Демитрикая 4: Падение во тьму

– А мы разве не должны ожидать, как все остальные? – спросила у меня моя подзащитная.

– Нет. Афи, это очередь для торговцев и тех, кто с большим багажом, – ответил я ей и пояснил уже более расширенно. – Мы пешие, нас проверить – дело нескольких минут, а их долго. Поэтому не обязаны ждать.

– Понятно, много их.

– Видимо, те, кто хотел сделать остановку в Свят-Кови, резко поменяли свои планы, – сделал логический вывод я, отталкиваясь от её реплики.

– А почему? – вновь задала Афи вопрос, поскольку не знала, что поспособствовало нашему побегу.

Хотя я и сам-то толком не знал этого. Рейне вкратце тогда объяснила, что Престор наводит суету на улицах, как она это умеет. Скорее всего, дама в парандже это умеет весьма хорошо, судя по тому, какой погром с лёгкостью устроила в замке сморчка Беливера. Интересно, она его прищучила? Прикусила, мозговитый, и совсем неинтересно. Если старик всё же дуба врезал, то, надеюсь, в адских муках.

– Потому что там сейчас небезопасно из-за… – начал я отвечать девочке, но не смог толком перефразировать и переиначить информацию для неё. – Из-за нас.

– А, – тихо протянула моя спутница. – Мы плохие всё же?

– Нет, Афи, мы не плохие, – сразу же опроверг я эти помыслы. – Но те, кто помогли нам бежать, да.

– Но ты же говорил, что Рейне хорошая наверняка?

– Да, она хорошая, но вот остальные – нет. Ответив, я всё же решил переменить тему, чтобы не расшатывать ситуацию сильнее. – Давай сейчас не будем об этом, хорошо? Ты помнишь, что нужно говорить и делать?

– Да там и запоминать нечего, – с обиженными нотками произнесла подзащитная. – Ничего не говорить, ничего не делать без спросу. Никакой инициативы и обращаться к тебе «Хозяин», потому что я твоя прислуга, – пересказала Афелия основные тезисы своей роли.

«Хозяин» – это уже на фетиш личный смахивает. Извилистый мой друг, если ты пытаешься вновь вывести меня из равновесия, чтобы поругаться и вновь меня оскорбить, то спешу тебя расстроить. Увы, нет, не выйдет. Может, и фетиш, а может, и нет. Уже зная твои дальнейшие действия, сработаю на упреждение. Я не ищу и даже подсознательно не думаю о Афелии как о замене Теаромоне. Хм… удар на упреждение сработал… Я однозначно забыл, что хотел. Умолкаю.

– Всё правильно, – улыбнулся я девочке, идущей рядом со мной.

Обходя праздных гуляк и ожидающих в очереди, мы наконец дошли до врат города. Один из стражников отделился от группы, что осматривала вычурный дилижанс, и направился к нам навстречу.

– Причина посещения города – вампир? – грубо спросил он, уже подходя.

– И вам добрый день, – недовольно пробурчал я в ответ. – Причина тривиальна – отоспаться пару дней, пополнить запасы, ну, может, помощника-охранника нанять, – спокойно ответил я всё же на заданный вопрос.

– Ясно, к коменданту иди, – не меняя тона, указал мне блюститель порядка на деревянную дверь в пристройке у врат.

Я, не отвечая же под пристальным взглядом стража, просто направился туда, куда послали. Видимо, сейчас все на взводе, и лучше не спорить. Да… вот это я как-то не особо учёл, что стража города будет в повышенной готовности и бдительности, а не пинать метафорические фаллические предметы.

– Добрый день, – поприветствовал я коменданта, входя в дверь.

– Ещё один, да сколько же вас там, – раздражённо проговорил сидящий вразвалку на стуле дородный дядька.

– А что, много приходило? – поинтересовался я, придерживая дверь для Афелии.

– Больше, чем хотелось бы, – буркнул он и, выпрямившись на стуле, устало потёр лицо. – Ты извини, если что, сам видишь, какой тут бедлам творится. Цель визита?

Усадив Афи на лавочку у стены, я уселся на стуле напротив коменданта. Стол его был завален различными бумагами в хаотичном порядке, в некоторых из них были остатки еды, что уже тронула плесень. Количеству бутылок я даже уже не удивился. Да, деньки у местной стражи сейчас явно жаркие. Чрезмерный наплыв людей, наверняка ещё и беженцев со Свят-Кови вроде нас, а проверять теперь надо всех и каждого, поскольку начальство явно по шапке надавало. Раньше я без проблем проходил, ну, раз так десять в этой конуре был за двадцать семь лет и то потому, что у стражи на воротах бумажки нужной не было для меня.

– Отдохнуть, закупиться, думаю, телохранителя ещё нанять на всякий случай, – монотонно повторил я ранее сказанное вновь.

– Откуда прибыли?

– Из Свят-Кови.

– Ох, ясненько, – он смерил меня взглядом и продолжил записывать в свою книгу-реестр входящих дальше. – Что там произошло?

Непринуждённый вопрос между делом, но я на такое не попадусь. Тем более мне и врать-то не надо. Фигасе, я умничать стал! Всё потому, что этот извилистый извращенец в моей дурной голове молчит. Что, серьёзно? И никакого комментария? Или оскорбления? Мозговитый, ты чего обиделся? Эээ… ну ладненько, не время.

– Точно не знаю, вроде как кто-то напал, может, демонопоклонники, – ответил я коменданту. – Мы покинули город с самого утра, ещё до начала всего этого безобразия, но буквально спустя час, наверное, может, меньше, столкнулись с не очень-то лицеприятными ребятами. Кое-как отбились.

Страж в очередной раз осмотрел меня красивого, так как раны мои ещё всецело были при мне, после глянул на скучающую Афелию.

– Вижу. Документы?

Я молча вытащил из внутреннего кармана кожух с документами и протянул человеку. Приняв их, он углубился в изучение «подлинной» официальной бумаги из Империи Ночи.

Надо было одежду не менять, в кровище и рванине убедительнее выглядели бы. А так на вид, как бандюга, что с бельевой верёвки шмотки дорогие стырил. О, вернулся, я уж переживать начал. Чего раньше-то молчал? Медитировал и познавал себя. А, ну ясненько, дело полезное.

– Траволта, значит… Из Фьеров… Хм… Из Макта, что ли? – размышлял он вслух, изучая бумагу.

– Угу, – кивнул я в подтверждение.

– Куда направляешься?

– В Хенд-Херрен, точнее в храм света, – спокойно ответил я ему, готовясь к ожидаемой реакции, но страж оказался более сдержанным, нежели мне показалось.

– Зачем это? – шумно вдохнул человек с лёгкими нотками возмущения, а может и удивления в голосе.

– Надеюсь, жрецы света смогут излечить её, – кивнул я на Афелию. – Девочка почти слепая.

Услышав, что речь идёт о ней, Афи повернулась к нам своим ничего не видящим взглядом, чтобы блюститель закона убедился в недуге.

– Дело благое, но… – он задумался, видимо, стараясь подобрать слова без оскорблений. – Зачем такой, как ты, хочет излечить её?

– Вы бывали в Макте? – спросил я его вместо ответа.

– Свет упаси, нет.

– Да, извиняюсь за глупый вопрос, чуть улыбнулся я, получив нужную реакцию. – Макт – грязный город из-за своей промышленности, но это лишь вершина айсберга. Всё самое тяжёлое и вредное производство находится внутри горы, в скальных породах. Где нет практически света и свежего воздуха, – начал я наводить жуть на собеседника абстрактным рассказом. – Мой отец отрядил мне управление самым ужасным цехом в этом предприятии. Считайте, что нашли отхожую яму на помойке, в которой ещё и блохастый пёс сдох, – продолжал излагать я свою ложь и вновь кивнул на Афи, чтобы сместить спектр внимания. – По ней не скажешь, но девочка была очень умной, математический гений, а из-за вредных паров на тяжёлом производстве… – я тяжело вздохнул и с небольшой заминкой сменил тему, чтобы человек, сидящий напротив, уже сам додумал для себя приемлемую картину. – Чувствую вот свою вину. Хочу исцелить её, если не полностью, то хоть как. Сопроводить до Эратии, куплю ей там небольшой домик или цветочную лавку какую-нибудь.

– Хозяин, это совсем не обязательно, – подала голос Афелия в заданный момент. – Моё место подле вас, рядом с вами, чтобы ни случилось, и до самого конца.

Немного лишнего добавила. Да и это неприятно мутит воду прошлого. Абстрагируйся.

– Нет, Афи! Мы уже это обсуждали! – произнёс я в повышенном тоне, возможно даже с раздражением, и повернулся к девочке. – Отец наверняка в наказание отправил меня в самое пекло, зная, ты не протянешь там и нескольких лет. Мы не можем быть больше вместе.

– Но… Но я не знаю, как мне жить без тебя, Джон, – великолепно отыграла Афелия и протянула руку ко мне.

– Я знаю, солнце, мне тоже тяжело. Я поцеловал её пальчики. – Не прошло и дня, чтобы я не винил себя за то, что с тобой произошло. Если случится ещё что-то, то моё бессмертие станет проклятием.

– Ты же всегда можешь… – осторожно начала девочка, но я тут же её прервал, разозлившись сильнее.

– Нет! Это мы тоже уже обсуждали. Мои чувства к тебе слишком глубоки, чтобы обрекать на подобие этого существования.

– Джон… Хозяин… – её глаза наполнились слезами.

– Афи, давай не сейчас, – я повернулся к коменданту, прикрыв лицо руками, я сделал несколько глубоких вздохов, как бы успокаиваясь. – Извините, очень больная тема для нас.

– Ясно, значит, добряк… – задумчиво произнёс собеседник.

– Да я понимаю, что у вас моя раса вызывает естественное, скажем так, отторжение. В этом нет ничего предосудительного, – начал я разглагольствовать перед стражем дальше. – Тем более после событий в Свят-Кови вы тут явно все на взводе.

– Что ж, Джон, мне в принципе всё равно, но есть вопрос к тебе, – произнёс он, прекратив раздражающе барабанить пальцами по столешнице. – Не слишком ли ты светлый для истинорождённого вампира?

Попали! Что-что, а про смуглую кожу не укушенных вампиров мы как-то не подумали. Спокойно, извилистый мой друг, ты слишком часто паникуешь в последнее время что-то.

– Ну, знаете ли, если вас в подземелье практически безвылазно сорок лет продержать, потом практически обескровить, то вы и сами будете выглядеть словно мукой осыпанный, – недовольно произнёс я. – Тем более мой отец обращённый, и мы у него все не слишком-то смуглые вышли!

Я скрестил руки на груди и всем своим видом постарался изобразить, что оскорблён.

Отличный план! Почему я о нём ничего не знал? Потому что я импровизирую, как обычно. Недурно, надо признать, выходит.

— Не хотел вас оскорбить, – поспешил извиниться комендант, полностью купившись на мой фарс. – Вы же понимаете всю ситуацию, вот неосознанно и задел вас.

– Да-да, понимаю, бдительность превыше всего, – смягчился я сразу же. – Вы тоже простите за несдержанность. Довольно частая насмешка в мой адрес.

– Хозяин, вы потеряли, – послышался голос совсем не по сценарию.

Так я ей сигнала вроде не подавал, и она должна была молчать. Эта сценка для жаркого момента, но тут удалось всё урегулировать без лишних телодвижений. Эх, Афи-Афи, ну что за самодеятельность. Ну что ты взъелся, заволновалась девочка. Ну да, мозговитый, что уж там… Будем отыгрывать как положено.

– Что? – обернулся я, чтобы увидеть, как слепая девочка протягивает мне два золотых.

– Это не моё, – ответил я ей, демонстративно проверив свою мошну с деньгами. – Видимо, ваше.

Я принял монеты из руки Афелии и положил их на открытый журнал учёта перед комендантом. Тот непонимающе посмотрел на монеты, потом, сощурив взгляд, на меня.

– Ты что, это, подкупить меня пытаешься? – спросил он, понизив голос.

– Да нет же! – выпалил сразу я ему в ответ. – Говорю же, не моё, – старался говорить я как можно более увереннее. – Может, кто из предыдущих ваших гостей потерял? Тем более зачем мне вас подкупать? Всё же в порядке, – утвердил я сразу же за него. – Мне чужого не надо, я относительно богатый.

Собеседник рассматривал меня бесконечную минуту своим суровым взглядом, пытаясь уличить хоть в чём-то, но я не предоставил ему такой возможности, натянув на себя самое глупое и простое выражение лица. Потом взгляд стража переместился на скучающую Афелию и снова на меня. Тут уже я решил подтолкнуть его к нужному решению.

– Ну, если вы считаете это взяткой, то хорошо, я заберу. Как говорится, «курочка по зёрнышку клюёт», – спокойно произнёс я и потянулся к золоту.

Блюститель порядка захлопнул журнал вместе с монетами, как и ожидалось. Успех. Отложив незапланированную взятку, он откинулся на стуле и принялся покачиваться на нём.

– На вас же демонопоклонники напали, когда вы Свят-Ковь покидали, да? – спросил он, наконец прекратив елозить по мне своим взглядом.

– Да, – кивнул я в ответ собеседнику.

– Тогда как так вышло, что на тебе места живого нет, а одежда у вас чистая и прямо с иголочки?

А почему футболка сухая и не пахнет? Ха-ха-ха, мозговитый. Ты либо молчи, либо не тупи.

– Ого! Теперь понятно, почему вы комендант, – решил я ненавязчиво сыпануть немного лести.

– Ну и? – переспросил он стальным голосом, когда щепотка лести не попала.

Он руку правую под стол опустил, так что аккуратнее. Мозг, и что с того? Опустил и опустил… Коленка зачесалась… Так, если ты сейчас хочешь свести всё к пошлой шутке в стиле «Акабура»2[1], то лучше молчи, извращенец недоделанный. Сам ты испорченный до нелезя! У него там клинок на коленях наверняка, а ты сразу про пошлости. Может, тревожная кнопка-шнурок-руна какая или ещё чего. Аккуратней слова выбирай, сейчас сболтнёшь что-нибудь, что ему не понравится, и он тебя в капусту порубит. Ладно, дельное замечание записано вместе с претензией.

– Я хоть и выгляжу как груша для битья, но всё же аристократ, – заговорил я, стараясь придать голосу нотки надменности и вычурности. – Лицо я своё быстро поправить не могу, а вот купить новые вещи у ожидающих в очереди караванщиков мне по карману. В землях Доминиона моё высокородное положение, конечно же, ничто, но это не значит, что я могу позволить себе выглядеть как оборвыш. За очередную порцию дурных слухов мне отец голову оторвёт.

Комендант лишь многозначительно усмехнулся в ответ и, прекратив качаться на стуле, принялся заполнять пропускной бланк.

– Где остановитесь? – спросил он, выводя буквы в пустых графах.

– Не знаю, пока ещё не думал, – ответил я человеку. – Походим, осмотримся.

– Ладно, иди отсюда уже, но будешь буйствовать, то уже я лично тебе башку откручу, – произнёс он, закончив писать, и протянул мне бумажку с печатью. – Хранишь бумагу у себя и не теряешь. Может, проверят, может, и нет.

– Постараюсь не обременять вас лишней работой, – кивнул я офицеру, принимая документ.

Огромных трудов стоило не вякнуть что-то из разряда: «Да знаю я, не впервой».

Встав со своего места, я взял Афелию под руку и вывел из душной обители коменданта.

– Коллега, приветствую, – протянул я руку вампиру, что ожидал своей очереди за дверью.

– Не уверен, я просто путник, – ответил он мне, пожав руку.

Мысленно же моя тушка лишь порадовалась, что мы незнакомы. Иначе вышел бы весьма знатный конфуз, так сказать. Мозг? Я за него. Даю тебе в мысленную директиву: в случае звездеца мерцать в спальню Евы. Один я или нет, не важно. Для нас это единственное безопасное пока что место. Принято.

– Как и мы, – кивнул я ему. – Но всё же мы все поданные Империи Ночи. Ещё свидимся в бессмертии.

– Безусловно, – вернул незнакомец мне кивок и поспешил пройти в каморку коменданта.

Мы же с Афелией, помахав бумажкой с печатями и разрешением находиться в городе перед носом стражи, прошли в город. Асир не бедствовал так, как Свят-Ковь, и его здания и улицы были в более приемлемом состоянии, но самая значительная отличительная черта человеческих городов от вампирских – нищие. Видимо, сейчас у стражи было полно других забот, и им было не с руки гонять этих джентльменов с площади трёх вокзалов. Я, конечно, всякое понимаю, но вид бомжей чуть ли не на каждом шагу портил всё впечатление о городе. Хорошо, что моя спутница их не видит особо…

– Афи, не колдуй! – вспылил я, заметив обратное. – Блин, ну ты чего как ребёнок? Сколько раз тебе уже можно это говорить?

– Извини, – вновь потупила она потухший взгляд. – Просто интересно было.

– Тут не на что особо смотреть, – известил я её.

– Очень шумно, вот и решила посмотреть, – оправдалась девочка, пока мы с ней вышагивали по улице. – Я справилась?

– Да ты умничка, – похвалил я Афелию. – Только в следующий раз не действуй без условленного сигнала, пожалуйста.

– Прости, мне показалось, что самое время.

– Первое, не переживай. Хорошо? Я не ругаюсь, просто наставление на будущее, – она сразу же просияла от этих слов. – Второе, прекрати извиняться за всё подряд, пожалуйста. Это как-то нездорово выглядит.

– Так я же больна.

–Да… Афи… Ну ты поняла, – затупил я, не найдя, что ей и ответить.

– Милорт, милорт, добрый день, уважаемый, – заговорил человек со стороны, нагоняя нас.

– Гуляй мимо, – грубо прервал я нищего, пока он не начал разливаться словами ещё больше.

– Может быть, крови хотите тогда, я могу…

– Дружище, мне от тебя ничего не надо. Отвянь, – чуть ли не прорычал я навязчивому бомжу.

Джентльмен, что решил с нами пообщаться, был весьма пахучим, настолько, что даже Афелия прикрыла нос рукой. Проигнорировать его, видимо, не удастся, такие бродяжки весьма приставучие. В то же время я на него ни накричать, ни оттолкнуть не могу, так как я вампир в человеческом городе. Чем подобные люди и пользовались весьма часто.

Вздохнув, я достал серебряник и бросил его нищему, этого должно хватить. Обычно такие субъекты предпочитали не рисковать головой из-за жадности.

– Вот, выпей за здоровье девочки и сгинь уже с глаз моих, – проворчал я и, взяв Афи за руку, быстрым шагом направился дальше.

Бродяжка, как и предполагалось, бросил мне в спину несколько фальшивых любезностей и избавил нас от своего тошнотворного присутствия.

– Сука, как же бесят такие уроды, – случайно пробубнил я мысли вслух. – Упс! Афи, теперь ты прости меня, ты ничего не слышала.

– От него так пахнет, неприятно, – поморщившись, проговорила моя спутница. – Рядом с городом же озеро есть, я чувствую, неужели так сложно помыться?

Я придержал её, чтобы пропустить нескольких конников на перекрёстке, после чего мы вновь продолжили двигаться вперёд в этой городской какофонии звуков.

– Ну люди разные бывают, не забивай себе голову, – посоветовал ей я, не найдя ответа. – В Асире много нищих, не стоит думать о каждом, у каждого своя история. Многие просто мерзкие и ленивые.

– Хорошо, – кивнула Афелия.

На некоторое время воцарилось молчание, и мы просто шли в сторону трактира Лобо. Я старался выгнать из головы навязчивые мысли о нищих и их судьбах, но спасу от них просто не было. Мозговитый, видимо, решил не обращать на них внимания, как властьимущие на бездомных.

Спустя десяток минут я всё же зацепился взглядом за немытое тело в обносках и, свернув, направился к нему. Надо что-то сделать, или эти мысли меня доконают.

– Вот, держите, снимите комнату в таверне, вымойтесь и накормите ребёнка. Постарайтесь найти работу, пока будете выглядеть более-менее прилично, – проговорил я женщине с грудничком на руках и протянул ей пять золотых.

Если она будет расходовать их с умом, то может и месяц на них прожить, на что я и надеялся. Сделка с совестью? Что? Делаешь добрые дела, чтоб перекрыть то зло, что сотворил? Наверное, не знаю. Слушай, ты так долго молчал, мне понравилось, давай опять. Посмотрим.

– Благодарю вас, господин! – выговорила нищенка, ещё не веря в то, что произошло. – Может, я вам…

– Всего хорошего, – прервал я её и, взяв за руку Афелию, направился прочь.

Может, мозг и прав. Возможно, я сейчас действительно пытаюсь вбросить на чашу весов немного добра, чтобы перевесить своё зло. Только тогда добро нужно не вбрасывать, а самосвалами подвозить, чтобы хотя бы уровнять весы. Погружённый в эти мысли я и дошёл до забегаловки старого товарища, поскольку Афи, как ни странно, не отвлекала меня расспросами. Наверняка заметив, что я заплутал у себя в голове, магическим зрением рассматривала всё.

– Привет, Сахарочек, – произнесла Вилга, когда мы вошли в общую залу трактира.

– Привет, красавица, – улыбнулся я ей и постарался успокоить расшевелившийся в неприличных мыслях мозг. – Не составишь ли мне компанию на эту ночь?

– Ммм… Безусловно, – жеманно произнесла она и изучила взглядом Афелию. – Новая пассия?

– Долго объяснять, – отмахнулся я от этой темы. – Где Лобо? – спросил я, заметив, что его нет за стойкой.

– Он болен, сейчас всем заведует… – девушка не договорила, поскольку её прервал один из посетителей.

– Белокурая, ну ты чего застыла? Я уже заждался своей жратвы!

– Не помрёшь, милый, – откликнулась Вилга в ответ и вновь повернулась ко мне. – У меня сейчас лишние обязанности, но ты вечером заходи.

Развернувшись, проститутка грациозно покачивая бёдрами, держа поднос в одной руке над собой, направилась к нетерпеливому посетителю. Спустя десяток секунд я понял, что уже неприлично пялюсь на её зад, поспешил отвернуться, направившись к стойке.

С каких пор проститутка официанткой стала? Серый, больше уважения – это раз, а два – понятия не имею. Может, вернулась к старой профессии, завязав с непотребствами.

Я же вместе с Афелией подошёл к стойке. Под ней ко мне спиной оказался парень, что тщетно пытался вместить все бутылки в небольшой нижний шкаф.

– Дружище, привет. Слушай, а кто тут за главного-то пока? Я слышал, Лобо приболел, – окликнул его я.

– Пока отец болеет, я заведую этим местом, – ответил тот и развернулся, выпрямившись.

– Малыш… Ген… Геннадий… – радостно воскликнул я, и сразу же весь восторг потух, когда я понял, что забыл имя сына хозяина заведения.

– Генри, – напомнил он мне не очень-то довольным голосом. – Чего тебе надо?

– Ну извини, дружище, запамятовал, сколько не виделись, лет пять? – попробовал я всё же вновь наладить дружелюбную обстановку.

– В прошлом году виделись, когда я в перерыве от учёбы приезжал, – вновь напомнил мне собеседник.

– Точно… Вот у меня память дырявая. Извини, – сдался я и решил сменить тему. – Слушай, тут мои друзья не заходили? Такой здоровенный орк, не слишком здорового вида и гоблин мелкий.

– Да, заходили, – коротко ответил мне сын трактирщика.

– Ладно, и где они? – спросил я у него, окинув общую залу взглядом вновь, чтобы убедиться, что их тут нет.

– Я поселил их в семейном большом номере. Здоровяк выглядел совсем уж плохо, видимо, отдыхает, а гоблин в бане плещется, – всё тем же недружелюбным тоном ответил мне он.

Слух, у него на тебя явно зуб какой-то. Да, мне тоже так показалось, Лобо был, конечно, ворчливым и периодически даже жёстким, но его сынуля перебарщивает.

– Хорошо, спасибо за помощь, – кивнул ему я.

– Я сделал это лишь по наказу отца, и то ему об этом Вилга сказала. Для гостя у тебя тут слишком много привилегий, бард.

– Слушай, в чём твоя проблема? – решил я спросить у парня напрямую.

– Ни в чём, ты мне не нравишься, – спокойно ответил Генри, ставя перед Афи стакан с холодным компотом.

– Вилга-Солнышко, отведи её, пожалуйста, в семейный номер, там, где мои друзья зеленокожие, у нас тут не очень цензурный разговор намечается, – попросил я девушку, когда она проходила мимо нас.

– Конечно, Сахарочек, – лучезарно улыбнулась та.

– Вилга, это не входит в обязанности официантки? – в чуть повышенном тоне произнёс сын Лобо.

– Зато входит в обязанности друга, – произнесла девушка и сурово посмотрела на него. – Пирожочек, даже не начинай. Я не твоя собственность.

Хм… Тут явно что-то между ними происходит… Генри был по уши в Вилгу влюблён, а она слюни пускала на тебя и проституткой стала из-за тебя. Точно… Не, ни фига! Не из-за меня… Наверное… Надеюсь… Вот блин.

– Афи, не бойся, Вилга прекрасная и замечательная. Она тебя к Шпартко проводит, а мне с дядей Генри тут поболтать надо.

– Хорошо, – кивнула Афелия, и я порадовался тому, что она не стала спорить.

Взяв свой стакан, девочка под руку с Вилгой стали подниматься на второй этаж, о чём-то перешёптываясь.

– Так, Ген. Мне плевать, что ты там думаешь о моей персоне и всё-такое, но пока я здесь, придётся тебе проглотить все свои претензии. Я с твоим отцом дружил ещё задолго до твоего рождения, и не тебе ломать наши сложившиеся устои, – сурово произнёс я ему. – Пиво моё где?

– Вот мой отец так же сказал, – с усмешкой произнёс парень, наливая мне пенного напитка. – Я же и говорю, я исполняю твои прихоти только из уважения к своему старику.

– Вот и отлично, – я сделал глоток охлаждённого божественного напитка. – Я хотел бы его увидеть.

– Это ни к чему, – скривился Генри.

– А я и не прошу.

Мы с человеком долго смотрели в гляделки, и в конечном итоге он сдался. Раздражённо фыркнув, сын трактирщика жестом сказал следовать за ним.

Не сказать, что мы с Лобо были прям друзья не разлей вода, но в его трактире я всегда мог чувствовать себя в безопасности. Я всегда мог рассчитывать на то, что здесь накормят, дадут кров и мне, и Теаромоне. Я был завсегдатаем этого заведения черезчур часто. Были разногласия или претензии друг к другу, но это быстро забывалось. Думаю, раз его сын бросил своё обучение в столице и прибыл сюда, чтобы управляться с таверной, то болезнь тяжёлая.