Чаша тьмы

Бог Вина задумчиво хмыкнул. Знание не давало ответа на вопрос, как именно он должен поступить. Там, внизу, на бедолагу со всех сторон надвигались разбойники. Нужно было спешить. Вздохнув, он воззвал к Великой Богине Времени.

– Ну чего тебе? – недовольно отозвалась она.

– Прошу пятиминутную задержку для человека по имени Шедд Тайронн и окружающих его врагов, – почтительно проговорил Бог Вина.

– Две минуты, – недовольно отрезала Богиня Времени.

– Но я же ничего не успею, – попытался возразить Бог Вина. – Хотя бы четыре!

– Две с половиной, – не терпящим возражений тоном проговорила вредная Богиня и пропала.

– И только попробуй потратить их попусту, – пригрозило ее отсутствие.

Бог Вина вздохнул и коротким толчком Власти остановил сцену. Замер бормочущий священные глупости Шедд Тайронн. Замер атаман со звездным бликом на острие ножа. Замер один из его подручных с занесенной для следующего шага ногой. Замер под странным углом откачнувшийся в сторону кистень. Даже капля вина, упавшая с подбородка Шедда Тайронна, замерла, так и не коснувшись земли, и теперь горела в лунном свете не хуже иной звезды.

Бог Вина торопливо схватил с треножника Чашу Истины, дохнул в нее, и Чаша наполнилась вином. Нужно было спешить.

«Эта скряга вечно трясется над своим Временем!» – подумал Бог Вина и, неотрывно глядя в Чашу, выпил ее до дна.

Озарение пришло почти сразу. Теперь он знал ответ. Знал – раньше на целую минуту. А это значит, что минута останется с ним и в следующий раз у него будет больше времени на обдумывание. Довольно улыбаясь, Бог Вина вернул к жизни замершую сцену.

Капля вина упала в траву. Кистень качнулся обратно. Под ногой разбойника хрустнул сухой сучок. Пояс атамана скрылся в тени его тела. А все разбойники еще на шаг придвинулись к Шедду Тайронну. Бывший король растерянно оглянулся по сторонам – и в тот же миг Бог Вина вошел в его бесстрашно-пьяное тело. Аккуратно так вошел. Незаметно. Шедд Тайронн крутил в руках пустые бутыли, прикидывая, как бы с их помощью защититься от ножей, кистеней и дубин. Он явно не знал, как это сделать. Зато Бог Вина знал это преотлично – и никто во всем свете не знал об этом лучше его.

Еще миг – и руки Шедда Тайронна ударили бутыли друг о друга. То, что осталось у него в руках, в определенных кругах называлось «улыбкой демона» – любимое оружие опытных кабацких завсегдатаев, которым при известной ловкости и меч поймать можно, а уж нож-то и вовсе запросто. Ну и скажите мне теперь – кто лучше Бога Вина управится с этим его исконным оружием? А никто. Даже Бог Войны ему в этом уступает. И все это не какая-то не заслуживающая внимания легенда, а самая настоящая честная правда. У кого хошь спросите, это все знают. Если руки Бога Вина оскалились «улыбками демона», остальным лучше просто пойти спать, дешевле выйдет.

Бог Вина повел плечами Шедда Тайронна, примериваясь к незнакомому телу, и хищная ухмылка завзятого драчуна растянула непривычные к таким простонародным гримасам губы. Шедд Тайронн испуганно дернулся, ощутив Присутствие. Тому, кем управляли, словно марионеткой, нетрудно ощутить прикосновение незримых пальцев – а ведь Бог Вина не прикоснулся, он погрузился в Шедда Тайронна целиком.

– Спокойно, парень, – пробормотал Бог Вина у него в голове. – Я тот, к кому ты воззвал. Я пришел, чтоб помочь. Будет лучше, если ты позволишь мне это сделать. Просто расслабься и не мешай. Обещаю, никто из них не будет убит.

Тело Шедда Тайронна напряглось в невыразимом ужасе, а потом расслабилось.

– Бедняга, – пробормотал Бог. – Я обязательно выпью за твое здоровье, слышишь?!

– Слышу! – стуча зубами, ответил Шедд Тайронн.

Разбойники бросились вперед. То есть с точки зрения Шедда Тайронна – бросились. С точки зрения Бога Вина, справиться с этой грудой лениво шевелящихся увальней мог бы даже ребенок. Разумеется, если родители этого ребенка – Боги. Бог Вина проделал несколько несложных упражнений, выясняя, какие именно движения может совершать это тело, а от каких лучше сразу отказаться, чтоб не искалечить доверившегося ему человека. Да… негусто, конечно, но чтобы справиться с этими обормотами, хватило бы и половины. Ха!

Атаман добрался первым. Его не иначе как за длину ног атаманом выбрали. Или это и не атаман вовсе? Впрочем, какая разница? Его рука нацелила нож в живот Шедда Тайронна. Стремительный, неотразимый удар! Однако в теле бывшего короля теперь гостило существо, способное справиться еще и не с такими ударами. Оскалившееся осколками стекла горлышко бутыли, звякнув, наделось на клинок. Легкий доворот кистью – и разбойник, взвыв, ухватился за искалеченную лапу, в ней что-то хрустнуло самым неприятным образом. Его нож остался торчать в «улыбке демона», словно некий чудовищный язык, высунутый этим самым демоном. А какие еще языки могут быть у демонов? Впрочем, проторчал он там недолго. Еще одним движением кисти Бог Вина вернул его стенающему разбойнику. В целости и сохранности вернул. Да вот не рассчитал немного. Рукоятью в глаз угодил. Разбойник взвыл еще громче и грянулся на обширную задницу. Бог Вина быстро шагнул вперед, нацеливая другую «улыбку» в лицо хмурому типу с кистенем, и услышал, как за его спиной с треском столкнулись две дубины. Кто-то коротко взвыл. Кто-то выругался. Тип с кистенем отшатнулся – и тут же получил пяткой в колено.

Что, больно? Зато бесплатно, дорогой! С вас бы, мерзавцев, еще и деньги брать – закаялись бы разбойничать!

Быстро развернувшись, Бог Вина прыгнул назад, мимоходом наподдав кому-то локтем под дых и отмахом «улыбки» разрезав чей-то брючный ремень. Разбойник заорал, подхватывая штаны, а Бог Вина уже втыкал в задницы двух так и не успевших расцепиться после серьезного удара друг о друга могучих дубиноносцев свои верные стеклянные «улыбки». Эти завопили дуэтом. Бог Вина не стал слушать их пение. С силой толкнув этих двоих на оставшихся еще не покалеченными разбойников, он перескочил через образовавшуюся кучу малу и, уронив «улыбки демона», ухватил двух первых попавшихся разбойников за волосы. Ухватил и рывком повалил на землю. А потом каждому наступил на нос.

Что? Неужели так больно?! Серьезно?! Ну так скажите спасибо, что на нос, а не на что другое, а то мы, Боги, – народ простой!

Если сказать, что, сойдя с разбойничьих носов, Бог Вина умудрился поймать у самой земли все еще падавшие «улыбки», станет ясно, с какой скоростью он действовал. То есть с поистине божественной!

Перед глазами Шедда Тайронна мелькали руки, ноги, лица, тела… он не успевал понять, где его руки, а где разбойничьи, он вообще ничего не успевал понять. Разбойники тоже не успевали. Прямо вот только что они окружили странного чудака с мешком добра на спине. Их было много, а он, чудак-то этот, один. Словом – все, как по справедливости и положено. А вот теперь уже он их окружил. И как это вышло? И когда успел? Но его теперь больше, чем их! Боги видят – больше! И они ничего не успевают ему сделать. А он им – успевает. И еще как. Уй! Вот опять! По носу-то зачем? Больно же! Вот ведь гад какой. Нравится ему слабых обижать! Самый настоящий разбойник. Душегуб проклятый!

Разбойники не были воинами. Они были всего лишь головорезами. Ни доблести, ни стойкости в них не было. И наткнувшись на такого серьезного противника, да еще и непонятного к тому же, они не устояли. Первым наутек бросился тот, который посчитал Шедда Тайронна колдуном.

– Колдун он, колдун! – вопил разбойник, бухая в землю тяжеленными сапогами. – А я говорил вам! Говорил!

Остальные бросились следом.

«Улыбки демона» упали на землю. И то ли из-за того, что они побывали не только в руках Шедда Тайронна, но и в руках Бога, то ли из-за того, что они явились оружием победы, но выглядели они грозно и красиво. Шедд Тайронн решил, что оставит их здесь. Не посмеет взять с собой. Раз Бог решил, что их нужно бросить, – значит пусть лежат.

– Ну вот и все, – усмехнулся Бог Вина устами Шедда Тайронна, – твоя молитва услышана и исполнена.

– Спасибо, – выдохнул Шедд Тайронн теми же губами.

Отпечатки слов Бога все еще пребывали на них, странно щекоча плоть.

– Удачи тебе! – попрощался Бог, выходя из тела смертного.

– И тебе! – горячо откликнулся Шедд Тайронн, доставая еще одну бутыль.

Покачав головой, Бог Вина очистил почки и печень своего подопечного, а потом произнес благо-пожелание:

– Долгого вина тебе! До самой свободы! И несокрушимого здоровья, чтоб до нее дойти!

После чего Бог вернулся к своим делам, а Шедд Тайронн продолжил путь. Он не услышал благо-пожелания Бога – ведь оно было произнесено не ему, а для него. Он просто шел, устремляясь к границам своего королевства, шел, стараясь оставаться как можно более пьяным, шел, со страхом замечая, как все меньше и меньше бутылей вина остается в его запылившейся, заляпанной грязью мантии. Дни и ночи сменялись, не задевая его. Ноги переставлялись сами собой. Одежда была перемазана до такой степени, что уже никто не признал бы в ней дворцового платья. Проносившиеся мимо кавалерийские разъезды ни разу не задержались, чтоб посмотреть, кто это там ковыляет вдоль обочины. К чему им нищий бродяга? Их ведь короля искать посылали.

Вынув из узла последнюю бутыль, Шедд Тайронн забросил мантию в канаву. Теперь только кинжал связывал его с прежней жизнью, но кинжал рано было выбрасывать, кинжал мог пригодиться – его, наверное, можно обменять на вино.

Прошел день, еще один… и только на третий день Шедд Тайронн обнаружил, что вино в последней бутыли не кончается. Вот совсем не кончается. Сколько ни отхлебывай, а бутыль все одно полнехонька. Так сбывалось неслышимое благопожелание Бога Вина. Неслышимое, но действенное.

А потом случилась граница…

Она случилась неожиданно. Он шел себе, шел, и…

Шедд Тайронн подул на онемевшие пальцы и сухо, без слез, всхлипнул. Отчаянно, обреченно. До свободы рукой подать – однако стоит протянуть эту самую руку, как она отнимается от невыносимой боли. Ему осталось сделать шаг, один только шаг – но этого-то шага он сделать и не может. Омерзительная, обессиливающая боль отбрасывает его обратно. Раз за разом отбрасывает.

Шедд Тайронн не мог пересечь границу королевства Рон. Границу, возле которой он стоял под проливным дождем вот уже третий час, не то надеясь на какое-то неведомое чудо, не то ужасаясь самой мысли, что чуда не произойдет.

Кое-как непослушными руками Шедд Тайронн вытащил из-за пазухи бутыль, выдрал зубами пробку, выплюнул ее прямо в лужу и залпом выхлебал жгучую темную жидкость. Бутыль вновь наполнилась. Горлышко увенчала новая пробка.

Чудо?

Наверное. Но его недостаточно, чтоб одолеть границу.

Шедд Тайронн потряс головой, с отчаянием глядя вдаль – туда, где свобода смыкалась с бесконечностью.

Попался. Столько прошел, ни минуточки трезвым не был и все же – попался. Где? Как? Кто знает…

Он мог бы поклясться, что миновал все тайные и явные ловушки, устроенные Джели и другими мага-ми ронского Осназа, дабы не выпускать из замка и государства его самого, а заодно и прочих придворных. Все ловушки, все заклятия, – Шедд Тайронн хорошо помнил их липкую пристальность, она так сродни невидимым касаниям магических нитей, превращающих живого человека в безвольную марионетку, – казалось, он прошел их все, эти проклятые капканы, и Джели – он ни разу не ощущал ее незримого присутствия!.. она не могла узнать, где он!.. не могла! И все же он пойман. Каким-то случайным, вряд ли именно на него рассчитанным заклятием. Как же глупо все вышло. Джели не слышит, не чувствует его, но ему все равно не уйти. Он обречен торчать здесь вечно. Пока не кончится странное чудо бездонной бутыли. А тогда Джели мигом обнаружит его.

Обнаружит.

Ему нужна помощь. Вот теперь ему действительно нужна помощь. И гораздо больше, чем тогда, с разбойниками. Так почему же не получается призвать Бога Вина? Ведь он пьян, пьян тяжко и несомненно, и отчаяние только усугубляет опьянение. Так почему молитва не идет с уст? Почему слова замерзают на губах? Почему не приходят на память ни те давние, еще в детстве выученные, ни те, что пришли нежданно и так кстати? Почему?

Он еще раз попытался позвать Бога Вина – просто позвать, безо всяких молитв… но даже этого не вышло.

Неужто поймавшее его заклятие не позволяет просить помощи? Тогда он пропал. Самому ему не выбраться. А обратно он не повернет. Никогда. Так и будет стоять здесь, на окраине невыносимой боли. А когда совсем устанет – разбежится и прыгнет в эту боль головой. Вот интересно, как долго он умирать будет?

Шедд Тайронн кривил душой. На самом деле он знал, что никуда не бросится. Никуда не прыгнет. Не посмеет умереть. Ведь с его смертью умрет и его любовь к Джели. А это… это… это было выше его сил. Он не мог сделать этого. Шедд Тайронн еще раз попытался молиться… и вдруг вспомнил, почему он не может призвать именно этого Бога. А вот не надо было отвлекаться на уроках Почитания Богов!

– Идиот я! – дрожащими губами прошептал Шедд Тайронн. – Идиот! Границы не в Его ведении! Здесь он слабей всего! Вот почему вдоль границ виноградников нигде нет… – Он не придет, – упавшим голосом добавил несчастный бывший король. – Не придет. Кого же мне позвать? Кто вообще станет помогать такому, как я? Такому…

Он обвел мир вокруг себя нервным горячечным взглядом, его губы дрожали, по лицу текли слезы.

– Помогите мне! Помогите мне кто-нибудь! – отчаянно выкрикнул он, обращаясь ко всему миру сразу.

В мире что-то дрогнуло – и пришел ответ.

– Что-то твои маги-разведчики не торопятся. – С наслаждением зевнув, Курт начал выбираться из ванны. – Так я не только поесть, но еще и выспаться успею. Знаешь, я, пожалуй, поработаю на вашу хитрую организацию. Если они своим работникам предоставляют такие ванны, такие пироги и такие кровати, а сами при этом еще и не спешат чего-то там требовать…

– А ты и рад, что все затягивается, – укорил посох. – Бездельник! Нет бы как следует потренироваться. А ты вместо этого почти час в ванне размокал, как только не растворился! Теперь, наверно, еще час лопать будешь, а потом дрыхнуть завалишься!

– Я еще и в уборную схожу! – пригрозил Курт.

– Я в этом не сомневался, – скорбно заметил посох. – Ты еще и не на такую подлость способен, лишь бы только не заниматься.

– Сам дурак! – ухмыльнулся Курт, обматываясь полотенцем. – А если честно, ну не чувствую я желания с утра до вечера колдовать. Вот если бы спасти кого-нибудь нужно было… если бы кто позвал… помочь кому-нибудь…

Бог Вина слышал Шедда Тайронна. Отлично слышал. Но… границы! Проклятые границы, над которыми у него нет власти! Он не то что попасть туда, он даже ответить этому бедолаге внятно не сможет. А этот болван даже и не догадывается позвать какого-нибудь другого Бога! А ведь без зова Боги не приходят. Они и на зов-то… ну это как кто, конечно… Он-то – всегда старается, а другие…

Вот тут недавно один приятель гостил, Бог Повседневных Мелочей, так он жаловался, что его верующие совсем замаяли. Ну и то правда, хлопотная у него работенка, ничего не скажешь. Вино ведь оно и есть вино, а мелочей этих – чертова уймища, поди упомни все, а потом еще и разберись, что кому надобно, да все успей, да всем угоди, да никого не забудь. На такой работенке и в лютый мороз упаришься, а в жару так и вовсе помрешь. Бог Вина тяжело вздохнул.

Недавно у него Сиген гостил, совсем недавно. С такой симпатичной маленькой Богинькой. Она, бедняжка, континентами заведует. Тяжелая работа для такой юной и хрупкой девушки. Поди прибери эти континенты да проследи, чтоб на них все в порядке было, да то-другое-третье. На вызовах, правда, редко бывать приходится, но зато уж если вызовут… или святой какой, чтоб ему под оба глаза засветило, о благе всего мира, мерзавец, печется… или завоеватель, чтоб ему. войны полные штаны накатило… а то еще хуже – философ или ученый какой… Зануды, психи, фанатики, одним словом – ужас.

В этот миг донесшийся от Шедда Тайронна молитвенный вопль оборвал воспоминания Бога Вина.

– Помогите мне! Помогите мне кто-нибудь!!! – отчаянно, на всю Вселенную, вещал Шедд Тайронн.

– Ну, хвала Старшим, наконец-то правильно помолился! – облегченно вздохнул Бог Вина прикрывая от этого вопля ту сторону Мира, в которой этот вопль мог бы стать внятен ронским магам и их страшной предводительнице.

И почти тут же Бог Вина услышал еще один голос. Знакомый голос.

– Вот если бы спасти кого-нибудь нужно было… если бы кто позвал… помочь кому-нибудь… помочь…

– Сиген? – удивленно пробормотал Бог Вина. – Да ведь ты ж совсем недавно жаловался, что умираешь от усталости! На подвиги потянуло? Мелочей недостает – приключений захотелось?!

Бог Вина схватил Чашу Истины, дохнул в нее и всмотрелся в замерцавшее вино.

Завернувшись в полотенце, слушая воркотню посоха, вылезая из ванны, Курт никак не мог знать, что он удостоился божественного внимания. Хотя если бы он чаще прислушивался к речам своего деревянного наставника, он помнил бы, что маги должны аккуратнее обращаться со словами. Особенно маги, побывавшие Богами.

– Помогите мне кто-нибудь! – выкрикнул Шедд Тайронн, бывший ронский король.

– Помочь кому-нибудь… спасти кого-нибудь… если бы кто позвал… – беспечно заявил бывший временно исполняющий обязанности Бога Повседневных Мелочей.

Бог Вина произнес замыкающее заклятие – и эти фразы встретились. Когда маг желает помочь кому-нибудь, а этот кто-то страстно просит о помощи, Сила мага просыпается сама и действует. Решительно и без промедлений.

Когда слова короля и слова мага переплела воедино непреложная воля, когда что-то менять было уже поздно, Бог Вина понял свою ошибку. Он обознался. Тот, кого он принял за Сигена, был вовсе не Сиген. Он и Богом-то не был! А вот магом был… и еще каким! Еще миг – и Бог Вина понял, почему он ошибся. Понял – и усмехнулся.

– Что ж, это никак не хуже! – усмехаясь, заметил он. – Может быть, даже лучше. Сиген даже для Бога изрядный раздолбай, а этот его бывший заместитель, видать, мальчик ответственный. И потом – парень так и рвется поработать. Грех помешать столь благородным устремлениям.

Когда непреложная воля властно извлекла мага из горячей ванны, Бог Вина осушил свою Чашу со словами:

– Да будет так!

И стало так.

Мечтавший помочь хоть кому-нибудь обитатель горячей ванны быстрее мысли шагнул навстречу своему мечтанию – только полотенце мелькнуло.

– Помочь кому-нибудь… – объявил Курт, вышагивая из ванны.

Он надеялся шагнуть на красивый зеленый коврик. Его надеждам не суждено было исполниться. Он шагнул на ронскую границу. Под холодный дождь и ветер. Уже понимая, что опять что-то пошло не так, и, одной рукой придерживая полотенце, он успел-таки ухватить посох – черт знает как дотянулся, не иначе что магия.

– Ой, Мур, что это?! – взвыл Курт, отчаянно вырываясь из ледяных объятий дождя и ветра.

В такую погоду плащ бы не помешал, а еще лучше костер и шалаш, а еще лучше дом и камин… а вот полотенце в такую погоду никуда не годится. Особенно если, кроме полотенца и посоха, совсем ничего нет.

– Что я вижу, ты все же внял моим мольбам и решил немного попрактиковаться? – весело удивился посох.

– Чтоб тебе треснуть с твоими шуточками! – возопил Курт. – Что я – совсем с ума сошел, что ли?! Или… или это и впрямь твои шутки, Мур?!

– Ну вот, а я уж решил, что ты за ум взялся! – насмешливо огорчился Мур.

– Ничего себе – за ум! – разорялся Курт. – Из теплой ванны в эдакую мерзлую гадость! Признавайся, это твои шутки?!!

– Признаюсь: нет! Не мои, – хихикнул Мур.

– Не твои? – оторопел Курт. – Но тогда как…

– Не знаю, Курт, – ответил посох. – Честное слово – не знаю. Могу только догадываться.

– Ну так догадывайся быстрее, пока я тут не околел! – выпалил Курт.

– Маг должен с достоинством переносить лишения, – наставительно заметил посох.

– Сам переноси свои лишения! Вот куда хочешь, туда и переноси! – огрызнулся Курт. – А я ненавижу таскать тяжести.

– Юмор – это уже неплохо, – похвалил посох. – Юмор – составная часть достоинства. Так вот, если помнишь, как-то раз мы беседовали…

– Короче! – простонал Курт. – Я замерзаю! Моему трупу это будет неинтересно!

– Любишь ты по пустякам шум поднимать, – неодобрительно проговорил посох. – Трупу… скажешь тоже… Ладно. Если совсем коротко, то слушай: я как-то говорил…

– Еще короче! – поторопил Курт.

– Я говорил тебе, обалдую… – терпеливо продолжил Мур.

– Короче! – клацая зубами, стонал Курт.

– Чтобы ты внимательней следил… – В голосе посоха появилась легкая напряженность.

– Мур! – взвыл Курт.

– За своими словами! – чуть рассерженно, с нажимом закончил посох.

– Замерзаю! Что я такого сказал?! – завопил Курт.

– «Спасти кого-нибудь…», «Помочь кому-нибудь…», «Если бы кто позвал…» – процитировал посох.

– И что? – эхом выдохнул Курт.

– А то, что твоя магия хочет того же, чего и я, – она хочет, чтоб ты учился. Учился и стал магом.

– Не понимаю. – Курт окончательно промок, его тело приспособилось к дождю и ветру, он даже дрожать перестал.

– Сейчас поймешь, – пообещал посох. – Где-то здесь находится некто, нуждающийся в помощи. Как только ты высказал свое дурацкое пожелание – а ведь я предупреждал! – Сила тотчас перенесла тебя, дабы ты учился. Учился и вообще, и отвечать за свои слова в частности.

– Ты хочешь сказать, что из-за того, что я случайно ляпнул… но я ведь просто… – растерянно проговорил Курт.

– Маг не имеет права случайно ляпнуть, – строго сказал Мур. – Впрочем, все вышло как нельзя лучше. Тебе осталось найти несчастного, оказать помощь, а потом мы еще раз потренируем портал.

– Быть может, прямо с портала и начнем? – с робкой надеждой спросил Курт. – Кто его знает, где этот несчастный? Как его искать по этакой погоде? Может, его и вовсе нет?

– Даже и не пробуй, – отозвался Мур. – Сила тебя не отпустит. Это со мной ты можешь ругаться и даже на своем поставить, если повезет, а с ней такой номер не пройдет. Уж если она что решила, значит, решила. И придется тебе исполнить то, зачем она тебя сюда притащила. Поэтому делай, что я тебе говорю. Это самый быстрый способ вновь оказаться в теплой ванне.

– Ладно, – вздохнул Курт. – Твоя взяла. Как его искать этого… несчастного?

Последнее слово Курт произнес с особым чувством. Сказать, что оно было добрым, значило бы погрешить против истины.

– Курт… он-то – ни в чем не виноват! – укорил Мур.

– Конечно, ни в чем, – проворчал Курт. – Не мог выбрать более приятную погоду.

– Помогите! – прозвучал голос, исполненный такой боли и ужаса, что Курт вздрогнул и устыдился. – Помогите хоть кто-нибудь!

– Прости, Мур! – ошарашенно выдохнул Курт. – Ты прав, как всегда! А я – скотина ленивая! Тут и в самом деле кому-то плохо.

– Эй! Отзовись! – закричал он, вглядываясь в дождливый сумрак. – Отзовись, я иду на помощь!

Мгновенное молчание было ему ответом, а потом…

– Здесь я, здесь! – завопил кто-то.

И от мучительной радости, слышавшейся в этом дрожащем крике, Курту вновь стало стыдно.

– Мур, когда все это закончится, дашь мне по лбу! – покаянно промолвил Курт, делая шаг навстречу голосу.

– Обойдешься! – отрезал посох. – Иди, спасай его!

Идти спасать кого-то, обмотавшись полотенцем, – то еще занятие. И вид, разумеется, соответствующий. Впрочем, Шедду Тайронну было безразлично, как выглядит его спаситель – лишь бы спас. Курт же предпочел бы любое другое одеяние, но кто его спрашивал? В конце концов за пару шагов до спасаемого ему удалось кое-как закрепить проклятое полотенце. К бывшему ронскому монарху Курт подошел уже вполне в приличном виде… особенно если не придираться и не приглядываться.

– Что с тобой случилось? – доброжелательно спросил он у дрожащего мелкой дрожью, мокрого и грязного незнакомца.

– Не подходи! – вытянув руки перед собой, хрипло взвизгнул тот. Курт остановился.

– Разве не ты звал на помощь? – удивленно спросил он.

– Я! – дрожа ответил незнакомец. – Не подходи.

– Но как же я тогда тебе помогу? – озадачился Курт.

– Положим, если ты немного подумаешь… – начал Мур.

– Думать под таким дождем! – возмутился Курт, делая шаг к незнакомцу. – Так что все-таки с тобой случилось?

– Стой! – взмолился тот. – Не подходи! Ловушка!

– Ловушка? – удивился Курт. – Я что-то ничего…

– Вот и я – ничего… – обреченно вздохнул незнакомец. – Пока не попался.

– Ловушка, – хладнокровно подтвердил посох. – Черная магия времен Голорской Империи. Стандартный армейский вариант. Установлена около года назад. Предположительно человеком. Мужчиной. При установке применен необычный способ отклонения ощущений.

– Что-что применено? – переспросил Курт.

– Если даже ты обучен чуять такие ловушки – эту все равно можешь не заметить, – пояснил посох. – Чтоб ее почуять, нужно пройти на сотню шагов правей, именно туда смещены все те потоки Сипы, которые можно почувствовать. Даже сейчас, уже захлопнувшаяся, она почти неощутима. И может сработать еще раз. Так что – он прав. Стой здесь и не подходи.