Лютрик потерялся и другие приключения. Сказки дедушки Ралота

Лето. Сингапур. Отель «Мария бэй Сендс»

Так уж вышло, что непоседы, близняшки Маша и Егорка, остались в номере одни, ибо их дедушка, именно сегодня выступал на конференции, посвящённой «Вопросам гармонии1 человека и окружающей его природы». И, «о ужас» забыл захватить с собой уникальный прибор – переводчик с человеческого языка на животный, птичий, рыбий и даже насекомий, именуемый, для краткости «Коммуникатором».

Наказ – сидеть тихо, газировку из мини-бара не пить (потому как, в номере она стоит в десять раз дороже, чем в соседнем магазине!), а любоваться красотами страны через большое панорамное окно, до тех пор, пока дед не вернётся, ребята выполняли ровно десять минут. До того момента, пока не заметили на прикроватной полке «Коммуникатор».

– Берём его и тихонечко вниз, – Маша указала пальчиком на блестящую коробочку, с многочисленными кнопочками.

– Ага, как же, – ухмыльнулся брат, – с местными животными мы общий язык найдём, а как быть с людьми? С ними на каком языке общаться будешь? На английском, китайском, малайском и тамильском, или на кубанском диалекте русского языка. Его, здесь, точно все знают. Это во-первых, а во-вторых, мы не знаем, когда дедушка вернётся, не застанет нас в номере, разозлиться не на шутку, и задаст…

Рассказать о том, что именно и как задаст дед, он не успел, ибо прибор замигал всеми своими светодиодами и с обидой в железном голосе проворчал:

– А я был о вас лучшего мнения. Если встроенные в меня программы позволяют переводить языки животного мира, то уж с китайским, малайским и прочими здешними языками я уж, как-нибудь справлюсь.

– Егорка, мы только по территории отели, и ни одной ногой за его пределы. Там внизу всяческой живности полным-полно, интересно же с ними пообщаться. Осенью в школу пойдём, всем расскажем! – тараторила девочка, таща брата к выходу.

– Ну и каких животных ты увидишь на асфальте? Автомобили и туристические автобусы всех давным-давно отсюда выгнали. Да и не только отсюда, но и со всей страны. Сама же видела, как она до самого горизонта домами застроена. Разве что тараканы да комары остались, но их ещё отыскать надо, – возражал Егор, однако, как настоящий мужчина отпустить сестру, без охраны, в столь опасный путь он не мог и потому, понурив голову, следовал за ней.

***

Сперва детворе показалось, что, действительно, территорию вокруг отеля, населяют только четверо колёсные существа, различной модификации, то подъезжающие к дверям отеля, то, выпустив струю отработанного газа, уезжающие за его пределы.

Глядя на разочарованных ребят, «Коммуникатор» предложил им, поймать большую бабочку, в одиночестве кружащуюся возле клумбы.

Но только так, чтобы служащие отеля этого не заметили, потому как штрафы в этой стране, за любое правонарушение – ужас какие высокие!

И если этот неблаговидный поступок им сойдёт с рук, то, он им переведёт, всё, что бедное насекомое думает о людях вообще, и о Маше с Егоркой в частности!

После того, как идея «бездушной железяки» была, с негодованием отвергнута, ребята решили пройтись вдоль красивой, кованой ограды и уж после этого возвращаться в номер.

– Отсюда до экватора каких-то жалкий сто тридцать километров, и значит обезьяны должны здесь жить и попугаи стаями летать – снова заканючил Егор, – разглядывая поток автомобилей, спешивших по своим важным делам, по трассе, проложенной прямо за территорией отеля.

– Помогите, пожалуйста. Очень прошу. Мне страшно – вдруг пропищал «Коммуникатор» и умолк.

– Коммуни ты это, чего? – хором поинтересовались дети, – аккумулятор, что ли, разрядился. Только этого не хватало.

– Нет. Заряд у меня восемьдесят семь процентов, – сообщил перводчик.

– Тогда объясни, что ты только нам сказал! – потребовала Маша.

– С выдренного перевёл. Услышал и перевёл. Что вы от меня ещё хотите?!

– С какого? – Егор вертел головой из стороны в сторону и в конце концов увидел, маленькое существо, скрывающееся в густом кустарнике.

– Выдрёнок! Но откуда? Они же в воде живут! Рыбой питаются, – Маша разом выдала всю известную ей информацию об этих животных.

– Ты права. Мы питаемся рыбой, вернее, головами и требухой – раздалось из кустов, – тем, что выбрасывают из вашего ресторана.

Вы, люди, столько всего ужасного стали в реки выливать, что вся рыба, как говорит мой папа – Главыдр, всплыла кверху брюхом. Что нам оставалось делать. Перебрались сюда. Еды много, только вот жить здесь негде. В фонтане напиться, конечно, можно, но нам берега нужны. Речные выдры спят на суше, в своих норах.

И папа нашёл пруд, без бетонных берегов, он вот там, за этой дорогой.

Сегодня утром вся моя родня после завтрака, успела перебежать дорогу, пока горел этот большой зелёный глаз, а я нет. А потом эти ревущие чудовища как помчались, как грозно забибикали, и…и…я… испугался. Пожалуйста, помогите мне на ту сторону попасть. Мы ведь только стаями живём. В одиночку никак.

– Тебя как звать малыш, – Егорка снял с себя курточку и аккуратно завернул в неё выдрёнка.

– Лютрик, – пробормотал выдрёнок, сворачиваясь в клубок, словно обычный домашний котёнок.

***

Кто ищет, тот всегда найдёт. Вот и ребята вскорости, отыскали щель в заборе, а, потом дойдя до пешеходного перехода и дождавшись сигнала светофора, перешли «ужасную магистраль».

Отыскать пруд не составило большого труда, ведь Сингапур не Россия, стран маленькая, в ней всё рядом!

***

– Чем же мне вас отблагодарить, – большой и усатый выдр, подпёр кончиком хвоста свой подбородок, – на дне этого водоёма, увы, нет ни затонувших кораблей, ни даже кувшинов с золотом.

– А нам и не надо, – Маша, обидевшись, надула губы, – мы за просто так, малышу помогли. Скажите спасибо, что у нас был «Коммуникатор», это он всё перевёл с вашего языка, на наш русский, да и сейчас переводит!

– Эврика! То есть нашёл! – железным голосом завопил прибор, переводя вопль главаря стаи:

– Я, когда-то в молодости, однажды поймал, но не слопал, большую щуку, можно сказать – пожалел! Отпустил к её щученятам, а она за это обещала, в любой момент, исполнить три мои желания! Так вот, слышишь меня старая хищница?! – выдр молитвенно поднял две лапы к небу:

– Сделай так, чтобы эти человеческие детёныши стали невидимыми и попали вместе со мной на конференцию «по Вопросам гармонии человека и окружающей его природы».

– Ой, там же сегодня выступает наш дедушка – пискнула девочка.

– Ну, у людей одна конференция, она проходит в человеческом конгресс-холле, а у нас, зверей другая. Поспешим к морскому заливу, скоро начнутся выступления основных ораторов: морского льва, бегемота, обезъян и… даже самого настоящего, синего кита!

– Мы не можем пойти с вами. Если дедушка вернётся в отель и нас не застанет, он сильно испугается и может даже заболеть! – заявил Егорка и повернулся, чтобы уйти.

– Раз я уже использовал одно своё желание, то не поскуплюсь и на второе – Главыдр снова поднял лапы вверх, – щука останови на время – время! И сделай так, чтобы дети вернулись к себе в номер, за минуту до того, как туда войдёт их… э… ближайший предок!

– Исполнено! Но напоминаю, у тебя осталось только одно желание – раздалось с середины пруда, и кто-то сильно стукнул по поверхности воды хвостом.

Звери, прибывшие со всех континентов, с большим трудом, но всё-таки отыскали на берегу океана уединённое место, где и организовали свою конференцию.

Первым взял слово большущий морской лев:

– Пернатые и сумчатые, земноводные и пресмыкающиеся, а также братья – млекопитающие, к вам обращаюсь я, с одним словом – доколе! Доколе товарищи звери, нас, ластоногих, будут гонять бездомные собаки. Конечно, вам непонятно, сейчас объясню на примере. Я, и мои глубокоуважаемые сородичи, вынуждены ежедневно выпрашивать пропитание на рыбном рынке в городе, расположенном на берегу Тихого океана. Да, именно люди, выловили всю рыбу в близлежащих водах, но, понимая это, они всегда отдают нам, то, что не едят сами. Не прогоняют с улиц и не охотятся на нас.

– Знакомая ситуация – буркнул Главыдр, но на него зашикали и зашипели со всех сторон, и он тут же прикрыл лапами рот, мол, молчу как рыба в воде.

А оратор продолжал. Казалось бы всё хорошо. Корабль утром возвращается с уловом. Люди разделывают рыбу, мы подходим и безбоязненно ждём от них подачек. Но ждём не только мы, но и эти, не побоюсь этого слова – собаки! В Чили, целых два миллиона бродячих собак. Они не дают нам житья. Окружают стаей, лают и пребольно кусают. Нам ничего не остаётся, как упрыгивать от них, назад… в воду!

А там, как я уже говорил, ловить нечего!

– Но вы же львы, хоть и морские, – раздалось откуда-то сверху, – съели бы одну, другую и все дела!

– Да, конечно, каждый из нас сильнее даже самой большой собаки. Но ведь мы на их территории, то есть на земле! А что стоят все четыре наших ласты, против их лап?! Они гораздо проворнее! В общем, помогите товарищи звери, одна надежда на вас.

– Понятно, щёлкнула клювом птица-секретарь, и вырвав из хвоста перо, записала, на обронённом кем-то из людей клочке бумаги.

«Первое! Срочно просить чилийцев, кормить морских львов прямо в море, подальше от собак. Раз уж они, со своей природной жадностью, выловили всю рыбу и тем самым обрекли ластоногих на голодную смерть!»

***

– Можно, я прямо из воды буду докладывать?! Если кто не знает, мы боимся солнца, потому что наша кожа чувствительна к воздействию его лучей и от пересыхания, может растрескиваться, – на отмели сначала показались ноздри, а потом и огромная пасть бегемота.

– Однажды по реке, плыла человеческая газета, и прежде чем её проглотить, я прочитал, что целых семьдесят процентов свежей воды эти двуногие человеки уже приспособили для своего сельского хозяйства.

Там говорилось, для того чтобы вырастить всего один килограмм растения, под названием рис, они расходуют аж четыре (!) тонны воды. К чему я это вам говорю? Да к тому, что мы, большой и дружной семьёй, обитаем в реке под названием Катума, в республике Танзания. По её берегам выращивают всякие вкусные овощи, фрукты и тот рис. В общем, разбирают они всю реку, почти что дочиста. И до её устья, где мы и обитаем, во время сезона засухи, ничегошеньки не доходит.

Птицы всякие, несъедобные могут крыльями взмахнуть и улететь. Крокодилы противные, зароются поглубже в ил и тину и спят себе, до начала сезона дождей. А нам каково?! В этой жиже столько нашего брата – бегемота набежит, что трёмся буквально бок о бок. Понятное дело, драки всякие и кусание начинается. А малышам – бегемотикам каково? Только и успевают от наших ног уворачиваться, а иногда и не успевают. Всякое случается. Вы уж там, наверху, донесите до этих двуногих – бледнолицых, что так нельзя. Фрукты – овощи вещи, конечно, полезные, но ведь и о нас…

– Молчи уж толстокожий!

– Тесно, видите ли, ему!

– Надо меньше есть, тогда и меньше места будешь занимать!

Заорали с соседнего дерева – бесцеремонного перебивая бегемота.

Три обезьяны – ревуна, продолжая громко выкрикивать ругательства про внешний вид предыдущего докладчика, дружно попрыгали на землю.

Многие их присутствующих моментально закрыли лапами уши. Всем же известно, что у них – самый громкий голос из всех млекопитающих.

Их голоса можно услышать, в экваториальном лесу, аж за пять километров.

– Мы, из Коста-Рики – перекрикивая друг друга, вопили обезьяны.

– Живём в лесу, на землю спускаемся редко.

– Слопали, что можно, в одном месте, тут же перебираемся на другое.

– А оно, то есть новое, за человеческим городком.

– Значит, что?

– А то, что бы по земле, словно этот бегемот не топать, идём по проводам. И быстро, и удобно!

– Раз, два и ты уже за городом, рядом с родными деревьями.

– Только вот одна неприятность!

– При чём смертельная!

– Это наши длинные хвосты.

– Стоит ему задеть второй провод, и всё!

– Бац! Выскакивает молния и мёртвая обезьянка падает на землю!

– Элек-тричес-тво проклятущее! И зачем только люди его изобрели!

– За три года, от него, только в Коста-Рике погибло около тысячи наших братьев и сестёр!

Выговорившись, обезьяны принялось причитать в три свои «лужённые глотки»!

***

Не обращая никакого внимания, на рёв обезьян, к берегу, выбросив фонтан воды, подплыл самый настоящий синий кит.

– А ему то, как люди могли навредить? – наклонившись к уху брата, зашептала Маша, – ведь охот на них давным-давно запрещена.

– И их китовый ус, в наш век пластика никому не нужен! – согласился Егор.

По всей видимости, кит услышал слова детей потому, что, открыв огромную пасть, произнёс:

– Пластик – это бич всей дикой природы! От него невозможно избавиться! Капроновые сети наматываются на ниши хвосты, я уже не говорю о том, сколько нашего морского брата погибает, нечаянно проглотив эту гадость!

Видишь стаю, ам её, а там пластиковые бутылки и куски полиэтилена, и всё! Амба!

***

Кит ещё что-то увлечённо рассказывал, но Главыдр подойдя к ребятам, поманил их лапой:

– Волшебство вот-вот закончится. Сами понимаете, эти возможности, не навсегда даются.

– Ты хочешь сказать, что нам уже пора? – хором спросили дети.

Выдр утвердительно мотнул головой, и в тот же момент они оказались у дорожного светофора, правда, в окружении целой стайки выдр, разного размера и возраста.

– Помогите перейти нам дорогу, – попросил Главыдр, – с вами её перебегать как-то спокойнее.

– А мы тоже хотели у тебя кое-что попросить, – Маша, молитвенно скрестила руки на груди.

– Что ещё? – от удивления глаза животного стали абсолютно круглыми.

– У тебя же осталось ещё одно третье, щучье желание – поддержал сестру Егорка.

– И что с того? – не понимая просьбу детей, – вождь стал чесать лапой свой затылок.

– Попроси у своей волшебной щуки, чтобы… она… в общем… во всём мире люди… просто обязаны, делая свои дела, не забывать о вас, то есть о животных.

За их спинами, в водоёме чей-то хвост с силой ударил по воде, но слово «исполнено» произнесено не было.

Вечер того же дня

Не успел дед переступить порог их номера как близняшки кинулись ему на встречу:

– Ну, как прошла конференция?

– О чём договорились?

– Да, как обычно, – неохотно пробормотал дед, опускаясь в кресло. Все единогласно пришли к соглашению, что с природой надо жить в гармонии и мире.

Но зато, ребятишки, у меня завтра целых пол дня свободного времени!

И мы, прямо с утра, отправимся с вами на соседний пруд. Говорят, там водятся, самые настоящие выдры, почти домашние. И нас, людей, совсем не боятся!

Эта удивительная история началась с того, что руки бабушки или, если сокращённо – Ба-лю, были в муке!

Именно в этот день она решила преподать урок практической кулинарии своим близняшкам – внучатам Маше и Егорке.

В конце концов, должны же они уметь приготовить банальные блины, ведь без этого навыка в жизни… ну никак! Запросто можно «умереть от голода»!

И вот, в тот самый момент, когда надо было переходить от теоретической части к практической, в дверь громко постучали!

– Детвора, впустите непрошеного гостя – нахмурив брови, попросила Ба-лю.

– А почему непрошенного? – тут же, хором поинтересовались дети.

– да потому что прошеные, точно знают, что справа от входа имеется электрический звонок, и поэтому нечего стучать лапами в нижнюю часть двери.

Детвора хотела тут же уточнить, каким образом бабушка определила, что именно лапами, а не ногами, но, то опережая их вопрос, указала рукой в сторону входной двери:

– Негоже, кто бы он ни был, так долго не пускать в том, тем более что на дворе совсем даже не лето! Промокнет под дождём и, упаси боже, подхватит простуду! Кто в этом будет виноват?!

***

Дети уже давно привыкла, что в гости к их деду – писателю, захаживают самые разные личности, и далеко не всегда это – люди.

К примеру, в прошлый раз его посетил самый настоящий лис!

Но тот, который, важно шагнул через порог их дома, вызвал у ребятишек самую настоящую оторопь!

Мимо них, стуча лапами по паркету, проследовал здоровенный гусь и через минуту, не забыв клювом прикрыть за собой дверь, скрылся в кабинете Александра Викторовича.

– Надо же до чего служба доставки дошла, – улыбнулась Ба-лю, – теперь вместо курьера в дом самостоятельно является… еда! А вообще-то, если честно, очень жалко такого красавца в яблоках готовить.

Она ещё продолжала отпускать комплименты, в адрес гуся, но дети её уже не слушали, они, по привычке, дружно приложили ушки к двери кабинета, дабы подслушать разговор птицы с их дедом.

***

– С вашего позволения – Мартин! Гусь- лапчатый в сотом поколении, – прогоготал гость, наклоняя голову в сторону прибора-переводчика «Коммуникатора».

– Слушаю вас внимательно, снимая очки и поворачивая на вращающемся кресле в сторону гостя – пробормотал дед, недовольный тем, что его оторвали от написания очередной статьи.

– Помощь ваша нужна и срочно! Иначе не потревожил бы! Внуки ваши выбраны советом перелётных гусей для важнейшего эксперимента – перевёл «Коммуникатор» это – гоготание.

– Кого, кого? Не понял?! Это ещё для какого – такого эксперимента?!

***

А Машка и Егорка, стоя за дверью, дружно прижали пальчики к губам друг друга, дабы, невольно не выдать себя воплями радости.

***

– Ой, извините, дорогой Александр Викторович, моя гусыня вечно меня за это ругает и правильно делает. Я не с того начал. Только не перебивайте меня, пожалуйста, сейчас я всё объясню.

И схватив крыльями прибор-переводчик, Мартин затараторил:

– Всё началось с того, что вы, люди, понастроили на пути нашей миграции в тёплые страны вышек сотовой связи, телевышек и прочих многочисленных помех. И поэтому мы, гуси дикие, не одомашненные, потеряли в своих головах ориентиры. Путаемся и машем крыльями не туда, куда много веков подряд путешествовали наши пра-пра-гуси!

И поэтому первое, что мы просим это чтобы вы разработали для нас маршрут к тёплому морю, огибающий всё эту передающую нечисть!

Александр Викторович нацепил на нос очки, чтобы повнимательней рассмотреть визитёра, но от услышанного они самопроизвольно полезли на лоб:

– Я? Маршрут? Ну, допустим! А что в таком случае – второе?

– С этим сложнее. – Мартин отвернул шею в сторону, прочистил горло и продолжил:

– Как всем известно, наши гусята, вылупившись из яиц, кого первым увидят, считают своей мамой. Бегут со всех своих малых ножек за ней и слушаются её… ну, почти всегда.

Однажды, много лет тому назад, роясь в озёрной тине, я и моя Гага, наткнулись на волшебное растение, вернее, только на его семена, исполняющие желание…

– Так в чём проблема? – слопайте их или каким иным способом велите – немедленно перестроить ваш маршрут – перебил его дед.

– Пробовали. Почти все зёрна извели – не получается. Увы! Они не обладают таким количеством волшебной силы.

Единственное, полезное, что они смогли сотворить, – это наколдовали нам действующий макет большого гуся, с переговорным устройством внутри.

Александр Викторович вернул очки на место, но ненадолго, те опять полезли вверх. Он открыл было рот, чтобы переспросить гостя, но тот, крылом дал понять, что сейчас всё сам разъяснит.

– Позвольте, я продолжу. Дело в том, что я с моей ненаглядной Гагой Кербеневайсе уже очень старые птицы и сами в путь тронутся, не сможем, ибо крылья уже не те и мы просто не долетим. Это-первое. А второе, что Гагочка в последний раз, в своей жизни высиживает гусят. И они со дня на день будут это… в общем… вылупятся. И в-третьих, мы хотим, чтобы первое, что малыши увидели в своей жизни, был искусственный, полуволшебный гусь с вашими внуками внутри.

Мы же дадим нашим птенчикам поклевать остатки волшебных семян, и произнесём заклинание: – Желаем, чтобы наши гусята мгновенно выросли и стали способными для длительного перелёта!

А в это время, вовнутрь гуся-макета мы посадим ваших внуков и снабдим их всеми инструкциями и полётными заданиями.

Гусята, приняв это «чудище» за маму, полетят вслед за ней. А я и Гагочка, вытерев крылами, скупую гусиную слезу, будем долго-долго махать им вслед, ну и держать связь, поэтому, вашему, человеческому радиу «Га-га»

– Но почему, собственно, именно моих внучат? – сумел всё-таки вставить свои «пять копеек» дед.

– Ну как вы не поймёте, это же эле-мен-тар-но! Взрослого человека в гусе-машину не впихнуть! Он, ба-наль-но там не поместится!

Кроме того, мы на всегусином совете, единогласно выбрали их потому, что они любят природу! И нас, гусей, как и прочих пернатых, никогда и никому в обиду не дадут!

***

– Нет, нет и ещё раз нет! – Ба-лю скрестила руки на груди, – детей одних, да ещё внутри каком-то «резинового» предмета, наколдованного неизвестными семенами?! В небо?! Ни за что!

– Дорогая, – Александр Викторович, с трудом, но всё же усадил супругу за стол, – ты пойми, буквально над нашими головами пролетают тысячи перелётных птиц. Однако с каждым годом их численность неуклонно сокращается! Более того, некоторые вообще виды исчезают. Почему? Из-за чего? Из-за наших вечно растущих городов, теплостанций, ветряков, распаханных лугов? Гусь нас, как бы это сказать… слёзно… попросил помочь. И мы не можем ему отказать. Это будет… э… не по-человечески. Тем более что с Машей и Егоркой будет устойчивая радио, а может быть даже и волшебная связь!

***

Всю дорогу до гнездовья глубокоуважаемой Гаги Кербеневайсе, Ба-лю давала ценные указания внучатам:

– Гуси, они в воздухе не питаются, мух и комаров по ходу полёта не лопают. Едят один раз в день, когда на озере или речке на ночлег останавливаются. А вы люди, то есть дети, вам надо кушать три раза в день. Поэтому я вам приготовила по корзиночке, едой и там запоминайте: в первый день вы должны съесть…

Но Егорка и Маша её не слушали, они уткнулись в свои планшеты, на экране которых высвечивалась информация:

«Гуси каждую весну стремятся в Артистическую зону, несмотря на совсем негостеприимный климат и короткое лето, из-за богатых пищей приморских лугов.

На них, в это время года, вызревают растения с большим содержанием белка.

К тому же, здесь всегда есть возможность уплыть на мелководье, в случае опасности и там провести ночь, не опасаясь нападения местных хищников.

Когда приходит время, наши гуси поднимаются в небо и летят вдоль побережья Чукотки.

Двигаясь всё дальше и дальше, они мигрируют вдоль тихоокеанского побережья. Часть птиц, долетев до устьев рек Фрейзер и Силлугамиш, остаётся там на всю зиму.

Но некоторые, наиболее выносливые, продолжают лететь дальше, к верховьям реки Макензи, а уже оттуда, отдохнув, устремляются на запад, к местам зимовки в далёкой Калифорнии.»

За день до начала путешествия

Мартин и Гага не находили себе места. То следовали за ребятами, слово две преданные домашние собачки, то возвращались к своим, волшебным образом, повзрослевшим гусятам.

– Дорогие мои – гоготал Мартин, пытаясь обнять крыльями сразу с десяток своих сыновей и дочек, – во все времена молодёжь, вроде вас, в полёте всегда следует за своими родителями, вот и вы ни в коем случае не должны нарушать строя и лететь вот за тем огромным гусем. Он теперь для вас самый – главный… пап-мам!

– Знаем, знаем! – разом галдели гусята, – он отлично плавает и так здоровски летает! Обещал, что и нас всему научит, за время пути. А ещё он обещал нам рассказать, кто такие волк и лисица.

– Гусиный бог, помилуй! – Запричитала старая гусыня, – сделай так, чтобы эти страшные звери никогда не попались на пути моих бедных крошек.

Старт