Наука о бытии человечества (общество и человек в обществе). Раздел второй. Устройство бытия народов и человечества
- -
- 100%
- +
Жизнеобеспечение не совпадает с потреблением (с удовлетворением потребностей). Жизнеобеспечение соотносится с фактическим потреблением как система условий (реальных возможностей) с их фактическим использованием. Это легко показать на примере. Люди ежедневно потребляют воду. Но система обеспечения их водой (система водообеспечения) может быть разной: речка, родник или озеро; колодец; привозная вода; водопровод. Тенденция состоит в обобществлении способов жизнеобеспечения. Созданные человеческой практикой условия и способы жизнеобеспечения рассчитаны на совместное, общностное бытие.
Жизнеобеспечению присущ закон возвышения (усложнения, облагораживания, гуманизации (очеловечивания)). Он органически увязан с возвышением потребностей и потребления и протекает, как и оно, в рамках нарастания цивилизованности, культуры. При этом нельзя упускать из виду, что возвышение условий жизнеобеспечения, достигаемое практикой человечества, чревато опасностями ухудшения природных условий жизнеобеспечения. Поддержание экологической безопасности, сопряжение и балансирование рукотворных и природных условий жизнеобеспечения стало ещё одной сферой обобществлённой жизнедеятельности.
В заключение отмечу ещё один важный аспект проблематики обобществления бытия. Обобществление бытия является фундаментальным основанием (предпосылкой и условием) возвышения субъектности.
Возвышение субъектности – закономерность (тенденция) исторического развития человечества. Её сущность и содержание – устойчивая направленность развития субъектности из редкого или узкогруппового явления в широко распространённое, в универсальную форму жизнедеятельности людей и при этом во всё более развитую, сложную, обогащённую и облагороженную форму жизнедеятельности. Закон возвышения субъектности может быть назван и законом расширения горизонтов свободы и нарастания её содержательности (плодотворности).
Возвышение субъектности происходит и проявляется во всех сферах жизнедеятельности. Люди становятся более инициативными, их интересы – более содержательными, цели и смыслы их жизнедеятельности – более высокими, благородными. Все эти отрадные сдвиги возникают потому, что достижение более высоких и благородных целей и смыслов становится реально возможным. То, о чём пред-шествующие поколения могли мечтать, последующие поколения могут сделать, реально достичь. В этом и заключается тенденция к возвышению субъектности. Жизнеспособность людей повышается, возвышается.
Это повышение и возвышение происходит не иначе, как на основе, на базе нарастания ресурсов (материальных и духовных), которые оказываются в распоряжении субъектов, ставящих более высокие цели и подчиняющих свою жизнедеятельность более высоким и благородным смыслам. Субъекты опираются на накопленную народом и человечеством материальную, интеллектуальную и духовную мощь, на то, что достигнуто обобществлением бытия.
1.3. Социализированность и социализация человека (субъекта)
Социализированностью называется имманентная (внутренне присущая и неотъемлемая) связанность субъектной жизнедеятельности с обществом. Социализированность возникла одновременно с субъектностью как универсальной формой жизнедеятельности. Люди в общине в большинстве своём не были субъектами, средой их жизнедеятельности была община, а формой обобществлённости жизнедеятельности была общинность. Когда люди в большинстве своём стали субъектами, средой их жизнедеятельности стало общество, а формой обобществлённости их жизнедеятельности – социализированность.
Современный (послепервобытный) человек социализирован от рождения. Он социализирован в том смысле, что народ (общество) с самого начала относится к нему как к человеку, включая его субъектные атрибуты (самоценность, достоинство, права, свободы и т. п.). Но требуется некоторое время и усилия, чтобы человек освоил и усвоил полученный от рождения «на вырост» аванс субъектности, стал реально действующим субъектом. Для этого индивиду требуется проделать в миниатюре путь, проделанный человечеством – путь самопознания, самоорганизации и достижения уровня современной практики.
Социологи и психологи усердно изучают сущность и содержание этого индивидуального пути к полноценной субъектности. Они называют этот путь социализацией, выделяя иной раз первичную и вторичную социализацию (они совпадают с детством и юностью). Есть разумные идеи, что социализация длится всю жизнь.
Таким образом, социализация – освоение и усвоение индивидом способов и норм субъектной жизнедеятельности, обретение жизнеспособности, а также последующая корректировка и необходимая модернизация собственной жизнеспособности в течение всей жизни.
Жизнеспособность человека многопланова, многоаспектна. Её редко характеризуют в целом, да и то, как правило, метафорически или обобщённо-образно: «стал человеком», «стал самостоятельным» и т. п. Обычно фигурируют конкретные характеристики жизнеспособности, отражающие те или иные особенные проявления развитости организма человека и социализации человека. Например, половая зрелость, трудоспособность, образованность («аттестат зрелости»), дееспособность, правоспособность и т. п.
Для нужд нашего исследования достаточно уяснения существа феноменов социализированности и социализации и того, что:
– социализированность современного человека возникает с его рождением;
– затем из социализированности «на вырост» превращается в реальную социализированность субъекта и его жизнедеятельности;
– способом обретения реальной (полноценной) социализированности, а затем и поддержания на актуальном уровне (на уровне жизнеспособности) является социализация;
– в идеале процесс социализации непрерывен, а уровень социализированности необходим и достаточен для успешной субъектной жизнедеятельности.
Я полагаю, что сказанного в этой главе вполне достаточно, чтобы в следующих главах вести рассмотрение устройства бытия народов и человечества в контексте его исторического движения, то есть не метафизически, а диалектически.
Глава 2. Человек как субъект жизнедеятельности
2.1. Субъектность, субъекты, потенциал субъектности, субъектные преображения, субъектный ряд
2.1.1. Субъектность. Субъекты
Фундаментальным качеством (конституирующим свойством) современного (послепервобытного) человека является его субъектность.
Субъектность – тип жизнедеятельности человека (людей), отличительная особенность которого (типа) – самостоятельность, то есть осознанность, самоорганизованность, целенаправленность. Люди, обладающие субъектностью, являются су бъектами.
Субъектность – не врождённое качество (свойство) человека. Это результат исторического развития человечества.
Субъектность ни в коем случае нельзя путать с врождённым свойством существовать как особь биологического вида (и тем более – сознательно сводить субъектность к свойствам биологической особи). Это природное качество существует само собой и присуще людям ещё со времён «человеческого стада». В период удаления людей от состояния животных и даже в эпоху первобытности субъектность не свойственна подавляющему большинству человеческих особей, то есть типичному человеку. Хотя каждая особь в человеческом стаде, а тем более в «естественном коллективе» общины действует (живёт) именно как особь, особенно, конкретно-разнообразно. Но – не субъектно.
Действовать (жить) субъектно – значит, прежде всего, действовать осознанно, целенаправленно и целесообразно. Действуют ли так люди в первобытной общине? И да, и нет. Они осознают, как в каких обстоятельствах надо действовать. Но эта осознанность, надо полагать, есть их приученность к заведённому прежде и воспроизводимому общиной порядку действий, образу жизнедеятельности и способу жизнеобеспечения.
Исходя из материалистического понимания истории, мы обязаны считать первобытно-общинные порядки и способы выживания не данными надчеловечественными силами, а сложившимися в самих первобытных общинах. Утверждение этих порядков никак не может произойти без субъектных действий, является результатом субъектных действий. Вслед за Ю.Н. Давыдовым мы утверждали и утверждаем, что свойствами субъекта (индивида) обладала первобытная община в целом, а не члены общины. Это не означает, что существовал некий общинный разум вне сознания отдельных людских особей. Субъектность первобытной общины существовала, надо полагать, в форме относительно продвинутого, «опережающего» сознания сперва вожаков «человеческой стаи», а затем – вожаков общины и её вождей. Это не меняет представления о том, что подавляющее большинство первобытных общинников (типичные члены первобытной общины) не обладали субъектностью, не были субъектами, жили-выживали в соответствии с заведёнными не ими порядками. Они были не творцами (демиургами, созидателями) этих порядков и даже не сознательными и целеустремлёнными усовершенствователями этих порядков, а средством воспроизведения, сохранения этих порядков как условий общинного выживания[3].
Переход от первобытности к истории современного человечества связан с возникновением и утверждением качественно нового типа жизнедеятельности людского большинства – субъектности. Людское большинство из средства поддержания, воспроизведения традиционных общинных форм выживания превращается в множество людей, способных самостоятельно созидать новые формы жизни и жизнеобеспечения. Такие способности проявляются поначалу в самостоятельных и инициативных действиях по отношению к общинной жизни. Как потом скажут многие историки, эти действия разлагают первобытную общину. Мы скажем иначе: они развивают её, созидают уже в недрах первобытных общин зародыши современных – субъектно-общественных – форм бытия человечества. Они начинают – никак не меньше! – революционное преобразование родовой общины в соседскую общину, то есть продвигают качественное преобразование исторической общности. Многие (а не только некоторые немногие) люди, действуя субъектно в общине, становятся творцами истории. Вот в чём кардинальная перемена хода истории человечества. А решающий фактор этой перемены – возникновение субъектности как свойства, присущего большинству людей (по крайней мере – их достигшему критической меры множеству с тенденцией неуклонного расширения).
Обретая субъектность, люди обретали способность самостоятельно творить историю человечества, хотя даже и не догадывались об этом (и до сих пор в большинстве своём не задумываются об этом). Субъектность, таким образом, – это подготовленная первобытностью (предысторией современного человечества) и порождённая развитием первобытного человечества потенция (способность) осознанно, организованно и деятельно развивать собственное бытие, а тем самым – и бытие человечества. Первопричина способности современного человечества к саморазвитию – именно в субъектности большинства (как минимум – критически необходимого и достаточного множества[4]
Прежде чем двинуться дальше, зафиксируем принципиальные характеристики субъекта, вытекающие из изложенных трактовок субъектности. Мы ведь начали шаг за шагом продвигаться к определению (раскрытию) человека как субъекта жизнедеятельности (что и обозначено в названии главы).
Первым шагом в определении субъекта была сделанная выше констатация: субъектами являются люди, обладающие субъектностью. Сейчас на основе изложенных трактовок субъектности можно выйти на более развёрнутое определение субъекта (но не на окончательное, ибо впереди ещё несколько шагов к более ёмкому и развёрнутому определению субъекта).
Субъекты (или субъекты жизнедеятельности) – люди, действующие самостоятельно, «от себя самих», источники активности, направленной на объекты или на других субъектов и действующие при этом осознанно, целенаправленно и целесообразно. Субъекты жизнедеятельности – единственные демиурги (творцы) бытия народа (и человечества).
Субъектами могут быть и субъектностью могут обладать только современные (в смысле «послепервобытные») люди, пространством и формой жизнедеятельности которых является общество. Имманентная (внутренне присущая и неотъемлемая) связанность субъектной жизнедеятельности с обществом называется социализированностью. Из свойства социализированности, как покажу в дальнейшем, проистекают весьма содержательные характеристики человека как субъекта жизнедеятельности, которые пока не учтены (не раскрыты) нами.
Теперь пойдём дальше.
Рассмотрение субъектности подвело нас к пониманию, что не все люди в современных исторических общностях активно используют свою субъектность, а если используют, то с разной степенью интенсивности (в разной мере, с разной полнотой). Если воспринять субъектность как ресурс развития современных народов (и современного человечества в целом), то правомерно задаться вопросом о трактовке этого ресурса. Правомерно рассмотреть вопрос о потенциале субъектности (о субъектном потенциале). Притом применительно как к отдельным субъектам, так и к народу (или человечеству) в целом.
2.1.2. Потенциал субъектности и реальный ресурс субъектности
С самого начала решительно отмежуюсь от вульгарного подхода либеральных экономистов, азартно подвёрстывающих весь видимый и невидимый мир под понятие «капитал». Вслед за пресловутым «человеческим капиталом», расплодились «капиталы» в самом широком ассортименте: имиджевый, социальный, репутационный, информационный и т. д. и т. п. Странно, что не фигурирует коррупционный капитал. Но, видимо, он у этих мудрецов относится к числу теневых, а потому и не фигурирует.
Короче, если кто-либо додумается до «субъектностного капитала», то это, как говорят немцы, «без меня». Я этой вульгарной дури категорически не приемлю.
Потенциал субъектности правомерно понимать как возможность и способность (готовность) действовать в полной мере субъектно. Это понятие может быть применено и к отдельным субъектам, и к их группам или совокупности. Получатся: потенциал субъектности личности; потенциал субъектности социальной группы, потенциал субъектности социальной общности, потенциал субъектности исторической общности (народа, например); потенциал субъектности человечества.
Под возможностью действовать в полной мере субъектно предлагаю понимать характеристики среды жизнедеятельности субъекта, касающиеся факторов, ограничивающих реальные проявления субъектности, препятствующих или способствующих таким проявлениям.
Под готовностью действовать в полной мере субъектно предлагаю понимать характеристики самих субъектов, отражающие их внутреннее стремление к субъектному действию и их фактическое отношение к реальному использованию возможностей такого действия.
На таком понимании возможности и готовности действовать в полной мере субъектно основывается историко-материалистическая трактовка свободы современного (послепервобытного) человека (свободы в современном обществе)[5].
Свобода – реальная социальная субъектность людей, их общностей и социальных групп.
Свобода имеет ряд содержательных смыслов, из которых два являются доминирующими:
1) отсутствие внешних ограничений или внешних требований, которым вынуждены в силу необходимости подчиняться или с которыми должны в силу необходимости сообразовываться (согласовываться) практическая деятельность человечества и субъектная деятельность людей, их общностей и социальных групп;
2) реальная способность и готовность социальных субъектов к практическому проявлению и сама полнота проявления человеческой сущности в практической деятельности.
Реальная социальная субъектность является конституирующим атрибутом свободы, её существом. Непременной субъективной ипостасью (субъективным атрибутом) свободы является чувство человеческого и гражданского достоинства.
Итак, возможность и способность действовать в полной мере субъектно суть потенциал субъектности. Ресурс, которым в эпоху первобытности обладали только общины в целом и немногие из общинников, теперь стал ресурсом, в принципе доступным каждому. Другое дело, что не каждый реально использует этот ресурс. Но само послеобщинное устройство бытия народа (и человечества) зиждется на субъектности большинства (значительного множества) людей. Более того, это устройство по самому своему существу предполагает постепенное вовлечение в реальную субъектную деятельность всё более широкого круга людей с тенденцией полного охвата людей реальной субъектной деятельностью.
(В скобках обращу внимание читателей, что уже на этой стадии рассмотрения потенциала субъектности мы вправе отметить несовпадение потенциала субъектности как абстрактной возможности и реально проявленной субъектности. Но основной разговор об этом несовпадении пойдёт несколько позже).
Потенциал субъектности существенно изменился в сравнении с эпохой первобытности не только в том отношении, что резко увеличилось количество субъектов. Изменился состав типичных субъектов. В эпоху первобытности доминирующим типом субъектов были родовые общины. В современном обществе этот тип субъектов не только перестал быть доминирующим, но и последовательно сокращался (количественно уменьшался). Общинники сами стали типичным субъектом. Они преобразовали родовую общину в соседскую (территориальную). Соседская (территориальная община) – новый тип субъекта. Её взаимоотношения с общинниками качественно иные, нежели характерные для родовой общины (это понятно: ведь общинники стали совсем другими – обладающими субъектностью). Но главная перемена состояла в возникновении общества – совсем новой (современной, послепервобытной) формы бытия человечества. С этой переменой связаны решающие преобразования потенциала субъектности.
Само по себе общество, в отличие от первобытной общины, субъектом не является. Общество – новый, послепервобытный тип среды, в которой происходит жизнедеятельность субъектов. Полагаю, что это надо обсудить подробнее.
В эпоху первобытности доминирующим типом субъектов были первобытные общины. Связь между ними была, но это была не связь в рамках исторической общности, а связь между историческими общностями. Степень обобществлённости бытия не достигала такого уровня, какой бывает у исторической общности масштаба народа. Если даже множество первобытных общин оказывалось в составе того или иного древнего государства, то это не означало кардинальной перемены типа бытия, связанного с возникновением полноценной субъектности большинства людей.
Общество возникает как форма и пространство (сфера) бытия людей-субъектов. Становясь субъектами, люди по-прежнему нуждаются в общностной связанности. Но прежняя – первобытно-общинная, особенно родовая первобытно-общинная – форма общностной связанности не годится для жизнедеятельности людей, обладающих субъектностью. Требуется и возникает новая, общественная форма связанности (обобществлённости бытия). Она оттесняет с доминирующих позиций прежнюю, общинную форму обобществления бытия, подчиняет её, затем ассимилирует (впитывает, уподобляя себе).
Реальная принадлежность к общности (точнее – к исторической общности) была и остаётся сущностным свойством человека. С переходом от первобытности к современным формам бытия тип этой принадлежности кардинально меняется. Принадлежность к общине (общинность) сменяется принадлежностью к обществу (социализированностью).
Социализированность есть обобществлённость бытия (практики) в общественных формах (в отличие от обобществлённости в общинных формах). Социализированность является сущностным свойством послепервобытной субъектности и послепервобытных субъектов.
В каких отношениях с социализированностью связаны новые возможности и горизонты развития потенциала субъектности?
Во-первых, превращение большинства людей (а в тенденции – всех без исключения) в полноценных субъектов невозможно без перемены типа связанности, без перехода от общинной формы связанности к общественной, от общинности – к социализированности.
Во-вторых, общественная форма связанности (социализированность) позволяет расширить ареалы (пространства распространения) реальной связанности, охватить реальной связанностью любые множества людей и даже всех людей планеты.
В-третьих, свойство социализированности позволяет людям-субъектам объединяться для совместных практических действий, порождать (образовывать) тем самым групповые и общностные субъекты. Виды таких субъектов могут быть сколь угодно разнообразны (тут единственная мера возможного разнообразия – практическая, житейская целесообразность). Множество таких субъектов – безгранично.
Вот то самое существенное, что требовалось установить о потенциале субъектности (субъектном потенциале) современного (послепервобытного) человечества.
Следующий наш шаг в рассмотрении устройства бытия человечества – установление различий между потенциалом субъектности и реальным ресурсом субъектности.
Здесь, как будто, всё более или менее понятно. Потенция, потенциал, ресурсы – всё это возможности и готовность. Но одно дело – абстрактная возможность и абстрактная готовность. Они состоят в том, что современные люди, их группы и общности существуют в мире, устроенном на принципах субъектности и социализированности. А коли современный мир в принципе таков, то каждый человек, каждая социальная группа и каждая общность наличии желания и воли всегда могут проявить свою субъектность. Совсем другое дело – реальная возможность и реальная готовность реально, на практике проявлять свою субъектность. Разница такая же, как между «быть» и «действовать». Реальным ресурсом субъектности являются люди, их группы и общности, находящиеся в активном состоянии реально действующих субъектов.
2.1.3. Субъектные преображения (преображения субъектов)
Термин «преображение» заимствован мною из Нового Завета. Три евангелиста и один очевидец (Пётр) сообщают о преображении Христа. Суть преображения – наглядное проявление божественной сущности (божественной природы) Христа. Подлинность наглядно явившейся сущности подтверждена прямой речью (гласом).
Преображение, таким образом, можно понимать как изменённое и притом наглядное, непосредственно воспринимаемое оформление (проявление) сущности. Полагаю, что в этом смысле понятие «преображение» может быть применено к любой сущности, в том числе и к сущности человека.
В трактовке человека, принятой в этой книге, одним из сущностных свойств человека (современного, то есть послепервобытного человека) является его социализированность (точнее – социализированность его субъектности). Именно социализированность обусловливает и обеспечивает преображение субъектности.
Предлагаю общее определение субъектного преображения и последующие разъяснения.
Субъектное преображение есть проявление (развёртывание) субъектности человека как его сущностного свойства в ряде форм субъектности и в ряде состояний субъектности.
Применительно к человеку о преображении правомерно говорить в двух отношениях. Во-первых, в том отношении, что субъектность, будучи сущностным свойством личности, преображается в субъектность людских общностей и социальных групп. Если бы человек не был социализированным, преображение такого рода не было бы возможным.
Во-вторых, о преображении применительно к субъектности личностей, социальных общностей и социальных групп правомерно говорить в том отношении, что потенциальная субъектность способна преображаться в реальную субъектность. Этот вид преображения также есть не что иное, как проявление социализированности современного человека.
Концепция преображения субъектности позволяет развить иное и притом более содержательное представление о современном человеке и его субъектности, нежели привычное представление.
Привычное представление выстроено на том, что человек есть индивидуум и что его полное развитие (раскрытие его природы) есть развитие индивидуума. Индивидуумы могут объединяться в общности и социальные группы. Но вопрос о полном свободном развитии – это вопрос развития индивидуума (личности).
Привычное представление о человеке опирается на искажённое (по существу глубоко метафизическое) представление о становлении субъектности. Становление это понимается как возникновение сперва диссоциированных (изолированных друг от друга, лишённых актуальной связанности друг с другом) субъектов, а уже затем образование тех или иных ассоциаций субъектов. Не так всё было в реальной истории. Становление субъектности происходило таким образом, что разнообразные виды субъектности (индивидуальные, устойчиво-групповые, ситуативно-общностные и т. п.) возникали одновременно, выделялись и закреплялись как связанные единым контекстом «общежительной» жизнедеятельности. Эта жизнедеятельность синхронно со становлением дифференцированной субъектности эволюционировала от общинной к общественной[6].