Язык, буквы, имена
- -
- 100%
- +
Как у ребёнка, так и у шизофреника духовные акты не могут пробиться сквозь некую блокаду, подобно тому как лучи солнца не могут пробиться сквозь туман. Правда, в случае ребёнка по мере взросления туман постепенно рассеивается, а у шизофреника он, наоборот, может стать ещё более густым – пока больной окончательно не перестанет что-либо понимать. Поскольку ребёнок ещё не владеет языком, он не может описать, что именно происходит в его голове, но шизофреник способен сделать это. И описания, которые мы выше приводили, не оставляют сомнения в том, что тут совершается сбой общечеловеческой программы мышления: «Мысль, запутавшись, пропадает в пустоте. Блокировки препятствуют течению мысли»; «Вдруг приходит мысль, наплывает на другую и застревает в ней, застревает, словно в тягучей массе»; «Мое душевное поле в тумане»…
Всё, о чем мы говорили до сих пор, можно представить на таком наглядном примере. Компьютер состоит из трёх частей – жесткого диска, программного обеспечения и внешнего оборудования («железа»). Эти три части соответствуют в нашем примере трём основным уровням человека – духу, душе и телу. На жестком диске в зашифрованном виде хранится вся информация, которой мы пользуемся. Но если мы захотим посмотреть, что содержится в нём, и с этой целью вынем его и разорвём на части, то ничего не увидим. Для того, чтобы считать с него информацию, нужны две вещи: программное обеспечение, которое переводит шифр жёсткого диска (двоичные данные) в форму, распознаваемую нашим сознанием, и оборудование, то есть «железо» компьютера – монитор, клавиатура, мышь, которые через графический интерфейс непосредственно выведут для нас эту информацию на экран и позволят как-то пользоваться ею и редактировать её.
Жесткий диск в данном примере – это дух. Программное обеспечение, то есть операционная система компьютера – душа. У души есть уровни, есть этажи и градации – растительная, животная и разумная. Высшая разумная часть души непосредственно соприкасается с духом, расшифровывает его информацию и передаёт её на низшие уровни в доступной для них форме. Это можно сопоставить с разными уровнями операционной системы. (Другим примером было бы считывание информации с ДНК: Дух можно представить в виде своеобразного генома всех проявленных миров. Но это уже выходит за пределы нашей аналогии).
Наконец, «железо» компьютера – это наше физическое тело. Функция мозга состоит в том, чтобы служить монитором, на который в наглядном виде выводится для нас информация, хранящаяся на жестком диске. Смотря на картинку в мониторе, вы видите содержание жесткого диска, но в доступном для вас, наглядном виде. Вы можете кликать по отдельным иконкам и перемещать их или же удалять, то есть изменять информацию на диске.
Но из того, что монитор наглядно доносит до вас информацию, было бы большой ошибкой делать вывод, будто эта информация содержится в нём же самом. Информация идёт из центра, называемого жестким диском, где она хранится в невидимой для наших глаз, зашифрованной форме. Затем она опять-таки невидимо для глаз обрабатывается операционной системой компьютера, чтобы сделать её доступной для выведения на экран. И лишь на последнем этапе информация в наглядном виде выводится на материальный носитель, на монитор. Мозг не мыслит, не порождает никаких смыслов, он лишь выводит готовые мысли на экран, выполняя роль фильтра. Да, если как-то повредить монитор, то информация не будет выводиться и, соответственно, перестанет быть видна нам. Точно так же – если нанести человеку какие-то физические повреждения, например, ударить палкой по голове, то он тоже может перестать выводить некую часть информации, скажем, частично или полностью утратит дар речи. Процессор работает, с данными ничего не произошло, но монитор утратил способность их адекватно выводить.
Точно так же вселенская информация, содержащая шифр (идею) каждой вещи, считывается со всеобщего Духа нашей душой, а потом выводится в наглядном виде на монитор нашего мозга.
Всё сказанное я попытался изобразить на следующей схеме (см. рисунок).
Прошу понять правильно, я сейчас не уподобляю человека компьютеру, это лишь общий пример для приближения мыслей к теме. Как известно, каждый пример с одной стороны приближает к теме, а с другой отдаляет от неё.
Теперь, если мы возьмём психическую болезнь, самой тяжелой и загадочной формой которой является шизофрения, то она будет аналогична сбою в операционной системе компьютера, из-за которого тот не может адекватно считывать информацию с жесткого диска. Как правило, подобные сбои у человека вызываются разного рода психическими травмами, уходящими корнями в детство. Из-за таких травм в душевных программах накапливаются системные ошибки, которые в один прекрасный момент приводят к тому, что программа начинает выводить на монитор считанные ею данные в каком-то нелепом и искажённом виде либо же показывать то, чего на жестком диске вообще нет. Но ещё более худший вариант состоит вот в чём: вместо того чтобы обращаться к жесткому диску (Духу и Разуму в нашем примере), глюкнувшая программа начинает создавать обращения в какие-то другие области и регионы, которые человек раньше и представить себе не мог и о самом существовании которых даже не подозревал. И вот он начинает видеть странных существ, слышать голоса, проживать некие колоссальной напряженности сюжеты – всё это в совершенно реальном режиме.
Вот в чём суть шизофрении. Поняв подлинные механизмы этой болезни, мы увидим, насколько смехотворными являются те объяснения, которые даёт ей современная профаническая наука и, в частности, так называемая психиатрия.
Теперь, если продолжать сравнение с ребёнком, то мы увидим, что разница тут на самом деле принципиальная. У ребёнка «операционная система», то есть разумная душа, тоже не может адекватно считывать информацию с диска, но не по причине какого-то сбоя, а из-за своей несформированности и несовершенства, которое она с годами постепенно преодолевает, как бы «апгрейдя» саму себя.
И, к слову, индивидуальные различия в мыслительных способностях людей определяются тем, как устроена их душа, то есть операционная система, а не тем, как устроен дух. Дух абсолютно одинаков, «жесткий диск» один на всех. Но считывать информацию с него можно по-разному. Условно говоря, это можно делать с помощью более устарелой или с помощью более совершенной и быстрой операционной системы. Также операционную систему можно развивать, человек способен «апгрейдить» самого себя, сознательно учиться абстрактному мышлению через чтение, образование, общение с людьми знания. И наоборот, он может лечь на диван перед телевизором, ничем не интересоваться и в конце концов настолько запустить себя, что ему станет трудно понимать что-то помимо бытовых разговоров.
Пойдём дальше. Почему мы сказали, что шизофрения идентична механизму оккультного посвящения? Давайте объясним это на языке нашего примера. Суть оккультного (или магического, или созерцательного, или языческого) посвящения состоит в таком переформатировании человеческого существа, которое позволило бы обратить колесо истории вспять и вернуться к изначальному адамическому состоянию. Я подробно говорил об этом в цикле «Человек в исламе» и снова вернусь к данной теме в будущих частях этого нашего цикла. Программа такого посвящения, исходящего из знания эзотерической психологии, отражена в рисунках египетских усыпальниц, в текстах пирамид, в герметических трактатах и других памятниках языческой традиции.
Чтобы добиться нужного результата, в рамках данной традиции требуется совершить взлом бессознательного, преодоление стены. То есть переформатировать операционную систему. Это очень опасно. Фактически большинство идущих по данному пути или сходят с ума, или погибают. Ибо, чтобы переформатировать, вы должны сначала сломать. Отсюда повторяющийся во всех оккультных традициях мотив «нигредо», «разложения», «алхимической смерти», «прохождения через мрак», «ворона, терзающего когтями череп». Не пройдя через инициатическую смерть, невозможно возродиться на новом уровне или, говоря языком нашего примера, не разрушив операционную систему, нельзя добиться её переформатирования. Вы должны разъять, а потом снова соединить. И вот этот этап разъятия, слома, деструкции операционной, то есть душевно-психической системы человека тождественен шизофрении. Здесь совершаются те же самые процессы, но под сознательным контролем.
О механизмах языческой инициации мы ещё поговорим в будущих частях этого цикла, где рассмотрим их с нового ракурса, а пока вернёмся к языку. Каково место языка в приведённом выше примере? Очевидно, если душа представляет собой операционную систему, считывающую информацию с жесткого диска Духа, то язык может быть уподоблен чему-то вроде машинного кода этой системы, с помощью которого она работает. Иными словами, вы должны загрузить в данную программу некие данные, некий код, чтобы она начала функционировать. Это и есть язык. (Отмечу, что здесь для нас важно наглядно представить себе механизм функционирования системы под названием «человек», а не правильно описать работу компьютера, поэтому я не стремлюсь к полной точности аналогий с точки зрения программирования).
Ребёнок обладает лишь языковой компетенцией, то есть способностью к освоению уже существующего языка, но он не способен самостоятельно построить язык, «изобрести» его. На это указывает пример детей-маугли. Если ребёнка примерно до 10 лет где-то запереть, изолировать и не обучать языку, то он потом не сможет его выучить. Ребёнок не только не построит язык сам по себе, но и окажется в дальнейшем не способен к его усвоению. В чем причины этого? Очевидно, в случае ребёнка, лишённого доступа к языку, недостаёт решающего элемента, запускающего работу всей системы – тех самых данных, того самого кода (называй как угодно), позволяющего операционной системе начать свою работу. Если операционная система стоит, то данные с жёсткого диска Духа не считываются, актов идеации не происходит – и, соответственно, очеловечивания тоже нет. Мы имеет тут уже не сбой в работе операционной системы, как в случае шизофрении, а её полное бездействие. Соответственно, высшие центры человеческого существа простаивают и тем самым атрофируются, делая невозможным дальнейшее обучение даже в случае возвращения в человеческое общество.
Ещё один процесс, изоморфный шизофрении и оккультному посвящению, но при этом присущий уже всем людям – это сон. Во сне наш мозг, то есть монитор, отключается, а точнее сказать, переходит в «спящий режим». С другой стороны, действие «лазерного луча» Духа ослабевает, акты мышления и идеации останавливаются. И операционная система разумной души начинает создавать обращения в регионы Мировой души, закрытые от неё в бодрствующем состоянии.
Между нашей индивидуальной душой и океаном Мировой души, которая может быть представлена как коллективное бессознательное, в обычном состоянии находится стена. В оккультной традиции эта стена называется «стражем порога», а в библейской она предстаёт как херувим с огненным мечом, охраняющий путь к Древу. В стене есть дверь, которая закрыта, пока мы бодрствуем. Когда человек засыпает, дверь открывается, и душа выходит на ту сторону. На языке нашего примера мы назвали это созданием программных обращений к регионам коллективного бессознательного или Мировой души (точнее говоря, барзаха как среднего царства между нашим материальным миром и Мировой душой).
В случае шизофрении дверь в стене открывается прямо в бодрствующем состоянии. Или, лучше сказать, не дверь открывается, а в стене образуется трещина, пробоина, через которую на человека лезут странные существа, фигуры и сюжеты, намного превышающие его способность осмыслить их. Больной начинает сновидеть наяву. В случае оккультного посвящения отверстие в стене пытаются выпилить сознательно и аккуратно, используя специальные техники, прежде всего метод активного воображения, который перепрограммирует ОС разумной души на создание регулярных обращений к коллективному бессознательному. Что осмысляется как соединение сознания и бессознательного, брак «нашего короля» и «нашей королевы», алхимической серы и ртути.
На этом закончим данную лекцию. Следующей темой у нас должно быть происхождение языка. Но, прежде чем объяснять его происхождение, необходимо опровергнуть одну очень распространённую и в корне ложную концепцию, претендующую на объяснение происхождения самого человека. Речь идёт о дарвиновской теории эволюции. Этим мы займёмся в следующей части.
Часть 4. Опровержение теории эволюции Дарвина
Теория Дарвина имела критически важное значение для становления того, что сегодня называется «материалистическим мировоззрением». Фактически то, что предложил Дарвин – это гипотетическая альтернатива креационалистской модели (от латинского creatio – творение). Креационалистская модель, изложенная в религиях откровения, говорит, что если существует такой бесконечно разнообразный мир и в нём столь сложные живые организмы, то всё это кто-то сотворил – кто-то, обладающий бесконечным знанием, силой и мудростью, то есть Бог. Это звучит очень разумно. В действительности, как мы ещё увидим, это и есть единственная разумная позиция, никакой другой не существует.
Что сделал Дарвин? Он решил предложить альтернативу этой модели – но не полную, а частичную, касающуюся только органического мира, царства жизни. Дарвин не строил теории, откуда вообще взялся мир – после него это стали делать другие (концепция «большого взрыва» – впрочем, также ничего не объясняющая, потому что возникает вопрос: а откуда взялся сам большой взрыв? – и всё равно мы приходим к выводу о бытии Творца, который Сам, в свою очередь, никогда и никем не был сотворён). Дарвин сосредоточился именно на этом участке реальности, на органической жизни, и попытался тут, так сказать, дать решающий бой креационалистам. На вопрос: «Откуда всё взялось в живой материи?» – он ответил: «Всё появилось в результате постепенной эволюции по механизму случайных изменений в сочетании с естественным отбором». То есть не Богом сотворено, а возникло само собой, и вот вам, сказал Дарвин, объяснение, вот вам механизм того, как это произошло.
Эта идея была по-своему изящной, даже гениальной (гениальностью чёрного гения). Но после её выдвижения стало твориться нечто странное: вместо поиска аргументов в свою поддержку она получила господствующее положение просто безо всяких доказательств. Бесчисленные факты, противоречащие этой теории, игнорировались, а другие были за уши притягиваемы в её поддержку. Торжество теории Дарвина стало результатом не её научных достоинств, а наличия соответствующего социального бэкграунда в западном обществе того времени. Данный бэкграунд я подробно описал в цикле «Человек в Исламе». Вкратце, это был общий тренд на освобождение от христианства, секуляризацию, становление новой парадигмы материалистической науки и соответствующего ей типа технической цивилизации. В наше время выводы из этой науки и этой цивилизации более-менее ясны (хотя далеко не для всех), но тогда это была эпоха эйфории, ожидания «всего нового», невероятных перспектив и возможностей. И вот на пике такой эйфории, такой, можно сказать, материалистической оргии появляется дарвиновское учение, которое предоставляет «научное» обоснование того, как живой мир мог развиваться сам по себе, без божественного вмешательства. Это произвело эффект взорвавшейся бомбы. Это было то, чего все ждали. Доказательств даже не спрашивали, несогласный автоматически клеймился как «мракобес», «ретроград» и «враг научного прогресса». Перефразируя известную фразу Вольтера: «Если бы Дарвина не было, его следовало бы выдумать».
Давайте посмотрим, в чем же, собственно, состояла эта теория. До Дарвина биологи, пытавшиеся объяснить происхождение животных видов, исходили из теории наследования приобретённых признаков. Эту концепцию предложил в 1802 году Ламарк. Согласно ей, животные в результате упражнений совершенствуют те или иные органы. В основе развития видов лежит внутренне присущее им стремление к совершенству. Ламарк считал, что у жирафов такая длинная шея, потому что они тянулись своими шеями вверх в течение многих поколений, чтобы лучше доставать до пищи на деревьях, и в результате их шеи стали такими, как сейчас. Дарвин нашёл другое объяснение, гораздо более изящное, и именно благодаря этому он приобрёл такое место в истории материалистической науки.
Согласно Дарвину, дело обстояло не так, что жирафы массово вытягивали свои шеи вверх, пока не стали длинношеими. Однажды среди жирафов родился такой, чья шея по случайности была немного длиннее, чем у других. Этакий случайный мутант. Но оказалось, что более длинная шея для мутанта вовсе не эстетический недостаток, а скорее преимущество в конкурентной борьбе с другими жирафами. Потому что благодаря этой шее он смог лучше других доставать пищу. Этот признак улучшил его выживаемость. А поскольку тем самым мутант выжил, а его менее удачливые конкуренты погибли, то он передал свою длинную шею по наследству. Дарвин назвал это «естественным отбором». «Выживает сильнейший». Каждый такой мутант с немного более длинной шеей, случайно появлявшийся в популяции жирафов, выживал успешнее и передавал свои признаки лучше, а потому все жирафы как вид постепенно стали длинношеими.
То есть механизм эволюции, по Дарвину, таков: происходит случайная единичная мутация у какого-то представителя вида, которая позволяет ему лучше выживать в борьбе за существование и тем самым размножаться. Аналогичные мутации случайно происходят и у других особей, также передаваясь их потомкам. Тем самым в общей популяции в результате преимущественного размножения особей, обладающих данным признаком, он получает всё более широкое и массовое распространение, пока полностью не вытеснит предыдущий признак.
Квинтэссенция всего дарвинизма – это борьба за существование плюс случайные мутации плюс естественный отбор. Или, говоря иначе, дарвинизм – это случайные (наследственные) изменения, проходящие проверку естественным отбором в ходе борьбы за существование.
Вывод из всего этого такой, что божественное участие из природы полностью устраняется. Вместо воли Бога встаёт невидимая рука «естественного отбора». Эволюция не знает ни плана, ни цели. В природе не существует никакого разумного замысла. Там действует только слепая сила под названием «естественный отбор». Это автоматический, бессознательный процесс, который не преследует какую-либо цель, не знает будущего, но при этом расставляет всё по своим местам, продвигая вперёд наиболее приспособленных.
Вот то, что предложил Дарвин. Но оставался все-таки один небольшой вопрос: а как же факты? В потоке всеобщего материалистического безумия такими «мелочами» никто не озадачивался. Все верили, как заметил философ Владимир Соловьев, что «если человек произошёл от обезьяны, то мы должны любить друг друга». В научной среде биологов теория Дарвина сразу же встретила отторжение и неприятие – именно в силу своей бездоказательности и противоречия фактам, – но она практически мгновенно переросла чисто научные круги, перейдя на уровень западной цивилизации в целом. Несогласным не оставалось ничего, как замолчать.
Но вот закончился 19-й век, техническая цивилизация с её позитивистской наукой и материалистической идеологией добилась полного господства – в том смысле, что у неё не осталось серьёзных конкурентов внутри западного мира. Все соперники, такие как католическая церковь, перешли в глухую оборону. Наступило время брать на себя историческую ответственность, реализовывать надежды на практике, преобразовывать мир так, как установлено в неписаной программе этой цивилизации – программе, одним из апостолов которой был Чарльз Дарвин. И что же произошло? Вместо сияющего света просвещения техническая цивилизация рухнула во мрак непрогляднее того самого «средневекового», от которого так упорно старалась отдалиться.
В 1914-м году началась Первая мировая война. Европейские нации, вместо того чтобы слиться в экстазе «прогресса» и «свободы, равенства, братства», принялись истреблять друг друга с помощью самых последних изобретений позитивистской науки и материалистической техники. А после «великой войны» половину планеты захватили режимы, построенные на невиданных прежде человеконенавистнических идеологиях.
И тут оказалось, что дарвиновская теория подходит не только для того, чтобы бороться с креационализмом и религией. Выяснилось, что она очень хорошо подводит «научные» основания под расистские концепции о «бремени белого человека». Если в природе существует «естественный отбор», играя там положительную роль, то он обязан действовать и в человеческом обществе, а значит, сильный должен побеждать и подавлять слабого. «Падающего – толкни», по лапидарному выражению Ницше, или «нежизнеспособные должны быть истреблены», согласно такому теоретику и практику расизма, как Адольф Гитлер.
Дарвинизм бросил вызов авраамической парадигме в области биологии – но он также бросил ей вызов и в области этики. При последовательном применении дарвинизма всё этическое учение религий Единобожия должно быть отброшено. В своей второй по значимости работе «Происхождение человека и половой отбор» сам Дарвин выстраивает иерархию рас, пишет о том, что некоторые расы стоят близко к животным, а другие нет, и делит их на «высшие» и «низшие». Расы, согласно этому опусу, есть не что иное, как биологические виды внутри человечества. Некоторые пассажи из этого «научного» труда сложно не спутать с соответствующими сентенциями из «Майн Кампф», к примеру: «В некотором не таком уж далеком будущем, которое измеряется лишь веками, цивилизованные расы, несомненно, истребят, а затем полностью заместят дикарей по всему миру. В то же время антропоморфная обезьяна (то есть низшие расы, по Дарвину) тоже будет уничтожена. Разрыв между человеком и его ближайшими предками будет быстро увеличиваться, и разница между цивилизованными людьми и дикарями станет примерно такой, как между европейскими народами и гиббонами, в то время как сейчас она такая, как между неграми или австралийцами и гориллами».
Основателем другой разрушительной идеологии, вдохновлявшимся Дарвином, был Карл Маркс. Он настолько восхищался им, что даже собирался посвятить ему свой главный труд – «Капитал». В 1859 году, прочитав «Происхождение видов», Маркс написал Энгельсу: «В этой книге заложены естественно-исторические основы наших взглядов».
И действительно, идея насильственной революции, в результате которой сильные безжалостно истребляют слабых («отживший класс»), очень хорошо согласуется с дарвиновской картиной мира, является конгениальной ей. В основе взглядов Маркса на общество лежал эволюционизм. Как и мир животных, человеческое общество развивается «от низшего к высшему». Высшим этапом эволюции станет коммунизм, а в процессе его утверждения должен произойти «естественный отбор» – уничтожение «реакционных классов». «Буржуазия» в марксистской доктрине играла ту же роль, что и «низшие расы» у нацистов – роль побочного продукта эволюции, пережитка «пройденных стадий», предназначенного самими «законами природы» к истреблению. Обратим внимание, что в обоих случаях – расизма и марксизма – истребление людей оправдывается некими «непреложными законами» и объявляется неизбежным этапом на пути к «прогрессу» – так же, как в теории Дарвина несовершенные особи обречены на истребление со стороны «более приспособленных».
И в дальнейшем коммунистическая идеология повсюду выступала как естественный попутчик дарвинизма, рекламируя, защищая и насаждая его. На практике данный комплекс идей воплотил Ленин – эта «мыслящая гильотина», по определению Горького. Для Ленина не существовало человеческих личностей, а жизнь людей ничего не стоила, поскольку путь к «лучшему обществу» должен быть пройден через беспощадную «классовую борьбу», через уничтожение «отживших классов». Карающая длань «партии» становится здесь рукой самой природы, орудием её непреложных законов.
И вот тут проявили себя подспудные моменты как дарвинизма, так и материалистической парадигмы в целом. Всё получилось совсем не так, что «если человек произошёл от обезьяны, то мы должны любить друг друга». На практике оказалось, что «если человек произошёл от обезьяны, то мы должны истреблять друг друга».
Доктрина о «происхождении человека от обезьяны» лишила людей высшего духовного измерения, создав подходящую атмосферу для практики массовых убийств. Ведь если человек – это всего лишь одно из «животных» в мире, где царят «борьба за существование» и «естественный отбор», то в гибели миллионов нет никакой проблемы. Если не существует непреложных критериев добра и зла, если человек не представляет собой абсолютной ценности, если его сущность восходит не к надмирным потокам света, а к макаке лысой, то «умри ты сегодня, а я завтра» – таков новый этический закон, согласно евангелию святого Чарльза.