Разбойник, узник, принцесса
- -
- 100%
- +
Через некоторое время мужчина, который был их лидером, подошёл и сел на твёрдый каменный пол пещеры напротив Таноса, скрестив ноги. Он толкнул в его сторону кусок хлеба, который Танос жадно проглотил. Он не был уверен, сколько прошло времени с тех пор, как он в последний раз ел.
«Я Акила», - сказал мужчина. «Я руковожу этим восстанием».
«Танос».
«Просто Танос?»
Танос расслышал в его голосе любопытство и некоторое нетерпение. Он задавался вопросом, понял ли этот незнакомец, кем он был. В любом случае, сказать тогда правду представлялось ему лучшим вариантом.
«Принц Танос», - признался он.
Акила молчал несколько долгих секунд, и Танос решил, что его конец стал ещё ближе. Он был уже достаточно близко, когда повстанцы подумали, что он просто какой-то дворянин без имени. Теперь, когда они узнали наверняка, что он был одним из членов королевской семьи, близким короля, который так их угнетал, казалось невозможным представить, что они оставят его в живых.
«Принц», - сказал Акила. Он посмотрел на остальных, и Танос заметил на его лице нечто вроде улыбки. «Эй, ребята, у нас здесь принц».
«Тогда мы точно должны потребовать за него выкуп!» - крикнул один из повстанцев. «Он будет стоить целое состояние!»
«Мы точно должны его убить», - отозвался другой. «Подумайте обо всём том, что подобные ему с нами сделали!»
«Ладно, достаточно», - сказал Акила. «Сконцентрируйтесь на предстоящей битве. Ночь будет долгой».
Танос услышал, как другой мужчина слабо вздохнул, когда все вернулись к своим кострам.
«Значит, дела идут не очень хорошо?» - спросил Танос. «Ты сказал, что вы проигрываете».
Акила бросил на него злобный взгляд: «Я должен научиться понимать, когда стоит держать рот на замке. Может быть, и тебе следует».
«Вы всё равно склоняетесь к тому, что меня стоит убить», - отметил Танос. «Полагаю, мне терять особо нечего».
Танос ждал. Это человек был не тем, на кого можно надавить, чтобы получить ответы. В Акиле чувствовался крепкий стержень. Непоколебимый и прямолинейный. Танос решил, что он бы ему даже понравился, встреться они при иных обстоятельствах.
«Хорошо», - сказал Акила. «Да, мы проигрываем. У вас, имперцев, больше людей, чем у нас, и вас не волнуют убытки, которые вы несёте. Город осаждают и с земли, и с воды, так что никто не может убежать. Мы будем сражаться с холмов, но вы в любой момент сможете пополнить свои войска, переправившись по воде, и тогда мы мало что сможем сделать. Драко, может быть, и мясник, но он соображает».
Танос кивнул. «Так и есть».
«И, конечно же, ты был там, когда он всё это планировал», - сказал Акила.
Теперь Танос понял. «Вот на что вы надеетесь? Что я знаю все их планы?» Он покачал головой. «Меня не было там, когда они их составляли. Я не хотел быть здесь, я приплыл только потому, что они сопровождали меня на корабль под охраной. Возможно, если бы я был с ними до этого, то услышал бы ту часть, где они планировали нанести мне удар в спину».
И тогда он вспомнил о Церере, о том, как ему пришлось её оставить. Это ранило сильнее, чем все остальные обстоятельства вместе взятые. Если кто-то, находящийся в позиции власти, попытается убить его, подумал он, что они сделают с ней?
«У тебя есть враги», - согласился Акила. Танос видел, как он сжимал и разжимал одну руку, как будто её сводило судорогой из-за долгой битвы за город. «И при этом они являются и моими врагами. Хотя я не знаю, делает ли это тебя моим другом».
Танос многозначительно осмотрел остальную часть пещеры. Количество оставшихся у них солдат было катастрофически мало. «Кажется, прямо сейчас тебе не помешает ни один лишний друг».
«Ты всё ещё дворянин. Благодаря своей крови ты до сих пор занимаешь особое положение по сравнению с простыми людьми», - сказал Акила. Он снова вздохнул. «Похоже, что, если я убью тебя, то сделаю то, чего хочет Драко и его руководители, но если ты сказал правду, и я потребую за тебя выкуп, то ничего не получу. Мне нужно идти в бой и побеждать, и у меня нет возможности удерживать заключённых, особенно если они ничего не знают. Итак, что же мне с тобой делать, принц Танос?»
Таносу показалось, что он говорит серьёзно. Что он на самом деле хотел знать, как лучше поступить. Танос начал размышлять.
«Думаю, лучшим решением будет меня отпустить», - сказал он.
Акила рассмеялся: «Хорошая попытка. Если это всё, до чего ты додумался, тогда не дёргайся. Я постараюсь, чтобы всё прошло как можно менее болезненно».
Танос видел, как его рука потянулась к одному из его мечей.
«Я серьёзно», - сказал Танос. «Я не смогу помочь вам выиграть битву за остров, если буду здесь».
Он понимал, что Акила ему не верит, предполагая, что это должна быть ловушка. Танос тотчас продолжил, зная, что его единственная надежда на выживание – за следующие несколько минут убедить этого человека, что он хочет помочь восстанию.
«Ты сам сказал, что одной из главных проблем является то, что у Империи есть свой флот, поддерживающий штурм», - сказал Танос. «Я знаю, что они оставили припасы на кораблях, потому что собирались продолжать атаку. Поэтому мы захватим корабли».
Акила встал. «Вы это слышали, ребята? Принц планирует забрать у Империи корабли».
Танос заметил, как повстанцы начали собираться вокруг него.
«И что это нам даст?» - спросил Акила. «Мы берём их корабли, а потом?»
Танос пытался как можно лучше донести свою мысль: «По крайней мере, это откроет путь к спасению для некоторых жителей города и для ваших солдат. Плюс мы заберём у солдат Империи припасы, так что они не смогут долго продолжать наступление. А ещё там есть баллисты».
«Что это?» - крикнул один из повстанцев. Он не был похож на солдата. Очень немногие из тех, кто находился в комнате, походили на них, как отметил для себя Танос.
«Метатели снарядов», - объяснил Танос. «Оружие, предназначенное для нанесения урона другим кораблям, но, если направить их против солдат у берега…»
По выражению лица Акилы казалось, что он обдумывает такой вариант. «Это не такая уж и плохая идея», - признался он. «И мы можем поджечь любые корабли, которые не собираемся использовать. По крайней мере, Драко отвёл бы своих людей назад, чтобы попытаться вернуть их. Но как мы захватим эти корабли, принц Танос? Я знаю, что в твоих землях принцу предоставят всё, что он попросит, но я сомневаюсь, что это применимо к флоту Драко».
Танос заставил себя улыбнуться увереннее, чем он чувствовал себя на самом деле. «Именно этим мы и займёмся».
И снова Таносу показалось, что Акила соображает гораздо быстрее, чем кто-либо из его людей. Лидер повстанцев улыбнулся.
«А ты просто чокнутый», - сказал Акила. Танос не смог понять, было это оскорблением или похвалой.
«На пляжах достаточно мёртвых», - объяснил Танос остальным. «Мы возьмём их доспехи и направимся к кораблям. Со мной во главе это будет похоже на компанию солдат, возвращающихся с битвы за припасами».
«А вы что думаете?» - спросил Акила.
В свете огня, который мерцал в пещере, Танос не мог разглядеть мужчин, подавших голос. Их вопросы, казалось, возникали из темноты, так что он не мог сказать, кто с ним согласен, кто сомневался в нём, а кто хотел его смерти. Тем не менее ситуация была не хуже, чем дома. Даже лучше, во многих отношениях, потому что, по крайней мере, никто не улыбался ему в лицо, думая о том, как быстрее его прикончить.
«А как насчёт охраны на кораблях?» - спросил один из повстанцев.
«Её не много», - сказал Танос. «И охранники меня узнают».
«А как насчёт всех людей, которые будут умирать в городе, пока мы будем этим заниматься?» - крикнул другой.
«Они умирают и сейчас», - среагировал Танос. «По крайней мере, у вас появился способ дать отпор. Сделайте всё правильно, и у нас будет способ спасти сотни, если не тысячи из них».
Наступила тишина, и последний вопрос пронзил её как стрела.
«Как мы можем доверять ему, Акила? Он не просто один из них, он дворянин. Принц».
Танос повернулся спиной в ту сторону, откуда донёсся голос, как бы предлагая всем рассмотреть его. «Они ударили меня в спину. Они оставили меня умирать. У меня есть столько же причин ненавидеть их, как и у любого другого здесь присутствующего».
В тот момент он думал не только о Тайфуне. Он думал обо всём, что его семья сделала с людьми Делоса, и обо всём, что они сделали с Церерой. Если бы они не заставили его пойти на Площадь фонтанов, он не оказался бы там, когда умер её брат.
«Мы можем сидеть здесь, - сказал Танос, - или можем действовать. Да, это будет опасно. Если они раскроют наш маскарад, то мы, вероятно, окажемся мертвы. Я готов рискнуть. А вы?» Когда никто не ответил, Танос повторил громче: «А вы?!»
Тогда начали звучать приветственные возгласы. Акила подошёл к Таносу поближе и положил руку ему на плечо.
«Ладно, принц, похоже, мы делаем всё по-твоему. Проверни это дело, и у тебя появится друг на всю жизнь. После чего он начал сжимать руку всё сильнее, пока Танос не почувствовал боль, пронзающую его спину. «Однако, если ты предашь нас, и моих людей убьют, я клянусь, что уничтожу тебя».
ГЛАВА ВОСЬМАЯ
В Делосе были такие районы, которые Берин обычно не посещал. Эти территории были пропитаны запахом пота и отчаяния, поскольку люди, жившие там, брались за всё, только чтобы свести концы с концами. Он отмахивался от голосов, предлагавших ему что-то из тени, сверля взглядом обитателей, чтобы сдержать их опасные порывы.
Если бы они знали о золоте, которое было при нём, горло Берина было бы уже давно перерезано, а содержимое его кошелька, спрятанного под туникой, поделено и потрачено в местных тавернах и игорных домах ещё до того, как закончился бы день. Именно эти места он сейчас и искал, а где ещё можно было бы обнаружить солдат, когда те были не на службе? Берин, будучи кузнецом, знал бойцов и знал, куда они пойдут.
У него было золото, потому что сперва он посетил торговца, взяв с собой два кинжала, которые он выковал в качестве примера своей работы для тех, кто мог бы его нанять. Это были прекрасные работы, достойные любого дворянского пояса, с золотой филигранью и гравировкой охотничьих сцен на лезвиях. Это были последние ценные вещи, которые у него остались. Он стоял в очереди перед столом торговца с дюжиной других людей и в итоге не получил и половины той суммы, которую, как он прекрасно понимал, они стоили.
Для Берина это не имело значения. Главным было найти его детей, а для этого требовалось золото. Золото, которым он мог заплатить за эль для нужных людей, золото, которое можно было вложить в правильные ладони.
Он ходил по тавернам Делоса, и это занимало определённое время. Он не мог просто выйти и открыто задать вопросы, ответы на которые он хотел получить. Он должен был быть осторожным. Помогало то, что у него были друзья в городе и ещё несколько в армии Империи. За эти годы его клинки спасли немало жизней.
Он нашёл мужчину, который был ему нужен, полупьяным средь бела дня, он сидел в таверне и вонял так сильно, что никто не садился рядом. Берин предположил, что только форма армии Империи помешала им выбросить его на улицу. Ну, и ещё тот факт, что Джекерей был достаточно толстым, чтобы его поднять потребовалась бы половина посетителей гостиницы.
Берин увидел, как глаза толстяка приподнялись, когда он приблизился. «Берин? Мой старый друг! Идём выпьем со мной! Хотя тебе придётся заплатить. Я сейчас немного…»
«Толстый? Пьяный?» - предположил Берин. Он знал, что мужчина не обидится. Этот солдат, судя по всему, старался быть худшим примером имперской армии. Кажется, он даже гордился этим.
«…финансово не обременён», - закончил Джекерей.
«С этим я в состоянии помочь», - сказал Берин. Он заказал напитки, но к своему не притронулся. Он должен был сохранить ясность мыслей, если хотел найти Цереру и Сартеса. Вместо этого он ждал, пока Джекерей осушал свой бокал с таким звуком, будто это был осёл у корыта с водой.
«Итак, что же привело такого почтенного человека к моей скромной персоне?» - спросил Джекерей через какое-то время.
«Мне нужны новости», - сказал Берин. «Те новости, которые может знать человек твоего статуса».
«Ах, что ж, новости. Новости – дело деликатное. И, возможно, дорогое».
«Я ищу своего сына и дочь», - объяснил Берин. У кого-то другого такой вопрос, возможно, и смог бы вызвать сочувствие, но Берин знал, что на подобного человека такие слова не окажут большого эффекта.
«Твой сын? Несос, верно?»
Берин пригнулся к столу, а его рука сомкнулась на запястье Джекерея, когда мужчина собирался сделать ещё глоток. У него уже не было большей части той старой силы, которой он набрался, тягая кузнечный молот, но её всё ещё было достаточно, чтобы заставить мужчину вздрогнуть. Хорошо, подумал Берин.
«Сартес», - сказал Берин. «Мой старший сын мёртв. А Сартеса забрали в армию. Я знаю, что ты слышишь про такие вещи. Я хочу знать, где он, и я хочу знать, где моя дочь, Церера».
Джекерей откинулся на спинку кресла, и Берин позволил ему это сделать. В любом случае он не был уверен, что смог бы удерживать его ещё какое-то время.
«Возможно, я слышал про что-то подобное, - признался солдат, - но ситуация сложная. И у меня есть своя статья расходов».
Берин достал маленький мешочек с золотом. Он положил его на стол, достаточно далеко от солдата, чтобы Джекерею было трудно до него дотянуться.
«Покроет ли это твои «расходы»? - спросил Берин, посмотрев на бокал перед мужчиной. Он видел, как солдат считает золото, вероятно, оценивая, сможет ли он вытянуть ещё что-нибудь».
«С твоей дочерью всё просто», - сказал Джекерей. «Она в замке с дворянами. Они объявили, что она должна выйти замуж за принца Таноса».
Берин наконец-то смог вздохнуть с облегчением, хотя и не знал, что именно ему думать. Танос был одним из немногих членов королевской семьи, кого можно было назвать более или менее приличным, но свадьба?
«А вот с твоим сыном будет сложнее. Дай-ка мне подумать. Я слышал, что некоторые вербовщики из Двадцать третьего бродили по твоему кварталу, но нет гарантии, что это были именно они. Но если всё так, то они разбили лагерь на юге и обучают новобранцев для борьбы с повстанцами».
От одной этой мысли к горлу Берина подкатила желчь. Он мог догадываться, как с Сартесом будут обращаться в армии, и какой будет эта «подготовка». Он должен был вернуть своего сына. Но Церера находилась ближе, и он должен был хотя бы увидеть свою дочь, прежде чем отправляться за Сартесом. Он встал.
«Не собираешься допивать свой бокал?» - спросил Джекерей.
Берин не ответил. Он заторопился в замок.
***
Попасть в замок Берину труда не составило, ему было легче, чем почти любому другому простолюдину. Прошло уже какое-то время, но он всё ещё был тем, кто приезжал сюда, чтобы обсудить требования к оружию воинов или принести специальные инструменты для знати. Ему было достаточно просто притвориться, что он вернулся в дело, и направиться прямо к охранникам у внешних ворот, туда, где тренировались бойцы.
Следующим шагом было добраться туда, где находилась его дочь. Между пространством под сводом, где тренировались воины, и остальной частью замка стояли закрытые ворота. Берину пришлось ждать, пока они не откроются с другой стороны, и проскользнуть за выходящим слугой, пытаясь притвориться, что у него есть важные дела в другой части здания.
Так и было, просто не совсем такие, которые были бы понятны окружающим.
«Эй, ты! И куда это ты направляешься?»
Грубый тон заставил Берина замереть. Ещё до того как повернуться, он понял, что за спиной появился охранник, а у него не было оправдания, которое удовлетворило бы юношу. Лучшее, на что он мог сейчас надеяться, – это быть выброшенным из замка до того, как он успеет приблизиться к своей дочери. Хуже всего было бы оказаться в подземельях замка или, может быть, просто попасть на казнь, о которой никто даже и не узнает.
Он обернулся и увидел двух охранников, которые, очевидно, какое-то время были солдатами Империи. У них было столько же седых волос, сколько и у Берина, а лица сморщились из-за того, что они много лет сражались под палящим солнцем. Один был на голову выше Берина, но слегка склонялся над копьём, на которое он опирался. У другого была борода, которую он мазал маслом и воском, пока та не становилась почти такой же острой как оружие, которое он держал. Берин почувствовал невероятное облегчение, когда увидел их, потому что узнал обоих.
«Варо, Каксус? Это я, Берин».
На мгновение в воздухе повисло сильное напряжение, и Берин понял, как сильно он надеется, что они его вспомнят. Затем охранники засмеялись.
«А ведь и правда», - сказал Варо, отстраняясь на мгновение от копья. «Мы тебя не видели уже... сколько прошло времени, Каксус?»
Другой мужчина начал гладить бороду, пока обдумывал ответ. «Прошли месяцы с тех пор, как он был здесь в последний раз. А не разговаривали мы с тех пор, как он доставил мне вот эти напульсники прошлым летом».
«Меня не было в городе», - объяснил Берин. Он не сказал, куда именно удалялся. Возможно, кузнецам платят не много, но он сомневался, что они хорошо отреагируют на то, что он искал работу в другом месте. Солдатам не особо нравилась мысль, что их враги могут получить качественные клинки. «Тяжёлые времена».
«У всех сейчас тяжёлые времена», - согласился Каксус. Берин заметил, что он слегка нахмурился. «Но это всё ещё не объясняет, что ты делаешь в главном замке».
«Ты не должен здесь находиться, кузнец, и ты это знаешь», - согласился Варо.
«Что у тебя за дело?» - спросил Каксус. «Скорая починка любимого меча какого-нибудь дворянина? Думаю, мы бы услышали, сломай Люциус свой клинок. Он, наверное, разорвал бы своих слуг на кусочки».
Берин знал, такая ложь вряд ли сойдёт ему с рук. Поэтому он решил попробовать кое-то, что могло сработать – честность. «Я здесь, чтобы увидеть свою дочь».
Он услышал, как Варо шумно втянул ртом воздух. «А, это дело непростое».
Каксус кивнул. «Видел, как на днях она сражалась на Стадионе. Выносливая малютка. Она убила иглокожего медведя и воина. Жёсткий был бой».
Сердце Берина сжалось в его груди, когда он это услышал. Церера сражалась на их песках? Хотя он знал, что бороться на их арене было её мечтой, эта ситуация не была похожа на её исполнение. Нет, тут было что-то ещё».
«Я должен увидеть её», - настаивал Берин.
Варо склонил голову набок. «Как я уже сказал, дело непростое. Сейчас с ней никто не может видеться. Приказ королевы».
«Но я её отец», - сказал Берин.
Каксус развёл руками. «Мы мало что можем сделать».
Берин начал быстро соображать: «Мало что можешь сделать? Не это ли я сказал, когда тебе нужно было поменять черенок копья до того, как твой командир заметил бы, что ты снова сломал его?»
«Мы договорились, что не будем это обсуждать», - сказал охранник, приобретая обеспокоенный вид.
«А как насчёт тебя, Варо?» - настойчиво продолжил Берин, прежде чем другие охранники заметят его и решат выгнать. «Разве я говорил, что будет «нелегко», когда ты хотел меч, который действительно подходил бы твоей руке, а не был бы стандартной армейской заготовкой?»
«Ну…»
Берин не останавливался. Он должен был отмести все их возражения. Нет, главным было увидеть свою дочь.
«Сколько раз моя работа спасала ваши жизни?» - настаивал он. «Варо, ты рассказывал мне историю о главаре бандитов, за которым следил твой отряд. Чей меч ты использовал, чтобы убить его?»
«Твой», - признался Варо.
«А ты, Каксус, когда ты хотел, чтобы вся эта филигранная работа на твоих поножах поразила ту девушку, на которой ты после женился, к кому ты пошёл?»
«К тебе», - сказал Каксус. Берин видел, как тот задумался.
«И всё это ещё до того, как начались те дни, когда я следовал за вами в той кампании», - сказал Берин. «И как насчёт…»
Каксус поднял руку. «Ладно, хорошо. Ты нам всё уже доказал. Комната твоей дочери находится дальше. Мы покажем дорогу. Но, если кто-нибудь спросит, мы просто провожаем тебя из здания».
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «ЛитРес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.