Спецкомандировка. Сборник рассказов

Из допроса водителя И. Е. Яна, Акбора Азизова

– Мы с Игорем… Евгэнечем земляки, почти братья. Вместе росли в кишлаке Джума, это в Самаркандской области Узбекистана. Мои родители приняли их семью, эвакуированную из блокадного Ленинграда. Когда школу закончили, он в Ташкент уехал, на учёного учится, а я в колхоз пошёл работать, трактористом и шофёром. У меня братьев и сестёр шесть штук, я старший, помогать родителям нада. Сёстрам приданое собирать нада. Но Игор нас не забыл. Когда большим человеком стал, меня отыскал и в КБ пригласил. Машину новую дал. Зарплату хорошую дал. Я из неё каждый месяц в Джуму перевод шлю.

Следователь:

– Опишите подробно день, когда погиб Ян. Что вы делали и как остались целы и невредимы, хотя находились в том же автомобиле?

Азизов:

– Сами видитэ, зима на дворе. В тот день снег шёл с самого утра. Сначала так себе, терпимый, а к обеду повалил такой, ужас. В Узбекистане за пят лет стока не бывает.

Игору надо было лететь в командировка, срочно. Я говору, пагода – нет. Самолёт нет. Не видно ничего. Кто в такой снег летает? Отвечает, спецборт летает. Садись за руль и вперёд. Пока я в командировке, у тэбя отпуск. Ну я и поехал. Началник велит, я баранку кручу. Ехали, ехали, дворники стекло не чистят, совсэм. Не видать ничего. Я остановился, трапку брал, пошёл стекло чистить. А в машине как бабахнет! И всё! Нэт начальника, нет друга, нет брата. Алах к себе забрал, а мэна спас. Так захотел, значит.

Следователь:

– Кто передал коробку, которая потом в салоне машины взорвалась? Как выглядел тот человек? Описать сможешь?

– Шеловек передал, обыкновенный. Подошёл, сказал, что это лекарства заграничные. Игорю Евгеньевичу передай. Его заказ. Я ещё спросил. Тэбэ дэнег надо, у меня есть. Тот только головой покачал и ушёл.

Следователь:

– Как выглядела посылка?

– Обыкновена выглядела. Каробка нэ наша. Цветастая. У Игор отец сильно болеет. Ян всякие лэкарства дастаёт. Помогают, но мала. Он просил. Я иногда ездил. Похожие забирал, у этих, как их, вспомнил, фарцовщик. У магазина «Берёзка». Того, что на Мира стоит.

Следователь:

– И вы эти лекарства конструктору из рук в руки передали?

– Нэт. На заднее сиденье положил. Вещь чужая, дарогая, зачем карманах насить.

Справка от эксперта-криминалиста

Часы в автомобиле указывают точное время взрыва – 19:38. Водителя, протиравшего лобовое стекло, отбросило от машины на два метра. Крышу «Волги» взрывной волной сорвало с креплений. Пассажир на заднем сиденье погиб мгновенно.

Отчёт эксперта по взрывотехнике

Безоболочная бомба изготовлена кустарным способом, по принципу германских бомб-ловушек, периода Второй Мировой войны. В данном случае было применено триста граммов взрывчатого вещества, а сам взрыв был направленным, то есть, должен убить именно того человека, в руках которого находилась коробка.

Записка, написанная рукой следователя Сергея Вольдемаровича Власова

Версии:

1) Месть и как следствие – тщательно организованное заказное убийство.

2) Возможное сведение личных счётов. Зависть к успехам главного конструктора.

3) Сокрытие другого преступления, например, хищения рублёвых и валютных средств в КБ. Подключить УБХСС.2 Комплексная ревизия. Согласовать с вышестоящими органами.

Выяснить круг свидетелей, видевших момент передачи лекарств. Для этого привлечь группу прикомандированных из областных прокуратур.

Маргарита стояла у окна и смотрела, как сквозь падающий снег пробивается огни красного креста, оповещающего запоздалых прохожих, что здесь находится круглосуточная аптека, в которой можно купить готовые лекарства или заказать по рецепту изготовление подходящих порошков.

Увиденная картина воскресила в памяти события многолетней давности. Услужливый мозг показал почти забытый облик отца, совершившего много лет назад тяжкое должностное преступление и отправившегося отбывать срок в Северный лагерь. Это подорвало здоровье мамы и решило судьбу Маргариты, ученицы выпускного класса средней школы города Южно-Российска. Тогда казалось, что она приняла единственно верное решение – выбрала профессию прокурора, чтобы безжалостно карать таких, как её отец. Ведь преступники, нарушая закон, не только наносят материальный ущерб государству и гражданам, но и калечат судьбы близких им людей.

Вспоминала, как незадолго до выпускного в класс пришла молоденькая журналистка и задавала всем один и тот же вопрос «Кто кем хочет стать и, главное, почему?». Её одноклассники хотели продолжить семейные династии, как их близкие, трудится врачами, учителями, строителями.

Марго соврала или почти соврала, правда при помощи классной руководительницы. Та ответила за девушку, – наша Маргарита решила стать полярником, как её отец, работающий на далёкой станции. И девушка утвердительно кивнула, давя предательский комок, образовавшийся в горле.

Начав работать в прокуратуре, и готовя обвинительные заключения для суда, Марго всегда просила осудить виновного на возможно максимальный срок, не испытывая к нарушителям закона никакой жалости, не говоря уже о снисхождении.

Лампы внутри красного креста мигнули и погасли, вернув женщину на грешную землю. Убийца был осведомлён о проблеме конструктора – пронеслось у неё в голове, – в КБ знали, что Ян правдами и неправдами достаёт дефицитные лекарства для самого близкого человека.

Женщина хотела развить эту мысль, детализировать и даже открыла блокнот, но ей помешал звонок телефона.

– Маргарита Сергеевна, извините, что так поздно, – пробасила трубка голосом Власова, следователя по особо важным делам, руководителя группы. – Завтра рано утром за вами приедет машина, отвезёт в КГБ. Собираемся там. Товарищи покажут документы, касающиеся работы конструкторского бюро и утвердят план следственных действий. Так что, будьте готовы. Контора задержек и опозданий не приемлет.

– А почему они не берут это дело себе? На сколько я знаю, диверсии – их прерогатива, – вставила свои «пять копеек» Марго.

– Если выяснится, что это главная версия, то заберут, конечно. Но пока на лицо срабатывание самодельной бомбочки. Согласитесь, шпиёны таких примитивных штучек опасаются, ибо вероятен несчастный случай на рабочем месте. Спокойной ночи и до завтра.

Уже засыпая, Марго вспомнила террористов-народников, хотела провести параллель с нынешним покушением, но бог Морфей повёл женщину в царство грёз.

Утро следующего дня. Кабинет генерала КГБ Юрия Эдуардовича Кубасова

– Документ «О неразглашении» все подписали? Тогда приступим, – хозяин кабинета нажал кнопку, и шторки за его спиной разошлись и по белому экрану побежали знакомые строчки «Секретно. Для служебного пользования».

Их сменила кинохроника приёма делегации из Соединённых Штатов в офисе КБ № 416. Звуковое сопровождение отсутствовало, поэтому пояснение к изображению давал Кубасов:

– Будь моя воля, я бы этих штатовцев на пушечный выстрел к КБ не подпустил, но в ЦК решили иначе, мол, разрядка, мир, дружба. Да и показать надо кое-что, так сказать, для устрашения. После этого визита нашего Игоря Евгеньевича пытались завербовать. Имел место такой случай. Сулили земные блага. Однако Ян, как и подобает коммунисту, всё чин по чину нам доложил. Организовали спецоперацию, вербовщиков посольских задержали, объявили персонами нон-грата и из страны в двадцать четыре часа вон. На сколько мне известно, больше попыток не было. Так что, версию мести иностранцев или устранения удачливого конкурента, считаю несостоятельной. Там хорошо умеют риски просчитывать, да и времена нынче иные. Холодная война, конечно, не закончилась, но идёт по другим направлениям.

Экран погас, и зажглись яркие потолочные лампы. Присутствующие посчитали аудиенцию завершившейся и стали подыматься с места.

Генерал жестом их остановил:

– Это ещё не всё, – хозяин кабинета кивнул в сторону сидевшего в углу щеголевато одетого, молодого человека,

– Виктор Половинкин, докладывай. Твой выход.

На лице Крулевской вспыхнул предательский румянец, но она усилием воли заставила себя думать исключительно о деле, отослав иные мысли, куда подальше.

– Сергей Вольдемарович, как только было возбуждено дело, поручил мне отработать версию убийства на почве сокрытия хищений социалистической собственности. В общем, там есть серьёзный мотив, – Виктор открыл рот, чтобы продолжить, но генерал перебил.

– Капитан! Факты излагай. А выводы позволь делать, кому положено.

Парень осёкся, с минуту помолчал, потом открыл папку и начал читать:

– Заведующий хозсектором Конструкторского Бюро, некто Сергей Иванович Клобил предложил Яну создать при организации фотостудию, оснащённую импортной техникой.

Госпланом ходатайство КБ были удовлетворены в полном объёме. Специальное оборудование и дорогостоящие расходные материалы выделили на все сто процентов.

Как использовалась кино-, фототехника для работ бюро, я вам рассказать не могу, ибо это государственная тайна, но мною доподлинно установлено, что на высококачественную плёнку фирмы «Кодак» за солидное вознаграждение снимали свадьбы и иные торжества местных цеховиков3 и руководителей из партактива. В дело также приобщены материалы нецелевого использования фототехники, так сказать, «на дому».

– Не понял, это как? Поясни? – Кубасов поднялся с места, подошёл к докладчику и заглянул в записи.

– Товарищ генерал, имеется ввиду организация съёмок на дачах, в специально снятых квартирах, пьянки высокопоставленных чиновников, партаппаратчиков и тому подобное. Кроме этого установлено, что для упаковки готовой продукции Бюро использовало замшу высшего качества. Большая часть её списывалась, путём составления фиктивных актов утилизации. Фактически же дорогостоящий материал на служебным самолёте, стоящем на балансе предприятия, переправлялся в Ереван и другие города Кавказа. Там из него шились дефицитные куртки и пиджаки. Предварительная сумма нанесённого государству ущерба составила…

– Прекрасная работа – Юрий Эдуардович решительно забрал у Виктора папку, – Как удалось? Поделись с коллегами. Кого арестовали?

– Можно сказать, решили задачку, заглянув в ответ. С помощью армянских коллег вышли на Клобила. Но тот, почуяв неладное, исчез.

– Как это? – генерал насупил брови.

– Сдаётся, кто-то из местных милиционеров предупредил. Но фотографа взяли. И при обыске на квартире нашли впечатляющие негативы.

***

По телу Крулевской побежали мурашки. Неужели он. Женщина посмотрела на присутствующих. Те поедали глазами молодого парня, ловя каждое слово.

Отбыл наказание и поменял фамилию, но имя и отчество оставил прежнее. Сотворил себе новую биографию и прошёл проверки ушлых кадровиков. Иначе, как бы устроился на работу в закрытое КБ, – в голове Марго одна мысль догоняла другую. Вспомнилось, как много лет назад, после окончания циркового представления, она и отец придумали себе клички. Папа стал – Клоуном Билом или сокращённо, Клобил, доча – Маркноп, от Маргоша-кнопка. Или это совпадение? Тем не менее, афера с фототехникой в его стиле. Чего, чего, а ума папашке не занимать. Ничего, отыщут. КГБшники шпионов ловят, а уж какого-то Клобила-Бендера наших дней…

– На этом заканчиваем, – донеслись до её ушей слова хозяина кабинета. – За работу, товарищи. Докладывать ежесуточно! С меня, сами знаете, кто спрашивает! – палец генерала указал на потолок. – Ну, а я с вас, грешных, уж не взыщите.

Кубасов внимательно наблюдал за тем, как молодые офицеры выполняют сложные упражнения из положения стоя, лёжа и с колена. Наконец, знаком подозвал к себе пожилого полковника, руководителя курсов.

– Наумыч, как думаешь, вон тот, долговязый, справится? Не подведёт?

– Вольдемарыч, насчёт Вепря даже не сомневайся. Афган прошёл, «духов» щёлкал, не раздумывая.

– То, что, не раздумывая, хорошо. Ибо второго выстрела ему никто не позволит. Да. Ещё вот, что. Растолкуй этому Карабину,4 – стрелять придётся не в пустыне или горах, а центре города. Вручишь фотографию, пусть запомнит лицо. И объясни, что, скорее всего, никакой растительности на лице у цели не будет. Клиент осторожен и к тому чертовски везуч. Карма у него такая.

Два дня спустя. Кабинет следователя по особо важным делам Сергея Вольдемаровича Власова

– Остановку транспорта на Грибоедова контролируем двумя периметрами. Во втором будут дежурить милиционеры из местного отделения. Это на тот случай, если Клобил всё же сумеет вырваться из первого оцепления, то есть, от вас. Теперь внимательно смотрим на карту и определяем точки засады. Виктор, будешь выгуливать собачку вот здесь, в этом палисаднике.

– Так жители пятиэтажки и попереть смогут запросто, – Половинкин демонстративно почесал затылок.

– Это даже хорошо. Завхоз обернётся на шум, тут мы его и возьмём. Теперь Крулевкая. Будешь сидеть на скамейке…

Вепрь взглянул на небо. Там солнце задумало поиграть в прятки с жителями столицы, спешащими поскорее втиснутся в подъезжающие к остановке новенькие венгерские Икарусы. Оно пряталось за тяжёлыми облаками, но время от времени выпрыгивало на минуту-другую, отражаясь в витринах магазинов и в окнах многоэтажек.

«Доставать «Антиблик»? – подумал снайпер. – Отличные очки, снял с убитого душмана5. Нехорошо, конечно, грабить мёртвого, но с матёрого врага, незазорно…» А в его деле вещь очень даже полезная, – полез в карман, но рука остановилась на полпути. За спиной звякнуло. Отработанным до автоматизма движением убийца повернул винтовку в сторону источника звука.

Рыжий котёнок вздумал покатать бутылку из-под «Жигулевского» по пыльному полу.

– Что б тебя! – выругался Вепрь, кладя гулкий предмет из коричневого стекла рядом с собой, после чего вновь прильнул к окуляру снайперской винтовки. Беря на мушку остановку и то место на скамейке, на которое, скорее всего, сядет объект, пришедший на встречу к симпатяшке в вязанной шапочке.

***

Марго до боли в глазах всматривалась в мужчин, подходящих к остановке.

«Во что будет одет? Побреется или будет выглядеть так же, как на той фотографии, из личного дела? Говорить ли ему о болезни мамы? Здороваться с отцом или промолчать?» – тысячи вопросов роились в голове.

На мгновение Крулевкая оцепенела. По противоположной стороне спокойно, не оглядываясь, шёл отец в ярко-красной импортной куртке и в ядовито-зелёном берете на голове.

«Одно слово – Клоун Бил. Зачем папа так вырядился? Годы ведь уже не те, – на лбу Марго выступили предательские капельки пота, – но следующая мысль оказалась много страшней, – идёт сдаваться. Папа всё понял и рассчитал. Хочет, чтобы оперативники не обознались и взяли именно его, и ни с кем не перепутали»

– Здравствуй, дочь – раздалось рядом, – ты, у меня, уже совсем взрослая! Замуж, поди, собираешься? У нас есть минут пять пообщаться? Пока твои друзья… Крулевский-Клобил не успел закончить фразу. Пуля со звоном впилась в металлический столб, поддерживающий крышу остановки.

Чердак трёхэтажного здания. За секунду до этого

На лице Вепря образовалось некоторое подобие улыбки. Ещё бы. Такое с ним случилось впервые в жизни. Мишень вырядилась так, что в неё без труда попал бы и перворазрядник из районной стрелковой секции. Палец потянулся к курку, ещё секунду и очередное звание, солидные премиальные и двадцатидневный отпуск в элитном закрытом санатории у него в кармане.

В это мгновение нахальное солнце выглянуло из-за туч и бликнуло солнечным зайчиком на бутылке. Котёнок такого шанса упустить не мог и бросился в атаку, но промахнулся и приземлился на спину лежащего человека. Палец дрогнул, даруя годы жизни незнакомцу в уродливом ядовито-зелёном берете.