.

– На какую работу? Она умеет только петь и плясать.

– Ну и ладно… Я давно не слышала хороших песен. Пусть споёт мне.

В тот же вечер Лила вновь стояла перед госпожой. На этот раз она не плакала и не дрожала, по-видимому, работа на свежем воздухе таки пошла ей на пользу. В руках девочка держала китану – небольшой струнный инструмент с приятным звучанием.

– Какую песню вы хотите послушать, госпожа? – спросила она.

– Любую, на твой выбор. Я просто хочу послушать, как ты поёшь. Если мне понравится, я назначу тебя певицей, если нет – пойдёшь на кухню мыть горшки.

Эта угроза мало испугала девочку. Взяв в руки привычный инструмент, она почувствовала уверенность. Длинные нежные пальчики тронули струны, и, когда зазвучала мелодия, она запела чистым высоким приятным голосом.

Пение Лилы понравилось Лори, и она благосклонно улыбнулась.

– Будешь петь мне и господину Винанту. Ты знаешь много песен?

– Несколько десятков.

– А сочинять умеешь?

– Я не пробовала…

– Так попробуй. Теперь у тебя будет много свободного времени, не трать его даром. Я возвращаю тебя в гарем и дарю некоторые привилегии. Ты можешь ходить по дому, у тебя будет личная служанка, красивое платье и украшения. Есть ты будешь с моего стола. За это ты будешь радовать меня хорошими новыми песнями или красивыми танцами.

– Слушаюсь, госпожа! – не скрывая радости, склонилась в низком поклоне рабыня.

Теперь Лила больше не дрожала и не лила напрасных слёз. Привыкнув к новому положению, поняв, что госпожа не какой-то монстр, как она думала раньше, а относится к ней благосклонно, полюбив её голос и песни, Лила стала хорошенькой весёлой девушкой, целый день щебетавшей с многочисленными подружками, которыми успела обзавестись за короткое время пребывания в доме. Многие молодые рабы и стражники начали заигрывать с девушкой. Даже Родан, вначале не обращавший на девочку никакого внимания, всё чаще останавливал на ней задумчивый взгляд. Прежде не большой ценитель музыки и пения, звал девушку к себе и с притворным вниманием слушал незамысловатые песенки, особенно часто в те мгновения, когда рядом не было Лори.

Ассветка, замечавшая всё, что делается в доме, заметила и явный интерес любовника к юной певичке, но пока ничего ему не говорила. Она не собиралась ревновать капитана к рабыне, считая это ниже своего достоинства, тем более, пока Родан не перешёл от созерцания к действиям. К тому же она не пылала к капитану любовью. Их связывали всего лишь тёплые дружеские отношения, дополненные страстной интимной связью. Ей нравились темперамент и страсть партнёра, раскованность и готовность воплотить в реальность любую причуду, нравилось заниматься «постельной акробатикой» в любой час дня и ночи и в любом месте, где возникало желание. Лори понимала, что Родан большой сильный самец, и сколько бы они ни предавались любви, ему всегда мало, он был жаден и ненасытен. До сих пор, насколько знала Лори, он не изменял ей ни с одной служанкой в доме, но это могло случиться в любой момент. Да и Лори уже начала уставать от его ненасытности. Наступило пресыщение. Так что Лори не возражала бы, если Родан завёл себе ещё одну любовницу, а её на время оставил в покое.