Найденная
- -
- 100%
- +
Кейтлин наклонилась и, зачерпнув ладонями холодную воду, плеснула её себе в лицо, чтобы освежиться. Умывшись, Кейтлин намочила волосы, проведя по ним мокрыми руками. Волосы были пыльными и грязными, а ощущение прохладной воды было просто божественно. Сейчас Кейтлин отдала бы всё за душ. Наклонившись снова, она набрала полную пригоршню воды и выпила её. В горле пересохло, а вода действовала освежающе. Калеб последовал примеру Кейтлин.
Утолив жажду, они облокотились на колодец и осмотрели площадь. Никаких особенных зданий, подсказок, намёков на то, куда отправляться дальше, видно не было.
«Что же нам теперь делать?» – наконец спросила Кейтлин.
Калеб осмотрелся, прикрывая глаза руками от солнца. Казалось, он был растерян, так же как и она.
«Я не знаю, – сказал он ровным голосом. – Я в тупике».
«Когда мы перемещались в другое время или место, – продолжал он. – То там всегда были церкви и монастыри, в которых мы находили подсказки. Но здесь нет церквей. Здесь ещё не существует христианства. И христиан тоже нет. Ведь только после смерти Иисуса люди стали относиться к нему, как к богу. Сейчас здесь только одна религия, религия Иисуса – иудаизм, потому что, прежде всего, Иисус был евреем».
Кейтлин попыталась всё осмыслить. Всё было так сложно. Если Иисус был евреем, думала она, то он, должно быть, молился в синагоге. И вдруг её посетила мысль.
«Тогда, может быть, нам поискать место, где молился Иисус? Может быть, нам нужно найти синагогу?»
«Я думаю, ты права, – ответил Калеб. – Кроме того, другой религией этого времени, если её можно так назвать, является язычество – поклонение идолам. Но я уверен, что Иисус не молился в языческом храме».
Кейтлин снова окинула взглядом городок, пытаясь найти здание, напоминающее синагогу. Однако такого не оказалось. Все постройки были обыкновенными жилыми домами.
«Я ничего не вижу, – сказала она. – Все здания выглядят одинаково. Это всего лишь маленькие домики».
«Я тоже не вижу», – отозвался Калеб.
Повисло долгое молчание. Кейтлин пыталась всё хорошенько обдумать.
«Как ты думаешь, мой отец и щит как-то связаны со всем этим? – спросила она. – Может быть, если мы направимся туда, где бывал Иисус, это приведёт нас к отцу?»
Калеб прищурился и надолго задумался.
«Я не знаю, – наконец сказал он. – Но понятно одно: твой отец хранит величайший секрет. И это касается не только вампиров, но и всего человечества. Щит, или какое-то иное оружие, изменит природу всей человеческой расы навсегда. И оно, должно быть, очень мощное. Если кто-то может помочь нам найти путь к твоему отцу, так только кто-то очень могущественный. Такой как Иисус. Мне кажется, это правда. Возможно, отыскав одного, мы отыщем и второго. Кроме того, благодаря твоему кресту мы нашли уже много ключей и попали сюда. Практически все наши подсказки мы отыскали в церквях и монастырях».
Кейтлин попыталась вникнуть в суть его слов. Неужели её отец знаком с Иисусом? Может быть, он один из его учеников? Поиск становился всё более таинственным.
Кейтлин села на колодец, и, совсем сбитая с толку, обвела взглядом сонную деревушку. Она не представляла, с чего начать поиски. Ничего не выделялось из общего пейзажа. Кроме того возрастало отчаяние от невозможности найти Скарлет.
Она больше чем когда-либо хотела отыскать отца, и найденные ключи буквально жгли её карман. Однако она не видела способа использовать их и не могла сконцентрироваться всецело на отце, отказавшись от мысли о Скарлет. Мысль о том, что дочь осталась совершенно одна, разрывала её сердце на части. Кто знает, в безопасности ли она?
Тем не менее, она всё равно не имела понятия, где искать свою малышку. Кейтлин ощущала нарастающее чувство безнадёжности.
Внезапно, возглавляя своё стадо, через ворота в город вошёл пастух и медленно прошёл через площадь. На нём была длинная белая мантия, а голову покрывал капюшон, защищая от солнца. Пастух направился в сторону путников, держа в руке посох. Сначала Кейтлин решила, что он идёт прямо к ним. Но затем поняла: колодец. Он просто подошёл, чтобы утолить жажду, а они с Калебом загораживали ему путь.
Как только пастух появился на площади, овцы столпились вокруг него, и все вместе направились к колодцу. Должно быть, они понимали, что пришло время, и сейчас их будут поить. Через мгновение Кейтлин и Калеб уже находились в самом центре стада. Скромные животные проделывали себе путь, мягко толкаясь мордами. Нетерпеливо блея, они ждали, когда пастух наконец-то даст им напиться.
Кейтлин и Калеб отошли в сторону в тот момент, когда пастух подошёл к колодцу, взялся за ручку и принялся её крутить, вытаскивая ведро с водой. Поднимая ведро, пастух снял капюшон.
Кейтлин была удивлена его молодостью. У него были светлые волосы, светлая борода и светлые голубые глаза. Когда он улыбнулся, Кейтлин увидела лучики солнца на его лице и в морщинках вокруг глаз, почувствовав тепло и доброту, исходящую от него.
Вытащив переполненное ведро, и, несмотря на пот, выступивший у него на лбу, и на тот факт, что ему очень хотелось пить, пастух повернулся и вылил первое ведро воды в корыто у основания колодца. Блея и толкаясь, овцы столпились вокруг него и принялись пить.
Кейтлин не могла избавиться от чувства, что этот незнакомец что-то знает, что он встретился им на пути неслучайно. Если Иисус живёт в этом времени, то, может быть, пастух слышал о нём?
Немного помедлив, Кейтлин откашлялась.
«Простите», – сказала она.
Мужчина повернулся и посмотрел на Кейтлин напряжённым взглядом.
«Мы кое-кого разыскиваем. Возможно, вы его знаете и можете сказать, живёт ли он здесь сейчас».
Пастух прищурился, и Кейтлин показалось, что он смотрит куда-то сквозь неё. Это было очень странно.
«Живёт, – ответил незнакомец, будто читая её мысли, – но сейчас его здесь нет».
Кейтлин не могла поверить. Это было правдой.
«Куда он отправился?» – спросил Калеб. Кейтлин чувствовала напряжение в его голосе и желание узнать всё как можно скорее.
Пастух перевёл взгляд на Калеба.
«В Галилею, – ответил он таким тоном, словно это был само собой разумеющийся факт. – К морю».
Калеб прищурился.
«Капернаум?» – спросил он неуверенно.
Незнакомец кивнул.
Калеб широко открыл глаза.
«У него много учеников, – загадочно произнёс пастух. – Ищите и обрящите».
Затем он быстро склонил голову, повернулся и пошёл прочь, возглавляя стадо. Через мгновение он уже пересекал площадь.
Кейтлин не могла позволить ему уйти. Не сейчас. Она должна узнать больше. Она чувствовала, что незнакомец что-то скрывает.
«Стойте!» – закричала она.
Пастух остановился, повернулся и посмотрел на неё.
«Вы знаете моего отца?» – спросила Кейтлин.
К её удивлению, человек кивнул в ответ.
«Где он?» – спросила она.
«Это вы должны выяснить сами, – ответил пастух. – Ведь только у вас есть ключи».
«Кто он?» – в отчаянии спросила Кейтлин.
Незнакомец медленно покачал головой.
«Я – обычный пастух и веду своё стадо».
«Но ведь я даже не знаю, где его искать! – закричала Кейтлин. – Пожалуйста, я должна его найти».
Пастух медленно улыбнулся.
«Лучше всего искать там, где вы находитесь», – ответил он.
С этими словами он надел капюшон, повернулся и пошёл прочь через площадь. Минуя ворота города, он скрылся из вида вместе со своим стадом.
Лучше всего искать там, где вы находитесь.
Его слова засели у Кейтлин в голове.
Она чувствовала, что это не просто аллегория. Чем больше она погружалась в размышления, тем больше понимала буквальный смысл этих слов. Возможно, он имел в виду, что подсказка как раз там, где она стоит.
Внезапно Кейтлин повернулась и осмотрела колодец, место, на котором сидела. И тут она что-то почувствовала.
Лучше всего искать там, где вы находитесь.
Она опустилась на колени и стала пальцами ощупывать древнюю каменную кладку. Она осматривала каждый сантиметр, всё сильнее убеждаясь в том, что здесь есть подсказка.
«Что ты делаешь?» – спросил Калеб.
Кейтлин неистово водила руками по стене колодца, ощупывая каждую трещину в камне. Она чувствовала, что напала на след.
Наконец, осмотрев половину стены, она остановилась. Одна из трещин была намного больше других. В неё она могла свободно просунуть палец. Камень вокруг трещины был гладким.
Уперевшись пальцами, Кейтлин начала вытаскивать камень. Наконец он зашатался и поддался. Позади камня, к своему удивлению, Кейтлин обнаружила тайник.
Калеб подошёл ближе, наблюдая через плечо, как она шарит ладонью в темноте. Нащупав что-то металлическое и холодное, Кейтлин медленно вытащила руку и подняла её к свету.
Раскрыв ладонь, Кейтлин не поверила своим глазам.
Глава пятая
Скарлет и Рут оказались в ловушке. Прижавшись спиной к стене, девочка со страхом смотрела на толпу хулиганов, которые спустили на неё свою собаку. Через мгновение огромное дикое животное бросилось на Скарлет, намереваясь вцепиться ей в горло. Всё происходило очень быстро, и девочка не знала, что делать.
Прежде чем Скарлет успела что-либо предпринять, Рут зарычала и бросилась навстречу животному. Подпрыгнув и встретившись с псом в воздухе, Рут вцепилась клыками ему в горло, опрокинула на землю и прыгнула сверху. Собака была в два раза больше Рут, однако волчица намертво пригвоздила её к земле и не давала встать. Рут по-прежнему изо всех сил держала врага клыками за горло, и вскоре пёс перестал сопротивляться и издох.
«Ах ты, маленькая дрянь!» – в гневе закричал главарь банды.
Отделившись от толпы, он направился прямо к Рут. Подняв заострённую с одного конца палку, он бросил её прямо в незащищённую спину волка.
Рефлексы Скарлет взяли верх, и она начала действовать. Не раздумывая, девочка бросилась навстречу мальчишке, протянула руку и успела схватить палку в самый последний момент. Затем Скарлет притянула хулигана к себе, размахнулась и изо всех сил ударила мальчишку по рёбрам.
Он рухнул на землю, а Скарлет нанесла ему ещё один удар с разворота по лицу. Перевернувшись, мальчишка приземлился лицом на камень.
Рут повернулась и бросилась на остальных. Высоко подпрыгнув, она вцепилась в горло одному из них и повалила его на землю. Теперь их осталось всего лишь трое.
Скарлет стояла лицом к банде хулиганов и неожиданно ощутила новое чувство. Она больше не боялась, ей больше не хотелось бежать и прятаться, она не желала, чтобы мама и папа защищали и оберегали её.
Скарлет перешла невидимую черту и что-то внутри неё изменилось. Впервые в жизни она осознала, что ни в ком не нуждается. Ей нужна только она сама. И вместо того, чтобы испугаться сложившейся ситуации, Скарлет наслаждалась ею.
Ярость наполняла всё её тело от пальцев ног до кончиков волос. Скарлет не понимала, что с ней происходит, поскольку таких сильных эмоций ей до сих пор не приходилось ощущать. Она больше не желала убегать от хулиганов и в то же время не хотела дать им уйти.
Теперь ей хотелось отомстить.
Пока мальчишки оправлялись от пережитого потрясения, Скарлет бросилась в атаку, едва контролируя свои действия. Всё происходило очень быстро. Рефлексы девочки работали гораздо быстрее, чем у мальчишек, которые двигались, как в замедленной съёмке.
Скарлет подпрыгнула выше, чем когда-либо и обеими ногами ударила одного из них прямо в грудь. Он отлетел назад со скоростью пули, врезался в стену и упал без сознания.
Прежде, чем остальные успели отреагировать, Скарлет нанесла удар локтём одному из них, а второго с разворота пнула в солнечное сплетение. Оба хулигана потеряли сознание и рухнули на землю.
Скарлет и Рут стояли рядом, тяжело дыша.
Девочка огляделась по сторонам и увидела, что пятеро их обидчиков лежат на земле без признаков жизни. Теперь она – победитель, а не маленькая беззащитная девочка, какой была прежде.
* * *Скарлет вместе с Рут несколько часов бродила по улицам, держась как можно дальше от тех хулиганов. Под палящим солнцем она переходила из одного переулка в другой, заблудившись в лабиринте узких улочек старого Иерусалима. Полуденное солнце нещадно палило. Скарлет сходила с ума от жары, голода и жажды. Пробираясь сквозь толпу, девочка смотрела в сторону Рут, которая, тяжело дыша и страдая от жары, шла рядом.
Пробегающий мимо ребёнок попытался схватить Рут за спину и играючи слишком сильно дернул её за шерсть. Волчица повернулась и зарычала, обнажив клыки. Ребёнок закричал и в слезах убежал прочь. Такое поведение было несвойственно Рут – обычно она была очень терпеливой. Однако, казалось, что голод и жара так же сводили её с ума, а ярость и чувство безысходности передались ей от Скарлет.
Несмотря на все свои усилия, девочка не могла побороть поселившееся в ней чувство ярости и гнева. Как будто эти эмоции вырвались наружу, и теперь она уже не могла с ними совладать. Её вены пульсировали, а злость нарастала. Проходя мимо торговцев едой и рассматривая пищу, которую они с Рут не могли себе позволить, Скарлет всё больше злилась. Ко всему прочему она начала понимать, что это болезненное чувство голода было необычным и ей незнакомым. Это был не просто голод. Скарлет понимала, что это было нечто более глубокое, первородное. Ей хотелось крови. Ей нужна была охота.
Скарлет не знала, что с ней происходит и поэтому не умела обуздать своё желание. Почуяв запах мяса, она стала пробираться сквозь толпу к цели. Рут была рядом.
Скарлет расчищала себе путь локтями, и вдруг один возмущённый мужчина из толпы оттолкнул её назад.
«Эй, девочка, смотри куда идёшь!» – рявкнул он.
Не думая ни секунды, Скарлет повернулась и толкнула мужчину в ответ. Несмотря на очевидное преимущество в росте и силе, он отлетел назад и, сбив несколько лотков с фруктами, упал на землю.
Поспешно поднявшись на ноги, мужчина в недоумении уставился на Скарлет, силясь понять, как такая маленькая девчонка смогла его одолеть. Затем, испугавшись, он принял мудрое решение и поспешил прочь.
Один из торговцев, предчувствуя беду, грозно посмотрел на Скарлет.
«Тебе хочется мяса? – прорычал он. – А у тебя есть деньги, чтобы заплатить за него?»
И тут Рут не смогла удержаться. Стремительным движением она схватила огромный кусок мяса, оторвала от него часть и проглотила её в одно мгновение. Прежде, чем кто-либо успел отреагировать, Рут снова выскочила вперёд, намереваясь схватить ещё один кусок.
Однако на этот раз торговец замахнулся кулаком, чтобы со всей силы ударить Рут по голове.
Скарлет вовремя почувствовала его намерение. Что-то новое произошло с её реакцией ощущением скорости. Как только кулак торговца стал опускаться, Скарлет поняла, что её собственная рука практически самостоятельно вытянулась вперёд и схватила запястье мужчины прежде, чем тот успел ударить Рут.
Торговец посмотрел на Скарлет сверху вниз широко открытыми от удивления глазами. Он не мог понять, как такая маленькая девочка может так сильно сжимать его запястье. Скарлет стиснула руку торговца и стала сжимать её ещё сильнее до тех пор, пока рука не начала дрожать. Не в силах контролировать свою ярость, Скарлет смотрела на торговца глазами, полными злобы.
«Не смейте трогать моего волка», – прорычала она.
«Простите», – ответил мужчина. Его рука дрожала, а в глазах читался страх.
Наконец Скарлет отпустила запястье и поспешила прочь от прилавка. Рут бежала рядом. Убежав как можно дальше, Скарлет услышала свист и неистовые крики о помощи позади себя.
«Пойдём отсюда, Рут!» – сказала Скарлет, и они обе поспешили прочь, пытаясь затеряться в толпе. По крайней мере, Рут удалось немного поесть.
Голод Скарлет становился невыносимым, и она не знала, сколько ещё сможет продержаться. Она не понимала, что с ней происходит, но когда они шли по улицам, девочка стала замечать, что рассматривает шеи проходящих мимо людей. Она смотрела на вены и видела пульсирующую кровь. Скарлет облизывала губы и неистово желала вонзить свои зубы в их плоть. Она жаждала человеческой крови и представляла себе, как та потечёт по её пересохшему горлу. Скарлет ничего не понимала. Она всё ещё человек? Неужели она становится диким животным?
Она никому не хотела причинить вреда, сдерживаясь изо всех сил.
Но это было физически невозможно. Новое чувство поднималось от кончиков пальцев и проходило через всё тело к кончикам волос. Это было страстное желание, непреодолимая, неутолимая жажда. Она овладела её разумом и диктовала, что делать и как поступать.
Неожиданно Скарлет кое-что заметила: вдали, где-то позади неё группа Римских солдат шла по её следу. Благодаря своей новой способности Скарлет отчётливо слышала звук их сандалий по мостовой. Она знала, что солдаты гонятся за ней, хотя они были ещё совсем далеко.
Скарлет слышала преследователей, и это раздражало её ещё сильнее. Звук их шагов смешался в её голове с криком торговца, смехом детей, лаем собак… Это становилось просто невыносимо. Слух Скарлет стал очень острым, и её раздражала эта какофония.
Солнце стало припекать ещё сильнее. С неё довольно. Скарлет ощущала себя, как под микроскопом и знала, что вот-вот взорвётся.
Неожиданно она откинулась назад, закипая от ярости, и почувствовала, что с её зубами что-то происходит. Она чувствовала, как оба её резца становятся длиннее, увеличиваются и превращаются в острые клыки. Она едва понимала, что с ней происходит, однако точно знала, что превращается в существо, которое вряд ли сможет контролировать. В тот же момент она заметила большого толстого пьяницу, который, спотыкаясь, шёл по улице. Скарлет знала, что если она сейчас не поест, то будет обречена на смерть. Что-то внутри неё отчаянно желало выжить.
Скарлет зарычала и была поражена этим. Этот первобытный рык оглушил даже её саму.
Скарлет казалось, что она покинула своё тело и наблюдала со стороны, как, подпрыгнув в воздух, она направилась к мужчине. Она видела, как пьяница обернулся, видела его полные страха глаза. Она почувствовала, как её клыки вонзились в его плоть, в вены у него на шее. Спустя мгновение она почувствовала, как его кровь течёт в её горло и наполняет её вены.
Скарлет слышала, как мужчина закричал, но крик его был недолгим. Через секунду он рухнул на землю, а Скарлет продолжала высасывать кровь, сидя на нём верхом. Постепенно её тело наполнялось новой жизнью, новой энергией.
Ей хотелось остановиться, отпустить человека, но она не могла этого сделать. Скарлет нужно было выжить.
Ей нужно было утолить голод.
Глава шестая
Сэм бежал по улицам Иерусалима, вне себя от ярости. Ему хотелось крушить и разрывать на кусочки всё вокруг. Он пробегал мимо торговцев, вытянув руки и опрокидывая их прилавки, словно фишки домино. Он нарочно толкал людей изо всех своих сил, так, что они разлетались в разные стороны. Подобно неконтролируемому тарану, Сэм нёсся по улице, сметая всё на своём пути.
Начался хаос, послышались крики. Люди пытались уйти, убежать, исчезнуть с дороги. Сэм был похож на товарный поезд, несущийся на полном ходу.
Солнце сводило его с ума. Оно пекло голову, порождая внутри всё большую и большую ярость. До сих пор ему был неизвестен истинный гнев. Ничто не могло его успокоить.
Увидев высокого худощавого мужчину, Сэм бросился к нему и вонзил клыки в его шею. За несколько секунд он высосал всю кровь из тела несчастного и бросился на поиски новой жертвы. Он убивал одного за другим, впиваясь клыками и высасывая кровь. Сэм двигался так быстро, что никто из людей не успевал отреагировать. Они падали на землю, один за другим, образуя кровавый след от его деяний. Сэм в бешенстве лишал жизни людей и чувствовал, как его тело наполняется кровью убитых. Однако этого было недостаточно.
Из-за жары Сэм находился на грани помешательства. Ему нужно было как можно скорее найти тень. Вдали он заметил высокое здание из белого известняка. Это был искусно украшенный дворец с колоннами и огромной полукруглой дверью. Не раздумывая, Сэм бросился через площадь и, достигнув дворца, пинком открыл дверь.
Здесь было прохладнее, и Сэм снова мог дышать. Укрывшись от солнца, он сразу почувствовал себя лучше. Открыв глаза, он медленно осмотрелся.
В ответ на Сэма в испуге смотрели несколько десятков человек. Большинство из них сидели в маленьких бассейнах и ваннах. Другие ходили босиком по каменному полу. Все они были без одежды. Сэм догадался, что находится в бане. В римской купальне.
Высокие полукруглые потолки пропускали достаточно много света. Повсюду находились большие сводчатые колонны. Пол был отделан блестящим мрамором. Большую часть зала занимали бассейны. Кто-то слонялся без дела, кто-то лежал в ваннах и расслаблялся.
Их идиллию нарушил Сэм. Увидев его, люди поспешили сесть, на их лицах читался страх.
Сэм ненавидел таких людей – эти ленивые богачи отдыхают здесь, и ничто другое в мире их не волнует. Он заставит их заплатить. Запрокинув голову назад, Сэм зарычал.
Большинство присутствующих в отчаянии начали бегать из стороны в сторону, стараясь как можно скорее схватить своё полотенце или накидку и убежать прочь.
Однако у них не было шансов. Сэм кинулся вперёд, схватил ближайшего к нему человека и вонзил зубы ему в шею. Высосав кровь, Сэм бросил тело, и оно покатилось прямо в ванну, окрасив воду в красный цвет.
Сэм убивал одну жертву за другой без разбора. Вскоре купальня была полна трупов, повсюду плавали мертвецы, а пол был залит кровью.
Неожиданно дверь с грохотом распахнулась, и Сэм повернулся, чтобы посмотреть, кто к нему пожаловал.
В дверях стояли римские солдаты, одетые в форму – короткие туники, римские сандалии и шлемы с пером; в руках они держали короткие мечи и щиты. У нескольких из них имелись луки и стрелы. Натянув тетиву, они взяли Сэма на мушку.
«Оставайся на месте!» – закричал командир.
Сэм зарычал и, выпрямившись во весь рост, пошёл к ним навстречу.
Солдаты открыли огонь. Десятки стрел полетели в Сэма. Как в замедленной съёмке он видел летящие стрелы и их блестящие серебряные наконечники.
Однако он был быстрее любого оружия. Прежде, чем стрелы успевали достичь его, Сэм подскакивал высоко вверх и лавировал между ними. Он с лёгкостью преодолел расстояние в сорок метров до конца зала купальни и оказался рядом со стрелками прежде, чем они смогли опустить луки.
Сначала Сэм набросился на солдата в центре и толкнул его с такой силой, что тот отлетел назад и сбил остальных стрелков. Строй рухнул, как фишки домино. Несколько солдат упали без сознания.
Прежде, чем другие успели опомниться, Сэм подошёл ближе и, выхватив пару мечей из их рук, принялся размахивать ими во все стороны.
Его план сработал идеально. Он рубил головы одну за другой, а затем добивал выживших ударом в сердце. Не моргнув глазом, Сэм резал солдат, как масло. Вскоре все они лежали мёртвыми на полу купальни.
Сэм опустился на колени и принялся пить кровь. Он не мог остановиться, всё пил и пил. Стоя на четвереньках, подобно зверю, Сэм жадно высасывал кровь, пытаясь утолить безмерную ярость.
Закончив, Сэм понял, что так и не насытился. Ему хотелось сразиться с армией врагов, убить тысячи людей. Он неделями будет пить их кровь. И даже потом этого будет недостаточно.
«САМСОН!» – послышался визгливый женский голос.
Сэм остановился, как вкопанный. Уже много веков он не слышал этого голоса. Он уже почти забыл его и не надеялся услышать вновь.
Только один человек в мире называл его Самсоном.
Это был голос его создателя.
Прямо над ним, с улыбкой на прекрасном лице, стояла его первая любовь.
Это была Саманта.
Глава седьмая
Кейтлин и Калеб летели вместе в чистом, синем небе над пустыней, направляясь в северную часть Израиля, к морю. Под ними простиралась земля, и Кейтлин наблюдала за тем, как меняется пейзаж. Она видела огромные полосы пустыни, бескрайние территории высушенной на солнце земли, скалы, валуны, горы, пещеры. Людей видно не было, за исключением редкого пастуха с отарой овец, одетого в белое с ног до головы, с накинутым капюшоном для защиты от солнца.
Пока они летели всё дальше на север, местность постепенно менялась. Пустыня уступила место холмам; коричневая, высушенная, пыльная земля стала вдруг ярко зелёной. То там, то здесь виднелись оливковые рощи и виноградники. Однако, по-прежнему, людей видно не было.
Кейтлин вспомнила о своей находке. Она была крайне удивлена, обнаружив в стене колодца единственный ценный предмет, который сейчас сжимала в руке. Это была золотая звезда Давида, размером с ладонь. Древними буквами на ней было выгравировано единственное слово: Капернаум.
Оба сразу поняли, что это была подсказка. Теперь им нужно отправляться туда. Но почему Капернаум? Кейтлин не могла придумать объяснения.