Тёмная реальность. Между нами Бездна

Глава 5. Душа Себа

Обретя свободу, истерзанное грубыми захватами и насилием человеческое тело некогда смертной тяжело рухнуло на серый каменный пол. Превозмогая ломоту и тошнотворную слабость, шатаясь, она поднялась на ноги. Вызывающе вздёрнула подбородок. Отёрла кровь с разбитой губы — девушку основательно приложили лицом об пол в самом начале демонических развлечений.

Даже обнажённая, Себа цеплялась за свою гордость. Руки безвольно повисли вдоль тела. Ранее разорванная в клочья одежда валялась в стороне. Всё что она помнила о прошлом: ночь, лес, скорость и тьма. А потом очнулась в этом ужасном месте полном чудовищ, одно из которых сейчас восседало на каменном троне. По виду — человек, по содержанию — Дьявол.

Трёх дней пребывания здесь ей с лихвой хватило для понимания, что вечность отнюдь не привлекательное явление. Чтобы она ни делала, чего бы ни хотела — прошлые желания и ожидания канули в лету. Осталась лишь воля — последняя опора, за которую станет цепляться всеми доступными способами. Закалит дух, выдержит любые испытания, но не позволит поставить себя на колени.

Глянув на стоящего вблизи современно одетого демона, кожа которого имела светло-красный оттенок, Себа нервно сглотнула. Когда её схватили рогатые уродцы, больше всего она отчего-то боялся внимания именно этого великана. Затравленный взгляд непроизвольно упал на ширинку краснокожего. Очередной нервный спазм от явственных размеров того, что внутри штанов. Но демонстрировать страх в сложившейся ситуации не дело. Резко выпрямившись, девушка вознамерилась бороться ни на жизнь, а насмерть с любым, кто сунется. Даже с тем, от одного вида которого слабели конечности и спазмом сжимало горло. Он ужасал — не то слово, хотя был вполне приятной наружности.

«Эта тоже опускает почтение к Владыке? — деланно разочарованно вздохнул Люцифер, когда его откровенно игнорировали и как будто не замечали. Всё внимание залётной было направлено преимущественно на Шиатсу. — Если и его интерес не рабочий, а личный, из этих двоих получится убийственная парочка, — губы Владыки насмешливо дрогнули, когда глазам предстала такая картина: «побитую собачонку» пытается заарканить целеустремлённый красный демон, но...».

— Убери лапы! — яростно зашипела залётная, нанося невообразимо комичные удары кулачками по плотной рельефной поверхности демонической груди, ясное дело, недовольного подобным хамством двухметрового гиганта.

Совершенно молча и не собираясь терпеть откровенную наглость, Шиатсу одним точным ударом в шею заставил вражески настроенную душу «бездыханной» рухнуть к своим ногам. Затем приподняв тряпичную куклу за волосы, он её встряхнул. Убедившись, что сознание к жертве вернётся не скоро, впервые за всё время развлечений удовлетворённо хмыкнул.

«У Шиатсу определённо есть подход к людям» — нейтрально подумал Люцифер, провожая взглядом широкую монолитную спину, по которой из стороны в сторону болталась голова переброшенной через плечо пленницы. Несколько размашистых шагов, и парочка исчезла за массивными золотыми дверьми, расписанными красным узором-заклинанием.

Потерев занемевшую шею, Владыка прикрыл глаза и откинулся на каменную спинку трона. Угол каменного подлокотника врезался в правый бок, когда его чуть повело в сторону. Повертевшись и приняв более удобную позу, он закинул ногу на ногу и полностью расслабился.

Перед сомкнутыми веками замелькали картины его владений, адские жернова, перетирающие грешные души, поля расчленённых трупов и говорящих о грехах или стонущих о несбыточном оторванных голов «перекати-поле». Кто-то был навечно замурован в четырёх стенах башни «Вины», другие неприкаянно бродили повсюду без цели и смысла. В подранной смертью одежде, оставляющей по пути водяные дорожки, выделялись утопленники. Сгоревшие заживо выглядели иначе: сползающая ошмётками обуглившаяся со следами запёкшейся крови кожа, куски мяса, вывернутые наружу, чёрные провалы глазниц или изрезанные глазные яблоки, из которых, мерно покачиваясь при ходьбе, торчали всевозможные предметы, опробованные «пыточными демонами» в качестве просветительского покаяния.

Одним словом — мученики.

Правда среди мусора и сброда порой встречались невиновные люди. Такие, как двадцатилетняя Себа Ари, например. Больше трети таких размещались Дьяволом во дворце или при домах друзей и иных демонов в качестве «случек». Но иногда он милостиво определял подобных горе-попаданцев в простые помощники, давая им возможность избежать излишней жестокости или похотливости обитателей Ада. Так хоть какая-то справедливость восстанавливалась, пусть и несколько кособоко. А Падший, — но отнюдь не Ангел, чтобы о нём ни говорили, — равновесие чтил, пусть и по-своему.

Глава 6. Люцифер и Она

Люцифер неожиданно дёрнулся. Скрутившая тело жгучая судорога разорвала что-то внутри, потёкшее по внутренностям вязкой массой. Холодела кровь и сквозь поры начали вытекать паровые струйки, покрывая кожу ледяной корочкой. За какие-то доли секунд, великий и могущественный Дьявол заледенел, даже глаза, превратившиеся в хрусталики вечной мерзлоты, не выказывали больше признаков жизни.

Он не умер.

В самый неожиданный момент его настигло безвременье и кара за мстительность натуры овеяла первым предупреждением оцепеневшее сознание. В нём высветились картины всех зверств, учинённых им за последние тысячелетия. Он прочувствовал агонию несчётного количества душ, как будто лично пережил каждое их мучительное мгновение. А затем неожиданно оказался в чёрном туннеле с покрытыми плесенью стенами. Влажность забивала дыхательные пути, оседала на лице ощутимыми капельками.

Неровные всполохи призрачного света пробились сквозь туманную заслонку, окружившую со всех сторон.

В отдаление неопределённой тенью обозначилась неясная человеческая фигура. Её недвижимость парализовала великого грешника и породила в нём ужас, испытанный в прошлом лишь однажды, когда он…

Зашипев сквозь стиснутые зубы, Люцифер разорвал сдерживающее заклинание и, пошатываясь, поднялся с трона.

«Кто прорвался в тайники моей души? Кому хватило сил и смелости?!»

Мир плыл перед глазами Владыки. Ходили ходуном пол и стены. Эмоции пребывали в хаотичном водовороте. Время металось, сходила с ума память — вернулось всё то, что было погребено под лавиной ненависти несчётное количество лет назад — чувства. Настоящие чувства к женщине.

Пытаясь сосредоточиться на кружении мыслей, собрать их воедино, Люцифер до крови разодрал ладони длинными заострёнными на концах ногтями. Алые капли окрасили камни и с тихим шипением нерушимые адовы породы начали плавиться, превращаясь в неровную лужу под широко расставленными ногами. Владыка стоял с опущенной головой, вдоль скул свисали чёрные волосы.

Тихая боль казалась почти осязаемой.

«Нэалия?»

Подняв дрожащую руку, он тронул золотисто-розовую нить, проступившую из пустоты. Одним концом впаянная в тело Люцифера, другим та уходила куда-то за границу адского мира — в мир людей.

Скользящий шаг, и Люцифер прорвал границу измерений. Он оказался в полутёмной комнате, пропахшей двумя ступенями инициации. Жрицы «Храма Ву» здесь уже не было, только тени гуляли по полу да ветер завывал за окном.

Мужские руки плетьми повисли вдоль тела, застывший взгляд и всего одна мысль:

«Что я наделал…»

Минуты отрешённости — вечность неугасимой памяти. Ни вздоха, ни выдоха — полная неподвижность. Вот он пошевелился. Протянул руку к распростёртой на кровати девушке, прошедшей инициацию для его гарема. Жизнь еле теплилась в истерзанном теле, — после посвящения ведьма всегда превращалась в чуть ли ни скелет за сутки, а на восстановление уходило около трёх — но Жрицы всегда заботились, чтобы та выживала.

— Нэалия… — Люцифер притронулся к покрытому ссадинами плечу.

Слепящая вспышка, шипение пространства, и его отшвырнуло к стене, вбив в каменную поверхность. За его спиной расползались трещины, тогда как беснующиеся молнии, взявшие в кокон тело девушки, жгущими отростками наносили удар за ударом, прорывали кожу, оплетали его, лишив возможности двигаться.

Зарычав, Владыка Преисподней попытался вырваться, но быстро понял тщетность своих попыток.

«Значит, божественное проклятие всё ещё действует? — Ледяной непримиримостью зажглись его чёрные глаза, вены вздулись под загорелой кожей. Некогда Падший поднял голову. Вглядываясь куда-то вверх, сквозь бетонные плиты и прослойки планетарной атмосферы, за пределы миров и Вселенных, прямо в сердце презираемого им Рая. В брошенной мысли бушевала слепящая ярость. — Верни мою жену, Богин! Или клянусь, мир рухнет!»

Глава 7. Воспоминания Люцифера

Тот, кого Люцифер назвал Богином, посмотрел на младшего брата с высокомерием людского Создателя, хотя ни он один приложил к действу руку. Бородатый седовласый мужчина в пурпурных длинных одеждах лишь покачал головой, не удостоив ответом своего родственника.

На игнорирование последовала мгновенная реакция.

«Угомонись уже! Если я потеряю её вновь, то камня на камне не оставлю от твоего «творения». На этот раз ты проиграешь…».

Богин сощурил серебристые глаза, в которых проступили оттенки стали.

«Все эти века ты мстил за Нэалию, рождая ненависть и злобу везде, где только мог. И вот он итог: осквернил чистоту, дороже которой не имел, — зловеще усмехнулся старший брат. — Облегчил задачу и приблизил мою победу. Как только память прошлого к ней вернётся, ты станешь достоянием истории, Люцифер. Подложить собственную жену под другого мужчину… — он издевательски рассмеялся. — Ты умно придумал. Мог сделать это века назад, и мы бы избежали многих проблем…».

«Она не будет твоей!» — процедил Владыка Преисподней.

Аналогичные слова он произнёс когда-то.

В те времена известного сейчас мира людей не существовало. История началась тогда, когда трое подростков проснулись от долгого сна в стеклянных саркофагах, занимающих большую часть пещеры, стены которой сплошь состояли из алмазного сплава. По боковине плелись их имена и ранг ими занимаемый. Так они узнали о себе хоть немного, хотя не помнили ничего из прошлого, как именно попали в усыпальницу, впоследствии оказавшуюся лабораторией по генетическому модифицированию ДНК. Именно в ней они позднее совместными усилиями создали двуногое существо, ставшее в последствии «человеком». Ими же были найдены записи, в которых говорилось, что Богин и Люцифер — братья по крови, притом первый существенно старше. Нэалия же приходилась дочерью некоему капитану: тот был ответственен за доставку рабочего материала в данное место и не имел родственных связей с ними обоими.

Шло время — дети росли. В какой-то момент между Нэалией и Люцифером вспыхнули искренние чувства. Став старше, они заключили союз сердец по закону их народа (информация о деталях была найдена за многие годы скитаний по чрезмерно огромной базе, где кроме них троих так и не нашлось иной жизни).

Богин поначалу, казалось, ничего против не имел, однако после сотворения первого человека, названного ими «Адомисом», ситуация резко ухудшилась и тот потребовал, чтобы Нэалия с ним возлегла. Семейная пара в их расе формировалась раз и навсегда, поэтому подобное требование стало началом раскола в отношениях троицы.

Безумие, появившееся в глазах старшего брата на отказ, не вырвалось в тот же момент, а выжидало своего часа почти десять столетий. Этого времени хватило, чтобы создать так называемых Ангелов и первый род людской. Когда «святое» войско достаточно окрепло, старший брат пошёл войной против младшего. Защищая мужа, третья, проснувшаяся в саркофаге, была убита, пронзённая новым оружием Богина, получившим название «Громовержец».

Смерть Нэалии не успокоила Богина.

Наслав проклятье на бессознательную сущность молодой женщины, он обрёк её на вечное одинокое скитание, пока та сама не приползёт к нему за милостью. Наложенное проклятье словно разрезало нить, связывающую два любящих сердца, отбросив в невиданные дали, в невозможности почувствовать и найти друг друга.

Потеряв всё, что было дорого, младший брат отступил, но по странному стечению обстоятельств ушёл из так называемого «Рая», а на деле их родовой базы, ни один. Обещание отомстить, последнее, что слышали от него на границе миров белокрылые меченосцы. С той поры ненависть единственно имела значение, ничто не удостаивалось столь пристального внимания, как любимое детище, так называемого Бога, «шар земной». И в данный момент, этот милостивый Создатель людей, с холодными злыми глазами, бросил младшему брату:

«Как знаешь. Но и к тебе она не вернётся», — рассмеялся ехидно и единым взмахом руки набросил забрало на телепатический канал, открытый ранее родственником.

Люцифер застыл, ворох тяжёлых воспоминаний разом упал на сутулые плечи, но не будь он непримиримым Владыкой, чтобы позволить нежданному унынию сломить себя.

«Ещё посмотрим, чья возьмёт, братец! Я найду способ снять твоё проклятье с жены! И по ходу дела превращу людской мирок в столь развратную вселенную, что ты сам захлебнёшься в похоти «святоша», Бездна бы тебя побрала!»

На секунду мужчина прикрыл глаза, а когда открыл их, пустота — всё что в них осталось. Один рывок и цепи-молнии разорваны. Один выдох, и на шее девушки из чёрного тумана образовался кожаный ошейник.

Будто почувствовав неладное, признанная наложница заметалась по постели, издавая мучительные стоны. На мгновение эта песнь боли прорвала заслон отчуждения, возведённый Люцифером. Владыка вздрогнул от режущего отчаяния, что вынужден превратить в рабыню любимую, а затем с силой стиснул зубы.

«Нет, ни сейчас! Жалость — не выход! Позволить себе слабину, когда она так близко, когда есть возможность вернуть домой, не имею права. Как бы ни любил её, пришло время окунуться в хаос ярости и непримиримой вражды, позабыть о сострадании, даже если придётся ранить Нэалию очень глубоко. После, поняв мотивы, ты простишь меня, ни так ли?»

Люцифер было подался к ней, но замер на некотором расстоянии, чтобы снова не активировать проклятие прикосновением. Губы зашептали чёткую установку, которую с момента возникновения ошейника на шее, девушка вынуждена будет выполнить волей-неволей.

— Возненавидь меня! Ищи пути уничтожить, растоптать, разорвать на куски и скормить собакам на завтрак. Представляй пытки, каким подвергнешь за муки и боль прошедшие и те, что ещё предстоят. Познавай Ад под руководством своего Повелителя, чтобы, когда придёт время, ты не оказалась на стороне Рая. Я помогу тебе вновь стать полностью моей, даже если придётся убить… — он отступил.

Последний взгляд на спавшую теперь обычным сном девушку.

Битые осколки стекла на заледеневшем сердце.

Люцифер принял решение собрать войско, ибо в скором времени Ад восстанет против Рая. Больше никаких границ между мирами — бездействие закончилось!

— Ищи меня! — приказал своей наложнице. И исчез из комнаты, не заметив одинокую слезу, скатившуюся по щеке Нэалии.

ЭПИЗОД-2

О

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.