Дети горькой воды II
- -
- 100%
- +
– Можешь сесть, – услышал он голос Линуша. – Спасибо, – тихо прошептал он, когда Шенди вернулся на своё место.
– Приступим, – проговорил Рамеш.
Судьёй состязания был назначен некто Масуд, уважаемый всеми амма, которому на вид было лет семьдесят, если не больше.
– Ваше задание, – сказал он, обращаясь к Гатаме и Линушу, – написать о скоротечности нашей жизни.
– Отлично, – пробормотал Эскот. – Что ещё ожидать от старика?
Сам он предпочёл бы писать о природе или о любви, это выходило у него лучше всего. Но скоротечность жизни?
– У вас четверть часа, – объявил Масуд. – Время пошло.
Линушу очень хотелось уйти из зала, подальше от людей. Он всегда писал стихи и сочинял истории, либо оставшись один в комнате, либо в лесу в Тиере. Нет, иногда он писал при Шенди, но только при Шенди. А не при толпе чужих людей. Одно радовало: все молчали. Линуш взял ручку и уставился на чистый лист. Перед его глазами одна за другой всплывали строки стихов, которые он читал накануне. Линуш представил, что он сейчас сидит не в зале, полном народу, а в траве на берегу озера Тессо. Вокруг только деревья и цветы. И тихий плеск воды. Он начал писать.
– Ваше время истекло, – произнёс Масуд. – Покажите ваши стихи господину амиру, чтобы он знал авторство.
Гатама и Линуш по очереди отдали свои работы Рамешу. Пробежав их взглядом, амир улыбнулся и передал оба листа Масуду. Тот внимательно начал читать. У Линуша перехватило дыхание, а сердце стучало так, что вот-вот разорвётся.
– Я определил победителя, – проговорил Масуд. – Сейчас я зачитаю его стихи, а господин амир назовёт имя автора.
Линуш закрыл глаза.
– Утром проснулся мой сладкий цветок,
Распустился он днём и стал одинок.
Но едва пробудившись, осыпался он –
Уже к вечеру жизни окончился срок.
Тот цветок для тебя был рождён поутру,
Но не верь колыханью его на ветру,
Можешь рвать его смело, вдыхать аромат,
И тебя, как цветок, однажды сорвут.
– Автор – Линуш, – с гордостью объявил Рамеш.
– Что ж, – вздохнул Гатама, – я признаю своё поражение. Стихи прекрасны.
– Благодарю, – переведя дыхание, ответил Линуш.
– Эта женщина твоя, – и Гатама толкнул Молли вперёд. – Можешь забирать.
– Прошу всех остаться на обед! – проговорил Рамеш.
– Поздравляю с победой, – тихо сказала Малати, подойдя к Линушу.
– Спасибо, – улыбнулся он.
– Стихи были очень красивые. Я так счастлива за тебя.
– И ты не возражаешь, что у меня теперь появилась наложница?
– Как я могу? Я горжусь тобой.
– Иногда я в восторге от ваших законов, – усмехнулся Линуш.
– Только Гатама не любит проигрывать.
– Да никто не любит.
– Он однажды проиграл в шахматы. Аруну. Через три дня Аруна выбросило на берег. Он утонул. Но ты не переживай. Арун был простым человеком, а ты зять амира. Гатама не осмелится убить тебя, – и Малати широко улыбнулась.
– Твой отец говорил, что Гатама – мирный человек.
– Конечно, мирный. Он никогда ни с кем не сражается.
– Просто сразу убивает?
– Гатама не станет убивать тебя.
– Что-то меня это не сильно утешает.
– Мне приказать отвести твою наложницу в харам? – спросила Малати.
– Да, – кивнул Линуш.
«Мне понравились твои стихи», – прочитал он на бумаге, которую ему протянул Шенди, когда Малати ушла.
– Спасибо, – ответил Эскот. – Только теперь, кажется, этот Гатама хочет меня убить.
«Я слышал. Но если бы ты проиграл, тебя бы хотел убить я».
– Внушает оптимизм.
«Я не дам ему тебя убить».
– Но ты не каждую минуту рядом.
«Могу быть и каждую минуту».
– И это после того, как я поставил тебя на кон. Мне почти стыдно.
«Будешь мне должен».
За обедом к Линушу подошёл Даярам, который также присутствовал на состязании, и поздравил его с победой.
– И я бы хотел попросить тебя позволить твоему слуге снова встретиться со мной для спарринга, – добавил Даярам.
– Я не против, – ответил Линуш. – И я с радостью пойду с вами и понаблюдаю.
Даярам снова зашёл за ними на следующий день. Несмотря на то, что был уже полдень, Линуш только недавно проснулся. Предыдущую ночь он почти не спал, готовясь к состязанию, читая стихи и проведя рассвет с Малати. Поэтому теперь он отсыпался. Одновременно с Даярамом в покои Линуша вошёл слуга с корзинкой в руках.
– Для вас передали подарок, господин, – сказал он.
– От кого? – поинтересовался Линуш.
– Этого я не знаю.
– Ты проверял, что внутри? – спросил Даярам.
– Я не посмел.
– Открой, – потребовал Даярам.
Слуга подчинился. Поставив корзинку на пол, он поднял платок, укрывавший её. Шенди подошёл к нему и заглянул внутрь. На дне корзинки, свернувшись клубочком, лежала змея. Шенди взял Линуша за руку и подвёл к корзинке, показывая её содержимое.
– Она ядовитая? – спросил Эскот.
– Это кобра, – бросив взгляд в корзинку, ответил Даярам. – Очень ядовитая.
– Дарю её тебе, – сказал Линуш, обращаясь к слуге. – Забирай и можешь не благодарить.
Слуга округлившимися глазами смотрел на змею.
– Забирай, – повторил Линуш, – что ты медлишь?
– Но, – пробормотал слуга, – она же может…
– Ещё как может, – усмехнулся Даярам. – В следующий раз будешь знать, как подвергать жизнь твоего господина опасности.
Слуга хотел поднять корзинку, но в этот момент змея выглянула из неё и встала в стойку, раскрывая капюшон.
– Никогда ничего подобного не видел, – заворожённо проговорил Линуш.
– Это отличие всех кобр, – объяснил Даярам. – Они всегда предупреждают о нападении. Она почувствовала опасность. В любой момент она может совершить свой молниеносный выпад в сторону любого из нас. Такой выпад может закончиться смертельным укусом.
– Как же её смогли поймать? – спросил Линуш, делая шаг в сторону.
– У нас есть такие умельцы. Охотники на кобр. Дело в том, что яд этих змеи применяется в медицине. Охотники ловят кобр в природе. Хватают за хвост, потом палками прижимают её голову к земле, а затем хватают за шею.
– Ты же не один из них? – проговорил Линуш.
– Нет, – покачал головой Даярам.
– Я ведь знаю, от кого подарок.
– Я тоже догадываюсь.
– Хотелось бы его ему вернуть.
Шенди взял покрывало и резким движением накрыл корзинку вместе со змеёй.
– Верни подарок тому, кто его передал, – сказал Линуш слуге.
– Но… – тот снова замялся.
– Это приказ.
Охая, слуга всё-таки поднял корзинку, плотно завернул её в покрывало и направился к выходу.
– Он не остановится, – проговорил Даярам.
– И что же мне делать? – спросил Линуш.
– Быть начеку.
– А Рамеш как на это реагирует?
– Он посчитает тебя слабым, если ты будешь бояться и жаловаться.
Когда Линуш и Шенди возвращались от Даярама, тот вызвался их проводить. Дорога проходила мимо небольшого рынка, и прямо на пути стоял торговец вина.
– Это лучшее вино на Фесе! – зазывал он покупателей. – Если вы попробуете моё вино, то никогда уже его не забудете! Его вкус может сравниться разве что с устами молодой любовницы, ласкающими вас всю ночь!
– Я хочу попробовать, – сказал Линуш. Шенди кивнул.
– Попробуйте, господин! – оживился торговец. – Не пожалеете!
– Ты знаешь, кто перед тобой? – заговорил с ним Даярам. – Это зять амира.
– О! – воскликнул амма. – Для зятя амира только лучшее из лучших!
С этими словами торговец нырнул под прилавок и достал оттуда закупоренную бутылку. Мастерски открыв её, он налил вино в стакан и протянул Линушу.
– Попробуйте, господин.
Линуш взял стакан и хотел было сделать глоток, но Шенди остановил его. Забрал стакан и бросил взгляд на Даярама.
– Сам сначала попробуй, – проговорил тот, обращаясь к торговцу.
– Что вы? – удивился тот. – Не верите мне?
– Пей, – сказал Даярам. Шенди протянул стакан. Торговец взял его и будто немного замешкался.
– Пей, – повторил за Даярамом Линуш.
Торговец резко кинул стакан в сторону и бросился бежать. Шенди рванул за ним. Быстро догнав его, он схватил его, заломил руку за спину и потащил обратно к прилавку.
– Пей, – протягивая ему бутылку, сказал Даярам.
– Не буду, – замотал головой торговец. Шенди прижал его к прилавку, взял из рук Даярама бутылку и вылил торговцу в глотку. Захлёбываясь, он всё-таки сделал глоток. Шенди отпустил его. Торговец схватился за горло, закашлялся, дёргаясь, упал на землю и замер.
– Готов, – проговорил Даярам.
– Это тоже от Гатамы? – вывел Линуш.
– Очевидно.
– Какая весёлая у меня жизнь.
– Это могло бы длиться до бесконечности или до твоей смерти, – сказал Даярам.
– Могло бы? То есть это можно прекратить? – спросил Линуш.
– Можно. Если ты сделаешь ответный ход. А ты его сделал. И не один. Гатама поймёт, что ты сильный противник и успокоится.
– Странное поведение.
– Возможно. Но он начнёт уважать тебя.
– Но он попытается ещё раз?
– Думаю, да, – кивнул Даярам.
Вернувшись во дворец, Линуш узнал, что Малати хотела видеть его. Он направился в харам, где дочь амира ждала его.
– Ты хотела меня видеть? – спросил Линуш.
– Да, – кивнула Малати. – Прости, что сама позвала тебя. Я не должна была…
– Не оправдывайся. Всё нормально. Так что случилось?
– Это правда, что вы с Молли были знакомы на твоей родине?
– Правда.
– И ты там любил её?
– Нет, не любил. Она говорит, что любил?
– Не говорит, но так ведёт себя…
– Она наложница. Не давай ей вести себя, как жена. Ты моя жена. Главная и единственная. Ты хозяйка харама. Ясно?
– Ясно, – смущённо улыбнулась Малати.
– Вот и отлично, – ответил Линуш, поцеловал её и направился к выходу, где столкнулся с Молли.
– Линуш! – радостно воскликнула та.
– Господин, – проговорил Эскот.
– Что? – не поняла Молли.
– Ты должна называть меня господин.
– Но…
– Никаких но. Из-за тебя, кстати, Гатама уже дважды пытался меня убить. Поэтому господин. И не забывай, что ты наложница, а Малати – твоя госпожа.
С этими словами Линуш покинул харам. Шенди ждал его у дверей.
– Ты пошёл за мной?
Амарго пожал плечами.
– Ах да… – улыбнулся Линуш. – Каждую минуту.
«Ты её разозлил», – написал Шенди, когда они вернулись в комнату.
– Молли? Ты слышал наш разговор?
Шенди кивнул.
– Но она мне ничего не сделает. Я её единственный шанс на возвращение домой.
«Тебе – нет».
– Ты думаешь, она может как-то навредить Малати? Она не осмелится.
Глаза Шенди словно говорили: «Кто знает».
К удивлению Линуша, Гатама больше никак себя не проявлял. Возможно, слова Даярама оказались правдой и, встретив сопротивление, Гатама отказался от задуманного. Линуш, который уже начал было привыкать к жизни во дворце, понял, что скучает. По Айланорте, по «Элизиуму», по отцу… Шенди тоже сильно скучал, хотя и старался не показывать этого, но Линуш знал, что здесь, на острове, его друг чувствовал себя не в своей тарелке. Ему не хватало Тиеры. Линуш видел, что амир начал привыкать к нему, что во дворце на него не смотрели больше как на нечто диковинное, и решил заговорить с Рамешем о своём возвращении в Айланорте.
– Да, я понимаю твоё стремление снова побывать на родной земле и увидеться с родными, – ответил амир.
– Дело ведь не только в этом, – сказал Линуш. – Моё деловое предложение по-прежнему в силе. Я уверен, что господин Дэвис также ждёт моего возвращения вместе с его племянницей. И он готов предложить вам много золота за ваш табак.
– Я согласен, – кивнул Рамеш. – Я дам тебе и твоей наложнице разрешение покинуть остров на одном из моих кораблей. Твой слуга останется здесь до твоего возвращения.
– Шенди не поедет со мной?
– Нет.
– Вы до сих пор мне не доверяете. Вы не думаете, что я вернусь.
– Я верю, что из Айланорте вернётся корабль с золотом. Но не верю, что на нём будешь ты. А я не хочу, чтобы моя дочь страдала.
– То есть вы не думаете, что я вернусь ради Малати, но уверены, что вернусь ради своего слуги?
– Да, – улыбнулся Рамеш. – Мне давно кажется, что он тебе не совсем слуга. Так что ты можешь собираться в путь. Я прикажу отправить с тобой партию табака. И ещё. Мне крайне важно, чтобы с тобой ничего не случилось. А без Шенди это вполне вероятно. Поэтому я отправлю с тобой Даярама.
– Как скажете, – ответил Линуш.
Выйдя из покоев Рамеша, он столкнулся с Малати.
– Что ты здесь делаешь? – удивился Линуш.
– Я знаю, зачем ты ходил к отцу, – ответила она. – Я догадалась. Ты хочешь уехать.
– Мне нужно. Ты же знаешь, что мой приезд на остров был в первую очередь деловым визитом. Мне необходимо закончить то дело, ради которого я приехал сюда. Но я вернусь.
– Ты вернёшься, – кивнула Малати. – Мы будем ждать тебя.
– Молли я увезу. Её надо вернуть дяде.
– Я не про Молли. Я про нашего ребёнка.
– Что?
– Мы будем ждать тебя. Я и наш малыш. Я беременна, Линуш. Ты счастлив?
– Конечно, – ответил опешивший Эскот. – Очень счастлив. Очень. Мне надо идти…
Линуш поцеловал Малати и быстро зашагал к своей комнате. Шенди ждал его у входа. Увидев Линуша, он бросил на него вопросительный взгляд.
– Всё очень сложно, – проговорил Линуш, заходя в комнату и опускаясь на кровать. – Рамеш отправляет меня одного. Вернее, с Молли и Даярамом. Но без тебя. Он не думает, что я вернусь ради Малати. Хотя… знаешь… может теперь он передумает. Я только что видел Малати. Она сказала мне, что ждёт ребёнка.
Шенди глубоко вздохнул и взял в руки бумагу.
«Ты идиот?» – написал он.
– Почему это? – не понял Линуш.
«Зачем ты допустил это? Или ты не в курсе, что этого можно было избежать? Тебя учить надо, что ли?»
Шенди явно злился.
– Не надо меня учить, – ответил Линуш. – Всё я прекрасно знаю. Но так получилось.
«И что ты теперь будешь делать?»
– Может, забрать Малати с собой? Хотя беременную на корабль… Я вернусь и тогда решим.
«Думаю, для Рамеша это ничего не изменит. Хотя он будет счастлив».
– Он отправляет меня на одном из своих кораблей. Со своим капитаном. Всё будет хорошо, и я вернусь.
Шенди кивнул.
III
Рамеш не позволил Шенди покинуть дворец, когда Линуш отправлялся в порт. Но Малати вызвалась проводить его. В порту Линуша и Молли ожидал большой корабль «Молния», Даярам уже стоял у трапа.
– Поднимайся, – сказал Линуш Молли. – Я скоро.
– Я подожду тебя, – ответила Дэвис и остановилась рядом с Даярамом.
Линуш подошёл к Малати. Её глаза были полны слёз.
– Мы будем очень скучать по тебе, – проговорила она.
– Я постараюсь вернуться как можно скорее, – сказал Линуш, обнимая её. – Береги себя.
– И ты береги себя. Пусть небеса хранят тебя.
– Всё будет хорошо. Обещаю.
– А я ведь никогда раньше не видела кораблей… – вдруг задумчиво сказала Малати.
– Красивые, правда? – улыбнулся Линуш.
– Очень. А мне можно подняться на борт, чтобы проводить тебя?
– Думаю, да, если ты так хочешь.
– Тогда идём?
Линуш взял её за руку, и они начали подниматься по трапу. Даярам и Молли последовали за ними. Слуги остались ждать хозяйку на берегу.
– Знаешь, я бы так хотела отправиться с тобой, – проговорила Малати, поднявшись на борт.
– Морское путешествие не самый лучший отдых для беременной женщины, – ответил Линуш. – Поверь, я знаю, что говорю.
– Но это хороший корабль. Мой отец знает капитана.
– Ты не должна так рисковать.
– Хорошо, муж мой, – грустно кивнула Малати. – Тогда я буду ждать твоего возвращения.
– Прощайтесь скорее, – сказал подошедший матрос. – Мы скоро отправляемся.
– Обещаю, что вернусь, – проговорил Линуш и поцеловал Малати. – Иди.
Малати развернулась к трапу, и Эскот хотел помочь ей спуститься, но Молли опередила его со словами:
– Я помогу, госпожа.
Линуш едва успел что-то сообразить, когда увидел, что Малати, оступившись, падает в воду у самого берега. Он бросился к ней вместе с Даярамом. Они вытащили Малати на берег, и к ней тут же подбежали испуганные слуги.
– Мне больно, – открыв глаза, проговорила Малати, схватившись за живот.
– Я должен остаться, – сказал Линуш. – Я не могу её бросить.
– Если ты сейчас останешься, второй шанс уехать появится не скоро, – ответил Даярам. – Очень не скоро.
– Но ей нужна помощь…
– Ей здесь помогут. С ней слуги. Её отнесут во дворец. Там есть медик. Ты ей точно не поможешь. Решай, Линуш.
– Я вернусь, – прошептал Эскот, целуя Малати. – Держись. Я обещаю, что вернусь.
Он передал плачущую жену слугам и побежал вверх по трапу вместе с Даярамом. Молли наблюдала за происходившим, стоя на борту.
– Отомстила? – глядя прямо ей в глаза, проговорил Линуш.
– О чём ты? – ответила Молли. – Я сожалею о случившемся с твоей женой.
– Это видно.
– Мы можем отправляться, – сказал Даярам матросу.
– Сделай так, чтобы я не видел тебя в течение всего плавания, пожалуйста, – проговорил Линуш, обращаясь к Молли.
– Я тоже не очень хочу тебя видеть, мой бывший господин, – ответила Дэвис.
– Вот и замечательно. Даярам, представь меня капитану.
– Идём, – кивнул амма, и они направились к мостику. Капитан «Молнии» разительно отличался от Хэнсона, который был капитаном «Спящего льва». Абхей, так его звали, опрятно выглядел и носил на голове чалму, как и амир.
– Как я понимаю, вы не первый раз в море, – обратился он к Линушу.
– Нет, но моё прошлое путешествие было не совсем удачным.
– Вы живы. Значит, всё закончилось удачно, – улыбнулся капитан.
– Это так, но я пережил два шторма и кораблекрушение.
– Вы очень удачливый человек, господин. Но хочу вас заверить, у меня крепкий корабль. Он выдерживал не один шторм. К тому же, возможно, небеса будет милостивы к нам, а море – дружелюбным, и мы не попадём в шторм.
– Буду надеяться.
– На моём судне не так много кают, – сказал капитан. – Вы не будете возражать, если вам придётся жить вместе с господином Даярамом?
– Нисколько, – ответил Линуш. – Лишь бы не с Молли.
– Это совершенно не моё дело, но разве она не ваша наложница?
– Не хочу об этом говорить. Простите. Это действительно не ваше дело.
– Как скажете, господин.
Каюта, в которой разместились Линуш и Даярам, была намного лучше кубрика на «Спящем льве». Здесь была двухъярусная кровать, напомнившая Линушу о детстве, столик, два стула и сундук для вещей. Линуш никогда не спал на втором этаже кровати – это место занимал Шенди, но в этот раз Эскот решил, что должен уступить место внизу Даяраму, который был старше него. Даяраму на вид было около сорока, он никогда не сутулился и всегда держался очень уверенно. Крепкий и достаточно высокий для амма, Даярам прихватил с собой ятаган и пистолет.
– С Малати ведь всё будет хорошо, правда? – спросил Линуш, сев на один из стульев.
– Конечно, будет, – кивнул Даярам. – Но не уверен, что с её ребёнком тоже.
– Это так странно, – вздохнул Эскот. – Я даже не успел ничего понять. Не успел осознать, что могу стать отцом. Я вообще не думал о подобном. Я совершенно к такому не готов.
– Может, поэтому небеса и решили дать тебе подождать ещё.
– Возможно… Ты ведь знаешь намного больше, чем говоришь.
– О чём ты? – улыбнулся Даярам.
– Ты вообще редко говоришь.
– Я говорю достаточно. Когда это необходимо. Когда в этом есть смысл. Твой друг вообще не говорит, но его взгляды намного красноречивее многих.
– Мой друг? – переспросил Линуш.
– Шенди. Он ведь твой друг.
– Даже больше. Он мне как брат. Он и есть мой брат. Моя кормилица – его мать. Наши отцы – лучшие друзья.
– Я думаю, что за то время, пока нас не будет, Шенди сможет найти способ, как вам бежать после твоего возвращения. Сейчас за Шенди не будут следить так, как раньше.
– Я ничего не говорил о том, что хочу бежать, – возразил Линуш.
– Не бойся меня, – ответил Даярам. – Понимаю, что доверять мне у тебя нет особых оснований, но я на вашей стороне.
– Почему?
– Думаю, что в чистоту моих помыслов ты не поверишь. В то, что вы мне просто понравились.
– Не поверю.
– Тогда я скажу правду. Я хочу оказаться на твоём месте. Я хочу стать зятем амира. И не потому что я хочу богатства. Я имею достаточно. Просто я люблю его дочь. И я бы постарался утешить её после того, как ты бросишь её. Поверь, тебе не стоит бояться меня после всего услышанного. Никогда бы я не пожелал твоей смерти. Малати может захотеть хранить верность погибшему мужу, и никто не сможет возразить ей. Зная её, я могу сказать, что это как раз тот самый случай. Поэтому мне важно, чтобы с тобой всё было в порядке. Ты должен вернуться и бросить её. Я знаю, что ты не сделаешь её счастливой, потому что не любишь.
Линуш вышел на палубу, когда уже совсем стемнело. Подойдя к бортику, он смотрел в пугающую темноту моря, отражающего огни корабля и свет далёких звёзд. Остров Фес давно скрылся из виду, и Линуш очень надеялся на то, что Малати не сильно пострадала. Он не знал, было ли ему жаль, если она потеряла ребёнка, потому что так и не успел понять, что произошло. Линуш сам ещё совсем недавно был ребёнком и порой с трудом давал себе отчёт в том, что он уже взрослый. Ни поездка в Аймару, ни работа на Дэвиса, ни путешествие на Фес не смогли убедить Линуша в том, что он взрослый человек, такой, как отец или как Росс. Всё порой напоминало игру. Серьёзную, опасную, но игру.
– Я не знала, что ты здесь, – услышал он голос Молли. – Уже ухожу.
– Подожди, – Линуш обернулся. Молли по-прежнему была одета, как женщины-амма, только без платка. – Нам все-таки надо поговорить.
– О чём?
– О том, что тебе не следует рассказывать своему дяде всю правду.
– Какую именно правду ты имеешь в виду?
– О кораблекрушении. Что мы позволили тебе утонуть. Что мы виновны в том, что ты стала наложницей. Да и вообще, зачем твоему дяде знать подробности нашей жизни на острове?
– Нет, он должен знать! – возразила Молли. – Вы хотели меня убить!
– Если ты не забыла, это я тебя выиграл у Гатамы. Поставив на кон Шенди, который имеет полное право ненавидеть тебя за то, что ты позволила с ним сделать.
– Я не виновата в том, что с ним случилось.
– Да что ты!
– Да. Я была там. Но я не могла их остановить.
– Мне плевать. Но ты не расскажешь дяде. Ясно?
– И кто мне помешает? – усмехнулась Молли.
– Я, – ответил Линуш. – Я просто сдам тебя Маслоу.
– Что?
– Я сдам тебя Маслоу. Я пойду к нему и скажу, что ты крот.
– Я не…
– Сама уже запуталась? Молли, да, я работаю на твоего дядю, да, я ненавижу сыск за то, что сначала меня туда не приняли, а потом так поступили с Шенди. И я продолжу работать на твоего дядю, потому что, во-первых, мне надо где-то работать, а Дэвис неплохо платит, а во-вторых, мне нравится работать на человека, за которым охотится сыск. Я прекрасно знаю, что ты крот. Я же не идиот. Это замечательно – иметь своего человека в сыске, я понимаю. Но меня никто не остановит, если я захочу тебя сдать. А я тебя сдам с потрохами, если ты скажешь хоть слово против меня и Шенди своему дяде. Ясно? Предупреждаю: убить меня – не выход. Убьёшь меня – загубишь сделку с Рамешем. Я ему нужен. Я муж его горячо любимой дочери, которая без ума от меня. Это понятно? Более того, Даярам со мной неслучайно. Он охраняет меня. И будет охранять до моего возвращения на Фес. Ты всё поняла?
– Да, – тихо ответила Молли.
Линуш ушёл в каюту, забрался на второй ярус кровати и закрыл глаза. Ему хотелось уснуть, а проснуться уже дома, в Айланорте.
– Знаю, что ты не спишь, – проговорил Линуш.
– Меня волновала твоя встреча с твоей наложницей, – ответил Даярам.
– Она мне не наложница.
– По законам острова Фес, наложница.
– По законам Айланорте, она мне никто.
– Совсем никто?
– У меня есть веские причины ненавидеть её. Хотя когда-то она мне нравилась. Скажи, а ты бывал в Айланорте?
– Один раз. Но не в городе.
– Что привело тебя к нам?
– У меня был один знакомый из ваших. Он когда-то прибыл на Фес, где так вышло, что я помог ему. После этого он предложил отправиться с ним в Айланорте. Мы даже подружились. Но произошло нечто, что положило конец нашей только начавшейся дружбе, и я вернулся. Не так давно я узнал, что он погиб.
– Тебе жаль? – спросил Линуш.
– Да, – ответил Даярам. – Увы.
– Что вас рассорило?
– Понимаешь, Чейни, так его звали, всегда был нечист на руку. Когда мы познакомились, я буквально спас его от расправы. Он потом доказывал мне, что его подставили, и я даже ему верил. Вернее, я понимал, что Чейни врёт, но мне нравился его оптимизм, и я немного завидовал его лёгкости, его хитрости. Это то, чего мне всегда не хватало. Я больше думаю, чем говорю, и даже чем делаю. А Чейни и говорил, и делал. Успевая при этом что-то придумать. Когда мы прибыли в Айланорте, оказалось, что груз, который был на корабле, предназначался для одного преступника. Я вообще понятия не имел, что мы везли. Выяснилось, змеиный яд. И вовсе не для аптекаря. Когда я узнал, то вышел из себя, а Чейни пытался доказать мне, что он тут не причём, что он всего лишь привёз тот товар, который был необходим покупателю, а уж для каких целей тот будет его использовать, нас не касалось. Чейни убеждал меня, что добавив вырученные деньги к каким-то своим накоплениям, он сможет наконец-то приобрести свой собственный корабль, о чём он давно мечтал. Я не слушал, я был слишком зол. Даже не столько на то, что он торговал ядом, сколько на то, что он скрыл это от меня. Потом оказалось, что нашего покупателя давно выслеживали сыщики, и нас с Чейни чуть не арестовали. Мы чудом бежали. Я решил вернуться на Фес. Потом я слышал, что он всё-таки купил корабль. Вот такая история.