Стальная стрекоза

– Надо, чтобы один из нас объединился с Янко. Будет очень трудно сделать так, чтобы Янко поверил, но не невозможно.

– Логичнее всего мне попробовать, – сказал Никсон. – Тебя он чуть под завалами не убил, а меня всего лишь опиумом накачал. К тому же, как настоящий сын луны я больше могу желать заполучить меч солнца, чем ты. Тебе он вообще зачем?

– Даже обидно, – притворно надулся Юстас. – Что, если я модель, то не могу желать мирового господства? Между прочим, я едва не стал вторым человеком в Айланорте. Мне Буркхард предлагал корпорацию возглавить.

– Угомонись, – Эриш щёлкнул брата по носу.

– Если рассуждать логически, – заговорил Неру, – то Мавка прав. У него шансов чуть больше. Я бы, кстати, тоже мог рискнуть, но боюсь, сыщику Янко точно не поверит.

– Он и мелкому не факт, что поверит, – возразил Шелдон.

– Не факт, – согласился Феликс. – Но попробовать надо. Конечно, мы можем просто взять его с поличным во время попытки украсть браслет и сдать властям. Но что мы потом будем делать с убийством Алима? Забудем о возможности получить бумагу?

– Нет, мне нужна эта бумага, – сказал принц. – Даже Алим не возражает.

– Шелдон, а ты не боишься испортить отношения с амиром, если он узнает, что именно ты уничтожил бумагу? – спросил Рэнди. – Он ведь тогда будет бояться, что принц Зихао может воспользоваться сами знаете какой информацией против него.

– Алим не против, значит, он сможет убедить Кабира. Даже если нет, гарантия того, что в будущем не будет войны мне важнее возможных санкций от Фейсалии.

– Значит, решено, – проговорил Феликс. – Вы все ступайте во дворец, а здесь останусь только я. Подожду Янко.

– Смотри только, чтобы муж Айданы не лишил тебя самого дорогого, если застукает в хараме, – усмехнулся Неру. – Ты вспомни, что с тобой на Фесе было.

– На Фесе я в самом деле переспал с той женщиной, а здесь у меня таких планов пока нет.

– Это ты хорошо уточнил, что пока.

– Иди отсюда, злой медоед.

– А что было на Фесе? – оживился Юстас.

– О, друг мой, это была очень весёлая история, – приобняв Эскота, начал Неру. – Наш Мавка закрутил роман с вдовой, после чего его чуть не высекли плетьми на главной площади.

– Ну, если что, мы с господином Скаем пришьём Феликсу всё, что ему отрежут. Да, Рэнди?

– Технически… – начал было Скай, но Шелдон его перебил:

– Никто не хочет этого знать, – сказал он. – Мелкий, приказываю тебе вернуться после встречи с Янко живым и здоровым.

– Слушаюсь, ваше высочество, – улыбнулся Феликс.

– Найди Сариму, – перед тем как уйти, напомнил Никсону Неру.

– Так зовут девицу, которая прислуживала нам за столом, – сказал Эриш. – Она ещё брата взглядом раздевала.

– Не было такого, – возразил Юстас.

– Не прикидывайся овечкой.

– Ну, подумаешь, посмотрела на меня хорошенькая девушка.

– Ты её лицо целиком не видел. Может, там крокодил?

– По крокодилам у нас Неру, это его родня, – заметил Шелдон.

– А ты по уткам. Пошли уже отсюда, высочество, – усмехнулся амма.

Шелдон объяснил Айдане, что его телохранитель должен будет остаться в её доме на ночь, чтобы встретить вора, и женщина, хоть и опасаясь гнева мужа, согласилась.

Сарима сама подошла к Феликсу и, улыбаясь глазами, проговорила:

– Господин желает чего-нибудь?

– Алим сказал, что я могу на тебя рассчитывать.

– Господин Алим?

– Не веришь?

– Верю. Никто, кроме самого господина Алима, не знает, что я ему служу. Если он посчитал нужным сообщить это тебе, значит, я должна слушаться тебя.

– У меня есть подозрение, что этой ночью в ваш дом проберётся вор, чтобы украсть браслет, который твоя госпожа носит на ноге. Она ведь снимает его, когда ложится спать?

– Снимает, но хранит под подушкой.

– Значит, будет лучше, если я встречу вора уже с браслетом. Твоей госпоже ведь не нужны лишние скандалы, верно?

– Верно, господин.

– Если бы тебе было нужно проникнуть в этот дом, как бы ты поступила?

– Можно легко пробраться в беседку с улицы, а затем через чёрный ход проникнуть прямо в харам. Из охраны там только наш евнух Наби.

– Проведи меня к чёрному входу и принеси мне браслет госпожи. Я буду ждать гостя там.

– Слушаюсь, – поклонившись, Сарима убежала в дом. Очень скоро она вернулась с браслетом и показала Феликсу нужную дверь.

– Спасибо, красавица, – улыбнулся Никсон. – Возможно, мне будет нужна твоя помощь, так что будь неподалёку.

Осмотревшись, Феликс укрылся между стеной дома и изгородью, окружавшей двор. На столицу Фейсалии спускалась ночь, и на смену цикадам пришли сверчки. Никсон опустился на корточки и стал ждать. Почему-то он был уверен, что Янко придёт именно сегодня.

Его шаги были почти неслышны. «Приятно иметь дело с профессионалом», – промелькнуло в мыслях Феликса. Он вышел из своего укрытия, лишь когда ночной гость дома Иршада открыл дверь.

– Не за этим пришёл? – подал голос Никсон, демонстрируя браслет.

– Хочешь мне его отдать? – с улыбкой отозвался Янко.

– Может, и хочу.

– Неужели ты здесь один, Мавка?

– А ты слышишь чьё-то ещё присутствие, Паук?

– То есть ты без взвода сыщиков?

– Представь себе.

– Как ты узнал о браслетах?

– Бабушка Канышай пожаловалась великому шоно. А дальше было несложно.

– Вот упорная старуха.

– Не обижай её, она мне понравилась. Сам-то как узнал?

– Ты вроде бы уже всё знаешь? Или нет?

– О том, что это ты самозванец? Знаю, конечно.

– Вот так и узнал. Мне передали эту тайну.

– Кто?

– А его уже нет на этом свете. Так зачем ты ждал меня? Забрать второй браслет?

– Если мы устроим поединок, ещё неизвестно, кто одержит верх. Может, не стоит рисковать?

– Так отдашь?

– Нет. Предлагаю объединиться.

– Это с какого ж?

– С такого ж, что ты добился своего, и я больше не телохранитель. Меня не вернут на эту должность, потому что великий шоно и Алмазар считают, что они больше не могут мне доверять. Они думают, что раз я скрыл от Шелдона тот факт, что я был под морфием, то это потому что я могу в любой момент снова подсесть.

– А это неправда?

– Я не знаю. Видишь, я честен с тобой. Я бы убил тебя прямо сейчас за то, что ты сделал. Но что толку? Должность я не верну. Но вот сыном луны я всё ещё остаюсь, – Феликс поднял руку с перстнем. – А ты свой профукал, подкинув его Дарыну. Но я надеюсь, что ты хотя бы знаешь, как работают эти два браслета. Поэтому я предлагаю тебе второй браслет и себя как сына луны и профессионала. Давай найдём меч вместе.

– Как вы догадались, что за всем стоял именно я? – вдруг спросил Янко.

– Пока откапывали завалы, рассуждали о том, чего именно добивается самозванец. Почему его целью стал сначала я, а потом Юстас и Неру.

– Что, решили, что я хочу стать телохранителем принца?

– А ты не хотел?

– Была такая мысль. И меч я хотел для него найти.

– Как благородно. А сейчас для кого его ищешь?

– Исключительно для себя.

– Ты веришь в его силу? Серьёзно?

– Ты только что предлагал мне объединиться.

– И сейчас предлагаю. Но я считаю, что меч – это ценный артефакт, который захочет заполучить любой правитель любого государства.

– То есть ты хочешь его выгодно продать?

– Я думал, у тебя те же цели.

– Но Нэжвилль и Шоносар мы отметаем. Кому же тогда?

– Сверигия, Фейсалия, Серес – мало?

– Допустим. Ходили слухи, что вас с его высочеством Шелдоном связывает нечто большее, чем отношения принца и телохранителя.

– Да, мы были друзьями. Может, мы и сейчас друзья. Это сложный вопрос.

– И как мне тебе доверять? Я же могу подумать, что ты хочешь заполучить меч, чтобы вернуть дружбу и доверие своего принца?

– А что, если так оно и есть? Я ведь всё равно буду помогать тебе, пока мы не найдём меч. Может быть, у нас разные мотивы, но цель одна.

– То есть связаны, пока не найдём меч? – усмехнулся Янко.

– Меня устраивает, – проговорил Феликс и протянул руку. Немного помешкав, Раду всё-таки ответил на рукопожатие.

– Как ты достал браслет? – спросил Янко. – Женщина ведь носит его на ноге.

– У неё есть служанка.

– Быстро же ты успел.

– Сомневаешься в моих способностях?

– Нисколько. Кажется, вас этому на стажировке в Айланорте учили?

– У меня природный талант. Кстати, мне надо её предупредить, что я тебя дождался и что мы уходим.

Феликс подошёл к беседке и огляделся по сторонам: Сарима скрывалась за высокой раскидистой акацией. Никсон подозвал её и, обняв, прошептал на ухо:

– Передай своему господину, что всё идёт по плану.

Затем Феликс приподнял ткань, скрывавшую её оказавшееся хорошеньким лицо, легко поцеловал в губы и добавил:

– Можешь идти.

Феликс и Янко покинули дом Иршада, и Никсон спросил:

– Где ты остановился?

– На постоялом дворе. А ты не должен вернуться во дворец? Разве ты не сопровождаешь принца?

– Должен, сопровождаю. Хотя это всё больше напоминает какой-то примитивный спектакль. Мне вообще кажется, что Неру просто не хочет упускать меня из виду, потому что боится, что я что-нибудь натворю. Особенно с перстнем.

– Значит, если ты не вернёшься во дворец…

– Меня будут искать. Паук, что ты знаешь о браслетах? Как они работают?

– На оборотной стороне обоих браслетов написан ключ.

Феликс подошёл к фонарю и перевернул браслет, который держал в руке.

– Что, тоже не можешь прочитать? – хмыкнул Янко.

– Если посидеть над этим текстом, то понять можно. Только время нужно.

– Точно? Я с большим трудом разбираю эту белиберду. Вроде на что-то похоже, а вроде и бессмыслица какая-то.

– Это язык сарби.

– Да по письму я догадываюсь, что сарби, хоть и с завитушками.

– Древний язык сарби, на нём говорили ещё при великом Тендзине. Тогда писали слитно и без гласных. Мой брат бы сейчас сходу прочёл.

– Твой брат? Ты имеешь в виду визиря великого шоно?

– Да, Юрген. Он полиглот. Мне до него далеко.

– Но ты сможешь прочитать?

– Либо я, но очень долго, либо Юрген, либо… может Канышай?

– Она, конечно, старая, но не думаю, что настолько.

– Можно проверить. Можно даже вернуть ей браслеты за то, что она переведёт нам содержание.

– У меня с ней не очень хорошие отношения, Мавка.

– А у меня неплохие. Давай так. Я попробую с ней договориться. Могу я обещать ей, что верну браслет, который ты украл?

– Можешь. Зачем мне эта цацка, если я буду знать ключ?

– Вот и отлично. А если она не сможет прочитать, то будем думать, как справиться без её помощи. Кстати, покажи второй браслет.

Янко молча достал из внутреннего кармана украшение и протянул Феликсу. Когда тот захотел взять его в руки, лишь крепче схватился за него.

– Да не стану я его у тебя красть, – улыбнулся Никсон. – Я всего лишь хотел убедиться, что браслет действительно у тебя.

– Постоялый двор «Три финика». Буду ждать от тебя сообщения. Если через сутки от тебя не будет ни слуху, ни духу, то я буду действовать, как сочту нужным.

– Договорились.

Когда Феликс вернулся во дворец, его друзья ужинали в покоях принца. Глядя на жареную дичь на большой тарелке, Никсон проговорил:

– Не видит тебя бабушка Канышай, Шел.

– Так мы нашли браслеты. Или нет? – отозвался принц.

– Второй браслет до сих пор у Янко, – и Феликс рассказал о состоявшемся разговоре с Раду.

– Значит, сработало, – довольно произнёс Неру.

– Осталось придумать, как проделать то, о чём мы договорились ранее, – проговорил Юстас.

– Мавка, а покажи надпись, – попросил амма. – Мда, тут чуткур мозг сломает, разбирая это всё.

– У чуткуров есть мозг? – спросил Рэнди.

– А чем они думают, по-твоему?

– Может, они как медузы, – задумчиво произнёс Шелдон. – Так, – он насторожился. Сюда опять кто-то идёт. И это уже не мелкий. Мелкий-то вот он.

– Может, слуги? – предположил Феликс.

– Не слуги.

В этот момент в покои зашёл красивый молодой мужчина в изысканной одежде, черноволосый с будто точёными чертами лица и оливковой кожей, он во многом походил на своего отца.

– Джамиль, рад тебя видеть, – улыбнулся Шелдон.

– Это всегда взаимно, – ответил наследник амира. – Я не собирался беспокоить вас до утра, но к нам только что приехал королевский театр Нэжвилля. И всё бы ничего, если бы их режиссёр не заявил, что его главная звезда уже во дворце и он хочет её видеть.

– Кажется, речь обо мне, – виновато проговорил Юстас.

– Шелдон, ты давно завёл дружбу с артистами? Мне всегда было любопытно, как у них всё устроено.

– Это Юстас Эскот, он из Айланорте, и он ещё в Нэжвилле помог нашему театру, подменив заболевшего актёра. А это его брат Эриш Эскот. Мы с ними познакомились во время моего путешествия в Айланорте, а после подружились, когда вновь встретились в Селто.

– Значит, Юстас – актёр из Айланорте?

– Вообще он манекен, но это почти что актёр.

– Манекен? – удивился Джамиль.

– Манекенщик, – поправил принца Юстас. – Другими словами, модель. Я показываю одежду.

– А, у нас тоже есть такое, но только для женщин.

– Чадру показывают? – спросил Шелдон.

– Это ты зря. Ты не представляешь, как много среди женщин Фейсалии модниц. Так что, Юстас. Ты встретишься с режиссёром? А то он нервничает.

– Конечно, встречусь. А когда запланировано представление?

– Завтра вечером.

– И где оно будет?

– Здесь, во дворце. Будут приглашены только самые уважаемые амма.

– Только мужчины или женщины тоже?

– Мужчины могут придти с жёнами и другими родственницами, если пожелают.

Перед тем как пойти на встречу с режиссёром, Юстас тихо проговорил:

– Вы же поняли, почему я расспрашивал его высочество, да?

– Поняли, братец сурикат, – кивнул Эриш.

– Я вроде бы понял, а вроде бы и нет, – сказал Шелдон, когда Юстас ушёл вслед за Джамилем.

– Канышай захочет посмотреть представление и после него сообщит нам ключ, – ответил Феликс. – Так я сообщу Янко и проведу его сюда. В принципе его даже можно переодеть в чадру и выдать за Айдану или вон за наложницу Неру.

– Я не хочу такую наложницу, – покачал головой амма. – Он совершенно не в моём вкусе. Я блондинок предпочитаю.

– Это же для дела, – сказал Рэнди. – Потерпишь.

– Кое-кто ещё тоже будет смотреть спектакль, – продолжал Феликс. – То есть все действующие лица соберутся в одном месте. За эту ночь нам надо продумать, как именно мы будем действовать дальше.

– Братец лис, спасай! – воскликнул вбежавший в покои Юстас.

– Вам поменяли сценарий, и тебе предстоит постельная сцена? – отозвался Эриш.

– Если бы! Нет, нам надо разгрузить декорации. Там их целый фургон. Местные амма – все сплошь лентяи. Актёры вынуждены сами всё таскать. Пойдём со мной, братец лис, иначе я надорвусь, а мне нельзя, я же звезда.

– Я помогу! – вызвался Рэнди.

– Спасибо, ты настоящий друг, – обрадовался Юстас.

– Ладно уж, пошли, но надеюсь, там не надо будет таскать рояль или клавесин, – проговорил Неру. – А то я однажды вызвался помочь одной даме в Шаукаре. В итоге мы с ещё одним парнем подняли эту махину на третий этаж, а оказалось, что дама живёт в другом доме. Она, видите ли, циферку перепутала.

– Физическая активность должна стимулировать мозговую, – заметил Феликс. – Так что мы с его высочеством ждём от вас гениальных идей насчёт завтра.

– Мелкий, может, мы тоже поможем? – предложил Шелдон.

– Не пугай актёров, Шел. Ты всё-таки принц. Каждый должен оставаться на своём месте. А если тебе так хочется заняться физическими упражнениями, то предлагаю тебе спарринг.

– Вот побить тебя я всегда готов, – широко улыбнулся Шелдон.

V

Юстас заканчивал последний монолог, а Эриш наблюдал за ним из-за кулис небольшого театра, который когда-то распорядился построить в своём дворце один из прежних амиров, потому что очень любил разные представления. Эскот никак не мог привыкнуть к новому амплуа своего брата и не переставал гадать, какие ещё поразительные открытия его ждут.

– Где дурак, я вас спрашиваю? – послышался гневный голос режиссёра. – Где дурак?

В сочетании с сумасшествием Оливии на сцене слова Альвина сейчас звучали как-то по-особенному. Эриш обернулся. Режиссёр смотрел на Норберта, исполнителя роли Хэмиша, как на того самого дурака, которого он потерял.

– Вчера, когда разгружали, наверное, куда-то не туда положили, – ответил Норберт. – Последний раз я видел его в руках того парня, который, кажется, лекарь.

– Лекарь? Насколько мне известно, лекарь, он же знахарь, он же манекенщик, сейчас на сцене готовится утопиться! И ты, я чувствую, сейчас пойдёшь топиться вслед за ним и не будешь дожидаться, когда тебя отравят ядом на мече. Пьеса в этот раз закончится чуть раньше.

– А кого потеряли-то? – поинтересовался Эриш.

– Дурака!

– Не то что бы вы мне многое этим прояснили.

– Ты спектакль вообще смотрел?

– Да там половина персонажей дураки.

– Дурак – это шут, – закатив глаза, объяснил Альвин. – Хэмиш где узнаёт о гибели Оливии? На кладбище. Там он находит что? Правильно, череп шута. И вот его мы и не можем найти.

– Лекарь – это не Юстас, лекарь – это Рэнди, это он черепом вчера заинтересовался. Ему показалось, что он настоящий.

– Он, что, его унёс? – Альвин схватился за сердце.

– Я пойду, узнаю, он сейчас в зале.

– Только быстро! Это ведь уже через сцену!

Кивнув, Эриш покинул кулисы и направился в зал, где подошёл к сидящим вместе Неру и Рэнди. Рядом с амма расположился закутанный в чадру Янко, изображавший Сариму. Неру успешно делал вид, что верил. Эскоту хотелось прибить Раду прямо там же за то, что тот устроил со взрывом склада, но он старательно держал себя в руках.

– Что-то случилось? – поинтересовался Неру.

– Рэнди дурака спёр.

– Я вроде бы отлично выучил язык нортов, но сейчас всё равно не понял.

– Череп.

– Что череп? Эриш, ладно у тебя брат – псих, но ты казался мне довольно здравомыслящим мужиком, хоть и со странным даром.

– Ой, – Рэнди густо покраснел.

– Где череп? – спросил Эриш.

– Сейчас! – Рэнди подскочил и, извиняясь перед остальными зрителями, поспешил к выходу. Эскот пошёл за ним.

– Не знал, что сумасшествие заразно, – услышал он вслед слова Неру. – Испортил мне лучшего друга.

Феликс нашёл взглядом сидевших в зале Умара и Ярима, который пришёл в сопровождении одного из своих наложников. Затем обернулся на Алима – тот внимательно следил за представлением. Юстас уже ушёл со сцены, и в этот момент в зале появился один из слуг Алима, подошёл к Шелдону и тихо произнёс:

– Ваше высочество, мой господин узнал, что актёр, сыгравший Оливию, ваш друг. Он хотел просить вашего разрешения поблагодарить его лично за такое чудесное представление.

– Я попрошу Юстаса подойти к твоему господину, – ответил Шелдон. – Эй, тебя же Сарима зовут? – принц повернулся к сидевшему между Неру и Канышай Янко. Тот кивнул. – Сгоняй за кулисы к Юстасу, ты его знаешь, он вчера у вас был в гостях. Передай, что ему надо подойти к господину Алиму.

Янко бросил вопросительный взгляд на Феликса, но тот лишь улыбнулся и пожал плечами. Убедить Раду явиться на представление в наряде наложницы было нетрудно. Никсон сказал, что Канышай была согласна раскрыть смысл ключа при условии, что ей вернут оба браслета. Бабушка собиралась посмотреть спектакль королевского театра из Нэжвилля, после чего произвести обмен и отправиться домой в Шаукар.

Когда Янко, зайдя за кулисы, жестом подозвал к себе Юстаса, тот всё ещё был в платье Оливии из последней сцены.

– Что такое? – спросил Эскот. – Ты разве знаешь язык нортов?

– Немного, – прошептал Янко. – Вас ждёт господин Алим.

– Самый уважаемый человек Фейсалии? Как-то мне не по себе. Проводи меня, пожалуйста.

Может быть, будь Раду в своём образе, он бы посоветовал Эскоту переодеться, но Янко не рисковал лишний раз раскрывать рот, чтобы не быть узнанным. Он полагал, что его тайну знают только Феликс и Канышай, поэтому молча последовал за Юстасом.

– Вы звали меня, господин? – подойдя к Алиму, спросил Эскот.

– Да, – ответил тот с улыбкой. – Следуйте за мной. И наложницу тоже захватите.

Юстасу казалось, что он кожей чувствовал негодование Янко, но прекрасно понимал, что тот сейчас просто ничего не мог предпринять. Алим привёл их в одну из комнат дворца, оказавшуюся местом для игр в шахматы и карты. Один из столов был покрыт зелёным сукном, на втором же были изображены шахматные клетки и стояли фигуры.

– Умеете играть, Юстас? – с улыбкой поинтересовался амма.

– Давно не играл, – ответил тот.

– А ваш брат?

– Тоже давно не играл, – сказал вошедший Эриш. Следом за ним в комнате появился Феликс и запер за собой дверь.

– Заседание суда братства луны объявляю открытым, – произнёс он. – Господин Алим, прошу вас выступить в качестве третьего лица.

– Не возражаю, – согласился амма.

– Янко, можешь снять чадру, – сказал Феликс.

– Или тебе помочь? – спросил Эриш, доставая пистолет.

Раду молча снял чадру, оставшись в лёгком дорожном костюме. Юстас снял парик и уселся прямо на зелёный стол. Эриш встал рядом с братом, не убирая оружие.

– Янко Раду, ты обвиняешься в том, что выдавал себя за сына луны, – проговорил Феликс. – Ты изготовил поддельный перстень и убедил членов братства в его подлинности. Ты также обвиняешься в том, что руководил незаконным оборотом опиума в Нэжвилле и Шоносаре. Кроме этого, ты виновен в убийстве Гунари Санду, хозяина «Люцерны». Лично я ещё хочу обвинить тебя в том, что ты подсыпал мне морфий в кисель и воду. Стрелял в меня дротиком с морфием тоже ты?

– Кто же ещё? – отозвался Янко.

– Моя очередь обвинять, – сказал Юстас. – Ты заманил меня и Неру на склад, который был позже взорван, а мы с Неру оказались погребены под завалами. Мы чудом выжили.

– Я рассчитывал на то, что вы успеете спуститься в подвал.

– Как благородно, – скривил губы Эриш.

– А мне любопытно, вы с Аяном были такими близкими друзьями, что он был готов умереть за тебя? – спросил Феликс.

– Были.

– И ты убил его?

– У меня не было другого выхода.

– За свои преступления по закону братства луны ты приговариваешься к казни, – объявил Никсон.

– А вы умеете играть, Янко? – вдруг спросил Алим.

– Во что конкретно?

– Например, в карты.

– Вы хотите предложить мне партию?

– Не я. Я слишком стар, да и не увлекался я никогда карточными играми. Шахматы – другое дело. Сыграйте с одним из Эскотов.

– И что будет за ставка?

– Ваша жизнь.

– У меня есть выбор?

– Нет, господин Раду.

– Хорошо.

– Я сыграю, – улыбнулся Юстас и спрыгнул со стола.

– Позвольте мне раздать, – предложил Алим. – Как третье лицо я не буду никому подыгрывать, да я и не настолько ловок.

Игра началась, и Эришу захотелось курить. Он понимал, что рискует сейчас только Янко, но волнение от этого всё равно не уходило. По лицу Юстаса не было видно вообще ничего. Он улыбался глазами и периодически поглядывал то на Алима, то на своего соперника. Когда пришло время вскрываться, Янко сделал это первым. Он нервничал, хоть и стремился это скрыть.

– Шестёрка, семёрка, восьмёрка, девятка и десятка треф, – объявил он.

– Да ты везунчик! – воскликнул Юстас.

– Я выиграл?

– Почти, – и Эскот раскрыл свои карты. – Десятка, валет, дама, король и туз червей.

– Этого не может быть… Так просто не бывает…

– У моего отца такая комбинация выпадала трижды. А у меня вот впервые. Но когда-то же надо начинать?

– Кажется, ты проиграл, самозванец, – проговорил Феликс.

– Вы убьёте меня прямо здесь?

– Нет, тебя казнят позже. И займётся этим амир Фейсалии.

– Но по закону в таком случае вы должны выдать меня Нэжвиллю.

– А это уже амир будет решать. Ведь преступление, за которое он будет тебя судить, слишком велико. Убийство самого уважаемого человека Фейсалии.

– Что? – Янко явно перестал что-то понимать.

– Тут такое дело, – улыбнулся Феликс. – Брат амира Умар заказал мне убийство Алима. Надо же мне его на кого-то списать?

С этими словами Никсон подошёл к Алиму и коснулся его шеи. Амма позволил это сделать, а затем упал без чувств на руки успевшего его подхватить Юстаса. Эскот усадил Алима за стол, а затем открыл дверь, за которой обнаружились Шелдон, Неру и Рэнди.

– Тут Янко Алима убил, – проговорил Феликс. – Рэнди, констатируешь смерть? Неру, арестуешь господина Раду? Шелдон, будешь свидетелем?

– Вы с самого начала… – проговорил Янко. – Вы это подстроили?

– Не без этого, – ответил Неру. – Ты арестован. Давай сюда руки.