Научи меня плохому

Глава 4

Милена

Дорога до дома прошла для меня словно в тумане. Рой мыслей в моей голове не давали сосредоточиться на других моих проблемах, которые поджидали уже у самой двери дома. Не успела я открыть дверь, как из лифта свободной походкой вывалился очередной курьей той же самой компании, что путали посылки.

– Добрейший вечерочек! – с натянутой улыбкой парнишка выше меня ростом протягивает бланк для подписи. – Распишитесь о доставке, пожалуйста. Здесь и здесь, – слова из его рта вылетали быстрее, чем пули из автомата.

Машинально беру добродушно предложенную курьером ручку и без задней мысли ставлю свою подпись, подтверждая тем самым получение посылки. И только потом до меня доходит, что вместо сто первой квартиры, на бланке указана сто десятая квартира. Моего соседа.

– Ну что за..! – начинаю возмущаться, но вместо того, чтобы выслушать весь мой гнев и негодование, парнишка водружает мне в руки коробку и снова скрывается за дверьми лифта. – Эти бездари даже не могут нормально доставить посылки! Неужели они пропустили в школе изучение цифр?

Хочется от силы хлопнуть дверью, но умом-то понимаю, что та ни в чем не виновата, поэтому закрываю квартиру и направляюсь прямиком к соседу сверху.

Уставшая после работы вместо расслабляющей ванны с густой пеной, ароматными маслами и красивой музыки, я вынуждена в очередной раз подниматься на этаж выше. Тратить свое драгоценное время на подобного рода ерунду мне хотелось меньше всего, но и разобраться с соседом и такой, хоть мелкой, но проблеме, сегодня мне хотелось как никогда.

Приходилось даже дышать через раз, глубоко и ровно. Слова Ильи, брата юриста со стажем, набатом звучали в моей голове, напоминая, что за намеренное убийство с отягчающими за решеткой придется сидеть очень долго. Как только он откроет мне дверь, со всей силы кину эту увесистую коробку прямо в его наглую похотливую рожу. Или на худой конец всыплю ему по первое число, чтобы знал на будущее, как портить мне жизнь.

Пока мысли в моей голове вели активное голосование за один из предложенных мною вариантов расправы над соседом, я уже жала на дверной звонок.

Надеюсь, ты оглохнешь от бесконечной трели, соседушка.

Но открывать мне так никто даже и не собирался.

Я не сразу заметила, что дверь в квартиру соседа немного приоткрыта. Так, словно кто-то не до конца ее закрыл в спешке или по невнимательности. Но как можно быть таким беспечным? Хоть в нашем доме и есть консьержка, но эта щуплая женщина с маниакальной любовью к уличным кошкам не сможет даже вовремя выйти из своего закутка, не говоря уже о том, чтобы остановить подозрительную личность.

Одно из двух: либо мой сосед дурак, либо у него нечего красть. Во втором варианте я все же сомневаюсь. Он тратит немалые деньги на посылки и курьерскую доставку прямо до двери, да и квартиры в нашем доме далеко не дешевые. Парень явно живет на широкую ногу и не бедствует.

Значит второй вариант отпадает, и мы возвращаемся к тому, в чем были изначально уверены, он – беззаботный дурак.

Осторожно приоткрываю дверь и стучу кулачком по ее внутренней стороне, пытаясь тем самым привлечь к себе хоть чье-нибудь внимание. Но кроме тишины я ничего не слышала.

А вдруг на самом деле соседа нет дома и к нему в квартиру пробрались воры? Если это так, то мне следует немедленно вернуться к себе домой, дабы еще и меня не приплели к этому делу.

Но вдруг он ранен или его связали и ему теперь требуется помощь? Всякое может быть, а с таким дурачком и подавно.

Как мне рассказывал мой знакомый, который работает в полиции, то лучше как можно скорее уносить ноги, если внутренне чутье шепчет быть на чеку. Было не мало случаев, когда страдали и обычные прохожие, свидетели, да и те, кто просто случайно оказался рядом в гуще событий.

А вдруг его застали дома, избили, связали и теперь пытают? В мире, где почти каждый год происходит инфляция, люди готовы пойти на любые аморальные поступки, лишь бы быть в достатке.

Крепче сжав под рукой коробку, все же делаю первый шаг в квартиру соседа. Мраморный пол, яркое холодное освещение в коридоре и приятный аромат уюта кричали о достатке хозяина квартиры.

Да этот сукин сын живет покруче золотой молодежи! Мое ранимое сердечко кольнуло от зависти.

Не время оценивать планировку чужой квартиры, когда жизнь ее хозяина может быть на волоске. Уже в который раз меня посетила мысль развернуться на сто восемьдесят градусов и оставить соседа вместе его проблемами и этой чертовой посылкой. Но нет, чувство ответственности за человека берет надо мной верх, и я продолжаю без лишнего душа продвигаться вглубь квартиры.

Фарфоровая, а может и глиняная, но не менее красивая статуэтка совы в полете пригляделась мне еще с самого порога, и уже тогда я решила, что отбиваться ею в случае опасности будет очень удобно. Главное, чтобы наносимый ею урон был не смертельный.

Чем ближе я была к ближайшей двери, которая, видимо, вела в одну из комнат, тем отчетливее слышала подозрительный шорох. А еще стоны. Но не те дифирамбы, которые я слышала от его совокуплений с жрицами любви. Эти отличались. Такие, словно его вынудили смотреть смачное гей-порно в HD. А возможно и в 3Д.

Почему-то в голову снова пришла мысль бросить Влада через СМС, но моя чистая совесть не могла такое допустить. Нет, сейчас не время.

Стоны за дверью повторились и теперь мне точно стало не по себе.

Держа статуэтку над головой в случае быстрого нападения, осторожно ставлю коробку на пол. На счет три мне следует быстро открыть дверь так, чтобы в случае опасности я могла успеть сбежать.

Один…

Сердце в груди забилось еще интенсивнее, отдаваясь где-то в ушах. Блин, как же страшно.

Два…

Может еще не поздно сбежать? Все же жизнь соседа для меня не так уж и важна. Не будет его, не будет проблем с посылками и стонами по ночам. А если его ненароком грохнут, то мои шансы получить тихих адекватных соседей резко увеличатся.

До трех я досчитать так и не успела, потому что дверь резко открылась и без моей помощи, явив миру почти полностью обнаженного соседа. Из одежды на нем было лишь одно полотенце, которое держалось на его бедрах лишь на честном слове. Небольшого сквозняка было бы достаточно, чтобы улетело.

Два. Четыре. Шесть.

Шесть твердых рельефных кубиков пресса смотрели на меня, а я на них, не в силах оторваться.

Вместо приветствия, очень даже целый и невредимый сосед пристально наблюдал за мной и одновременно стал кому-то звонить по сотовому.

Неужели он прятал его между..?

Тпру-у! Грязные мысли вон и моего чистого разума!

И как он вообще может сейчас звонить кому-то в столько волнующий момент? Неужели ему не интересно узнать, как я оказалась в его квартире и почему замахиваюсь на него статуэткой совы?

Ах да, еще и посылка в моих ногах.

– Это полиция? Одна дамочка проникла ко мне в квартиру и пытается украсть личные вещи.

Что-о?! Неужели от волнения и переизбытка адреналина я ловлю слуховые галлюцинации?

– Поторопитесь. Она мне угрожает, – все тем же ровным голосом продолжает сосед. – Русые волосы, низкая, метра полтора… – наклонив голову, гадает он над моим ростом.

– Метр шестьдесят девять, – по привычке исправляю его.

– А нет, метр шестьдесят, – кретин нарочно занижает мой рост. – Но слишком самоуверенная. А еще миленькая.

– Эй..! – пытаюсь отобрать из его рук телефон, но сосед перехватывает мою руку, заводит мне за спину и впечатывает меня в стену, придавив своим горячим после душа телом в спину.

– Хорошо. Я задержу ее. Но поторопитесь. Она хоть и мелкая, но не менее опасная, – это он уже почти шепотом говорит у моего чувствительного уха.

– Да ты брешешь! Никому ты не звонил!

Телефон падает к нашим ногам, а я молниеносно оказываюсь на плече соседа. Во время акробатического этюда его полотенце, что естественно, улетело, как и планировало изначально, а его голая упругая задница маячила перед моими глазами, пока он нес меня вглубь квартиры.

– Ты что творишь, животное?! Сейчас же отпусти меня!

Будь моя воля, я бы ударила его по голой распутной заднице, навсегда оставляя на ней след от своей ладони, но чувство брезгливости во мне было гораздо выше.

– Ужас! Как ты можешь светить перед лицом девушки своими..?!

Извиваюсь как уж на сковородке, отчего чуть ли не сваливаюсь на пол, но меня вовремя подхватывают и кидают на что-то очень мягкое, что я даже отпружиниваю несколько раз вверх. Но свобода моя длилась недолго, и уже в следующую секунду сосед уже нависает сверху, прочно зафиксировав мои руки над головой.

– Ты зачем полицию вызвал, кретин?! Или все это было шуткой, да?

– А ты зачем пробралась в мою квартиру?

В отличии от моего, его голос был более чем спокоен.

– Потому что мне снова подсунули твою посылку по ошибке, и я хотела лично ее тебе в рожу кинуть! Достали уже эти курьеры косячить!

– Так оставила бы у двери как обычно.

– Как обычно?! – из моих ушей от злости разве что пар не шел. – А не хорошо ли ты устроился, соседушка?! То ты трахаешь девиц, когда захочешь, позабыв про режим и нормы приличия, то посылки я тебе бесплатно таскаю до квартиры. Совесть ни капли не мучает?

– Мучила, если бы она у меня была.

Его наглая ухмылка начинает действовать мне на нервы, но я вовремя вспоминаю, что он все еще обнажен.

– Кто бы сомневался, – неловко ерзаю под его натиском и все же сдаюсь. – Ладно-ладно! Отпусти меня уже. Твоя дверь была открыта, вот я и вошла. Думала, вдруг тебя решили обокрасть и…

– Решила им помочь обчистить меня еще больше?

От его улыбки я уже готова была забыть про его голый зад, и начинаю понимать, почему из этой квартиры раздаются такие громкие стоны наслаждения.

Горячая волна накатывающего чувства согревала тело, отдаваясь на уровне живота.

– Да нет же! Говорю, что дверь была открыта…

– И что? По-твоему, это значит, что любой прохожий может проникать в мою квартиру?

– Ах, ладно, забудь уже. Я лишь хотела…

Слова застревают у меня в горле из-за кое-чего упрямо упирающегося мне в бедро.

– Ты уж точно не носишь на голое тело подвесной фонарик, так?

Даже самая неискушенная монашка догадалась бы, что именно сейчас упиралось в меня.

– Твой.. Гхэм..! Упирается мне в живот.

– Прости, но мужчины не всегда способны управлять своим телом. Особенно в такие моменты, – парень лукаво подмигивает и без тени смущения устраивается на мне удобнее. – Эй, только не пялься на него так. Смущаешь.

Поздно. Мои глаза были быстрее его слов, и я снова без капли стыда или совести смотрю вниз.

Если бы я в этот момент пила газировку, то точно захлебнулась бы.

Не сказать, что он был большим, но красивым был точно. Обрезанный, с идеальной формой он так и призывал прикоснуться к нему.

Из прихожей доносятся подозрительные шорохи, и сосед моментально слезает с меня, чтобы накинуть на голое тело свободные шорты, которые валялись рядом с кроватью. Уж лучше так, чем своим агрегатом царапать стены и сносить предметы.

– Вот она, забирайте, – слышу его слова и меня тут же под белы рученьки поднимают с кровати двое полицейских.

– Что за..?! – пытаюсь вырваться из крепкого захвата служителей правопорядка, но в ответ лишь получают предупреждение не оказывать сопротивления для своего же блага.

Последнее, что я увидела – это наглая ухмылка соседа перед тем, как меня вывели из квартиры и доставили в участок.

– За что-о? Это же ужасное недоразумение! Ошибка! – кричала я двум сидящим по обе стороны со мной полицейским.

– В отделении разберемся, милочка, – было мне ответом.

Это ошибка. Чудовищная ошибка, которая никак не могла со мной произойти. Надеюсь, что это все просто сон от переутомления на работе.

Да, скорее всего.

Глава 5

Тимур

Тревожные мысли о неугомонной соседке с чрезмерным любопытством тревожили меня почти до самого утра. Только с первыми лучами солнца я поддался сну, убедив себя, что поступил правильно и жалеть ни о чем не стоит. Но спать мне долго не дала трель домофона и пинающий мою дверь брат.

– Ты так и будешь вести холодную войну с отцом? Однажды закончатся все твои накопленные деньжата и будешь лапу сосать, – он лениво обводит мою холостяцкую берлогу взглядом. – Коммуналка за такие хоромы сама себя не оплатит. Да и всех твоих однодневок надо как-то содержать.

– Ты про чьего отца-то говоришь? Моего или твоего?

– Моего конечно же, – хмыкает Демьян в чашку с эспрессо, которую ему пришлось самому делать с помощью кофе-машины.

Верно. Родной отец свалил при первой же удобной возможности от нас к своей молоденькой аспирантке, когда с деньгами в семье было туго. Мама зашивалась на работе, пытаясь обеспечить всем возможным двоих детей – меня и Ярослава. Мы жили на грани нищеты несколько лет, но даже это не пугало нас так, как возможное будущее рядом с мужчиной, которого со временем мы перестали называть отцом. Мы видели маму только по ночам, когда она после тяжелого рабочего дня готовила нам еду на следующий день. У нас не было денег даже не поход в кинотеатр или простой поход в кафе – нам приходилось экономить абсолютно на всем.

Но все изменилось, когда в нашей жизни появился Григорий. Он был старше мамы и при деньгах. Но даже несмотря на его достаток, она очень долго отказывала мужчине, избегала встреч с ним и вообще боялась как-то налаживать свою личную жизнь из-за неудачного опыта в прошлом. К счастью, мужчина оказался очень упрямым и добрым, поэтому быстро расположил и маму и меня с сестрой к себе.

Демьян – один из моих сводных братьев, который приняли нас без особых проблем.

– Если что попрошу помощи у мамы. Она мне точно не откажет, – безразлично пожимаю плечами. – Неужели он до сих пор обижен на меня за то, что я отказался работать у него на фирме?

– Ты думал, что ему плевать с высокой колокольни на твое будущее? Хоть ты и не родной его сын, все же он переживает за тебя так же, как и за нас.

– Да знаю я, – больше всего на свете я не любил затрагивать эту тему. – И прекрасно его понимаю. Но я пока еще не готов брать такую большую ответственность и работать вместе с тобой. Я же еще не нагулялся для таких серьезных вещей.

Бровь брата уже в который раз за вечер взлетает вверх.

– Тебе лет сколько? Скоро уже песок начнет с тебя сыпаться. Будешь и дальше сидеть на шее у матери и трахать своих куриц? Лучше бы завел серьезные отношения с нормальной девушкой, чем менять их каждый день как перчатки.

– И это говоришь мне ты? – с сомнением смотрю на брата. – Тот, кто в каждой девушке видит лишь кусок мяса после неудавшихся отношений?

–Прекрати, – Демьян с силой сжимает ручки кресла от злости на правду.

Из-за вздымающейся груди пуговицы на его идеально выглаженной рубашке готовы были в любой момент выстрелить мне прямо в глаз.

– Тебя бросили, – продолжаю спокойно, хотя у самого поджилки тряслись от его устрашающего вида. – Так зачем мне наступать на твои же грабли?

Гуляющие желваки на челюсти брата кричали мне забиться угол и просить пощады, но я знал, что Демьян никогда не обидит тех, кто ему дорог. Спасибо Господи, что я был пока еще из их числа.

– Просто забудь ее и отпусти.

– Уже давно забыл, – сам себе кивает он, но почему-то мне кажется, что это тема по сей день дается ему с трудом.

В мире нет такого сильного чувства, как первая любовь. Она, как правило, самая сильная, и забыть ее практически невозможно. Ее провал ведет к боли. Боль – к ненависти. Ненависть – к одиночеству. И именно такой путь выбрал для себя Демьян. Многие из семьи видели, как он намеренно грузит себя работой, лишь бы снова не поддаваться этому чувству. Теперь оно под запретом, а слово «любовь» стало для него самым ненавистным из всех возможных.

– Ни черта ты ее не забыл, – мотаю головой отрицая. – Я знаю, что ты все еще надеешься увидеть после ее всего, что она сделала с тобой. Думаешь можно просто так бросить того, кого любишь всем сердцем? Нет. Значит и она тебя не любила.

Но мне в очередной раз не удается вывести брата на чистую воду. Он встает из кресла и начинает измерять шагами гостиную.

– Твой язык хоть когда-нибудь отдыхает? – Демьян устало растирает лицо, возвращая на лицо маску спокойствия и безразличия, скрывая ту, что увидеть дано не каждому – уязвленную и давно потрескавшуюся из-за предательства. – Отец просил передать, что твоя свобода скоро закончится, как и деньги. Да и мне твоя помощь понадобится. Когда я займу его место, а это случится уже очень скоро, мне понадобятся свободные руки и уши. Не все же время тебе вести себя как избалованному ребенку.

Среди всей нашей шайки Демьян был самым старшим, поэтому он первым взял на себя удар руководить филиалом за рубежом на несколько лет. Такое решение он тоже принял далеко не сразу. Всему виной были отношения с той, чье имя сейчас никто не смеет при нем произносить. Он боялся, что расстояние окончательно разрушат его отношения. А когда они окончательно дали трещину, после этого Григорию, его отцу, его даже уговаривать не пришлось.

Несколько месяцев он не появлялся нам на глаза и заливал горе алкоголем в компании бесчисленного количества девушек в самых элитных клубах города. Вышло не мало статей о том, что парень пошел по рукам, на что отец тоже вел нейтралитет. Как бы мы не пытались до него достучаться, он сказал, что так будет лучше, и чем быстрее он изгонит из себя всю дурь, тем больше будет вероятность, что он с головой окунется в работу. Именно так и произошло.

– Ты, кстати, кольцо мое привез? – вспоминаю о изначальной причине нашей встречи.

– Да, оно в машине, – нехотя отвечает Демьян и закатывает глаза. – Давно я как школьник не прятался от домочадцев – пришлось красться в твою комнату на цыпочках.

– Тебе следовало взять его с собой, – кидаю в брата смятую салфетку. – Мне не стоит сейчас лишний раз выходить из дома.

Я не трус, но после того, как натравил на милашку-соседку полицейских, я стал гораздо чаще оборачиваться по сторонам и вздрагивать от любого шороха. Не знаю, как ее наказали за проникновение в чужую квартиру в участке, но я все же питаю надежду, что она не будет держать на меня зла. Ну или хотя бы я не наткнусь на разъяренную ее снова.

– Спустишься разок, не обломишься. А над моим предложением все же подумай. Иначе эту квартиру, – Демьян обводит вокруг себя пальцем. – Я продам.

Демьян надевает жутко дорогой пиджак, который чуть ли не трещит по швам – все же в каком-то смысле расставание пошло ему на пользу. У него и в студенческие годы была неплохо развита мускулатура, но после тяжелого разрыва отношений он регулярно заглушал одиночество силовыми тренировками в зале.

Если в детстве я мог спокойно послать старшего брата на хутор бабочек ловить, то после трех лег его усиленных тренировок я стал подбирать слова тщательнее. Синяки и травмы на моем теле сходили очень долго и болезненно. А чтобы вставить челюсть мне придется продать не только почку, но и часть печени.

– Зачем оно тебе? – на лице брата крутилось искреннее недоумение.

– Я и так почти на мели, даже в холодильнике мышь вскрылась, – накидываю на голое тело футболку и шорты. – А продав его, я смогу еще месяц, а то и больше жить без забот. Не зря я тогда решил раскошелиться на него.

Да, как и у Демьяна, у меня есть неудачный опыт в отношениях. Но сейчас я рад, что судьба за нас расставляет точки над «i» и избавляет нас от ненужных людей.

– А ведь когда-то ты хотел сделать предложение той самой… Как же ее…

– Забудь об этом. Тебе ли не знать, что девушки хотят от богатеньких парней.

Деньги.

Уверен, Демьян сейчас подумал о том же.

Как бы мы не пытались очернить людей из-за их желания заработать деньги всеми возможными способами, не стоит забывать, что деньги – это самое могущественное средство против бедности. И без них ты никуда не денешься.

Так или иначе, но мы всегда будем от них зависеть.

В последнее время август не радовал жителей города своей погодой, но это не мешало мне дойти до машины брата, чтобы забрать то самое кольцо, которое когда-то на эмоциях запульнул в конец комнаты. Разочарование и разбитые надежды улетели вместе с ним вглубь комнаты, в которую я больше не возвращался.

В тот день я познал те же чувства, что и Демьян.

– Держи, – в моей ладони оказалась синий бархатный футляр. – До сих пор не могу поверить в то, что однажды ты пытался добровольно пойти на брак, – Демьян ухмыляется, но по его кривой улыбке понимаю, что не я один думал об этом.

Пытаешься не утонуть, хотя плавать вовсе не умеешь, братец.

– Благодаря тебе я точно не умру от голода, – крепко сжимаю Демьяна в объятиях, на что тот лениво хлопает меня по спине. – Теперь я должен сказать «да»? – кидаю в Демьяна тупую как обратная сторона ножа шутку, но та отлетает от его хмурого лица рикошетом.

– Кретин, – лишь устало вздыхает он. – Я бы на твоем месте начинал завязывать пояс, потому что по словам отца, совсем скоро он точно перекроет тебе кислород к бродячей жизни. Думаешь, раз съехал из общего дома, то он никак до тебя не доберется? – и снова ухмылка брата срывает меня с небес на землю. – Он бездействует лишь потому, что сам решил дать тебе временную свободу, чтобы ты из башки своей всю дурь выбил. Уже прошло достаточно времени, чтобы определить свою будущую жизнь. У тебя месяц на то, чтобы сделать все свои дела перед тем, как пойти по нашим стопам.

– Ты же знаешь, что я не гожусь для всего этого…

– Я тоже не горел желанием возглавлять фирму, но мне придется. У таких как у нас, золотой молодежи, нет иного выхода, – тяжелая рука брата ложится мне на плечо. – И дело даже не в отце. Я прошу тебя о помощи. Мне нужен тот, кому я смогу доверять безоговорочно. Один я уже не справляюсь.

Пока мы отрывались на вечеринках, путешествовали в свое удовольствие и брали от жизни все, Демьян добровольно лишил себя свободы. Он первым ступил на линию огня, позволив нам, младшим, уйти в сторону. И даже когда утопал в океане рутины, он ни разу не просил о помощи.

Совесть, которую я все время пытался не замечать, уже в открытую наставила на меня дуло.

Пора и мне что-то менять в своей жизни.

– Я понимаю, – бархат футляра теперь уже не казался таким приятным на ощупь, а прожигал огрубевшую кожу ладоней. – Дай мне еще немного времени, ладно?

Неделя? Месяц?

В глазах брата я читал вопросы, но произнести их вслух он не решился. Как я и не мог дать ответ, которого у меня еще не было. И он меня понимал. Лишь пожал на прощание руку и сел за руль автомобиля.

Стоило урчащей как тигр машине брата скрыться со двора, я все не спешил возвращаться домой. Его слова как никогда раньше задели меня за живое. Он единственный, кто поставил на кон свои лучшие годы, чтобы избавить нас от бремени обязательств. Если я мог спокойно хлопнуть дверью и съехать из отчего дома, то Демьян о таком мог только мечтать. Этой весной ему исполнилось тридцать два года. Еще пара лет и все будут требовать от него семью и наследников, но вместо свиданий он с утра до ночи пропадает на работе, зарывшись в документы с головой.

– Хреновый из меня брат.

На часах была поздняя ночь, но улицы уже давно были покрыты темной вуалью из-за туч. Этим вечером на небе даже луны не будет видно, не говоря уже о звездах. Жизнь, к которой я так стремился, уже не казалась такой яркой и сладкой. Наоборот. Она сейчас напоминала серое небо, что сейчас скрывало своими тучами яркие лучи солнца. Я так отчаянно пытался найти себя и свой собственный путь, что не сразу понял, что этого недостаточно. Гораздо важнее не выдумывать иллюзию той жизни, которую подкидывает наше воображение, а создать ту, которая превзойдет все наши ожидания.

Даже когда я отогревался под горячими струями воды, предательские мысли все продолжали крутиться в моей голове. Из-за них же я не сразу услышал нескончаемую трель дверного звонка. Около минуты я пытался игнорировать разрывающие ушные перепонки звуки, но все же сдался и мокрый, лишь с полотенцем на бедрах, уверенно направился к двери.