Отряд Алой лилии

III

Весь следующий день Юичи провёл в Алой лилии, читая, тренируясь и общаясь с Норико. За ужином юный лекарь вдруг проговорил:

– Нам всем нужны кодовые имена.

– Что это? – не понял Норико.

– Это второе имя, которое дают на службе. В Тайной канцелярии Нэжвилля такие есть и в службе безопасности губернатора Айланорте тоже. Знаешь, у Сэтору такое уже, считай, есть. Мибу.

– Тогда и у вас с братом тоже.

– Да?

– Белый демон, например. Ну, или жрец и лекарь.

– Согласен. Остались вы с Тедди.

– Вы всё время его так называете, несмотря на его сопротивление. Вам нравится его злить?

– А как ещё сократить Тадеши?

– Деши.

– Это странно… Тедди лучше. Но это всё равно не похоже на кодовое имя.

– Ты лучше его знаешь.

– Это мне и мешает. Мне кажется, у тебя лучше получится.

– Правда? – искренне удивился Норико.

– Да. А я попробую тебе придумать.

– Тануки?

– Что тануки? Енот?

– Это не енот, – серьёзно сказал Норико. – Это енотовидная собака, это во-первых. А во-вторых, это добрый оборотень.

– Да, который любит выпить, – заулыбался Юичи.

– Тадеши любит выпить?

– Ну, с хорошей закуской он никогда не откажется от саке.

– Тогда пусть будет Тануки?

– Пусть. А ты тогда Саламандра.

– Ой, ничего себе… Но знаешь, – Норико задумался, – мне нравится.

– Тебе подходит. У тебя есть огонь внутри.

– У вас с братом тоже.

– Осталось дождаться наших друзей и обрадовать их. Думаю, если всё прошло хорошо, они должны вернуться уже завтра до полудня.

Когда Юичи собрался ложиться спать, дверь в его с братом комнату вдруг открылась, и на пороге оказался сам Хизока. Юный лекарь подскочил от неожиданности и едва не упал, запнувшись о футон.

– Поведай-ка мне для начала, где все, – проговорил правитель.

– Сэтору сопровождает моего брата в храм под горой.

– Да, он говорил мне, что должен помочь Шиори пройти испытание жреца, но почему-то забыл упомянуть, что им для этого придётся пройти через лес самоубийц. Что ж, с этими ясно. А где Тадеши?

– Он тоже.

– Что тоже?

– Ну, он испугался за Шио и тоже побежал к ним.

– Отлично. Я для чего вас завёл? Чтобы вы все где-то шлялись?

– Ваше величество, я здесь. И Норико тоже. Он, конечно, пока не может никуда выходить, но думать он может. Что-то случилось?

– Скандал в юкаку. Меня это, конечно, не должно касаться. Но оно касается!

– Дайте угадаю. Юного норта обвиняют в каком-то преступлении?

– Значит, для тебя это не неожиданность?

– Нет. Хозяйка юкаку предлагала мне работать на неё, я отказался, она обиделась. Я её ещё бабушкой назвал. Так что я совершил-то?

– Украл её золотые серьги, доставшиеся ей ещё от её прабабушки. Яшими заявила об этом местному судье, он отправил своего помощника в аптеку и тот нашёл там серьги. Кента сказал, что у Шиори отгул, и он не выдал, куда именно он ушёл. Но как только один из вас появится в аптеке, то сразу будет арестован. Я узнал об этом из сводки происшествий за день.

– Ваше величество, мне кажется, лучше всего будет дождаться возвращения Сэтору и всех остальных. А я утром не пойду в аптеку. В конце концов, Кента знает, что я прохожу испытание Дейки.

– Ладно, – вздохнул Хизока. – Я понимаю, что ты не крал серьги. Надеюсь, вы найдёте, как это доказать.

– Обязательно, ваше величество.

– Закрыть бы этот юкаку и оставить только чайные дома.

– В чайных домах не работают женщины.

– Да всё я понимаю, – махнул рукой Хизока. – Если я его закрою, уже на следующий день он откроется подпольно. Лучше пусть будет официально, но под присмотром.

Когда правитель ушёл, Юичи рассказал о случившемся Норико.

– Зачем же эта женщина так поступила с тобой? – проговорил он.

– От обиды, – пожал плечами лекарь. – Не привыкла, что ей отказывают. А ещё, может, она предложит мне сделку. Скажет судье, что сама потеряла серёжки, когда в аптеку ходила, если я соглашусь на неё работать.

– Её ведь можно заставить сказать правду.

– Под пытками, что ли? Я бы не хотел физически измываться над старушкой, даже такой подлой.

– А морально?

– Правильно я тебя Саламандрой назвал. Знаешь, лучше всего было бы найти на эту старушку компромат. Надо подумать, как это провернуть.

Оставив позади море деревьев, Тадеши первым делом вернул лошадь туда, откуда он её взял, а затем отправился в Алую лилию вслед за Мибу и Шиори. Братья обнялись при встрече, а Сэтору уже собрался пойти во дворец, но Юичи остановил его и сообщил о том, что произошло в их отсутствие.

– Этой старухе жить надоело? – закурив, произнёс Мибу.

– Она же не знает, кто я, – ответил Юичи.

– Была бы она поумнее, то подумала бы немного о том, кого может взять на работу Кента. Наверняка она давно с ним сотрудничает.

– Возможно, она просто излишне самонадеянная.

– Значит, ты хочешь найти на неё компромат?

– Да, мне это кажется самым подходящим вариантом в моём случае.

– Тогда пусть к ней отправляется Тадеши. Он вон в испытании поборол яд невежества, так пусть докажет теперь это в деле.

– Хорошо, – кивнул Юичи. – А знаешь, что мы с Норико придумали?

– Не уверен, что хочу это знать.

– Тебе понравится. Мы решили, что у нас всех должны быть кодовые имена. Как в Тайной канцелярии, например. У тебя оно уже есть. Мибу.

– Допустим.

– Норико будет Саламандра.

– Это ты сочинил?

– Да. Ему ведь подходит.

– Наверное.

– Тадеши – Тануки. Только он об этом ещё не знает.

– Считаешь, это понравится ему больше Тедди? – усмехнулся Сэтору.

– Мы его убедим.

– Ладно, а вы тогда кто?

– Да вроде мы привыкли к белому демону.

– Нет, раз уж Тадеши – Тануки, то вы парочка Кицунэ. Это точно в вашем характере. И их тоже сравнивают с демонами. Только пока у вас не девять хвостов и даже не семь. Так что начинайте отращивать.

Когда Сэтору ушёл, Юичи позвал брата и Тадеши к Норико, повторил свой рассказ о Яшими, а затем передал поручение от Мибу.

– Я не понял, – проговорил Тадеши. – Под каким видом я должен пойти в юкаку?

– Под видом клиента, конечно же, – ответил Юичи.

– Только не подцепи там ничего, – добавил Шиори.

– Я слышал, что работницы юкаку регулярно проверятся у лекаря, – вспомнил Норико.

– Вот и славно, – сказал Тадеши. – Тогда я пошёл.

– Кстати, ты теперь Тануки, – улыбнулся Юичи.

Тадеши начал испуганно осматривать и ощупывать себя в поисках шерсти и хвоста.

– Нет, – рассмеялся лекарь, – мы тебя в него не превратили. Это теперь твоё кодовое имя. Мибу, Тануки, Саламандра и парочка Кицунэ. Сэтору всё утвердил.

– То есть я собака?

– Енотовидная.

– Оборотень, – поправил Норико.

– Доброжелательный и любящий саке, – добавил Шиори.

– Ну, это лучше, чем Тедди, – согласился Тадеши. – А вы точно Кицунэ. Такие же хитрые и…

– И?

– И вообще.

Тадеши был совсем не против называться Тануки. От отца он слышал много разных историй об этом весёлом зверьке, и почти все ему нравились. Насвистывая себе под нос фривольную песенку, Тадеши зашагал по дороге, ведущей в порт, и очень скоро добрался до юкаку. Здесь он был впервые, но уже посещал подобное заведение в Нагаи. Как только Тануки зашёл в дом, к нему тут же подошла пожилая женщина, и он догадался, что это и была та самая Яшими. Она заранее не нравилась Тадеши, раз посмела оговорить одного из братьев, но он сумел скрыть своё недовольство и изобразил улыбку.

– Молодой человек желает отдохнуть? – заговорила Яшими.

– И отдохнуть, и развлечься.

– Кого вы предпочитаете? У нас днём обычно не так много народу, поэтому у вас широкий выбор.

– А что, здесь есть не только айни?

– Есть хани, сарби, даже одна девочка из Аранты.

– Норт?

– Нет, она из аборигенов, у неё кожа как кофе. И она такая же горячая.

– А норты есть?

– Увы, юноша, пока нет.

– Тогда давайте эту из Аранты.

Яшими проводила Тадеши в отдельную комнату, и очень скоро туда пришла совсем юная смуглая девушка с чёрными кудрявыми волосами. В традиционной одежде айни она выглядела более чем экзотично.

– Ты говоришь по-нашему? – поинтересовался Тадеши, мысленно ругая себя за то, что не спросил этого у хозяйки.

– Да, господин, – с небольшим акцентом ответила девушка. – Меня обучили.

– И как тебя зовут?

– Хине, но вы можете меня звать, как вам захочется.

– А я Тануки.

– Ой, – на щеках девушки появился заметный румянец.

– Что, слышала обо мне?

– Да, господин.

– Знаешь, я люблю поболтать, перед тем как приступить к делу. Скажи, как ты сюда попала?

– На корабле.

– Ты сбежала из дома?

– Нет. Меня привезли.

– Насильно, что ли?

– Да, но сейчас всё хорошо. Те люди были не добрые, но госпожа Яшими купила меня, и она добрая.

– А лет тебе сколько?

– Уже много, господин Тануки. Шестнадцать. Вы не бойтесь, я всё умею.

Замуж в Ямато отдавали с четырнадцати, но Тадеши всё равно не понравилось то, что он услышал. Ладно бы к нему вышла женщина, которая сама выбрала эту профессию, он бы точно был не против с ней поразвлечься, но Хине явно попала к торговцам людьми. Это довольно распространённый способ попасть в наложницы в Фейсалии, и Тануки даже не подозревал, что и в Ямато такое тоже возможно.

Тем временем Шиори отправился в храм, чтобы приступить к работе помощника жреца, а Юичи не спешил выходить на работу в аптеку, зная, что его могут арестовать. Он решил сначала дождаться возвращения Тадеши. Когда Тануки объявился в Алой лилии, он выглядел так, словно очень хотел кого-нибудь убить, о чём ему и сообщил Юичи.

– Да я эту старуху прибил бы собственными руками! – ответил Тадеши.

– За то, что она меня подставила, или ты что-то нарыл?

– Она покупает людей как рабов!

И Тануки рассказал другу о Хине.

– Обычная история, – вздохнул Юичи. – Не понимаю, чего ты так реагируешь.

– То есть как обычная? Для тебя это норма?

– Для меня это не норма, но для юкаку да.

– То есть старуху нельзя этим шантажировать?

– Можно, конечно. Хине в случае чего согласилась бы дать показания судье?

– Не знаю.

– Вот и я не знаю. Боюсь, у неё нет будущего вне юкаку. На родину она уже вряд ли сможет вернуться, это позор. Разве что к нортам, но им нужно образование. Как она его получит? Если же она останется в Ямато, то чем будет заниматься?

– Юи, тебя послушать, так у женщин нет будущего, кроме как стать юдзё.

– Есть, но для этого нужна семья. Или хотя бы друзья. Одинокая женщина может прокормиться ремеслом. Хине умеет что-нибудь, кроме как ублажать мужчин?

– Не знаю. Вот почему ты такой…

– Умный?

– Нет. Сейчас вспомню, как это называется. Циничный!

– Все лекари и жрецы по-своему циники.

– Так что мы будем делать?

– Пообещай Хине содействие. Скажи, что поможешь ей найти работу, спроси, чем бы она хотела заниматься.

– А как я ей помогу? У меня из друзей и знакомых только Алая лилия и его величество. Ты думаешь, Хизока согласится помочь юдзё?

– Я бы посмотрел, как ты будешь его за неё просить. В общем пошли. Ты к Хине, а я к Яшими. И постарайся убедить свою новую подружку, потому что я буду уверять хозяйку юкаку, что Хине готова её сдать властям, если она не передумает насчёт меня.

Друзья уже почти добрались до юкаку, когда им навстречу вышло трое мужчин, одетых в форму с вышитым драконом, как у всех судейских служащих.

– Шиори? – спросил один из них. – Ты арестован по обвинению в краже.

– Я могу их раскидать, – на древнем языке прошептал Тадеши.

– Не надо, – ответил Юичи. – Сообщи Сэтору и брату о моём аресте, а потом иди всё-таки поговори с Хине.

– Но…

– Делай, как говорю, а то превращу в лягушку!

Скрепя сердце, Тануки позволил судейским увести друга, а сам поспешил в храм к Шиори. Тадеши нравилось бывать в храме в Нагаи, ведь там они с отцом хранили меч Солнца, который теперь вернулся к своему хозяину – принцу Шелдону из Нэжвилля.

Тануки застал Шиори перед алтарём с ветками сакаки в руке. Он не очень разбирался в обрядах, но знал, что ветви этого дерева преподносят в дар божествам, когда просят о чём-то.

– Почему ты здесь? – тихо спросил юный жрец.

– Юи арестовали, – прислушавшись и убедившись, что Дейки поблизости нет, ответил Тадеши.

– Он что, пошёл в аптеку?

– Нет, – и Тануки рассказал другу о Хине.

– Тогда Юи был прав, возвращайся в юкаку.

– А ты что будешь делать?

– Я пойду к Сэтору, и не волнуйся, я буду осторожен и не попадусь никому на глаза.

– И что, Юи пусть сидит в тюрьме?

– Это ненадолго.

Расставшись с Тадеши, Шиори быстро добрался до Алой лилии и очень обрадовался, узнав, что Сэтору уже вернулся из дворца.

– Твой брат рехнулся? – выслушав жреца, спросил Мибу.

– Я бы так не сказал.

– А зачем он открыто появился на улице, зная, что его разыскивают?

– Возможно, он думал, что его ждут только в аптеке. И он очень хотел поскорее переговорить с Яшими.

– И чего вы теперь добились?

– Я сам поговорю с хозяйкой юкаку.

– Думаю, сейчас она на опознании твоего брата. Она будет знать, что он арестован.

– Это и к лучшему. Так я смогу её напугать.

– Если у вас с Тадеши не получится, то я не стану вытаскивать твоего брата из тюрьмы. Его величество тем более.

– Но его же можно будет выкупить.

– Давно ты разбогател?

– Нет, но ради брата я могу ограбить банк.

– Я этого не слышал.

– То есть ты сразу подумал, что я не шучу?

– Вы с братом будете должны мне сигареты.

– Разве их не контрабандой привозят?

– Контрабандой. И мне без разницы, как вы их достанете. Всё, прочь с глаз моих.

Юичи привели к судье, который как раз закончил разбирательство по делу о споре между соседями. Он был уже пожилым мужчиной с седыми висками и проницательным взглядом. Посмотрев на арестованного, судья спросил:

– Как ваше имя?

– Шиори, господин.

– Ваша честь.

– Простите. Шиори, ваша честь.

– Знаете ли вы, в чём вас обвиняют?

– Эти господа говорят, что в краже.

– То есть вы хотите сказать, что ничего не крали?

– Да, ваша честь. Я никогда ничего не крал.

– Где вы работаете?

– В аптеке господина Кенты и в храме господина Дейки.

– Сразу в двух местах?

– Я всего лишь скромный помощник, ваша честь. Выполняю разные поручения.

– Знакомы ли вы с госпожой Яшими?

– Эта уважаемая госпожа приобретала лекарства в аптеке, где я работаю.

– Были ли на ней серьги?

– Я не заметил, ваша честь. Неприлично рассматривать женские украшения, особенно если это такая почтенная дама.

– Почтенная? – усмехнулся судья. – Вы знаете, кто она?

– Да, ваша честь. Хозяйка юкаку.

– Вы когда-нибудь были в юкаку?

– Я помог донести госпоже Яшими её покупки, но внутрь не заходил. Я постеснялся, ваша честь.

– Отведите его в камеру и пошлите за госпожой Яшими! – обратился судья к своим служащим.

Тюрьма находилась в соседнем с залом судебных заседаний здании. Юичи провели по тёмному коридору и, толкнув за решётчатую дверь, заперли её за ним. В небольшой дурно пахнущей камере кроме него был ещё один мужчина средних лет. Он сидел на полу, закрыв глаза, и очевидно медитировал. Юичи молча сел рядом.

За то время, пока судейские ходили за Яшими, мужчина не вымолвил ни слова и почти не шевелился. Лишь когда за Юичи снова пришли, он открыл один глаз, оценивающе взглянул на лекаря, и снова закрыл его.

– А кто это? – поинтересовался Юичи у одного из помощников судьи.

– Щитомордник.

– Что-то я не заметил у него на лице щита.

– Это его кличка, в честь змеи. Он сам себя так называет. Вообще он убийца, на его счету уже три трупа.

– А вы добрые, да?

– С чего вдруг?

– Ну, посадили меня к нему.

– Да он бы тебя не тронул. Он только женщин убивает.

– Какой… интересный человек.

– Очень, – согласился судейский. – Он же на всех трёх женат был.

Юичи снова привели в зал заседаний, где уже находилась Яшими.

– Узнаёте ли вы этого юношу, госпожа Яшими? – спросил судья.

– Да, ваша честь. Это Шиори. Мошенник и воришка!

– Вы считаете, что это он взял ваши серьги?

– А кто же ещё? И разве не нашли их у него в аптеке?

– Но он утверждает, что не брал их.

– Врёт, подлец!

– И что же, серьги были на вас, когда он их украл?

– Да, ваша честь.

– И вы не почувствовали, как он их снял?

– Говорю же, мошенник! Ловкач! Слышала я о таких.

– Ладно, – вздохнул судья. – Я разберусь. Шиори, почему, как вы думаете, эта госпожа обвиняет вас?

– Должно быть, эта достойная госпожа случайно обронила серёжки в аптеке, но подумала, что это я украл. Так совпало.

– Что ж, мне нужно время, чтобы подумать. Уведите Шиори обратно в камеру. Вы, госпожа Яшими, можете пока быть свободны.

Вновь оказавшись в камере, Юичи бросил взгляд на своего соседа. Щитомордник сидел в той же позе, вот только на этот раз с открытыми глазами.

– Ты за что здесь? – спросил он.

– Меня обвиняют в краже.

– А ты её не совершал?

– Нет.

– Тебе, наверное, рассказали, что я трёх своих жён на тот свет отправил?

– Упомянули, – сев, кивнул Юичи.

– Так, может, я тоже их не убивал? Как и ты не крал.

– Всё возможно.

– Ты пацан ещё. Работаешь где-то?

– Помогаю в аптеке и в храме.

– В храме? Ты жрец?

– Помощник жреца.

– Знаешь, я никому не верю, но раз ты служишь в храме… Я вообще уже подумывал в храм пойти и там всё рассказать, да меня арестовали. Значит, Омиками так было угодно, что она привела тебя ко мне. Тебе и расскажу.

– Что расскажешь?

– Сначала дай слово, что никому не расскажешь. В каком ты храме служишь?

– В храме Цукиюми.

– Вот поклянись Цукиюми.

– Клясться нехорошо.

– Если не поклянёшься, не расскажу.

Юичи не знал, что именно собрался поведать ему его сокамерник, но почему-то чувствовал, что это будет очень важно, поэтому, глубоко вздохнув, он произнёс:

– Именем моей госпожи царственной Цукиюми клянусь, что никому не расскажу о нашем с тобой разговоре.

– Верю тебе. Слушай. Я ведь первую жену не убивал, она сама утонула, но я не об этом хочу тебе рассказать. Речь о моей третьей жене. Её я не планировал убивать, как вторую. Но мне пришлось сделать это, потому что она мне изменяла. Я и любовника её хотел прикончить, но он оказался мастером скрытности, а куда мне до него? Вот про него я и хочу тебе рассказать. Он заслуживает смерти. Ты жрец, ты сможешь наслать на него кару, я верю в это.