- -
- 100%
- +
В голове проносится пара картинок, как Пикси насаживается на член Хама, там, у него в кабинете. И её огромная грудь покачивается.
– Отключите кто-нибудь эту озабоченную, я ем! – рявкает Хам через приоткрытую дверь.
– Что ему надо? – приподнимаю я бровь.
Многозначително переглядываются…
Доедаю под пристальными взглядами один кусок пиццы, чтобы освободить руку.
– Ребята… – прикладываю её к сердцу. – Спасибо! От всей души. А где я вообще?
Несмело подхожу к окну. Поднимаю рольштору.
– Тихо! – перехватывает мою руку Ёж, спасая от столкновения локтя с кактусом. – Этим не стоит колоться. Он в некотором роде ядовит.
Отдёргиваю руки, выглядываю в окно.
– Вау… Красиво.
Ночной вид на Дворцовую набережную, Неву и Троицкий мост. Примерно прикидываю, какой именно дом стоит на этом месте. И не могу припомнить.
– Можно выйти на балкон?
– Я бы не рисковал, – сдержанно улыбается мне Пикси. – Дом в аварийном состоянии, перила сыпятся.
Глядя в окно, доедаю второй кусок пиццы. Жаль, что кружка с моим недопитым чаем осталась в учительской. Удовлетворюсь горячей водичкой из кулера. А то мало ли… Вдруг он передумает?
Оглядываюсь, рассматривая большую гостиную.
У меня тьма вопросов! Настолько много, что не имеет смысла начинать задавать.
Троица разбредается по своим делам. Анвар и Ёж уходят. Пикси садится за свой секретарский стол и погружается в монитор.
Мысленно прикидываю, где заканчиваются мои десять метров. Вот ровно за стоящей в центре большой инсталляцией плоской земли. За дверь мне не выйти…
Решаясь проверить, как работает мой ошейник, подхожу к инсталляции. Прижав руки к шее, делаю шаг в сторону двери. Никакой реакции. Радостно делаю ещё пару шагов и с ужасом взвизгиваю, как только эта гадина на шее, шевельнувшись, прихватывает меня туже.
Не глюк, значит… Хочется побиться в истерике, покричать «за что?» и поискать управу на всё это безобразие. Но… я, наверное, так не умею. Да и устала я сегодня биться то об асфальт, то об пол.
В приёмной три двери. Одна – выход/вход, вторая – в учительскую, третья, по всей видимости – в уборную. В дальнем углу. Явно больше 10 метров от Хама. Но мне туда нужно.
Пару раз стукнув в дверь учительской, приоткрываю. Хам маркером рисует на своём окне.
– Чего тебе? – не оборачиваясь.
– Не могли бы Вы… немного увеличить нашу дистанцию? Мне нужно в туалет, а я слегка… хм… не дотягиваю…
– Нет. Потерпишь. Закрой дверь.
И что я с его точки зрения должна потерпеть – нужду или удушье?
Придётся всё-таки удушье…
Захлопываю дверь. Чтоб тебе, зараза, карма врезала тем же по тому же месту! Представляю, как оно могло бы выглядеть в какой-нибудь мужской интерпретации. И рисуется мне эрекционное кольцо, туго стянутое на его мошонке. Да… Вот так было бы здорово. Попробуй пописать с ним!
Дверь распахивается. Экстренно отлетаю чуть дальше, чтобы мне не припечатало.
– Иди, – тихо рычит Хам.
– Куда?
– В… – сжимает губы, явно проглатывая пару матов, – … туалет.
В его голосе опять нечто, что минуя мой волевой центр, отдаёт команду непосредственно в конечности. Но в этот раз я и не думаю сопротивляться. Приказ – как хороший порыв ветра в мою спину. И я бегу в уборную. Быстренько сделав там всё, что мне было нужно, возвращаюсь обратно.
Сложив руки за спиной, Хам смотрит в окно. На плече разводы от извёстки.
– Светлость… Вы пиджак испачкали, – отмечаю я.
Не оборачиваясь, скидывает пиджак. Проходя мимо Пикси, вальяжным движением бросает на кресло. В котором, кстати, планировала угнездиться я. Эх…
Уходит обратно к себе.
Пикси, стуча каблуками, несёт ему новый пиджак, вынутый из зеркального шкафа-купе. В этот раз – светло-серый.
С досадой рассматриваю в зеркало ссадину на скуле. Встречаюсь взглядом с вернувшейся из учительской Пикси. Сочувствующе вздыхая, она достаёт аптечку и протягивает мне.
Золотой человек!
Сжав зубы, протираю ссадину мирамистином. Сверху – бежевый пластырь. Чёрт… Глаз немного затёк.
Пикси достаёт мне из холодильника холодную баночку пепси.
– Приложи…
Ну всё. Моё искреннее обожание куплено. Так уж вышло, что по заботе обо мне за последний год она за этот несчастный час побила все рекорды. На втором месте – Анвар с Ежом. Они тоже просили за меня. И третье на спортивном пьедестале побед занимает сам Его Светлость Хам, с его выгулом меня до туалета.
Да… Мир вокруг меня не слишком заботлив! Но что же делать?..
Обнявшись с баночкой пепси, сажусь в мягкое большое кресло и закрываю глаза…
Глава 5 – Чемодан без ручки
ХамГлядя на карту города, расфокусирую взгляд. Раздвоившись, карта приобретает объём. Цветные потоки энергии струятся по улицам и каналам города.
Питер – это врата. Самые тонкие границы. Особенно Васильевский. Первый кордон. Раньше здесь были гиблые болота… Место выхода разнообразной нечисти. И Пётр, как первый «смотрящий», построил здесь город-крепость. Теперь этот город мой. И что-то не так с моим городом. В его вибрациях диссонансы. Энергия вспыхивает и развеивается в самых неожиданных местах. Неужели девчонка внесла столь сильный резонанс? Или история с ней – отвлекающий манёвр? В это верится больше.
Нужно отпустить всех отоспаться, и завтра – в рейды. Искать, где город звучит на нотах контроктавы. Приходящие оттуда – самые опасные. Но и остальных нужно не пропустить.
Устало протираю глаза. Сажусь за монитор, перелопачиваю очередную порцию лиц города. И пытаюсь найти какой-то отзыв внутри себя хотя бы на одно из них. Пусто…
Быть может, я вообще не отсюда. Зачем я смотрю на эти лица?
Но не появился же я ниоткуда. Кто-то же должен был быть ДО всей этой истории? Но моя память начинается лет семь назад уже в реальности «смотрящего». А до этого – пустота…
Анвар утверждает, что память сердца стереть нельзя. Но обычная стёрта, да. Для беспристрастности. Думаю, изменена и внешность, чтобы не беспокоили узнающие меня люди.
Зачем я смотрю на лица? Разве мне нужен кто-то?
Нет… Мне не нужен никто. Никаких близких связей.
Кручу амулет – кольцо на большом пальце. Абстинет. Блокирует любые попытки влезть мне под кожу.
Но какое-то грызущее чувство ответственности периодически толкает меня к монитору. И я вновь вглядываюсь в лица горожан, ища в себе отзывы на них.
Пролистав пару дюжин, закрываю. Накидываю пиджак. Открываю бар. Там у меня только одна бутылка хорошего коньяка, всё остальное забито резонаторами. Заменяю на ремне несколько потраченных шариков. Выхожу, прикрываю за собой дверь.
Нахалка спит в кресле. В расслабленной кисти – баночка пепси. Вот-вот выскользнет из пальцев.
Свалился на мою голову этот чемодан без ручки… И бросить жалко, и нести тяжело. Ладно… посмотрим. Может, чем и пригодится.
И только собираюсь пару раз хлопнуть в ладони, чтобы привести её в чувство, как баночка выскальзывает и хлопается об пол. И… сука, взрывается! Окатывая меня мощной струёй сладкой пены до колен.
– Ёбаный в рот!! – рявкаю я в бешенстве.
Мокрые брюки липнут к ногам. Поднимаю разъярённый взгляд на виновницу происшествия. Сонно хлопает глазами, сжимаясь в кресле.
– Сори… – прикусывает губу.
– Встать.
Послушно выбирается из кресла.
– Вперёд.
Держась за старые перила, спускается вниз.
Обгоняю.
– Я надеюсь, за испорченные брюки не казнят? – в спину.
– Надейся.
В её мыслях, судя по всему, я веду её вниз, чтобы надеть на шею верёвку с камнем и притопить в Неве. Неплохая мысль. Не стану разубеждать, пусть пострадает.
По каменной лестнице спускаюсь к берегу. У пристани мой катер. В какой-то момент ощущаю – что-то не так. Вторая половина удавки крепко охватила моё запястье, повторяя действия той, что у неё на шее. Разворачиваюсь.
С мучительным выражением лица застыла наверху лестницы. Метров пятнадцать до меня. Пальцы бесполезно скользят по шее.
– Ну и?
Закрывая глаза, прислоняется к каменной стене. В её голове тёмная беспокойная вода.
– Мне долго ждать?
Оседает, присаживается на ступеньку, тяжело и надсадно дыша.
Зараза упрямая! Делаю пару шагов от неё, увеличивая дистанцию. Поводок сжимает мою руку ещё туже. Вижу, как закатываются её глаза. И, слепо шаря руками, она начинает отключаться.
– Идиотка…
Психуя, ускоряюсь ей навстречу. Присаживаюсь, ловя её голову над каменной ступенькой. Светлые волосы рассыпаются по моим рукам. В голове неясные образы…
Вода, накатывающая на лицо и заливающая глаза. Мелькающие перед лицом детские руки. И лодка в нескольких метрах…
– Тонула, что ли?
Молчит, растирая горло и с горечью глядя на воду. В мыслях какой-то мужик, вытаскивающий её из воды.
– Я задал вопрос.
– Отчим учил плавать…
– С лодки скинул?
– Мхм…
– Ладно, болезная, пойдём. Мне тебя скидывать никакого профита. Домой поедем. Спать. Утомила ты меня – сил нет.
– На этом? – с опасением смотрит на катер.
– Боишься?
– Боюсь.
– Страх… это всего лишь система безопасности. Сигнализация. Которая срабатывает во время опасности. Отключай свою сигнализацию. В новой версии твоего мира бояться придётся других вещей. Я тебе её перенастрою.
– Других – это каких?
– Например, выбесить меня. Потому что из воды, допустим, я тебя по-любому вытащу. Даже если катер решит вдруг кануть в Неве. А вот если… Мои солдаты должны бояться только меня. Мысль ясна?
– Ясна.
– Ну, давай тогда, вперёд.
Неплохо держится для фобии! Пока мы идём до катера, внутри себя она мучительно тонет раз двадцать и раз десять задыхается от удавки, отказавшись сесть на мой катер.
Но дефективным у нас не место. Пусть борется.
Запрыгиваю внутрь первым. Так и быть, протягиваю ей руку. Заслужила!
Ладошки у неё ледяные и мокрые. Но всё это никак не отражается на её лице. На нём привычно-похуистичное выражение. И только когда катер неустойчиво дёргается под её ногой, она вскрикивает, взмахивая второй рукой. Не отводит глаз от воды. Застывает…
– На меня смотри.
Встречаемся взглядами. Не моргает. Её глаза – как застывшая отполированная смола. А всё равно залипаешь. Необычный цвет. Тяну на себя. Ещё одно её усилие над собой… и подхватываю за талию.
Хватит, пожалуй, на сегодня подвигов. С меня. Надавливаю на её лоб пальцем.
– Спать…
И она тут же отключается. Аккуратно усаживаю на мягкое кресло. Оттягиваю удавку, под ней красная полоса. Синяк будет… Внутри неприятно сводит. Порча имущества, всё-таки.
Завожу катер, выруливаю в сторону залива. Домой…
Глава 6. Маньяк. Сексуальный
Дашка– Дарья… – чувствительный шлепок по щеке.
У меня два ебанутых брата. Один младше на год. Второй – на два. Мать решила отстреляться залпом. А если у тебя два младших брата примерно твоего возраста, с которыми ты жила в одной комнате, то рефлексы у тебя соответствующие. Поэтому, ещё полностью не придя в себя, я леплю ответную оплеуху. Наотмашь.
И тут же подскакиваю в ожидании привычного замеса. Но… не соответствующий ситуации голос возвращает меня в реальность.
– Блять!
Хам! Ооо…
– Я тебе руки вырву.
Это не звучит как пафосный фразеологизм. Это звучит как обдуманное решение. Извещение, так сказать.
– Ваше… как там Вас… – хриплю я испуганно.
– Светлость, – оскаливаясь.
Прижимает ладонь к щеке, водя нижней челюстью. Глаза пылают так, что мне кажется, сейчас вытекут и прожгут каменный пол.
Рука у меня тяжёлая, несмотря на мнимую хрупкость. И ладонь ощутимо горит от жаркой встречи с его щекой.
– Про-про-стите… – заикаюсь я. – Рефлекс…
Отнимает руку от щеки. Там красное пятно.
– Надо что-то холодное приложить, – сглатываю ком в горле, больше похожий на небольшого ежа, под его свирепым говорящим взглядом – что и куда он желает мне приложить. Делаю пару шагов назад и упираюсь спиной в каменную стену.
Кстати, где я?
Так как дать мне сдачи он не спешит, оглядываюсь. Отведённый от залива канал метра три в ширину и тридцать в длину, уходящий во что-то типа… гаража? Или как там это называется для лодок? Мы в самом тупике. Помещение, и правда, похоже на гараж. Его катер привязан… На руках меня, что ли, с него вынес? Ну, блять, мерси!
Ты неудачница, Любимова. Сам Хам носил тебя на руках, а ты всё проспала. Уверена, что кроме, быть может, Пикси, такие плюшки от него никому не прилетали.
Пытаюсь представить Пикси у него на руках. Немного не рисуется. С её-то ростом под метр восемьдесят…
Хам недовольно морщится. Рубашка на его груди колеблется, и ноздри подрагивают от едва сдерживаемого раздражения и гнева.
– Вперёд, – кивает мне на винтовую каменную лестницу вверх.
– А что там?
– Пытошная, – со злым сарказмом.
– Пытошная – это как «булошная»? – переставляю ноги по ступеням.
Приторно пахнет влажным камнем…
– Пытошная – это как…
Поднявшись на оборот винтовой лестницы, застываю.
– …пытошная.
Потому что… это чудовище не шутит. Вот это, кажется, называется дыба, а вот это… какой-то там сапожок… Испанский? А дальше, в тёмном углу – большая клетка… Там кто-то шевелится…
С колотящимся сердцем начинаю пятиться. Вниз на ступеньку… Ещё на одну. Упираюсь спиной в его грудь.
– В чём дело? – недовольно мне в ухо.
В чём дело?! Нахрена кому-то держать в доме такое? Он что – маньяк?
Чувствую спиной его горячую рельефную грудь. Его кружащий голову запах… Если у меня получится его сейчас вырубить… как сбежать отсюда? Если вниз – вода, а вверх – вот это вот всё?!
– Если ты ещё раз меня ударишь… клянусь – выпорю. Буду пороть розгой, пока твоя задница не треснет.
– Я туда не пойду.
– Тебе на этаж выше.
Обгоняя меня, идёт вверх первым. Исчезает из виду. И через некоторое время удавка мне напоминает, что эта сволочь уже слишком далеко. Быстро бегу по ступенькам наверх. На этаж выше – площадка. На ней стоит кадка с пальмой у окна. Выглядываю. Залив… Других домов не видно. Как далеко мы от города? Напротив окна две двери. Какая?..
Это напоминает ребус на логику, когда нужно выбрать, в какую из дверей безопасно войти. И если ошибёшься, то тебя съест дракон. Итак, за какой из дверей дракон?
– За обеими, – открывает он дверь, видимо приглашая меня внутрь.
– Ты мысли читаешь?!
– «Вы». Нет. В твоём случае – к счастью.
Огромная круглая комната… Нет, не круглая… В виде спиральной галактики. Метров сорок, не меньше. Панорамные окна… В центре большая круглая кровать.
– Кухня… – указывает в левый рукав галактики. – Ванная… – в правый.
Глядя мне в глаза, рывками расстёгивает рубашку.
– Натворишь какую-нибудь херню – я за себя не отвечаю.
Рывок за пряжку ремня – и брюки с его талии падают к ногам. Сложён ничего так… Мой взгляд застывает на его трусах. У него, интересно, такой большой или просто слегка напряжённый? Потому что выглядит внушающе. А в моём случае – так и вообще устрашающе. А если он встанет, как положено? Боюсь, сможет трахнуть самого себя в пупок!
Любимова… ты в себе? Это же Хам, а не просто образец зачётного самца, на которого можно облизаться.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.