Прорыв через Сушумну

— Мы едем ко мне, на Пальму, — коротко бросил Тарик, плавно перестраивая мощный внедорожник между рядами. — Мой дом полностью экранирован от внешнего сканирования. Там вас не найдут ни спутники, ни городские Нейросети ИИ. Машина свернула с оживленного шоссе Шейха Зайда и направилась к огромному искусственному острову в форме пальмы. Миновав автоматические ворота закрытого охраняемого комплекса на одной из «ветвей», Mercedes заехал на подземную парковку роскошной виллы, окна которой выходили прямо на Персидский залив. Как только тяжелые ворота гаража закрылись, Николай почувствовал, как в ушах слегка заложило — сработали глушилки частот. — Выходите, здесь безопасно, — Тарик приложил ладонь к биометрическому замку скрытой в стене двери. Вместо жилых комнат виллы они спустились еще на один уровень вниз, оказавшись в огромном технологичном бункере. Николай ожидал увидеть здесь восточную роскошь, но попал в ультрасовременную лабораторию. Повсюду стояли серверные стойки, мерцали мониторы с графиками энергетических колебаний, а в центре зала, на специальном пьедестале, под прозрачным бронированным куполом висел странный костюм. Он выглядел как облегающий матовый комбинезон из углеволокна, пронизанный тысячами тончайших золотых нитей, сходящихся к массивному металлическому кольцу на спине. — Красиво, правда? — Тарик подошел к куполу. — Это то, что «Архитекторы» называют стабилизирующим экзоскелетом. По сути — это искусственная Сушумна. Большинство тех, кого они смогли поймать или завербовать, не обладают твоим врожденным талантом, Николай. Их тела разрушаются от пространственных перегрузок. Этот костюм берет на себя девяносто процентов давления и, что самое главное, сжимает шлейф энергии, чтобы прыгуна нельзя было засечь по электромагнитному следу. Николай подошел ближе, разглядывая золотые нити. Сами узоры на ткани до боли напоминали ему расположение энергетических каналов — нади — из древних трактатов по хатха-йоге, которые он изучал в Сибири.— Они скопировали геометрию человеческого духа и превратили ее в железо, — тихо и с явным неодобрением произнес Баба Джи, садясь прямо на металлический пол бункера в привычную позу лотоса. — Машины пытаются повторить то, что под силу живому сознанию.— Возможно, учитель, — повернулся к нему Тарик. — Но эта «машина» позволяет им перемещать штурмовые группы в любую точку планеты за секунды. Николай, посмотри на этот экран. Тарик вывел на центральный монитор трехмерную карту Земли. На ней, словно светящиеся капилляры, пульсировали сотни линий. Некоторые из них были тонкими и едва заметными, другие — толстыми, как магистральные артерии. — Это геомагнитная сеть планеты — Лей-линии. Древние знали их как тропы богов. Ты, сам того не зная, используешь их как рельсы для своих прыжков. Токио, Алтай, Ришикеш, Дубай… — Тарик нажал кнопку, и на карте загорелись четыре точки, соединенные ломаной линией. — Твой первый прыжок в Токио был настолько мощным и грязным, что «Архитекторы» сразу поняли: появился дикий, необученный прыгун колоссальной силы. За такими они охотятся по всему миру. Если они схватят тебя, они либо заставят тебя носить этот костюм и выполнять их приказы, либо вскроют твой мозг, чтобы понять, как твоя Сахасрара выдерживает такие нагрузки без технических стимуляторов. Николай почувствовал, как к горлу подступает ком. Все это время он думал, что просто открыл в себе удивительную способность, а оказался между молотом и наковальней в тайной войне, о существовании которой обычные люди даже не догадывались. — Что мне делать? — Николай посмотрел на свои ладони, пальцы которых все еще слегка подрагивали после парного перехода. — Учиться, — Баба Джи открыл глаза. — Тарик даст нам убежище на несколько дней. Я научу тебя запечатывать свои прыжки изнутри, чтобы никакие приборы ИИ не могли увидеть твой след. Ты научишься стирать свои шрамы в пространстве прямо в момент перехода. Но для этого тебе придется перестроить все свое представление о йоге. Тарик подошел к панели управления и нажал несколько клавиш. Один из экранов переключился на внешние камеры виллы. На подъездной дорожке у главных ворот комплекса бесшумно затормозили два черных тонированных фургона без номеров. Из них начали выходить люди в тяжелой экипировке и с уже знакомым Николаю оружием с широкими раструбами. — Проклятье… — выдохнул Тарик, его лицо мгновенно побледнело. — Мои глушилки должны были скрыть нас. Они как-то отследили биометрический след моей машины через городские спутники. Они штурмуют периметр. — У нас нет нескольких дней, учитель, — Николай отступил на шаг назад, чувствуя, как адреналин снова выжигает усталость. — Придется учиться прямо сейчас.