Игра в Реальность. Путь
- -
- 100%
- +
Таши уже поджидал друга в толпе монахов, собравшихся на ритуал, никаких иностранцев рядом с ним не было.
– Где ты пропадал? – он радостно замахал руками, подзывая опоздавшего. – Я тебя обыскался.
– В библиотеке,– ответил Санджей, исподтишка наблюдая за реакцией Таши. Он надеялся увидеть смущение или растерянность друга, однако никакой особой реакции не последовало.
– Понятно,– весело рассмеялся тот,– занимался любимым делом, ковырялся в текстах. Это ты правильно надумал, нет ничего лучше, чтобы отвлечься от дурных снов.
Если бы Санджей собственными ушами ни слышал того разговора, то мог бы поклясться, что Таши вообще не был в библиотеке, настолько невинно прозвучал его голос.
– К чему я не готов? – в лоб спросил он, чтобы спровоцировать друга на откровенный разговор, хитрить и плести интриги было абсолютно не в характере Санджея, лучше было сразу всё прояснить. Однако его лобовая атака не принесла желаемого результата.
– Это ты про ритуал? – Таши захлопал своими невинными глазками, словно совершенно не понял, о чём речь.
Санджей только рукой махнул. Не то чтобы его сомнения рассеялись, просто он понял, что правды сейчас не добьётся, и решил отложить решение этой задачки на потом.
***
– Красота! – Вертер вздохнул полной грудью. – Самое лучшее время на севере – это весна.
Была вторая половина июня, но здесь, рядом с плато Путорана, это соответствовало началу весны, когда всё, что могло, распускалось и благоухало. Под ногами раскинулся ковёр из полевых цветов, среди зелени низкорослых кедров заросли цветущего кустарника смотрелись как разноцветные шары. Вертер стоял на краю высокого скалистого обрыва вместе с Антоном и Алисой. Сверху открывался потрясающий вид на долину, по дну которой вилась сверкающая на солнце река. На берегу водного потока расположился небольшой посёлок оленеводов. Среди редкой растительности были видны верхушки чумов, несколько полупрозрачных дымков лениво поднимались к голубым небесам.
– Когда же это ты успел заценить северную весну? – ехидно поинтересовался Антон.
– Между прочим, я жил вот в таком же посёлке в одном из предыдущих воплощений,– Вертер обиженно нахмурился,– правда, тот посёлок был не на равнине, а в гористой местности. Там были настоящие скалы и ущелья, да и сам посёлок был раз в десять побольше.
Вертер продолжал ностальгировать, но Антон его больше не слушал, он задумчиво смотрел вниз и думал о чём-то своём.
– Лиса, а ты точно жила с Сабином в этом посёлке? – Вертер снова встрял в мысли Творца. – Что-то он кажется слегка заброшенным.
– Посёлок точно этот,– подтвердила Алиса,– но он действительно выглядит странно.
– Где ж вы там жили,– удивился Вертер,– в вигваме, что ли?
– Не в вигваме, а в чуме,– Алиса весело рассмеялась.
– Один чёрт,– Вертер тоже заулыбался,– что, действительно прямо в этой оленьей палатке?
– Нет, конечно,– Алиса заслонила глаза от солнца и принялась вглядываться в очертания далёкого посёлка,– у нас был просторный деревянный дом.
– Лиса, скажи, пожалуйста, кто управлял посёлком в то время,– Антон повернулся к ней лицом.
– Хочешь знать, видела ли я отца,– уточнила Алиса. – Нет, не видела. Хотя у меня тогда была почти полная амнезия, я и себя-то толком не помнила, не то что отца, которого видела в последний раз пятьсот лет назад. Возможно, он появлялся, да я его не признала. Заправляли в посёлке двое мужчин. Один был уже в возрасте, где-то под пятьдесят, его звали Сегвар, а второму едва ли исполнилось тридцать. Вот имени его я уже не помню. Сабин в дела посёлка не лез, но эта парочка перед ним так лебезила, что аж противно было.
– А кто там вообще жил в ту пору,– продолжал расспрашивать Антон,– белые или местные монголоиды?
– В основном, белые,– Алиса прищурилась от яркого солнца,– чукчи тоже были, но мало, человек двадцать, не больше.
– Ну что ж, пойдём, поглядим на посёлок вблизи? – предложил Антон.
– Давно пора,– хмыкнул Вертер,– я вас прикрою, если что.
Через несколько секунд они уже стояли посередине посёлка и удивлённо озирались по сторонам. То, что осталось от некогда значительного поселения, сейчас едва ли заслуживало даже названия «посёлок», скорее, это было маленькое стойбище оленеводов. Несколько чумов, три десятка чукчей и небольшое стадо оленей, вот и всё, что открылось глазам незваных гостей. Немного побродив по стойбищу, они всё-таки обнаружили развалины многочисленных деревянных строений. Сейчас в них никто не жил, кроме ветра и, возможно, привидений. Пока Вертер с Алисой исследовали остатки домов, Антон пошёл к реке, развалины были ему совершенно неинтересны. Он уселся у самой воды и отрешённо уставился на быстрый полноводный поток. На душе у Творца было тоскливо, разочарование оказалось слишком сильным.
Антон затеял эту поездку на плато Путорана ещё пять лет назад, когда покинул Высший Совет и открыл доступ своим ангелочкам в базовую Реальность. О целесообразности и безопасности этого шага в Совете было довольно много споров, ещё жива была память о том, чем закончилось прошлое пришествие ангелов в наш мир. Однако Антон был твёрд в своём решении и готов за него отвечать, так что Совет поделать ничего не смог. Что ж, отвечать ему пришлось по полной программе, прошло совсем немного времени, прежде чем начались первые проблемы. Только на этот раз опасность уже грозила не людям, а самим ангелам. Они оказались слишком хороши для человеческого социума, слишком открыты, доброжелательны и, главное, абсолютно бесстрашны.
В ангельском мире, созданном Антоном специально для своих творений, ангелы большую часть времени проводили вне своих материальных тел и привыкли относиться к телу как к одежде. Испортилась – поменял, и всего делов. Вот только в базовой Реальности такой подход был чреват гибелью материальной оболочки. Хорошо ещё, что ангелы могли покидать свои тела по желанию, и смерть тела не отправляла их на перевоплощение, но для их Создателя жизнь превратилась в сплошную спасательную операцию. Долгих пять лет он вместе с Вертером и позже Даней, сыном Вертера, носился по миру в поисках облажавшихся ангелочков и вытаскивал их из различных передряг. О том, чтобы заняться поисками отца, пришлось на время забыть. Наконец ангелы более или менее адаптировались к человеческой жизни, и давняя мечта их Создателя наконец осуществилась. А что в результате? Заброшенный посёлок и никаких следов прежних жителей. Ниточка оборвалась, и нужно было начинать поиски с самого начала.
– Куда же все подевались? – голос Алисы вывел Антона из задумчивости. – Не могли же они все умереть.
– Похоже, переехали,– беспечно отозвался Вертер. – Тоха, а зачем тебе понадобился твой отец? Ты ж его, поди, лет пятьсот не видел. И что-то я раньше не замечал, чтобы ты по этому поводу заморачивался. Чего тебя вдруг потянуло в эту глушь?
– Вер, я же тебе рассказывал эту историю,– отмахнулся Антон.
– Это про ваше с Лисой кармическое проклятье? – уточнил Вертер.
– Никакое это было не проклятье,– возмутилась Алиса,– я сама связала наши судьбы по веннскому обычаю.
– Ух ты! – Вертер недоверчиво покачал головой. – А тебе-то откуда про такие обычаи известно? Сабин рассказал?
– Сабин сам об этом знает только понаслышке,– Алиса гордо выпрямилась,– такими способностями обладают только женщины веннов.
– Хочешь сказать, что ты произошла из этой расы? – скептически хмыкнул Вертер. – Кстати, а что про веннов вообще известно, кроме того, что они населяли Землю до людей?
– Вообще-то, Лиса действительно из веннов,– заметил Антон,– мой отец и Сабин, кстати, тоже. Сабин, правда, нечистокровный. Венны были гораздо могущественнее людей и правили в нашем мире, даже когда людей уже было большинство.
– Тоха, значит, ты тоже венн, раз твой отец и брат из этой расы,– Вертер скептически оглядел друга с ног до головы. – Что-то не похож.
– Нет, Вер, я человек,– покачал головой Антон,– таким уж меня сотворил мой Создатель.
– Что-то я совсем запутался в ветках твоего генеалогического древа,– рассмеялся Вертер.
– Не бери в голову,– Антон весело улыбнулся. – Главное, сейчас мы вместе, а вот мой отец куда-то запропастился.
– Да с чего ты взял, что он ещё жив? Сколько ему должно быть сейчас лет? – на лице Вертера появилась скептическая гримаса.
– Около тысячи, я полагаю,– задумчиво проговорил Антон,– но умереть он не мог, он же Создатель.
– Выходит, это у вас семейное,– хохотнул друг,– против зова крови не попрёшь, однако. Кстати, ты ведь тоже уже был Создателем, когда Сабин тебя прикончил. Не забыл ещё?
– Это, конечно, правда,– Антон тяжко вздохнул,– увы, никто не бессмертен. Но что-то мне подсказывает, что отец жив.
– Так ты и не объяснил, зачем ты его ищешь,– подсказал Вертер.
– Видишь ли, дружище, он не лез в мою жизнь пятьсот лет, хотя Сабин расправлялся со мной в десятках наших с Лисой воплощениях,– Антон, как бы извиняясь, посмотрел на любимую,– а в этой жизни отчего-то решил вмешаться. Я почти уверен, что это именно он спас Лису при крушении вертолёта, а потом послал мне сон, который вытащил меня буквально с того света.
– Ну проявил милосердие,– Вертер пожал плечами,– и что с того? Папочка всё-таки.
– Нет, Вер, милосердие тут ни при чём,– возразила Алиса. – Тоша прав, отец ничего не делает просто так, у него на всё есть причина. Если он нас спас, значит, имеет на нас виды, ну или на одного из нас. Спасать всё равно нужно было обоих, так как погибни один, другой бы тоже умер в течение нескольких дней. Так действует кармическая связь.
– Вот только я этой связи больше не ощущаю,– вздохнул Антон,– с того самого дня, как мне приснился этот сон. Каким-то образом отец смог её разрушить.
– Это же хорошо, разве нет? – Вертер вопросительно посмотрел на своих спутников.
– Наверное, ты прав,– согласился Антон,– но почему-то в последнее время эта загадка не даёт мне покоя, интуиция просто взбесилась и бьёт тревогу. Я должен найти отца и всё выяснить.
– Ну должен, так должен,– Вертер покладисто кивнул. – И как же ты собираешься его искать? Здесь-то его точно нет.
– Пока не знаю,– Антон на секунду задумался,– придётся, наверное, немного попутешествовать, да ещё Ищейку погонять, вдруг она что-нибудь раскопает. Лиса, ты как насчёт путешествий?
– Зачем ты спрашиваешь,– хитро улыбнулась Алиса,– я и без кармической связи никогда от тебя не отстану.
– Тоха, ты только не обижайся,– Вертер виновато потупил взгляд,– но на этот раз я пас. Тебе же ничего не грозит, пока Сабин ещё маленький. Сколько ему сейчас? Двенадцать, так? А у меня теперь семья, Лика не любит покидать ангельский мир, ведь в базовой Реальности она не может надолго выйти из материального тела, а ей нравится летать.
– Что ты, Вер, у меня и в мыслях не было тащить тебя на поиски моего отца,– Антон замахал руками. – Тебе ещё нужно сына пасти, Данечка совсем завис в своих путешествиях по востоку.
– Даня вчера вернулся,– улыбнулся Вертер. – Кстати, Тоха, у меня тут одна идейка сформировалась, хочу по твоему примеру заняться розыском людей. Мы бы могли с Даней замутить сыскное агентство. Можно я попользую твою Ищейку?
– Конечно, бери,– обрадовался Антон,– пусть хоть кому-то от неё польза будет.
День близился к закату, сделалось ощутимо прохладней, и, откуда ни возьмись, налетели с противным звоном тучи комаров. Оставаться в посёлке дольше не было никакого смысла, и трое путешественников засобирались домой. Антон с Алисой отправились в мир Дачи, а Вертер – к своей семье в ангельский мир.
Глава 2
– Я всё-таки не понимаю, почему именно мне снится прошлая жизнь,– Санджей тоскливо посмотрел на учителя,– а остальные люди разве раньше не жили?
– Это вовсе не причина, чтобы расстраиваться,– заверил своего ученика Ринпоче. – Напротив, то, что ты что-то помнишь о своём прошлом воплощении, свидетельствует о высокой степени реализованности твоего ума.
Мальчик тяжко вздохнул, такая реализованность его совсем не радовала. Он далеко не сразу решился довериться своему учителю, целую неделю мужественно страдал в одиночку и даже другу не признавался, что сон про белокурую самоубийцу снится ему каждую ночь. Санджей научился не кричать от ужаса и даже умудрялся снова заснуть часа через два, и всё же хроническое недосыпание начало сказываться на его самочувствии. Таши не преминул это заметить и, недолго думая, обратился к Ринпоче за помощью. После обстоятельного осмотра пациента лама выдал свой вердикт: сон про самоубийцу – это не что иное, как воспоминание о прошлой жизни.
– Значит, в прошлом воплощении я покончил с собой,– глаза Санджея подозрительно заблестели.
– Не думаю,– учитель меланхолично улыбнулся,– ты же не видишь себя в теле самоубийцы.
– Тогда почему я стою и ничего не делаю,– в отчаянии простонал сновидец,– почему я даже не пытаюсь спасти ту девушку?
– А вот это очень хороший вопрос,– Ринпоче одобрительно кивнул. – В этом сне заключена важная для тебя информация, тебе нужно найти способ её извлечь.
– Но я же всё Вам рассказал во всех подробностях,– возразил ученик,– там больше ничего нет.
– Возможно, нужная тебе информация пока скрыта,– подсказал учитель,– тебе стоит как следует рассмотреть то место, где ты находишься во сне.
– Как же я это сделаю? – Санджей в полном недоумении воззрился на Ринпоче. – Это же сон.
– Ты что-нибудь слышал об осознанных сновидениях? – поинтересовался тот. – Я тебя научу осознавать себя во сне, это совсем нетрудно,– пообещал он, видя, что ученик отрицательно крутит головой.
Белокурая девушка снова тихо роняла слёзы в окровавленную воду. Санджей с заметным усилием оторвал свой взгляд от её лица и опустил глаза вниз. Собственные руки никак не хотели оказываться в поле его зрения, но уроки Ринпоче не пропали даром, Санджею наконец удалось сосредоточиться на своих ладонях, и от увиденного он едва ни вывалился из сна. Из его пальцев медленно выползали чёрные блестящие змейки и извиваясь плюхались на пол. Собственно, в этом и заключался смысл метода с руками, невозможность происходящего сразу позволила сновидцу распознать, что он находится внутри сна и обрести некоторую свободу воли.
Санджей с любопытством осмотрелся, где-то здесь должна была находиться подсказка, о которой говорил Ринпоче. В первый момент ничего интересного он не заметил, а потом его взгляд наткнулся на зеркало, висевшее над раковиной. В зеркале отражался черноволосый мужчина средних лет, равнодушно наблюдавший за тем, как умирает несчастная молоденькая девушка, в его взгляде не было ничего, кроме лёгкого любопытства. Мужчина и не собирался спасать самоубийцу, возможно, он даже хотел, чтобы она умерла. Однако вовсе не безразличие наблюдателя привело сновидца в смятение, у мужчины были такие же синие глаза, как и у самого Санджея. Точь-в-точь.
– Вот, значит, что я должен был понять,– догадался мальчик, вынырнув из кошмара. – Получается, в прошлом воплощении я был либо равнодушным свидетелем самоубийства, либо вообще убийцей. И как мне теперь с этим жить?
Санджей так и не смог больше заснуть, он лежал, уставившись невидящими глазами в потолок, и тихо плакал. Перед его внутренним взором стоял тот черноволосый мужчина с равнодушными синими глазами. Таши, как только проснулся, сразу понял, что с другом приключилась беда. Он, конечно, понимал, что рано или поздно воспоминания начнут возвращаться к Сабину, но никак не ожидал, что они вызовут такой шок. Всё-таки в своей прошлой жизни Творец-отступник отнюдь не был чувствительной барышней и не раз совершал ужасные поступки. Вот хотя бы убил самого Таши, которого тогда звали Дэлвигом. Собственно, из-за этого убийства они с Сабином и оказались вместе в новом воплощении. Вот такой забавный сценарий в Игре уготовил Создатель для ангела и злодея.
Ангел совершенно сознательно принял свою судьбу, будучи уверенным, что именно ему доверено Создателем перевоспитать злодея и сделать из него паиньку. Недаром память вернулась к нему в пять лет от роду, чтобы добровольный воспитатель смог как следует подготовиться к своей непростой миссии. И поначалу всё шло вполне штатно, Таши отлично справлялся со своей ролью няньки. Увы, теперь ситуация явно начала выходить из-под контроля, и самонадеянный ангел растерялся. Ему срочно требовался совет отца, который по совместительству был ещё и братом злодея. К сожалению, визита Антона в ближайшие дни не предвиделось, а значит, требовалось срочно напрячь ангельские мозги и придумать план по вытаскиванию подопечного из депрессии. И для начала необходимо было понять причину хандры.
Долго вытягивать правду из Санджея не пришлось, ангел обладал уникальной способностью разговорить даже камень. Впрочем, история убийства Да́ли, той самой белокурой девушки, была Таши известна, по крайней мере, в общих чертах. Сабин тогда взял под контроль её сознание и заставил бедняжку перерезать себе вены. Весь ужас состоял в том, что девушка была в полном сознании и отлично понимала, что происходит, но она совершенно была не в состоянии пошевелиться без позволения убийцы, даже моргнуть не могла. Хорошо ещё, что Санджей до таких деталей пока не докопался, а то как бы сам себе вены ни перерезал.
Когда ангел семь лет назад вспомнил своё предыдущее воплощение и осознал свою миссию, его сразу поразило вопиющее несоответствие между злодеем Сабином и добрым преданным другом, которого он называл Санни. Невозможно было себе представить, чтобы эти два человека были одним и тем же сознанием. Поначалу Таши списал этот парадокс на нежный возраст подопечного, но время шло, а Санни не проявлял ни малейшей склонности к превращению в злодея. Ангел честно пытался разобраться в этой загадке, но так и не додумался ни до чего путного. Постепенно загадка отошла на второй план, Таши привык к тому, что рядом всегда находится надёжный и заботливый друг, почти брат. Им было хорошо вдвоём, и ангелочек просто забил на свою великую миссию, Санни незачем было перевоспитывать.
И всё же Таши ни на миг не забывал, что рано или поздно этой братской идиллии придёт конец, как только друг начнёт вспоминать своё ужасное прошлое. Частенько ему становилось страшно от одной только мысли, что он может навсегда потерять Санни, который стал для него самым близким человеком. И вот этот момент настал. Судя по реакции друга, тот был явно пока не готов принять правду о себе. Этот процесс восстановления памяти требовалось замедлить, а то и вообще остановить. Антон мог бы с этим справиться, но его рядом не было. В его отсутствие, по мнению Таши, только покровительство высших сил могло бы сейчас защитить психику друга от удара.
– Санни, давай сходим в храм защитников,– предложил ангел, когда выслушал историю Санджея,– они тебе помогут, правда.
– Чем они могут мне помочь? – отстранённо пробормотал друг. – Разве ты не понял? Это я там стоял и смотрел, как девушка умирает.
– Ты ведь не знаешь всех обстоятельств,– покривил душой ангел,– может быть, ты не мог ей помочь. В любом случае, хуже не будет, а вдруг защитники тебе чего-нибудь подскажут.
Санджей пожал плечами и согласился, спорить с Таши было бесполезно, он это давно уже усвоил. С утра у мальчишек было довольно много дел, так что визит в храм защитников пришлось отложить до вечерней пуджи. Таши был частым посетителем храма, лама его хорошо знал и разрешил мальчикам пройти внутрь, прямо к застеклённой перегородке, за которой находились статуи защитников. Друзья взяли по подушке и скромно уселись на пол в уголке. Пуджа была незамысловатая, из звукового сопровождения лама использовал только барабан. Вскоре Санджею стало скучно, он уже успел вдоволь помолиться и попросить защитников помочь ему разобраться с его ночным кошмаром, больше тут делать было нечего.
Мальчик выразительно скосил глаза на своего друга, но Таши, похоже, погрузился в медитацию по самые уши и ни на что не обращал внимания. Просто подняться и слинять было как-то неудобно. Раз уж они пришли вместе, то придётся ждать, пока другу не надоест слушать это заунывное пение. Санджей вздохнул и закрыл глаза. Как ни странно, вскоре ритмичные удары и монотонный голос ламы погрузили его в некое подобие транса, он начал проваливаться не то в сон, не то в странное видение. В этом видении он оказался в полутёмном скалистом гроте. Никакого освещения тут не было, только откуда-то сверху лился мутный поток дневного света. Санджею захотелось взглянуть на отверстие в потолке, но, как только он сделал первый шаг, световой столб начал мерцать, и в нём всё явственнее начали проступать очертания фигуры, похожей на человеческую.
Когда бесплотный призрак наконец обрёл материальность, мальчик едва не закричал от ужаса. Ему, разумеется, и раньше приходилось видеть изображения защитников на тханках, но он даже близко не представлял, насколько страшными могут быть настоящие демоны в жизни. Защитник поднял тяжёлые веки, и на нарушителя демонского спокойствия уставились два горящих красным огнём глаза. Зубастая пасть скривилась в издевательской усмешке, и крючковатый палец с огромным чёрным когтем буквально упёрся в грудь Санджею.
– Ты – зло, но даже зло можно использовать во благо,– скрипучий голос защитника звучал только у мальчика в голове, но от этого не делался менее страшным. Санджей, ни жив, ни мёртв, стоял перед демоном на подгибающихся ногах и даже не делал попыток выйти из транса, воля защитника полностью подавила его собственную волю. – Ты сам пришёл ко мне,– продолжал вещать демон,– такова уж твоя карма. Злу здесь не место.
Правая кисть страшилища развернулась ладонью к мальчику, и тот с ужасом увидел, как из середины ладони прямо ему в грудь ударил тонкий голубой луч. Санджей попятился, но луч последовал за ним, как приклеенный. Мальчик поднял голову, чтобы попытаться хоть как-то объясниться с защитником, но почувствовал, что у него всё поплыло перед глазами, а ноги сделались словно бы ватными. Он покачнулся и с трудом удержался в вертикальном положении. Защитник пытался его убить, его, бонского монаха, которого по всем правилам должен защищать. Понимание этого незамысловатого факта совершенно выбило Санджея из колеи.
Нужно было что-то срочно предпринять, например, бежать или бороться, но демон словно бы отнял у своей жертвы способность к сопротивлению. Санджею отчего-то сделалось совершенно безразлично, что с ним сделает это страшилище, главное, чтобы всё побыстрей закончилось. Когда он уже совсем смирился с неизбежной смертью, воздух между ним и демоном вдруг замерцал, и к их тёплой компании присоединился ещё один персонаж. Таши материализовался прямо из воздуха и загородил собой друга. Он повернулся лицом к защитнику и раскинул руки в стороны, отчего стал напоминать стрекозу. Теперь голубой луч упирался уже в его грудь.
– Ты мне не нужен, мальчик,– в голосе демона послышалось раздражение,– уходи.
Таши упрямо помотал головой, мальчика буквально трясло от ужаса, но он продолжал стоять, закрывая собой Санджея. Через пару секунд первая жертва демонической атаки уже слегка пришла в себя и начала более адекватно осознавать происходящее. Защитник хладнокровно выкачивал жизнь из его друга, ему было безразлично, сколько мальчиков сегодня умрёт. Злость поднялась в душе Санджея яростной волной, за жизнь Таши он готов был отвернуть башку не одному, а целому десятку защитников. Мысль о том, что какой-то мальчишка демону просто на один зуб, ему даже в голову не пришла. То, что Санджей сделал дальше, стало для него самого полной неожиданностью. Он резко выбросил правую руку ладонью вперёд, как это только что сделал демон, только луч, который ударил из середины его ладони, был ослепительно белым. Стоило этому лучу коснулся тела защитника, как оно покрылось трещинами и рассыпалось с оглушительным звоном.
– Санни, очнись,– в голосе Таши явственно звучало отчаяние,– ну пожалуйста, не умирай.
Победитель демона открыл глаза, однако ничего, кроме тусклого света, не увидел, картинка почему-то расплывалась. Только через минуту ему удалось немного сфокусировать взгляд и разглядеть, что над ним склонились две фигуры в бордовых рясах. Судя по голосу, одной из фигур был Таши, а второй, по всей видимости, был лама, проводивший пуджу.
– Нужно срочно остановить кровь,– это уже был голос ламы.
– О чём они говорят,– удивился Санджей,– откуда в храме кровь?
Чья-то рука приподняла его в сидячее положение, и мальчик с ужасом увидел, что весь пол храма действительно залит кровью и в добавок засыпан осколками стекла. Уже понимая, что увидит, он скосил глаза в сторону стеклянной перегородки. Одна из рам скалилась острыми стеклянными зубьями, словно в неё бросили камень. А кровь, залившая пол храма, текла из глубокой рваной раны на его правом плече. Таши резким движением оторвал кусок своей монашеской накидки, и лама крепко перетянул плечо неудачливому монашку.
Что было дальше, Санджей пропустил, так как потерял сознание то ли от шока, то ли от кровопотери. Очнулся он уже в своей постели, слабенький, словно новорожденный котёнок. Ему мучительно хотелось пить, но сил встать за водой не было. Словно почувствовав, что друг пришёл в себя, Таши моментально оказался рядом. Он приподнял голову раненному, и у его губ появилась кружка с водой.