Жорж Милославский. Второгодник

Глава 2 Каков мой статус?

После уроков сразу домой. По правилам попаданчества за школой меня должны были дожидаться грозные друзья обиженного мной подростка, чтоб помочь мне продемонстрировать стиль атакующего утюга. Но мне не надо было за школу, я просто пошел домой. Да уж, сравнение с Мухосранском будущего не в пользу оного. Кусты пострижены, газоны огорожены, дома оштукатурены, аллейки ухожены, дворы наполнены детворой. А машин практически нет. По улицам изредка проезжают, около домов не стоят. Вспомнил, владельцам личных авто сейчас выделяют места под строительство гаражей, все машины в гаражах. А гаражи в 15 минутах ходьбы от дома. Захотели поехать – пошел в гараж, завел машину, подъехал к дому, загрузил семью и кати куда надо. В прошлой школе и в новой в моем классе машин ни у кого не было. Около второго подъезда стоит «Дон»! Этот предмет гордости всего двора машина – самоделка отца моего товарища. Более всего она похожа на помесь катафалка с Джипом и грузовиком ГАЗ-51. Большая черная ревет и ездит. Что еще надо от машины? Ни разу меня на ней не покатали, обидно до сих пор.

У такого взрослого пацана как я после школы много серьезных дел. Первое – поесть. Второе – сходить в магазин за хлебом и молоком. Картошка своя, мяса-масла-колбасы в магазинах не бывает. Так что остается только легкодоступный хлеб и разливное молоко, за которым надо отстоять часовую очередь. Кто-то скажет, что клевещу на советский строй, он такова жизнь в нашем городке – кроме селедки и макарон без очереди можно купить только плавленый сырок и кильку в томате. Третья важная обязанность – уроки. Я закидал в рот макароны с яйцом, побежал в магазин, постоял в очереди в молочном полчаса, пока обед был, а потом час после открытия. Результат в бидоне, три литра молока неустановленной жирности по 24 копейки. В магазине молоко не разбавляют, его привозят в бидонах и тут же выставляют к прилавку, откуда черпают ковшом и разливают в банки или бидончики. Пока по три литра в руки, в следующем году будут продавать по два на человека.

Блин, как это трудно мальчику, сесть и начать делать уроки. Труднее только продолжить их делать. Стол ведь перед окном, а за окном ездят машины. Опять же слева полка с книжками, справа ящик с игрушками. Практически невозможно делать уроки. Было. А теперь… полчаса на все письменные задания. Мог бы быстрее, но надо следить за почерком. С одной стороны привычка к быстрому письму, с другой – неумелая слабая кисть. Рукописный текст пытается съежиться в нечто нечитаемое даже для меня. Пишем медленно и аккуратно. Устные уроки читаются как рассказы из детской книжки. Собственно говоря, таковыми они и являются.

Здравствуй, свободное время. Гулять не идем, игрушки не достаем, не интересно и не хочется. А хочется понять, зачем, как, что дальше? Впрочем, вопрос «как» пропускаем как неактуальный. Зачем? Вопрос вне моей компетенции, глупо было бы думать, что Кто-то организует перенос сознания, реинкарнацию или разветвлении временного потока ради меня и моих устремлений. А раз причина не во мне, а в Ком-то, то пусть Оно себе и голову ломает, или какое другое место. Перед нами всплывает последний вопрос – что делать? Как говорится, у русских два основных вопроса: «кто виноват?» и «что делать?» Стоит ответить на первый вопрос, сразу находится ответ на второй – бить морду тому, кто виноват. Но не в нашем случае. Мирозданию морду бить не мой уровень. Я сейчас даже восьмикласснику не набью. Если серьезно – куда двигаться?

Понятно, надо как-то себя прокачивать. Опять же, вот это вот «понятно», кому и что понятно? Спорт или физкультура? Если спорт, то какой и для чего? Добиться выдающихся результатов без выдающегося тренера, который будет меня дрессировать как братья Запашные, нельзя. У нас тут нет таких тренеров ни в одном виде спорта. А спорт ради невыдающихся результатов просто трата времени. Стоп, ведь есть тренер под боком. Я сам же и тренер. Но только нет пока такого спорта – историческое фехтование. И даже когда появится, не выйдет на какой-то серьезный уровень. Спорт отметаем, оставляем укрепление тела для здоровья и авторитета.

Наука, искусство, бизнес, политика. К моменту моего выхода во взрослую жизнь, наука ляжет вместе со страной. 1985-й окончание школы, 5 лет института и 2 года армии – выходим как раз на 1992-й год. Без срочки нельзя, в армию служить сейчас идут все. Среди моих знакомых не взяли эпилептика, язвенника и одноглазого. Ишемия и астма с близоглазостью и аутизмом строем вышли из института чтоб маршировать на плацу. Так что не успеваю, никуда вписаться не успеваю, так «вовремя» я родился. Что делать после школы? Всё-таки институт? С какой целью? Снова идти той тяжелой дорожкой и по словам моего папы «мотать сопли на кулак», а далее с замерзшими на кулаке соплями и в постоянном голоде строить ту же карьеру? Создавать бизнес на пустом месте без стартового капитала? В партийные ряды уже не пробиться. И времени нет, и они уже никого кроме своих не пускают в клан. А все стартовые капиталы там прячутся. Кредит на стройку в последний год СССР, который уже можно будет не отдавать – тема. Кредит в товар или доллары, потом стартовать ваучерных и залоговых аукционах. Попасть на глаза бандитам, остаться без всего, зато с ожогом ануса – не вариант. Написать книжку-развлекуху? Сейчас никто не издаст, надо быть реалистом. После развала СССР будет столько книжного мусора, что не взлетит. Из писателей 90-х никто шибко не разбогател. И вообще, чтоб много писать, надо быть графоманом, а я не графоман.

Искусство? Музыка и балет слегка не моё. Живопись под вопросом, она может приносить какие-никакие денежки, надо только руку поставить. Новаторство и стиль организую. Союз художников идет лесом, продавать картины можно будет сначала на рынке, а в эпоху кооперативов и далее на любой выставке за долю малую. Если она малой останется. А смогу? Вот хрен знает, товарищ майор.

А что я сейчас могу – прикладное искусство в виде реплик средневековых доспехов и оружия. Сначала викинги и раннее средневековье, потом Восток и далее готика за хорошие деньги. Викинги и Азия дают нам русский доспех, как его понимает народ. Тема реальная, только мастерской нет. А есть она в школе. И у нас в расписании уроки труда. А трудовик совсем молодой-зеленый. Если мы директора школы поманим школьным историческим музеем, в котором экспонаты будут произведены учениками под присмотром трудовика и трудовички. Трудовичка, она еще и завуч по внеклассной работе, активная шебутная тетя, даже мужа в школу таскает помогать. В соседней школе музей Великой Отечественной Войны, а у нас будет по древней истории. Ему плюшки, мне мастерская. Привлечь девочек к пошиву одежды и поддоспешников, мальчиков припрячь вырезать пластины для наборных доспехов. А потом можно будет подписать физрука организовать кружок исторического фехтования. Он только после института, к тому же выпускник нашей школы, патриот родного образовательного учреждения. Давай честно – пока вырисовывается не бизнес-план, а развлекуха лично для меня. Да, перспективный план не нарисовался.

Одно совершенно ясно – спасать СССР я не буду. Вот просто не буду и точка. Не потому, что нет ресурсов и понимания технологии (а их нет), не потому, что уже поздно (а уже поздно). Просто не уверен, что смертельно больной пациент хочет еще помучиться. Насмотрелся. Послушал украинцев, которые тихо не любили русских и Россию, литовцев, мечтающих освободиться от власти оккупантов, таджиков, мечтающих пустить русским кровь… Где и когда я это слышал? В той самой Советской Армии, где дружная семья народов СССР как один, плечом к плечу… И все представители всех республик были свято уверены – Россия их объедает, без нее они бы зажили так зажили! В Прибалтийских республиках бОльшуя часть населения составляли русские. Они дружно проголосовали за выход из состава СССР, они тоже хотели отколоться от России и плыть в Европу. Они приплыли. Стали НЕГРами, то есть негражданами. Ну и зачем такая семья?

Мир не осознал, что только что он прошел точку невозврата – шестиклассник из Мухосранска принял решение не спасать одну из двух сверхдержав планеты. Шучу я, шучу. Уточним задачи: воспитать родителей в духе практичности, приручить директора школы, трудовика и физрука, собрать и вырастить группу подручных на всякие дела во имя меня любимого. Я себя знаю, если не будет задач, станет скучно, не будет стимула расти над собой. Как же сложно у меня, почему так?! Вот у других читал: тут тебе и отсюда подарок, и оттуда приварок, и сверху наложили, и снизу помазали… Только одна книжка про попаданцев была не такая. Название еще такое никакое «Лёха», там обычный студент-неумеха попал в 1941-й в окружение да к партизанам. Без танка, без ноутбука, даже немецкий не знал. И он всю первую половину книги то поносом мучался, то убегал от всех, то его били. А вторую половину книги уже не мучался поносом, но его опять били и гоняли. И вернулся он в свое время без артефактов и ништяков с одним новым умением – убивать. Вот я такой же пропаданец, только не из книжки, и с эпохой повезло. Может дело не в невезучести, а в том, что я реально попал? Щипаю себя периодически – больно.

Как приручить или воспитать кого-то? Есть два надежных инструмента в этом деле, кнут и пряник. Всё остальное от лукавого. Начинать лучше с пряника, а до кнута дело обязательно дойдет, когда питомец попытается уяснить или расширить рамки дозволенного для него. Полез в холодильник искать пряники для родителей. Нету пряников, не запасли. Ну и ладно, приготовлю что-нибудь им на ужин. Это что-нибудь должно быть легко приготовляемо, легко съедаемо, легко объясняемо, а еще обязательное условие – чтоб дома имелись нужные ингредиенты. Что есть? Лук репчатый, морковь немытая, картошка сырая, яйца куриные, рыба мороженая непонятная, хлеб черный, молоко белое жидкое, мука специи, соль. Из того, что могу приготовить – рыба жареная в муке на постном масле с разжаркой из лука и моркови, на гарнир картофель отварной. Обычно я к приходу родителей не делал ничего, но иногда варил картошку. Но это был тот зеленый я, не имеющий плана на ближайшие 10 лет. Легализация способностей – мамино «Домоводство». Толстенная книжка, подаренная ей на свадьбу с папой, содержащая инструкции навсе случаи в жизни советской семьи. Реально – от момента как сшить платье, бюстгалтер, рабочий комбинезон до момента как выкормить ребенка и мужа. Попутно советы как замешать раствор и положить кирпич в стену, заточить косу и заплести её же. Читал я Кама Сутру, так наше Домоводство примерно такая же книга, только без инструкций по управлению крепостными и слугами. Вот оттуда я и скачал рецепт блюда, адаптировав к своему небольшому опыту и наличию продуктов. Нормальная версия. Только надо убрать из речи фразы типа «скачал из книжки», «просканировал объект», «волатильность рынка». Как жить, когда нет посудомойки, теплая вода добывается путем запуска газовой колонки, а пальцы сначала обжигает спичка, а потом пламя конфорки. Танец маленьких лебедей, исполненный при этом, прервался об стол. Хрущевка, она такая хрущевка во всем. Сидя посередине кухни человек может дотянуться до любого предмета на кухне, содержимого шкафчика, холодильника или подоконника. Из-под подоконника ощутимо дует – хрущевский холодильник в виде ниши и дыры в стене под окном. Ферри, бумажные полотенца, поролоновые мочалки, вы где? Блюдо, отнимавшее у меня обычно сорок минут на приготовление, в этот раз скушало все два часа. А еще время на приведение кухни в божеский вид, словно тут не прошелся торнадо и цунами в моем исполнении. А еще телефонный звонок в разгар готовки. Стою в гостиной весь в муке, в одной руке трубка, в другой рыба, третьей штаны спадающие подтягиваю, а четвертой лоб чешу. И все ради того, чтоб узнать, что Вадик заболел. Эсэмэску скинуть не мог? Ах да, не мог, торможу. Вадик Чайкин мой приятель с нашей улицы сын майора милиции.

Вечер удался. А как мог не удаться вечер, если любимый и единственный сын сделал уроки, приготовил настоящий сытный ужин, не принес из школы ни одной двойки или замечания. А по английскому вообще пятерку получил! В прошлой школе мой дневник пестрел замечаниями, как-то мы с той школой не подходили друг к другу. То меня побьют, то я что-то разгрохаю, то носился как угорелый, то книги на уроке читаю. А в новой школе как отрезало. В прошлую школу родителей вызывали чуть не ежемесячно, в новую за всё время учебы в прошлой жизни ни разу. Только один раз классная руководительница приходила к нам домой знакомиться к моей маме. Знакомиться! Учительница домой к маме ученика! Такой коллектив подобрался. Опять отвлекся, никак не приучу мозг работать четко. Беда мне с ним, но без него еще хуже, думаю так.

Некоторые подозрения в адекватности сына всё-таки были высказаны за ужином. Не укладывалось мое поведение в норму. Пришлось объяснять, мол в новой школе решил начать новую жизнь, особенно после просмотра фильма «Алеша Птицын вырабатывает характер». Речь на тему «Гайдар в 14 лет полком командовал» по советской реальности вполне прокатила. Даже слегка неудобно стало, насколько легко манипулировать наивными хроноаборигенами. Хотя, мои родители не такие уж и наивные, хлебнули в жизни побольше многих. Я бы точно не выжил в их шкуре. Оба в войну остались полусиротами, оба голодали. У отца мать померла от биологического оружия в японскую оккупацию в Китае, у матери отец погиб под Сталинградом. Ну и потом оба уехали из дома в Новосибирск поступать в институт. Батя ухитрился прямо с Камчатки со срочной службы поступить, а мама после вечерней школы убежала из дома из Челябинска. Оба поступили, поженились, закончили – стали инженерами. Оказалось уже позже, что в нашей стране инженеру жить ну очень трудно. Ни заработать, ни стащить. А уж если ты честный человек, одна тебе судьба – на вторую работу. Для моих второй работой стал огород, на котором они горбатились «во вторую смену» с ранней весны до поздней осени. Еще и меня заставляли. С тех пор вот вообще никакого удовольствия от ковыряния в земле. Единственный приемлемый овощ на даче для меня – трава.

Раз уж зашел разговор про взросление, не удержался и начал ковать железо дальше. Дорогие родители, а сколько вообще стоит взрослая жизнь? Куда идут заработанные вами деньги? Нет, я не в плане потратить, я в плане сэкономить. Может стоит из трат лично на меня что-то убрать?

– И что из трат на тебя лишнее?

– Ну вот смотрите, выписываете вы мне журналы «Юный натуралист», «Юный техник», Пионерскую правду опять же. Пятерка набегает. В год, но пятерка же! Книжки художественные еще по рублю в месяц.

– Ты просто еще мал, а мы понимаем, тебе надо развиваться. Стараемся как можем, подсовываем тебе то, что может пригодиться в жизни.

– Вы в курсе, я всю подшивку журнала «Знание- сила» с 72-го года по настоящее время уже проштудировал не по разу. Юный техник уже не мой уровень. Натуралист вообще отстой! И вообще все журналы первые 5 листов сплошная «Слава КПСС» под копирку (стоп, сбавь обороты!). Я дорос до «Техники молодежи», но выписывать её не надо. Книги тоже больше не покупайте – я записан в районную библиотеку и могу все интересные журналы и книги читать там.

– Хм, принимается. Раз ты такой взрослый, соглашусь с тобой, – это папа.

– А книги – это не просто так, книги это богатство и вложение на будущее, – мама.

– Вот тут не соглашусь! Извини, накипело: сколько ты денег потратила на собрания сочинений Пришвина, Паустовского, Горького, Федина и прочих? Смотрится красиво и модно по нашему времени. Но бесполезно. Ты их читаешь или папа?

– Мы с папой как лошади в мыле пашем, только зимой удается почитать перед сном. Летом поспать лишний час нет времени! Пенять нам за такое? Ты вырастешь, спасибо нам скажешь.

– Точно не за это. Мне не нравится, как пишет этот твой Паустовский или Пришвин, читать его не собираюсь. Вложение денег, говоришь? А ты попробуй продать пару собраний сочинений по номиналу, тогда и поймешь, как закопала свои деньги и силы не-пойми-куда.

– Ты как с матерью разговариваешь? – папа.

– Нет уж, раз начали, давайте дальше. Или боитесь?

– А давай. Давай, сынок, смешаем с говнецом родителей, они ж глупые и отсталые. А ты у нас вон какой умный стал! – завелась.

– Не буду я продолжать, у нас тут вместо экономической дискуссии скандал назревает.

Не переборщил я? С другой стороны, родители давно привыкли к моему словарному запасу. Чтение запоем всего, что под руку попадется, практически законченный книгоголик я у них. Научно-популярная литература, художественная взрослая чаще, чем детская, и так с восьми лет. Но с харизмой как быть, харизму-то не спрячешь! Привык я напирать в споре на любого оппонента, не взирая на статус. Взялся спорить, так спорь.

Новый день не принес новых проблем. Лично мне не принес, а страна продолжила бороться за мир во всем мире. В котловане перед школой утром обнаружилось лобовое стекло от легковушки, видимо не на мамонта коммунальщики охотились, а на личный транспорт. После обеда перед котлованом поперек дороги установили массивную трубу, но только с одной стороны. Интересно, что в нашем городке нет ни одной улицы с односторонним движением. Да у нас и светофоров-то нет, прогресс не спешит в такие зеленя. По вечерам народ гуляет по середине проезжей части, специфика населенного пункта или наследие старины? Да у нас в районе только 6 лет как перестали зимой традиционные кулачные бои устраивать. Я сам не видел, а старшие рассказывали. Начинали мальцы, потом молодые парни сходились, а после взрослые дядьки подключались, всё чин по чину. Ладно, обгоню события: на следующее утро в котловане вместо лобового стекла лежал мотоцикл с коляской. И только после этого яму оградили с обеих сторон. Видимо, из виновников никто не пострадал за такое головотяпство.

Пара уроков труда. Присмотрелся к трудовику: волнуется парень, боится авторитет уронить перед ребятами, весь такой серьезный, вот-вот лопнет. Пахнет в мастерской моими любимыми ароматами дерева, разогретого железа, масла. Оснащение порадовало наличием сверлильных, токарных и фрезерных станков по металлу, токарных по дереву, муфельных печек для закалки. А вот задание не порадовало.Надо было вырубать из жести и обтачивать шайбы с ушками под бирку. Причем не по одной для получения навыков, а с нормой выработки. Вагонное депо заказало школе партию шайб по 3 копейки за штуку. За два урока ученик выточит максимум десяток шайб, зато задолбается, вспотеет и заработает пару мозолей и порез. А школа – 30 копеек с носа. А депо получит партию кривых шайб, из которых половину забракует. Всё равно в прибытке все, особенно школьники – у них будет осознание собственной причастности к трудовому процессу. Нас же хлебом не корми, дай сопричастность ощутить! А кто не верит, пусть смотрит телепередачу «Отзовитесь, горнисты!» Сколько лет прошло (или еще не прошло?) а до сих пор помню название. И точно помню – ни разу не посмотрел её, так меня воодушевило название.

Из той же жести толщиной в один-полтора мм можно вырезать пластины для классического византийского ламеллярного доспеха, юшмана или бахтерца. Это всё восточные пластинчатые доспехи, они же русские. Выглядят солидно, в изготовлении просты. Главное, ученики шестого-седьмого классов способны делать детальки!

Ну ладно, фартук сложил, руки помыл – валим с урока! Не валим – сумка приросла к табурету, оторвать нет сил. Понял, старая шутка «положи пятачок». Пятаками называют толстенные металлические пластины весом до двадцати кг, используемые вместо наковаленок. Сейчас одна у меня в сумке. Вообще-то опасная шутка, если б я покрупнее был и сильно разогнался, мог бы стянуть сумку с поверхности как раз себе на ноги. Все ржут, наблюдая мои потуги. Хрен вам, не стал пытаться оторвать сумку от табурета или ремень от сумки, вытаскиваю пятак и кладу на стол. Громко и с улыбкой: «Спасибо ребята, конечно, но не уговаривайте. Сегодня я её из школы не потащу, вдруг среди вас дятел затесался. Настучит учителю, что я школу растаскиваю, выгонят меня, как из прошлой»

– Так тебя из прошлой школы исключили? А за что?

– Да ни за что! Подумаешь, из учительской шкафы вынес и во дворе местным бобикам будок наделал. А оказалось, унес вместе с классными журналами. Начали отметки за четверть ставить, а нет журналов, тю-тю!

– Да гонишь!

– Спроси кого хошь! Милицию вызвали, они с собаками по следу к нам во двор, а там все жучки в полированных будках на журналах лежат. Эти сунулись, а тут те как залают-зарычат! А те своим фас! А эти тоже как бросились! Милиционеры кричат «вызывайте по рации подкрепление», а рация одна и батарейки сели!

– И что?

– А тут бабка из третьего подъезда вышла, а за ней кошак ейный. А тут собаки все как уставились на него, сразу драться перестали, он назад, а дверь уже закрылась, он по двору, а все собаки за ним по улице… Теперь новых собак милиция закупает в питомнике, старые разбежались.

Вижу по лицам ребят – высший пилотаж, так врать из них никто не умеет, зачет мне! Авторитет скакнул вверх. Только Сускин недоволен, вечный троечник и лоботряс зачатками мелкого пакостника. Рупь за сто, он пятак подложил, а тут такой облом. Мечтал стать героем, но не угадал ни одной буквы. «Суська, ты не надорвался, когда пятак тащил?» Попадание! Не то, что я хотел за его счет приподняться, просто не люблю подлянки без ответа оставлять. Слюнявый и губастый, но рослый Сускин не выдержал и бросился на мены с кулаками. Реакции у этого тела нет, моторика слабая, но опыт не пропить. Да и ждал я чего-то похожего. Смещаюсь в сторону, пропускаю руку мимо себя и потянув за одежду просто помогаю мальчишке лететь дальше. Каюсь, подправил траекторию, заставил налететь на верстак. А верстак это вам не парта, его особо не сдвинешь, проще самому отлететь. Сбил дыхание, слегка оглушил, чему-то научил. Но точно знаю, этого придется еще не раз завалить, пока успокоится. Дрессировка любит методичность.

Дорога до дома занимает всё меньше времени, эффект новизны проходит, включается автопилот. Сонный городок практически не создает опасностей, очнулся от мыслей уже около дома. О чем мысли? Да всё о том же – можно ли пустить всё на самотек или надо грести куда-нибудь, лишь бы быстрее? «Не буду думать об этом сегодня, подумаю об этом завтра» – Скарлет О*Хара была не дурочка. Но зарядку делать ежедневно надо, отжимания, пресс, чуток растяжка, бег, упражнения с палкой. Только не те, не из гимнастики, будем нарабатывать моторику мечевого боя.

Уроки сделаны, на ужин готовится псевдоплов из риса и тушенки. Или кулеш всё-таки? Томатная паста, попавшая под руку убила намек на плов. Я вообще часто готовлю не по рецептам, а по ощущениям. Смотрю на имеющиеся продукты и придумываю их сочетание. Если получается вкусно, откладываю рецепт в копилку. Но это не значит, что в следующий раз я его не изменю. Мои дети каждый раз играли в угадайку, что попало в блюдо на этот раз.

– Ты понял, что был вчера не прав, сынок?

– Да, мама. Надо было довести диспут до логического завершения.

– То есть тебе есть, что добавить?

– Вы работаете на основной работе, минимум тратите на еду и одежду, всё сэкономленное откладываете. Пока вроде логично, вы хотите создать подушку безопасности.

– В смысле, какую подушку? (опа, им незнаком такой термин – подушки в машины еще не ставят!)

– Если случится падение, то на подготовленную вами подушку, которая смягчит удар. А подушка из накоплений.

– Ах, в этом смысле! В таких случаях говорят «подстелить соломки». И что тебе не нравится опять, сын? Где проблема? – папа подключился.

Вы покупаете предметы, которые стоят дорого, никакой пользы не приносят и на самом деле не могут быстро быть превращены в деньги. Хрусталь, ковры, опять эти собрания сочинений. Зачем они вам?

– Это очень дефицитные вещи, все их покупают, на рынке их за две цены продают.

– Ты пойдешь на рынок спекулировать? Ты коммунистка или папа коммунист пойдет наживаться на дефиците? Отдадите за полцены знакомым в лучшем случае и будете думать, что они вас спасли! Вы заставили квартиру хламом, собирающим пыль, а вашему ребенку поиграть негде. (добавлю чуток детских аргументов, чтоб про ликвидность не рассуждать)

– Уроки сделал? Иди играй.

Так себе аргумент у родителей, но пусть думают, авось додумаются. Я из них еще сделаю финансовых акул. Вот странно, мама экономист и бухгалтер по образованию и всегда работала по профилю. А когда подули ветра перемен, ничего не почуяла, не поняла и не смогла никак реализовать свою финансовую грамотность. Главбух и ревизор не смогла эффективно управлять семейной копилкой. Да оба моих родителя считали, чтоб в семье было больше денег, надо больше работать. Тупиковое направление, если подумать.

Глава 3 Страсти по музею

Директор школы дорабатывал последние годы. Пенсию уже заслужил, уважение коллег, начальства, соседей и знакомых тоже. Фронтовик, заслуженный учитель, Иван Дмитриевич добился практически всего, о чем мог мечтать. Мирное небо, крыша над головой, есть, что поставить на стол, любимая супруга. Школьники его не то чтобы любили, скорее глубоко уважали, но точно не боялись. Ни грозного взгляда, ни властного рыка. Но в кабинет к нему ребята точно сами не рвались и на прием не просились. А тут на тебе, мелочь шестиклассная просит разрешения войти. На внешность незнаком, скорее всего новичок. Точно, перешел из соседней школы, местный. Ну да, регулярно оттуда приходили детишки, не ужившиеся в том коллективе, слегка показушном и громогласном. Что шеф, что коллектив подобрался в новой школе передовой всеми местами. Как их директор сказал тогда «о наших педагогических успехах говорит переходящее знамя». Мальчик в школьной форме, ничего необычного, держится уверенно, поза расслабленная, но не расхлябан.