Вавилон. Пламя

– Очень рада, что моя дикая магия и способность открывать червоточины вернули тебе волю к жизни, – насмешливо сказала Лилит, откидываясь назад и опираясь на вытянутые руки. – И к чему ты это?

– К тому, что перед тобой сидит академический чародей с тремя грамотами об окончании. А тебя одолевает неведомая хворь, явно магического происхождения.

– И ты хочешь помочь, значит? – Лилит склонила голову набок.

– Скорее, мне интересно найти ответ, – поправил Варац.

– Какой же ты идиот, – вздохнула Лилит. – На меня открыта охота, я сейчас просто ходячая мишень. Вдобавок, у меня горит заказ для одного из самых знатных людей Севера, и это я уже не говорю обо всей этой… демонической хери, – Лилит округлила глаза. – Беги, придурок!

– Дорогуша, – рассмеялся Варац. – Я бы не был собой, если бы страх или даже благоразумие во мне были сильнее интереса. А за то, что я вновь ощущаю себя собой, мне нужно благодарить всю эту ситуацию, которую ты создала.

Варац и поменял позу, садясь поудобнее.

– Про мишень ты заметила верно. Посвяти меня в свое небольшое расследование. Чтобы я хоть понимал, чего ожидать.

Лилит поморщилась

– Это сложно, Варац. Есть причины, по которым я работаю одна. Я нарушила это правило, и взяла с собой Дарири, и вот результат. Все это, – она повела головой, указывая на пространство вокруг. – Результат всего одной моей ошибки. И я не очень горю желанием тут же ее повторять.

– Разумеется, – кивнул Варац. – Но если ты задумаешься, то у тебя гораздо больше поводов доверять мне, чем Дарири. Во-первых, мы знакомы меньше одной луны, и у нас нет никакой истории. Во-вторых, мне глубоко плевать на тебя и твои бандитские разборки. Без обид.

– В третьих, сатори, – добавила Лилит.

– И это тоже.

Лилит задумчиво пожевала губу.

– Одно условие, – сказала она, поднимая глаза на чародея. – Заключаем пакт о безоговорочном доверии.

Варац недовольно повел плечами.

– Это обязательно? Что, из-за одного факта данного обещания тебе станет проще мне доверять?

– Станет, – кивнула Лилит. – Потому что ты ненавидишь любые обязательства, включая обещания.

Чародей тихонько фыркнул.

– Какая кошмарная манипуляция, – он окинул ее задумчиво-оценивающим взглядом, и вздохнул. – Ладно, твоя взяла. Жмем руки?

– Зачем? Просто встань на одно колено и поклянись в верности.

– После того, как ты поцелуешь перстень.

– Спорим, поцелую?

– Не спорим, – чародей прожег ее взглядом. Лилит расхохоталась. – Обещаю. Довольна?

– До крайности, – кивнула Лилит. – Обещаю.

Варац чуть покачал головой.

– Просто кошмар. Ну? Теперь расскажешь? Что там у тебя за теории, выкладывай.

Лилит устроилась поудобнее.

– Постараюсь быть последовательной. Я была недавно в Синепалке по делам, пересеклась с Дарири. Она напросилась со мной в Аньнянг, якобы в отпуск, а на деле – следить за мной. Погоди, не смейся. Сейчас станет понятнее. В один из вечеров я спокойно работала в городе, никого себе не трогала. Заметила за собой хвост. История не новая, в Синепалке если после попойки меня не пытаются прирезать – это какой-то очень странный день. Но в Чинджу такое впервые. Город маленький, наших там немного…

– Наших?

– Бандитов, наемников, контрабандистов, всей этой швали, – пояснила Лилит. – Мне там просто не с кем было конфликтовать, даже если бы я очень захотела. Так что я сразу подумала, что слежка не местная. И оказалась права: прихожу на следующий день в нору…

– В нору?

– Такие места, где наши собираются, – Лилит слегка закатила глаза. – Давай шустрей соображай, дорогуша, по контексту же понятно. Я прихожу в нору, а там двое: Дори, хозяин заведения и мелкий мошенник с бумагами по совместительству. И Льгашмын, который для меня тогда был просто безымянным северным наемником. А, ну и Гиммик, ассасин из шишек…

– Дорогуша, прекрати это словоблудие немедленно. Это какой-то кошмар.

Лилит махнула на него рукой.

– Ладно, постараюсь. Ассасин из высшей лиги. Так понятнее?

– Гораздо! – кивнул Варац. – Продолжай.

– Он эльф, и живет на этой земле уже хренову тучу лет. И убивает, насколько я могу судить, дольше чем на Севере правят ламбианцы. Ну или какой-то сопоставимый срок. Если совершенство в этом мире существует, то оно – в работе Гиммика. И я никогда, ни разу не видела и не слышала, чтобы он от чего-то убегал. Он игрок, и любой степени угроза для него – проверка мастерства и развлечение. Но в то утро, когда мы болтали в кабаке, он сказал мне убегать и прятаться. Сказал, что не возьмется охранять, и ушел. Представь мое удивление.

– Ага. Возможно, конфликт интересов. Не думала?

– Может и так. Гиммик в гильдии, а с гильдиями вечно всякие сложности. Так или иначе, передо мной встал выбор: повести себя разумно и последовать его совету, или остаться верной своим правилам. Как ты можешь видеть, я выбрала второе. Это в моей жизни не меняется, по крайней мере. Я подсела к Дори, и разыграла с ним небольшой спектакль, который предназначался для Льгашмына. Я сказала, что утром уезжаю в Хангему. Хангема находится под защитой семьи ниндзя, и там абсолютно невозможно работать, если твоя работа нарушает закон. И когда я говорю невозможно, я имею в виду невозможно.

– Так. Ты вынудила Льгашмына действовать.

– Вынудила, – кивнула Лилит. – Я не планировала с ними драться, хотела просто посмотреть, с кем имею дело. Сколько их, как одеты, и так далее. Но приперлась Дарири. Которая вообще не должна была знать, где я и чем занимаюсь.

– Она же, вроде, искала тебя?

– И нашла именно в тот момент, когда напали люди Льгашмына? Очень удобно. Нет, уважаемый чародей, Дарири там оказалась не случайно. Она знала, куда я пойду, как и Льгашмын.

– А он не должен был? Ты же сама говорила про спектакль.

– В том-то и вся соль, – улыбнулась Лилит. – Спектакль-то был, но знаешь что мне сказал Льгашмын потом? Что он ни слова не знает по-аньянгски.

Варац вскинул брови. Лилит неожиданно рассмеялась.

– Так-то. Что я, думаешь, ржала как полоумная? Такой идиотский прокол, поверить не могу… – она покачала головой. – Неважно. Важно то, что кроме Льгашмына и Дори там никого не было. И если Льгашмын не понял нашего диалога, а Дарири не могла знать, где я пасу засаду, остается только один человек. Дори. Который отлично знает без всяких слежек, где я сбрасываю хвосты. И я планирую донести бошку лысого урода до Чинджу, вывалить ее ему на стойку, и задать парочку вопросов по теме.

– Любопытно… – Варац немного помолчал, осмысляя сказанное. – Допустим. А что это была за чушь, что Дарири работала вместе с ними? Про это давай поподробнее.

– А, это самое вкусное, – Лилит поменяла позу. – Смотри внимательно. Я встречаюсь с Дарири. Упоминаю в разговоре Чинджу. Она уходит домой на пару колоколов, пока я разбираюсь с делами, после чего мы две луны идем на корабле. Два колокола достаточно, чтобы черкануть письмо и отправить его с даймоной, а дорога на лошадях до границы, и оттуда до Чинджу, занимает где-то полторы луны. Поэтому когда мы причалили, они уже были здесь. Дарири уговаривала меня остаться в храме подольше, потому что они, вероятно, были еще не готовы. Но вот, мы в городе. У нее было достаточно времени, чтобы найти Льгашмына и передать ему все, что она знает, пока я была занята работой. Они встречаются в назначенное время в месте моей засады, якобы случайно. А дальше ты знаешь.

– Так, погоди, – Варац помотал головой. – Пока я услышал только спекуляции. Она могла и не делать всего этого. Где доказательства, дорогуша?

Лилит загнула один палец.

– Скажи мне, академический чародей с тремя грамотами об окончании, ты когда-нибудь читал или слышал о том, чтобы люди освобождались от действия печатей, как это сделала я?

– Не так, чтобы всерьез этому верить. Задокументированных или доказанных свидетельств нет.

– А теперь вспомни, что ты мне сказал. Она всю тамису тебе твердила, что я очнусь. И вот я здесь. Каковы шансы такого совпадения?

– Не засчитываю. Вера это не аргумент, даже беспричинная. Особенно когда речь о такой тонкой и романтично настроенной особе.

– Допустим, – Лилит загнула второй палец. – Я уже упоминала, что импровизация – не самая сильная ее сторона? Наш побег они не планировали, и она явно растерялась. Поэтому после того, как я ее прижала, попыталась смыться в ночи. И успешно это сделала. С помощью телепортационного амулета.

– Опять этот бред, – фыркнул Варац. – Лилит, амулеты это артефакты из старого мира. Они одноразовые и стоят огромных денег, если ты вообще умудришься его отыскать.

– Все так. Но следы не врут. Она замерла, а потом исчезла, – Лилит подобрала под себя ногу. – Вспомни наших охотников. Я как наемница тебе скажу, что нас похитили не охотники за головами. Они не трепались, не бухали, не разнюхивались. Выговор почти чисто верхнегородский, а шрамы как у обычных бандитов. Оружие, – Лилит кивнула в сторону груды мечей и кинжалов. – Из отборной стали. Дорогущая клеть времен эльфийских облав. Даже кони породистые, холеные, слов нет. Это элитный отряд с огромным опытом, в снарядку которого вбухали кучу денег. И, пока мне лестно, что ради меня кто-то так разбивается, еще я осознаю масштаб угрозы.

Она достала из кармана бордовый платок, и протянула его Варацу.

– Я думаю, что дом Валор – это гильдия. Судя по рогам, относящаяся к церкви. Достаточно властная и влиятельная, чтобы проворачивать операции в чужой стране и запрягать лошадей в провинции, где это строжайше запрещено.

– У них на гербе рога и пламя, – Варац усмехнулся. – Уверена, что церковь? Может, культ?

– Да хоть кто. В этой истории все выглядит плохо. Дарири – главным образом. Не хочу хвастаться, но обычно меня не так-то просто отследить. Только если ты не знаешь кого-то, кому я привыкла доверять. Тогда, конечно, гораздо легче, – Лилит щелкнула пальцами. – Я прижала ее. Она запаниковала, и хотела смыться по тихой, но случайно привлекла внимание гидры.

– Был визг, – вспомнил Варац.

– Испуганный, – подтвердила Лилит. – А после драки наша дорогая чародейка испаряется в воздухе, как не было ее. Если бы ее разорвали гидры, мы бы нашли следы. Если бы она убежала дальше, мы бы нашли следы. Но их не было, руку готова поставить. Те два отпечатка, и все.

Варац прочно задумался, смотря на ситуацию с разных сторон и прикидывая все в голове.

– Вообще… – наконец сказал он. – В ночь накануне нападения ей прям не терпелось остаться одной. Она мне раза три сказала, чтобы я шел спать. А перед тем, как отойти от стоянки, она обронила, что искренне надеется, что тебе хватит ума держаться от меня подальше.

– Чародейка, – закатила глаза Лилит. – Очень в ее духе. Ну, теперь видишь?

– Пожалуй, что вижу, – вздохнул Варац. – А зачем ей это, ты хоть примерно представляешь?

– Ни малейшего понятия. Я знаю Дарири как скучнейшую наседку с инстинктом гиперопеки, которая печет отличный мясной пирог. Если бы мне на словах кто-то сказал, что она вовлечена в заговор, я бы умерла со смеху, – Лилит невесело усмехнулась. – Дура потому что.

– А что многоуважаемым похитителям от тебя могло быть нужно, идеи есть?

– Зависит от того, кто они; версий множество. Если я права и они связаны с церковью, я не удивлюсь. Меня в Исхеросе и Долине Шепотов уже несколько лет ищут. Плакаты висят, пятнадцать тысяч за голову.

– Сколько? – рассмеялся Варац. – Что ты там наворотила, боюсь спрашивать.

– Много чего. Но главным образом сожгла заживо трех человек вместе с поместьем одного архона. Все бы ничего, но он и был моим заказчиком, – Лилит вздохнула. – И поэтому я сбежала в Аньянг, но это история для другого раза. А что до похитителей… Мне очень не нравится, как вежливы и обходительны они были. Исправно кормили, обращались бережно, даже ноги не связывали. Терпели наш треп, ни слова не сказали.

– Я тоже удивился, – хмыкнул Варац. – Да уж, ситуация.

– Есть еще один момент, – Лилит помрачнела. – Символ на платке, я уже видела его прежде. Выкрала кольцо с такой же гравировкой по заказу Гиммика, когда мы только познакомились.

Варац вскинул бровь.

– Интересно. Думаешь, он с ними связан?

– Может да, может просто совпадение. Это скорее говорит о том, что дому Валор далеко не один год, а я про них прежде не слышала. Что само по себе – очень дурной знак, – Лилит поменяла позу. – Допрашивать Гиммика бесполезно, даже если мне удастся его найти. Поэтому я сосредоточусь на Дори и Дарири. Поболтаю с одним, разберусь с заказом. Потом поплыву на Север и найду уже ее.

– Оптимистичный прогноз, – Варац кивнул на ее запястье. – В твоем-то состоянии.

Лилит бросила взгляд на свою правую руку. Ненадолго забытое чувство потерянности, тревоги, и настойчивый звон забытого с готовностью вернулись к ней. Это была не просто гангрена, а внутри нее был не просто страх. Это было что-то гораздо большее, чем крохотная искорка по имени Лилит. И осознание собственной незначительности, собственной ничтожности и крохотности перед лицом этого больше сдавило ей сердце. Лилит сглотнула ком в горле, легла на землю, и закрыла глаза.

– Буду спать, уважаемый чародей, – сказала она.

– Короткой ночи, бесстрашная наемница, – с усмешкой ответил Варац.