Клан Волка. Том 1. Империя

Во-вторых, они называют друг друга Целительницами, а у той девчонки катушка мерцает магией, это видно сразу. Значит, я попал прямиком к магам.

И в-третьих, меня приняли за жителя Нартонской Долины, а это уже внушало надежду договориться. Не признаваться же в лоб, что я Иномирец Киджо и случайно пролетел мимо Тафалара.

Догадка, свербящая мне мозги последние пять минут, могла оказаться правдой: когда я стал свидетелем странной сцены в поезде, то с моей капсулой что-то сделали, но это не убило меня, а перекинуло в далёкую точку Стокняжья.

Причём, без самой капсулы.

Не знаю, ожидали ли такой поворот те люди в балахонах, но что-то подсказывало мне, что лучше им не знать о моём спасении.

Я прокашлялся, чтобы заговорить, но девчонки бросились в стороны от озерца и молниеносно вынули из-под халатов нунчаки.

Одна лишь Мидори даже задницы не подняла. Видимо, посчитала, что я недостоин того, чтобы из-за меня сдвигать свою упругую пятую точку.

Не спуская с девчонок глаз, я направился к берегу.

– Не бойтесь, я не собираюсь нападать, – сказал я на ходу, чтобы проверить действие переводчика.

И он снова сработал!

Мозги сгенерировали фразу на родном языке, а наушник перевёл уже на чужеродный, я лишь повторил за ним (наверняка, с жутким акцентом). И опять будто кто-то сидел в голове и помогал. Странновато, но, если привыкнуть, то пользоваться можно.

Я старался не делать резких движений, чтобы никого не напугать и не нажить проблем. Прежде чем пугать людей и наживать проблемы, нужно выяснить, с кем я имею дело.

К тому же, пока меня никто убивать и не собирается, если не считать попытку утопить, чтобы потом спасти (интересно тут врачи практикуются).

Мои босые ноги ступили на траву, и только сейчас я ощутил, что всё-таки успел их обморозить. Кожа ныла, а больших пальцев я почти не чувствовал.

С пальто потекли ручьи, но снимать его с себя я не спешил: на рукаве осталась вшитая руна, и если она сработает, то может сильно пригодиться.

– Эй! Что за визг, неженки? И кто это тут у нас? – вдруг послышалось со стороны плетёной изгороди и сада.

Меня сразу напрягло.

Если раньше все голоса вокруг были только девичьими, то этот оказался мальчишеским.

***

Я повернул голову и встретился взглядом с невысоким азиатом-крепышом, загоревшим и жилистым. Его чёрные волосы были собраны в хвост на затылке, а виски побриты так, что угадывался орнамент из квадратов.

Парень шёл вместе с парой дружков примерно той же боевой категории, только ростом вдвое выше.

Таких у нас в школе называют ратоборцами: кулаки, как молот, бычья шея, а лбом можно поезда останавливать, даже несмотря на возраст. Лет этим длинноволосым незнакомцам было не больше, чем мне. И судя по сходству лиц, это были братья.

Все трое носили широкие штаны, похожие на юбки в складку, соломенные сандалии и короткие запашные халаты тусклого синего цвета, обхваченные поясами.

А ещё к руке каждого чуть выше запястья крепился маленький квадратный щит, обитый сталью и украшенный письменами. Эти щиты больше напоминали громоздкие мужские часы.

На фоне этих парней, даже самого низкого из них, я выглядел тощим и хрупким – болезнь и истощённость всё же отражались на внешности.

– И кто тут наших Целительниц напугал? О! Снежный мальчик! – осклабился первый длинноволосый, разглядывая меня.

Он не удивился тому, что я блондин. Значит, выезжал из деревни.

Парень тут же подтвердил мою догадку.

– На бледнолицых я насмотрелся, когда гостил у дяди в Северном Нартоне. Это же нартонец. Да ещё в какой-то форме. Ты откуда свалился?

Меня все принимали за нартонца.

Никто даже мысли не допускал, что я могу оказаться Иномирцем. И тут возникал вопрос: что со мной сделают, если узнают, кто я на самом деле?

Парень оставил дружков у изгороди, а сам пошёл в сторону озерца, из которого я только что вылез, весь мокрый, как водяной.

Девчонки с нунчаками хмуро уставились на парня, следя за каждым его движением. Его тут явно не жаловали.

– Горо, мы сами разберёмся, – буркнула Мидори, не вставая со статуи. – Иди куда шёл. И своих таранов-тараканов захвати.

Она злобно зыркнула на его дружков.

Горо усмехнулся на ходу.

– По моей просьбе братья Цути до сих пор прощают тебе это прозвище, крошка. Но я могу и передумать. Пойдём сегодня на праздник? Вся деревня там будет. Ты ведь в курсе, что у меня праздник?

– Праздник не у тебя, а у твоего брата, придурок! Это он женится на богатенькой внучке торгаша, а не ты.

– Разрешаю завидовать, – усмехнулся Горо. – Сегодня моя семья получит соляной амулет, мы породнимся с Торговым Домом Янамара и заберём часть земель княжества. А чего добилась ты?

– Пф-ф! Нашёл достижение. Залезть под юбку чьей-нибудь внучке – дело нехитрое.

Горо не стал с ней спорить, а продолжил изучать меня на ходу, и я уже знал, что будет дальше – такой взгляд ни с чем не перепутать.

С этим парнем разговора точно не выйдет.

Только кулаком в рожу, если атакует, а кулаком в рожу я умел.

Пока мы с Горо смотрели друг на друга, я ещё раз обратился к внутренней силе мага. И снова ничего. Затем быстро проверил пальцем руну на рукаве. Тоже ничего.

Тотальное опустошение манных сил, и я всё никак не мог понять, почему ещё жив. На моём месте любой имсонированный уже бы свалился замертво. В больнице у отца я видел такое не раз. И ладно, если бы я успел вколоть себе ману. Но ведь и этого не было.

– Ты всегда в шубе купаешься, снежный мальчик? Боишься простудиться? – заржал Горо, стремительно приближаясь ко мне и выставляя левую руку вперёд. – Может, ещё раз окунёшься?

Его зрачки расширились, блеснув белым.

Он остановился и сделал короткий жест рукой от корпуса. Его щит щёлкнул, раздвинувшись узорными слоями и квадратами в ширину, письмена вспыхнули и пустили вперёд энергетическую таранную волну. Она была не слишком широкой, но плотной.

Против чужой магии мне пришлось действовать по старинке, и я уже знал, что будет дальше, потому что успел рассчитать в голове весь процесс боя – привычка, выработанная за последние три года.

За долю секунды я выскользнул из мокрого и тяжёлого пальто, ухватил его за ворот и швырнул прямо в энергетический таран, замедлив его движение. Сам же упал на траву, перекатился под волной, вскочил перед носом у Горо и сработал на опережение.

Сделав шаг вперёд, я врезал засранцу кулаком точно под подбородок.

Правда, кости адски заныли, да и обмороженные ступни сразу дали о себе знать. Но я выпрямился и сделал вид, что мне не больно – не время показывать слабость.

Крепыш отшатнулся и, не удержавшись, рухнул на спину.

Позади меня от радости заверещали девчонки. Даже Мидори перестала играться с катушкой, вскочила и уставилась на поверженного Горо.

А тот не сразу смог подняться. Он перевернулся на бок и сплюнул на траву.

– Сидхов выродок…

В мою сторону бросились дружки Горо, которых он назвал братьями Цути. Ответ бы мне от них прилетел жестокий, но тут на крыше здания прогудел гонг, и здоровяки встали, как вкопанные.

***

Из дома на крыльцо вышла женщина в зелёном кимоно, как у Целительниц.

Это была седая старушка, маленькая, хрупкая, ростом ниже меня. Зато какое у неё было лицо! Строгое, недовольное, презрительное. А ещё – опасное.

– Что здесь происходит?

Женщина сказала это негромко, но все пять девчонок моментально убрали нунчаки под халаты и выстроились в ряд, как солдаты. Даже Мидори проявила чудеса резвости и встала первой в шеренге, низко поклонившись женщине, а потом вытянулась в струну.

Горо еле поднялся на ноги. К нему подошли остальные парни.

– Итак, ещё раз спрашиваю, – произнесла женщина, оглядев ястребиными глазами только меня одного (со своей внешностью я тут слишком отсвечивал), – что происходит?

– Горо Исима поскользнулся на траве и ударился о кирпичную дорожку, учитель, – бойко выдала Мидори.

Все остальные Целительницы подтвердили, не моргнув глазом.

– Это правда? – Старушка глянула на Горо.

Тот неожиданно кивнул.

– Правда, учитель. Самому стыдно.

Он потёр подбородок.

Ну надо же, не захотел признаваться в поражении «снежному мальчику», сраный расист. Лучше уж мордой о кирпичную дорожку.

– Неужели тебе бывает стыдно, господин Исима? – удивилась женщина. – Будущее родство с Торговым Домом Янамара так быстро сделало тебя дерзким?

Парень нахмурился, но выдержал её взгляд.

– Иди, – велела она, и троица вояк поспешила убраться со двора.

Я бы тоже отсюда свалил, но из всего сказанного, уже понял, что нахожусь в княжестве Янамар. Мне было известно только, что это одна из ста областей Стокняжья и, похоже, очень далёкая от столицы.

Надо было выбираться в Тафалар, и если это школа (а женщину все называли «учитель»), то, возможно, мне повезло. Нужно лишь дать всем высказаться, чтобы получить больше информации.

Учитель обратилась к девчонкам, при этом контролируя меня глазами. Она была спокойна и будто вела урок, а не удивлялась моему странному появлению.

– Что бы вы спросили у этого незнакомца первым делом, ученики?

– Кто он… и откуда? – осторожно предложила Джанко, девчонка с татуировкой на брови.

Женщина покачала головой.

– Сколько раз я говорила, учитесь задавать нужные вопросы. На все остальные вы можете ответить сами.

От её взгляда по моей спине пронёсся холодок.

– Светлые волосы, нет загара, тёплая одежда с ценной пушниной. А в Янамаре всегда жара. Он явно не пробыл тут долго и не собирался здесь оказаться. Судя по внешности и отличительным знакам на одежде, скорее всего, он из Нартонской Долины. Там много военных школ. Такое возможно?

Девчонки закивали.

Я же слушал и впитывал информацию, будто тоже находясь на уроке.

– Итак, – продолжила старушка, – можно предположить, что незнакомец воспользовался плохо выстроенным заклинанием телепортации, либо что-то случилось на пространственной тропе, или вышел из строя его верхолёт, и мальчика швырнуло через пространство прямо во время переноса. Такое возможно?

Девчонки снова закивали.

Женщина посмотрела на мои босые ноги.

– При нём нет оружия и, что странно, нет обуви, зато есть признаки лёгкого обморожения ног. Возможно, незнакомца пытал котлованный ниуд, ведь именно подземные маги имеют доступ к Сфере Холода. И, спасаясь от ниуда, мальчик воспользовался заклинанием телепортации, опять же плохо выстроенным, поэтому оказался здесь. Земли Котлованов от нас совсем недалеко. К тому же, мальчик не боится драться. Отсюда возможен вывод, что незнакомец – Охотник за подземными магами, упырями и ниудами. Он продаёт их зубы, кожу и кости Зоологам для переплавки. Скорее всего, он потерял своего доверенного мага поддержки, и остался один. Такое возможно?

И опять кивки в ответ.

А вот я, чем дальше слушал старушку, тем больше холодка ощущал на своей спине.

Такого я про Стокняжье в Инструкции не читал.

Ни про Земли Котлованов, ни про упырей и ниудов; ни про зоологов, магов поддержки и, тем более, про верхолёты. Ничего подобного Иномирцы в Тафаларе не видели.

– С другой стороны, – продолжила женщина, заведя руки за спину, – он вряд ли достиг восемнадцати лет, чтобы обрести психодух, а без него с котлованными тварями не справиться. Это самоубийство. Значит, мальчик всё-таки не промышляет на упырях и ниудах. Вполне логично, правда?

И снова кивки.

В глазах учителя мелькнул заметный интерес к моей персоне.

– И может статься, – продолжала она, – что он оказался здесь, как шпион из Валафема, что претендует на спорные территории по добыче соли. Вероятно, наши добытчики поймали шпиона ещё на севере, но отправили сюда, на допрос в «Железный Бутон», который, опять же, находится рядом с нами. Следы обморожения на теле могут свидетельствовать о том, что мальчик прошёл начальную стадию обработки сознания Жрецами, но потом сбежал. Такое возможно?

Мать всех святых, я о таком даже не слышал!

Старушка тем временем всё спрашивала: «Такое возможно?», но сама не сводила с меня глаз, а я не сводил глаз с неё, заодно черпая тонны информации о новом месте.

Стокняжье открывалось для меня совсем с другой – жуткой – стороны.

– И последнее, – добавила женщина. – Вероятно, он просто варвар, умело скрывающийся от расправы и указа императора…

– Он не варвар! – вдруг воскликнула Мидори, но тут же притихла: – Простите, учитель. Но за три года свободных варваров в империи не осталось. Это заявляли сразу два столичных Дома-Династии, Военный и Духовный. Я слышала вчера по Вещанию.

Женщина на Мидори даже не глянула, а обратилась ко мне:

– Ну а теперь я задам вопрос, который действительно следует тебе задать, незнакомец. Не бойся сказать правду, тебе ничего не будет.

Ну конечно.

После фразы «Тебе ничего не будет» всегда что-нибудь бывает, поэтому я приготовился к самому паршивому стечению обстоятельств…