- -
- 100%
- +
– А как это возможно?
– Пока это тайна. Когда ты хотя бы немного разберёшься в управлении Временем, это не будет вызывать у тебя вопросов. А пока просто прими как факт. Считай, что это я так управил.
– Но как можно вместить в одну минуту целых полгода?
– Эти полгода просто сжимаются. Ты ведь слышала, что можно сжать любую материю? Вот и Время можно сжать.
– Но после сжатия материя меняет свои свойства!
– Ко Времени это не относится.
Дорми только плечами пожала: не относится – и отлично. Пока непонятно, как так получается, но ей ведь всё равно, раз на данном этапе это для неё необъяснимо.
Она вернулась к только что созданному, пока даже не в проекте, а в наброске проекта, дому. Он ей нравился, настолько, что она уже представляла, как заселится в это чудо и будет любоваться и наслаждаться обилием света. Самое главное, что он просторный!
Дорми все хозяйственные службы поместила не в пересечении «дек», а по боковинам – «обечайкам» и нулевом этаже. Так, во-первых, проще доставлять наверх необходимое, а во-вторых, чинить механизмы, если оные сломаются. Хотя сломаются вряд ли. Но – мало ли… Ни к чему ей в доме посторонние люди и их роботы. Да и собственные хозяйственные – тоже. Пусть выполняют свою работу так, чтобы она их и не видела. А равно и людей, которые ими командуют.
А на самом верху она устроит мастерскую. Поставит там всё – от мебели, включая кульманы, до компьютеров и кухонного лифта, по которому к ней будет подниматься кофе и еда. Если ей не захочется спускаться вниз…
– А ты так и не додумала, как происходит остановка Времени и как это потом устраняется…
– Хранитель, не пугай! Ты прав – я не в состоянии этого понять.
– Всё просто: представь Время в виде пружины. Что надо сделать с пружиной, чтобы она перестала работать?
– Убрать!
Хранитель засмеялся.
– Это тоже решение. Но чтобы её совсем убрать, а не переместить в другое место, её надо сжать, превратить в плоскость. А потом эту плоскость свернуть так, чтобы ты могла легко через неё переступить. И ты из дня, допустим, 20 переступаешь сразу в 23-й. Или в любой другой. Для тебя этого временного промежутка просто не существует. Так что твой возраст отстанет от реального как раз на тот отрезок, через который ты переступила.
– Но при этом моя лента времени будет разорвана?
– Не будет. Я её позже соединю в цельную.
– Как?
– Как соединяют разломанный пластик? Нагревают те концы, которые требуется соединить и склеивают их. Потом выравнивают и место соединения никто и не заметит. Конечно, я делаю это несколько иначе, но как именно – потом расскажу. Сейчас ты просто этого не поймёшь.
– А ты это можешь сделать не только с отдельной Линией, но и со Временем, допустим, планеты?
– И планеты, и отдельного человека. Всё зависит от ситуации. Если человека нужно избавить от беды, проще ведь переместить его по Времени, чем подвергать страданиям, разве нет? Или планету. Или галактику.
– Остановки Времени всегда имеют такую причину?
– Как правило.
– А растянуть «пружину» – остановить прекрасное мгновение – чтобы оно длилось как можно дольше? Чтобы люди были счастливы не минуту, а хотя бы месяц? Не говорю уж – год…
– Растягиваем. Причём с куда большим удовольствием!
– Но потом следующий участок придётся ужимать? И вообще – разве сама длина Линии от этого не изменится?
– Ни первое, ни второе. Просто в жизни каждого человека бывает столько разных ситуаций, когда время приходится изменять, что на общую длину ленты времени это никак не влияет.
– И ещё, – Дорми не увидела, а почувствовала, что Хранитель улыбается, – ты ведь понимаешь, что с момента, когда ты меня позвала, ты стала ученицей? А если так, то вот тебе ещё один пример, после «пружины времени», который можно разрешить с помощью управления.
Ты ведь в курсе, что некоторые живые существа обладают свойствами, недоступными людям? Например, обонянием, в несколько раз превосходящее человеческое? Такими способностями, обладают, например, медведи, африканские слоны и акулы.
Возникла ситуация: некие разработчики новых ароматов духов изучили предпочтения этих трёх животных, пленили их и на них испытывали, насколько мощный и приятный аромат разработан. Ты считаешь, это нормально – привлекать к такому (или иному) делу пленных животных?
– Это ненормально.
– Как ты разрешила бы подобную ситуацию?
– Оказалась бы в точке времени, когда подобная идея возникла у создателей ароматов. И стёрла бы у них эту мысль, изъяв тот кусок времени, в которое мысль возникла и сформировалась. А если мысли нет, никто никого пленять не станет.
Хранитель отвернулся, чтобы Дорми не увидела, что он улыбнулся во весь рот, довольный донельзя.
– То есть ты считаешь, что любое неправильное действие можно остановить, перейдя в минуту формирования замысла?
– Да. А что, я неправа?
– Права.
– Кстати, если есть ты и толпы твоих помощников, почему преступления всё-таки случаются? Это вы прохлопываете моменты подобных замыслов? Или в чём причина?
– В том, что каждому человеку дан свободный выбор. И в половине всех случаев будущему преступнику на роду написано сделать выбор. И мы не имеем права мешать этому выбору до того мгновения, когда предстоит пострадать невинным.
– Но ведь именно невинные всегда страдают!
– «Наказания без вины не бывает…» – помнишь это выражение? И вот это: «Я Господь, Бог твой, Бог ревнитель, наказывающий детей за вину отцов до третьего и четвёртого [рода], ненавидящих Меня, и творящий милость до тысячи родов любящим Меня и соблюдающим заповеди Мои (Исх. 20:5—6)». Иными словами, вина отцов возлагается не на совершенно безвинных детей, а именно и только на тех, чья собственная преступность (ненавидящих Меня) генетически проистекает из грехов их отцов.
Так что те, кто оказываются жертвами преступников, тоже не блистают невинностью, даже если сами не сделали ничего плохого за всю свою жизнь. И своей такой смертью они останавливают для своих потомков возможность тоже стать жертвой. Искупают вину отцов и дедов, понимаешь?
Дорми кивнула: что же тут непонятного?
– А зайти в ту минуту, когда возникла их вина и предотвратить тот поступок, из-за которого страдают потомки? Это возможно?
– Да.
– Так почему никто не зашёл и не остановил это?
– Это я объясню тебе позже…
Глава 3
Дорми снился странный сон: она плыла во Времени, как в океане и каждая его капля протекала сквозь неё (или это Дорми протекала сквозь капли) и потрясающая синь – перетекающая во все оттенки синей гаммы – несказанно радовала глаз. Эта радость перелилась в удивительный полёт по вселенскому Времени: оказалось, что Дорми умеет летать. И крылья обнаружились, что она сочла совсем уж невероятным.
Она, как само Время, могла проникать сквозь любые материи, не чувствуя никакого сопротивления, любуясь по дороге такими изысканными красками, неожиданно соседствующими в самых невероятных сочетаниях и узорах, которых она никогда и нигде не видела. Даже в камне, о котором все знают, что он, как правило, серый, оказалась такая нежная синь, что просто невозможно было не восхититься и не поразиться: камень и вдруг – нежный…
Во сне Дорми осознавала, что спит, но что-то было странным в этом сне: был это действительно сон или, во сне, путешествие в параллельные миры? Проникновение в сопредельные измерения потрясло её невиданным обилием и неожиданным сочетанием цветов: синь Времени очень гармонично сочеталась с естественными цветами каждой материи…
В то же время Дорми чётко видела и пейзажи – луга, моря, города – и каждое здание в отдельности. Эти здания были столь же изумительными и прекрасными, как и те, которые она видела, разглядывая Вселенную Хранителя. Они были другими, но столь же прекрасными – настолько, что Дорми охватило высокое вдохновение и она, прямо во сне, схватила альбом и карандаш и стала, с натуры, эти здания зарисовывать. Общий облик каждого и перспективы городов в целом невозможно было не признать самыми красивыми из всех, которые Дорми видела за всю свою жизнь.
«Где, интересно, находятся все эти города? В каком мире, в какой Вселенной? Это здесь обитает Хранитель? Или в параллельных мирах прекрасно всё – в любом из миров? А я в каком?»
Но ответа Дорми, естественно, не получила: не сообразила во сне позвать Хранителя и задать этот вопрос ему. Честно говоря, она не сообразила, что и в сон Хранитель смог бы явиться: мозг во сне ведь не отключается! А если она даже рисовать смогла, то и общаться с кем-то – тоже. Правда, никаких людей (или других представителей местных народов) она ни разу не увидела. Мелькали какие-то цветные пятна, которые, возможно, были именно людьми, но их ей разглядеть не удалось. Впрочем, она и не пыталась: ощущение то ли полёта, то ли качания на волнах океана так увлекло Дорми, что она специально ничего не рассматривала: всего, что естественным образом оказывалось в поле её зрения, было более, чем достаточно.
«Как же мне хорошо!» – созналась себе самой Дорми, – «настоящее блаженство – плыть в этой восхитительной реке – ни с чем не сравнимое удовольствие и радость…»
– Это не просто сон, – услышала Дорми голос Хранителя, – это обучающий сон. Ты видишь Время в его естественном состоянии и себя внутри Времени. И наблюдаешь его проникновение сквозь любую материю. И понимаешь: Время – везде. И если ты действительно хочешь научиться им управлять, точнее – выполнять хоть что-нибудь для улучшения жизни – ты должна делать выводы.
– Какие выводы?
– Если ты понимаешь, что такое Время, то, поневоле, понимаешь и то, как им управлять. А также и то, что такое управление совершенно необходимо!
– А если им не управлять, то что будет?
– Поскольку Время – Стихия, то что является главным свойством Стихии? Буйство. Любое, самое ничтожное влияние чего угодно, со стороны – например, любой другой Стихии – повлечёт за собой самые непредсказуемые последствия. То есть, возникнут опасности, в том числе смертельные, для всего живого, что окажется на пути бушующей Стихии…
– И что делать?
– Прежде всего – не допускать случайного влияния других Стихий и обстоятельств на Время.
– А как?
– Это один из приёмов управления: защитные механизмы настроены и срабатывают автоматически, но необходимо понимать, каковы эти механизмы и почему настроены именно так. Настройки иногда сбиваются, а это чревато. Значит, надо постоянно присматривать, чтобы здесь всё было в порядке.
Хранитель объяснил, как всё устроено, как работает, как этими механизмами управлять, восстанавливая настройки и несколько удивился, что Дорми задала так мало вопросов.
– Так тут всё ясно!
– А ты, помнится, сомневалась, когда я говорил о твоём коэффициенте интеллекта…
Дорми пожала плечами: при чём тут коэффициенты, если всё так просто.
– Это для тебя просто именно из-за уровня интеллекта. Другие бы вряд ли так быстро всё поняли.
– Не подкалывай меня, пожалуйста, но ведь действительно всё просто и понятно!
Хранитель сменил тему:
– Суть Стихии как таковой тебе тоже понятна?
– Не совсем, если честно. Причины её взрывов, буйства не совсем понятны. И, соответственно, как эти буйства укрощать.
– Ты не поверишь, но Время – живое! И оно может среагировать на, допустим, лентяя, у которого дел – выше головы, но он этими делами постоянно пренебрегает. Если же они крайне важны для кого-то, Время может осерчать на лентяя и начать его подталкивать. Но у Стихии – ни у одной – нет «тормозов», а потому такая самовольная реакция ой как чревата!
– И что делать?
– Остановить Стихию, конечно. Или воздействовать на лентяя.
– А как твои помощники могут на него воздействовать?
– О, арсенал огромен!
И Хранитель не просто перечислил методы и средства воздействия, но и подробно рассказал о каждом – когда какой и к кому разумнее применять, чтобы достичь наилучшего результата.
– А Стихия в это время?..
– …успокаивается, видя, что её беспокойство понято и устранено, – закончил фразу Хранитель.
– Но может ли человек сам, без твоей помощи, воздействовать на Стихию? А после её утихомиривания – на лентяя?
– Человек может всё.
– Хватит издеваться!
– Ни в одном глазу не было. Просто люди не обучены пользоваться своей силой, а потому и считают, что ничего не могут.
– А почему так?
– Ты ведь в курсе, что нынешняя, твоя, цивилизация – пятая с момента всемирного потопа? Знаешь почему?
– Потому что у людей тоже нет «тормозов»? То есть мы, в каком-то смысле, тоже Стихия?
– Не в каком-то, а в самом прямом! Ты разве не видела, на что способны люди, подверженные сильным эмоциям? А потом, опомнившись, практически не способны восстановить собственные действия? Со Стихией всё точно так же: она тоже часто не в состоянии контролировать выброс энергии. Даже если повод вполне того заслуживает. Но есть ведь и другие пути.
– И Стихии знают об этом?
– Конечно. Но здесь работает закон «задним умом крепок»: если бы удалось притормозить буйство буквально на мгновение, развитие ситуации могло быть совершенно другим! И у людей всё работает по такому же закону. Вот только тех, кто в состоянии остановить – мало. И они не всегда рядом.
– А кто у Стихий «останавливающий»?
– Хранители и их помощники.
– Но у людей…
– …есть ангелы-хранители!
– Вот только их не видно! А часто – и не слышно!
– Это смотря кому…
Дорми задумалась.
– Но, Хранитель, неужели это означает, что Стихии так же, как человек, обладают разумом?
– Да. Но и неуправляемым – почти – нравом тоже!
– Значит, задача Хранителей – действовать так, чтобы разум оказался главнее нрава?
– Именно!
– Ничего себе задача! А где рычаги управления разумом и нравом? Они, вообще, существуют?
– Конечно!
– И как выглядят?
– Это ты забежала сильно далеко вперёд по курсу обучения…
Внимательно вглядываясь в лицо и глаза Хранителя, Дорми пыталась понять, шутит он или всерьёз. Если второе, то следует ли считать себя уже начавший этот курс обучения?
– Конечно! Мы ведь уже говорили об этом, на первом ещё уроке.
Ну, конечно, эти слова Дорми помнила. Но не восприняла их настолько серьёзно, чтобы считать, что она и вправду уже начала обучение. Она-то была уверена, что это нечто вроде подготовки перед началом учёбы.
– Подготовка длилась до встречи со мной. Когда мы за тобой наблюдали и определяли твою готовность к нашему сотрудничеству.
Она согласилась: так и есть. А уж теперь – обучение. Но такое незаметное, обыденное – ни аудитории, но стола, ни учебников. Ни записей, увы.
– Записи тебе не понадобятся. Всё идёт прямо в мозг. А то представь: требуется срочное вмешательство, а ты листаешь записи в поисках инструкции, как действовать. Пока найдёшь – станет поздно что-либо делать!
Конечно, уж если началась операция, то поздно открывать лекции по ведению операции. Проще просто отказаться её делать.
И всё-таки раздражает, что её мысли читают раньше, чем она сама их осознала. И, тем более, озвучила.
– Без этого – никак!
Дорми от этого замечания отмахнулась. Её заботило другое:
– Как, интересно, я могу повлиять на начавшего бушевать человека, даже если он в соседнем доме, не говоря уж о тех, кто – за сотни километров?
– Элементарно! Формируешь в мозге энергетический шар спокойствия и посылаешь его буяну.
Дорми внимательно смотрела, понимая, что это не весь ответ.
– Правильно, не весь. А чтобы успеть сформировать и послать шар, ты должна научиться слышать признаки надвигающейся бури.
Интересно! А если вокруг будут буянить хотя бы трое? Это у неё в голове что начнётся?
– Просто сформируешь три шара. Ничего сложного.
– А если их будет триста?
– Один большой шар разделишь на триста частей и пошлешь каждому. Делов-то!
– Да ладно! Тебя послушать, так это – самое простое, что только может быть! А если я даже представления не имею, как это делать?
– Не бойся – научишься! Это только поначалу страшно! При силе твоего интеллекта ты можешь не только триста буянов-людей, но и любую из Стихий усмирить во мгновение ока!
Предстояло научиться делать из своего мозга нечто вроде электростанции. И приделать к ней нечто вроде пушки со множеством стволов.
– Ну, нельзя так стандартно мыслить! Мозг сам по себе – электростанция. И ты мгновенно научишься концентрировать энергию в шары с любым наполнением: не только спокойствия, но и убеждения, бодрости, радости… Только в каждом конкретном случае тебе придётся отмерять силу энергии. Ты ведь помнишь собственную головную боль? Не подготовленные люди тоже будут такую боль испытывать. Мощность шара должна быть такой, чтобы воспринималась легко и выполняла свою задачу.
Дорми это понимала. Как и то, что она, несомненно, научится. И этому. И всему остальному!
– А как мне понять, чем именно я наполняю шар?
– Ты сначала входишь в то состояние, которое будет содержимым шара —надежду, радость, бодрость, спокойствие и далее по списку, а потом создаешь и посылаешь шар. Всё просто!
– Для тебя. А я пока не умею входить мгновенно в такие состояния. И создавать шары нужной силы и наполненности.
– Научишься. Ты ещё не знаешь собственных возможностей! А они очень велики – не сомневайся!
– Кстати, вы именно таких ищёте? С высоким интеллектом?
– Это важный фактор. Но далеко не единственный. Я больше скажу – при отсутствии других, которые жизненно необходимы, уровень интеллекта во внимание принят не будет.
– И что это за другие факторы?
– Важнейший – нравственность. Но об этом потом.
– Почему?
– Загордишься. А это помешает учёбе.
– Так потом я всё равно узнаю…
– Потом ты будешь настолько занята, что тебе будет не до гордыни…
– Чем?
– Практикой. Например, вот такой.
Внезапно перед глазами Дорми возникла нечто вроде большой лужи, наполненной какой-то нежно-голубой жидкостью. Но явно не водой. А тогда чем? Жидким кислородом?
– Конечно, у Стихии Воды совсем другие свойства и характеристики. Так что на примере Воды управлять Временем – не получится
– Ты хочешь сказать, что в этой луже – жидкое Время?
Хранитель даже не кивнул, но Дорми поняла, что угадала правильно. И удивилась ещё больше: как может вообще бестелесное (по крайней мере, на Земле) Время вдруг оказаться жидким?
– И кстати, это не лужа, ибо последняя всегда находится на какой-то поверхности. А то, что ты видишь, не держится ни на чём. Считай, если тебе так проще, что оно парит в воздухе.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.