Следуй за ритмом
- -
- 100%
- +
– Стой, Стрекоза! Я сейчас кончу… – британец резко дёрнулся и поймал меня за запястье, заставляя прекратить.
– А разве не в этом смысл? – сбивчиво прошептала я.
Он загадочно улыбнулся и отрицательно качнул головой, доставая мою руку из своих трусов. Два синих океана манили «на дно», разливая по венам похоть. Возбуждение неустанно росло.
– Это всё очень лестно, но я не люблю получать удовольствие в одиночку.
Медленно наклонившись, Джеймс провёл кончиком языка по моей ключице, плотоядно прошептав:
– Я тоже хочу тебя трогать … Можно?
Ну и поворот! Блондинчику требовалось разрешение залезть ко мне под юбку, несмотря на то, что я уже десять минут ему интенсивно надрачивала? Вот оно – благородное английское воспитание!
– У тебя есть резинка? – без лишней скромности спросила я.
Ну а чего теперь теряться?
– Нет, я не планировал, знаешь ли… – нервно засмеявшись, ответил британец, – но у меня есть другая идея.
Положив ладонь на моё бедро, он начал опускать её, пока не дошёл до колена. Затем, зацепив край платья, медленно выпрямился обратно, скользнув рукой промеж ног.
– Да ты совсем мокрая… – возбуждённо пробасил парень, доводя меня до исступления блуждающими вокруг да около пальцами.
Джеймс будто нарочно издевался! Водил рукой вдоль кромки трусиков, поглаживал поверх ткани, но не забирался внутрь. Меня уже начало трясти от нетерпения. Разум окончательно отключился. Мораль? Да какая, к чёрту, мораль? Всё чего я хотела – чтобы этот голубоглазый Леголас разложил меня прямо на полу гостевой ванной комнаты! И какого чёрта он припёрся на тусовку без презерватива?
– Можешь вернуться ко мне… – кусая за плечо, просипел блондин.
– А тебя подружка не потеряет? – ехидно передёрнула я, не без личного интереса.
– Нет у меня никакой подружки, – усмехнулся он. – Так мы продолжим или ты струсила?
– Серьезно? Будем дрочить друг другу? – скривив губы в насмешливой улыбке, спросила я, но до нужного места добралась за считанные секунды.
– Нет, мы будем любить друг друга руками, – ответил Джеймс и, отодвинув кружево в сторону, резко вошёл в меня пальцами.
От неожиданности я вскрикнула и выгнулась дугой. Сладостное тепло разлилось по низу живота, клокочущей дрожью.
Мы начали движение примерно в одном темпе. Пальцы Джеймса вытворяли нечто неописуемое и совершенно непотребное, но я была готова продать душу дьяволу, лишь бы он не прекращал, лишь бы оставался внутри. А эти сводящие с ума поцелуи… Блондин целовался так жадно и неистово, словно мои губы – единственное, что удерживало его в сознании.
Чувственные стоны заполнили небольшое пространство уборной. В воздухе отчётливо слышался запах алкоголя и секса. За дверью постоянно кто-то тёрся, даже пару раз дёргали ручку. Это добавляло происходящему остроты, запуская по телу электрические разряды, покалывающие то тут, то там опасным остриём адреналина. Перед глазами всё поплыло. Страсть скрутила мышцы, подгоняя к кульминации. Мне уже очень давно не было так хорошо… Боже, мне никогда не было так хорошо!!!
Спустя несколько минут, волны оргазма начали сбивать с ног. Колени просели. Блондин понял, что я близко. Ускорился. Его плечи стали более жилистыми, а может мне показалось. На шее проступили вены, бицепс окаменел, скулы играли лёгкой судорогой.
– Я сейчас… – выстонал он, уткнувшись лбом в мою шею.
– Я тоже…
– Хорошо.
Джеймс снова скользнул в мой рот языком, но на поцелуй сил уже не осталось, я просто вцепилась в его нижнюю губу зубами, жарко дыша, отравляя воздух бесстыдным возбуждением. Хлюпающий звук стал настолько отчётливым, что чудом удалось сдержать смех. Но тут меня накрыл мощный оргазм, а затем я почувствовала, как по руке, что была у британца в трусах, потекла тёплая вязкая жидкость.
Парень несколько раз дёрнулся от удовольствия, но ни на секунду не остановился, добивая меня в прямом смысле изнутри. Ноги заходили ходуном, стоять стало тяжело. Почувствовав, что я проседаю, Джеймс подхватил меня свободной рукой под талию, усаживая между раковин. Наступила блаженная тишина.
Я уронила голову на мужское плечо, всё ещё звучно всхлипывая и дрожа трелью в исступлении. Британец очень осторожно вышел из «святая святых» и крепко обнял меня обеими руками. Было так приятно слышать, как постепенно его сердце замедляется, перекликаясь с моим, что я совершенно забыла кто мы, где мы и чем чревато это маленькое приключение…
Но, к сожалению, рай на земле невозможен. Нам срочно нужно было возвращаться в реальность…
Эпизод пятый
Спустя некоторое время я нехотя выбралась из объятий блондина, отклоняясь назад.
– Пора идти, пока нас не потеряли.
Джеймс согласно кивнул, отступая в сторону. Я спрыгнула на пол и развернулась к раковине, чтобы вымыть руки. Парень молча подошёл к соседнему умывальнику за тем же.
Я боялась поднять глаза и посмотреть на себя в зеркало. Странное ощущение: мне было ужасно стыдно, но, вместе с тем, я не жалела о случившемся. Наверное, просто шок…
– Как-то некрасиво получилось перед Аланом, – неожиданно произнёс британец, и меня будто молнией пронзило, аж ноги подкосились!
Я резко повернула голову, глядя на парня вопросительно.
Какого хрена он заговорил о моём муже? Неужели знает, кто я? Блядь, ну конечно знает! Лора, ты круглая идиотка!
– Знаком с Харди? – спросила я, заходя издалека, надеясь, что мы просто не поняли друг друга.
– Да, – спокойно ответил Джеймс, стирая с подбородка следы губной помады, – и очень уважаю его, как профессионала.
Я оценивающе оглядела блондинчика с ног до головы. Он был совершенно расслаблен, никакого напряжения в мимике или во взгляде. Спокойно потянулся к бумажным полотенцам, оторвал несколько кусочков, передал часть из них мне – как ни в чём не бывало. Кажется, паника тут излишня.
– Спасибо, – перестав дёргаться, я взяла предложенные салфетки, вытерла руки. – Да, Алан хороший продюсер. Всё, к чему он прикасается, превращается в золото.
– Надеюсь, – задумчиво улыбнулся британец и шагнул ближе, протягивая руку, вскользь проведя пальцами по моему плечу. – Хочешь выпить?
Его голос вновь стал тише и ниже.
– Я не пью с малознакомыми мужчинами, – с дерзкой усмешкой ответила я.
Джеймс, прищурившись, обижено надул губы.
У этого парня был такой чувственный рот. При одном взгляде на него все приличные мысли в момент исчезали. Правда, цвет губ был немного бледноват, но сейчас, из-за остатков губной помады, это не так бросалось в глаза. Я смотрела на него и, по классике жанра, в голове циклично крутилась мысль – почему я не встретила тебя раньше? А раньше это, собственно, когда? Десять грёбаных лет назад?..
Неожиданно Джеймс начал наклоняться. Я, почти с ужасом, отшатнулась, ведь наверняка знала – если снова почувствую вкус его поцелуя, никакое отсутствие резинки меня не остановит!
– Что не так? – хмуро спросил блондин, замерев.
– Ничего, – виновато выдохнула я. – Просто… Мне действительно нужно возвращаться.
– Ладно, как скажешь, – пожав плечами, парень отступил, а затем несколько раз хлопнул себя по карманам. – Чёрт, кажется, сигареты в куртке забыл.
– Пришёл на рокерскую тусовку без подружки, без резинки и без сигарет? Пыльца-то хоть при тебе?
– Я не нюхаю, – усмехнувшись, развёл руками блондин.
– Ты безнадёжен! – язвительно улыбнулась я и тут же направилась к двери. – Идём, я знаю, где раздобыть сигарет.
Гостиная встретила нас беснующейся толпой обдолбанных и пьяных людей: музыканты, фотографы, модели. Мой дом тонул в клубах кальянного дыма, в воздухе стоял назойливый запах марихуаны и разгорячённых алкоголем тел.
Чтобы не потеряться в толпе (а не по каким-то иным, ЛИЧНЫМ, причинам!), я взяла Джеймса за руку, уверенно выводя его на улицу. Там, слава богу, никого не оказалось.
Прикрыв за собой стеклянные двери, мы подошли к бассейну. В глиняном горшке, стоявшем возле плетеного кресла, хранилась моя заначка. Запустив в него руку, я достала пачку лёгких Marlboro и бензиновую зажигалку.
– Ещё есть травка, если хочешь… – сообщила я, протягивая парню пачку.
А что? Я гостеприимная хозяйка.
– Так нельзя… – блондин возмущённо вытаращился на меня своими блюдцами.
– Что нельзя? – не догоняя, уточнила я.
– В том смысле, что их же туда кто-то положил, значит, они…
Ясно! Голос совести и высокой морали! Прямо таки ископаемое посреди духовно разлагающего города падших ангелов!
– Они мои, расслабься.
– Ты всегда прячешь свои вещи в чужих домах? – удивлённо хмыкнул парень, забирая сигареты.
Как только наши пальцы соприкоснулись, я невольно дёрнулась и резко подняла взгляд, попадая в омут голубых глаз. На несколько секунд нас обоих будто парализовало. Стояли как два идиота, без движения, глядя друг другу в глаза, точно провинившиеся дети.
Когда неловкое молчание растянулось до критического придела, грозя лопнуть гитарной струной, я отняла руку и отвернулась, уставившись… в никуда.
– Мы можем это обсудить, – некоторое время спустя, вкрадчиво произнёс британец. – Знаешь, я планирую задержаться в LA, мы могли бы…
– Не думаю.
Я нервно прикурила и отошла к ограждению, глядя на ночные огни, рассыпанные по Лорел Каньону.
Если отбросить факт моего замужества, было ли мне хорошо с Джеймсом? Да. Хотела ли я встретиться с ним ещё раз? Однозначно! В этом и корень зла. Так что категоричное «нет» было единственно верным решением.
– Хм, и что-то мне подсказывает, что номер телефона ты не оставишь… – вновь приблизившись, констатировал блондин, слегка касаясь моего плеча своим.
От его близости, дыхание перехватило. Снова… Я шумно выпустила из лёгких отравляющее облако дыма, неожиданно почувствовав щемящую под сердцем грусть.
Со стороны моя жизнь многим напоминала сказку. Простая девчонка из Техаса, мулатка, почти подросток, приехала в большой город и, в каком-то смысле, покорила его. Пусть её корона – это всего лишь удачное замужество. Да, сойдя с автобуса на землю обетованную, я мечтала вовсе не о браке. Но, когда встретила Алана, всё в корне изменилось. Он меня изменил.
Я влюбилась почти сразу. Взрослый, состоявшийся мужчина, с потрясающим музыкальным вкусом и чувством юмора, да ещё и британец! Разве у меня был шанс? Я любила его до дрожи в коленях и настолько потерялась в этом чувстве, что даже не заметила, как собственные мечты отошли на задний план, а вскоре и вовсе канули в небытие. Для меня интересы Харди всегда были превыше всего остального. Наверное, в этом заключалась главная ошибка. Но тогда моя увлечённость его делами казалась совершенно естественной, мы ведь были командой. И к чему в итоге она привела? Разбитые надежды, неоправданные ожидания, одиночество среди толпы – классика.
– Я смотрю, вы уже познакомились, – голос моего мужа вплёлся в пространство звонкостью падающих на пол монет.
Я инстинктивно отступила в сторону, подальше от Джеймса, оборачиваясь.
– Нет! Мы просто… курим, – слишком взволновано выпалила я, тут же словив на себе вопросительный взгляд блондина.
– А должны? – озадаченно протянул он, обращаясь к Алану, который, подошёл ко мне и по-хозяйски закинул руку на плечо.
– Отлично! Я очень рад, что смогу сделать это сам! Лора, детка, познакомься, это Джеймс Марлоу, вокалист и автор песен легендарных The Crash! – и пол под моими ногами завибрировал, угрожая разверзнуться пропастью, а челюсть устремилась вниз на самое дно адского котла.
ВСЕЛЕННАЯ, ТЫ ИЗДЕВАЕШЬСЯ?!
– Да ладно… – потрясённо протянула я.
Джеймс смотрел прямо перед собой, не моргая, и выглядел так, будто кто-то с разбега вставил в его зад что-то очень большое и длинное – наверное, это был скрученный трубочкой и феерично «продроченный» в туалете контракт.
– Пока ещё не легендарных, – похолодевшим голосом произнёс он, покосившись на меня.
– Брось! Обещаю, к концу года каждой второй дамочке в мире будут сниться влажные сны с твоим участием! – самодовольно усмехнулся Харди.
Меня чуть было на «британский» флаг не порвало от истерического смеха. Каждой второй, после меня – я оказалась первой. Святое дерьмище!
– Так ты, значит, та самая Лора…
Марлоу рассёк указательным пальцем воздух, ткнув в мою сторону. Я несмело кивнула, заглядывая в его глаза. Там плясали демоны… Сложно сказать наверняка британец был напуган, зол или в замешательстве. Пролагаю всё и сразу.
– Именно! Лора Харди, моя несравненная супруга, – горделиво ответил за меня Алан.
Вот же срань!!!
Часть вторая: «Равнодушие»
«Не надо вырываться из моих объятий,
Потому, что твоё место в моих руках.
Когда ночью холодает, и я хочу обнять тебя,
Милый, не говори "не надо"».
Don't (с) Zoe Kravitz
– Погоди, ну, допустим, вы немного пообжимались в сортире, потом поняли свою оплошность, на этом можно было поставить точку!
Бари закурил. Клубы дыма, выпущенные из его лёгких, зависли между нами сизой ширмой. Из-за запаха тлеющего табака, я тоже потянулась к пачке сигарет.
– Можно было, и я даже её поставила. Вроде… – досадливо вздохнув, я бросила взгляд на опустевший бокал.
– Что значит – вроде? – едко усмехнулся журналист. – Лора, ты понимаешь значение фразы «поставить точку»?
– Да, понимаю! – раздражённо фыркнула я, налив себе выпить. – Я сказала ему, что произошедшее на вечеринке было случайностью и больше никогда не повторится, но…
– Это повторилось, – констатировал Флеминг.
– Угу, но не сразу… – поджав губы, промычала я. – Знаешь, мне иногда кажется, что вселенная намеренно подложила нам эту свинью. Как бы я не пыталась отстраниться, прочертить границу, всё вечно шло не по плану. Любая моя попытка оттолкнуть Джеймса, лишь сталкивала нас сильнее.
– Сталкивала вас сильнее, – похотливо прохрипел интервьюер, хлопая правой ладонью по сжатой в кулак левой руке.
– Прекрати…
– Ну, так что же произошло потом, когда взошло солнце, начался новый день, и ты решила исправить ситуацию? – Перестав кривляться, Бари попытался направить мой рассказ в нужное русло.
Я сделала глубокую затяжку, мельком глянула в монитор, заметив в диалоговом окне комментарий: «драная шлюха» и, затушив сигарету в пепельнице, продолжила испражняться пикантными фактами.
– Я тут подумала, если бы Алан меньше тупил, то, возможно, мы бы не докатились до всего этого дермища!
– То есть, на этот раз накосил Харди?
– Не совсем, но… что-то типа того… – отстранённо произнесла я, погружаясь в воспоминания.
Эпизод первый
Уже полчаса я лежала в своей постели и пялилась в потолок. На часах было около семи утра. Вечеринка закончилась чуть больше двух часов назад, но я ушла сразу после официального представления участников The Crash. Меня не терзали переживания по поводу собственного поведения, а вот неоднозначные взгляды Джеймса и его постоянные попытки отвести меня в сторону, могли натолкнуть других на ненужные подозрения. Поэтому, ретировавшись, чтобы не допустить прокола, в полночь я уже распласталась на семейном ложе, как грёбанная Золушка! Тут-то и началось самое интересное – бесконечные стяжательства, муки совести. Впервые за десять лет брака я изменила мужу! Впервые поддалась искушению. Впервые ЗАХОТЕЛА ему поддаться! Стоит заметить, что и до вчерашнего вечера возможностей завести любовника было хоть отбавляй. Но прежде я никогда об этом не думала. И нужно мне было столкнуться с Марлоу… Почему именно с ним? Чёрт бы его побрал! Или меня! Или Алана! Или всех нас вместе взятых!
Перед глазами навязчивыми вспышками мелькали обрывки произошедшего. Несмотря на то, что разум сопротивлялся и старался отстраниться от инцидента в уборной, тело помнило всё до мельчайших подробностей. Как Джеймс прикасался ко мне, как его чувственные губы скользили по коже, как нежно он вторгался на запретные территории, как мы одновременно кончали. А его запах… Боже! Я до сих пор слышу в воздухе будоражащее сочетание свежего парфюма, сигаретного дыма и ментола.
Внизу живота сладко заныло. Я чуть выгнулась, пытаясь унять неожиданно нахлынувшее возбуждение. Но стоило закрыть глаза, перед ними снова возникал образ голубоглазого блондина.
Твою мать!
Я резко села, зажмурившись. Даже дыхание сбилось! Надеюсь, Алан решил не откладывать запись альбома «Крэшеров» и, после завершения промо-компании, они сразу же улетят в Лондон. А пока нужно придумать, как выдворить Марлоу из своей головы. Если повезёт, мы пересечёмся ещё максимум пару раз. Харди не любит смешивать личное и рабочее пространство. Вряд ли музыканты появятся в нашем доме в ближайшее время, если вообще когда-нибудь появятся.
Похлопав себя по щекам, я глянула через плечо. Алан тихо посапывал на соседней подушке. Его нельзя было назвать мужчиной с обложки, но мой муж имел бешеную энергетику и чисто британскую харизму.
М-да, везёт мне на англичан…
Я снова вспомнила Джеймса. Его вводящий в транс голос, то, как колко он произносил согласные и как уютно вплетались в стаккатную речь гласные.
Алан пошевелился и, пробормотав нечто невнятное, перекатился набок. Хм, раз уж моё неугомонное липидо требовало «хлеба и зрелищ», нужно этим воспользоваться! Возможно, незапланированный утренний секс растормошит вечно занятого благоверного?..
Я осторожно подползла к мужу на четвереньках и, наклонившись, начала ласково целовать его плечо. Затем поднялась к шее, провела кончиком языка до уха и легонько прикусила мочку. Харди, шевельнулся, но не проснулся.
Ладно, не страшно, это только начало!
Завалившись рядом, прижавшись грудью к широкой спине, я обняла мужа за талию, продолжая покрывать поцелуями его тело.
Никакой реакции! Окей…
Более настойчиво надавив ладонью, пробежалась пальцами до левого соска и слегка его ущипнула. Алан замычал. Отлично!
От него пахло кубинскими сигарами и воском для волос. Такие знакомые и родные ароматы. Совершенно внезапно меня накрыла ностальгия. Я вдруг вспомнила, как всё начиналось.
Раньше было совсем иначе! Алан везде брал меня с собой. Говорил, что не может спать, когда я не рядом. Мы всё делали вместе. Вместе отбирали демо-записи перспективных новичков. Вместе прокачивали саунд уже действующим проектам. Сутками торчали в студии. Ели китайскую еду из ближайшей забегаловки на капоте его Aston Martin, встречали рассвет, провожали закат. Безумно любили друг друга! Я варила ему кофе с корицей и гвоздикой по утрам, а он готовил для меня потрясающий «Лонг-Айленд» вечером. Но всё пошло по известному месту, когда однажды я заявила о своих намерениях выпустить сольный альбом. Допускаю, что причина внезапного разлада не имела никакого отношения к моей музыкальной карьере. Однако спустя год наше совместное времяпрепровождение скатилось к вынужденному посещению официальных мероприятий. И однажды я осознала, что мы уже давно живём отдельно, при этом всё ещё просыпаясь в одной постели.
Хотела ли я спасти наши отношения? Разумеется! Я была замужем за Аланом треть своей жизни и так сильно его любила когда-то. Да и сейчас люблю. Наверное… Но, после нескольких неудачных попыток поговорить, раз за разом врезаясь в ледяную стену безразличия, мой пыл поутих. Вскоре я и вовсе забила, смирившись с неизбежным. Хм, может быть, Марлоу был послан мне для того, чтобы переосмыслить свой брак? Вспомнить о том, как я была счастлива вначале, исправить настоящее и обрести светлое будущее?
Нежно положив руку на живот мужа, я прошлась пальцами вдоль резинки его трусов. Мышцы пресса чуть напряглись, значит, Алан уже не спит, ну или близок к тому, чтобы проснуться.
Моих губ коснулась довольная улыбка. Я даже сама завелась и, уверенно проникнув рукой в обтягивающие боксеры, нащупала уже бодрствующего (в отличие от самого супруга) старого друга, который очень давно не заходил ко мне в гости. Вот только стоило обхватить его пальцами и пару раз скользнуть по длине, Харди заёрзал, отодвигаясь.
– Лора, что ты делаешь? – сонно пробубнил он.
– А разве непонятно?
Я, честное слово, подумала, что муж кокетничает, и чуть усилила нажим. Тогда Алан взял меня за руку, решительно убирая её в сторону.
– Детка, не обижайся, но мне вставать через час. Сегодня встреча с рекламщиками, нужно договориться на счёт фотосессии для ребят. Давай в другой раз?
Отодвинувшись как можно дальше, Харди натянул одеяло почти до ушей, и снова засопел.
– В другой раз… Конечно.
Разочарованно выдохнув, я встала с постели, накинула шёлковый халат и вышла из спальни.
Эпизод второй
– В другой раз, – повторяла я снова и снова голосами разных персонажей, от осла из «Шрека» до Шмыги из «Властелина колец», спускаясь по лестнице.
Сколько раз за последние несколько месяцев я слышала это: «в другой раз»? И обычно молча проглатывала, но сегодня был не тот случай! Меня мучило чувство вины, я была взвинчена и действительно хотела, чёрт возьми, всё исправить!
Голова заболела. А ведь вчера я почти не пила, несколько стопок водки не в счёт. Нужно сварить кофе и закинуться аспирином. Всё образуется! Меня отпустит, не сегодня, так завтра…
Гостиная, на удивление, сверкала! Словно и не было никакой вечеринки. Клининговая контора, которую нам посоветовал Тони Канэл, басист культовых No Doubt, действительно знала толк в уборке, а главное, как и обещал музыкант, работала быстро и тихо.
По дороге на кухню, я вдруг услышала какой-то шум. Уборщики покинули дом примерно полчаса назад, домработница приедет только в понедельник, – её дочь выходит замуж, поэтому Луиза взяла несколько дней отпуска. Значит, мы с Аланом должны быть одни!
Страх забарабанил в горле, отбивая триоли. Пульс зашёлся в висках визгом гитарного соло в духе Эди Ван Халена. Ладони начали потеть. Может, меня глючит?
Я замерла на пороге гостиной у выхода в коридор. Тишина…
Спустя пару обрывистых ударов сердца вновь раздалось пугающее шуршание, а затем громко хлопнула дверца шкафчика на кухне.
Ошибки быть не может, в доме точно был посторонний!
Сняв со стены бейсбольную биту, подаренную Алану Коди Беллинджером из «Лос-Анджелес Доджерс», я покрепче обхватила её двумя руками и начала красться на цыпочках по коридору. А уже через пару секунд, полностью удостоверившись в наличии вторженца, влетела на кухню с рёвом раненой гориллы и врезала орудием по спине какого-то чувака, стоявшего ко мне спиной в позе «раком». Кажется, он что-то искал на нижних полках. Чёртовы бродяги, уже и до каньона добрались!
Незнакомец завопил. Я, перепуганная его криком, заорала в ответ, прыгая на месте как баскетбольный мяч, с занесённой над головой битой. Парень вынырнул из-под кухонного острова и резко обернулся, выставив вперёд руку. От подскочившего в крови адреналина я не сразу поняла, кому посчастливилось начать свой день с физических увечий. Лишь спустя несколько рваных вдохов, прозрение двинуло по затылку приступом мигрени – передо мной стоял грёбанный Джеймс Марлоу! Ну, точнее, как стоял, он сложился пополам, держась за левое плечо, глядя на меня ошарашенными глазами.
Бита выпала из вспотевших ладоней. Я зажала рот рукой, чтобы не завопить снова. Сердечный ритм сорвался в ломаный степ.
Какого хрена Марлоу всё ещё здесь?!
– Ты совсем «поехала», женщина?! – громко взвыл рокер. – Или это твоя благодарность за вчерашний оргазм?..
– Сдурел?! А ну, прикуси язык! – зашипела я, точно кобра, выглядывая в коридор.
Убедившись в отсутствии посторонних ушей, я вернула музыканту своё внимание, наградив его презрительным взглядом.
– Чего ты так смотришь? – нервно дёрнув щекой, пробасил Марлоу.
– Что ты тут делаешь?
– Хотел сварить кофе! Искал, где оно спрятано. Ну, до того, как ты попыталась меня убить! – пояснил британец, кривя губы, видимо от боли.
– Кофе? На моей кухне? В семь утра? – возмущённо отчеканила я. – А что, в отеле «Беверли-Хиллз» закончился кофе?
Тут в глазах Джеймса мелькнуло осознание. Он медленно распрямился. Потёр раненое плечо, после чего озадачено почесал затылок, взъерошив белобрысые волосы.
– Хм, значит, Алан тебе не сказал?..
– Чего не сказал?
Блондин нахмурился. Заведя правую руку перед собой, он прижал её левой к груди, через силу выдохнув. Всё-таки не хило ему прилетело. Мне даже стало немножечко стыдно…
– Возникли какие-то траблы с бронью. Короче, твой муж предложил пожить у Вас, пока мы не снимем жильё. Парни заехали в гостевой домик, на меня спальни не хватило. Я сказал, что вполне могу спать на диване, но Харди настоял…
– И заселил тебя в комнату напротив, – закончила за британца я.
– Наверное, не знаю, я спал… – парень покрутил головой, глядя сначала направо, потом налево, и скрестил пальцы, указывая в обе стороны. – Где-то там… Ты мне мозг стрясла, я не ориентируюсь!