Алла Пугачева: Рожденная в СССР

Февраль

В начале февраля Пугачева отправилась в Киев, где в рамках гастролей артистов Московской эстрады выступила в сборном концерте. Она исполняла три песни: «Сонет Шекспира», «Волшебник-недоучка» и «Если долго мучиться».

11 февраля в «Московском комсомольце» был опубликован очередной хит-парад лучших песен «Звуковой дорожки». Февральский хит-парад существенно отличался от предыдущего. Так, теперь на 1-е место вышла песня Марка Минкова и Вероники Тушновой «Не отрекаются, любя» в исполнении Аллы Пугачевой. Зато на 2-е место переместилось произведение «обиженной» в прошлый раз Александры Пахмутовой и ее супруга Николая Добронравова «Как молоды мы были» (Александр Градский). Третью строчку заняла песня «Последний лист» (Р. Паулс, Я. Петерс, И. Шаферан), а возмутительница спокойствия песня Вячеслава Добрынина и Леонида Дербенева «Все, что есть у меня» («Самоцветы») скромно притулилась на 4-й позиции.

Далее места распределились следующим образом: 5. Крик птицы (В. Мулявин – Ю. Рыбчинский) – «Песняры»; 6. «Все могут короли» (Б. Рычков – Л. Дербенев) – Алла Пугачева; 7. «Вероника» (И. Лученок – Богданович) – «Песняры»; 8. «Остановите музыку» (Д. Тухманов – В. Харитонов) – Тынис Мяги; 9. «Родина моя» (Д. Тухманов – Р. Рождественский) – София Ротару; 10. «Старый рояль» (А. Слизунов, К. Никольский – В. Солдатов) – Группа Стаса Намина.

13 февраля Алла Пугачева вновь вернулась к работе над фильмом «Женщина, которая поет»: в тот день в тон-ателье № 1 «Мосфильма» она начала озвучание своей роли (она работала в паре с Аллой Будницкой). «Озвучка» продолжалась до 15 февраля.

В тот же день из-под пера Пугачевой на свет родился документ, который вбил последний гвоздь в крышку гроба, где было похоронено творческое содружество певицы и композитора Александра Зацепина. В этом документе, направленном на имя главного редактора музыкальной редакции «Мосфильма» Е. Птичкина и режиссера фильма А. Орлова, Пугачева писала следующее:

«1. В к/к «Третья любовь» используются четыре написанные мной песни. Эти произведения зарегистрированы в ВААП под моим псевдонимом «Борис Горбонос». Кроме того, в фильме используются песни, написанные А. Зацепиным.

На основе законов об авторских правах, действующих в СССР; учитывая, что в интересах производства картины я выполнила беспрецедентное требование А. Зацепина о раскрытии моего псевдонима; чтобы определить в документе вклад каждого из нас в создание песен для фильма и исключить возможность конфликтов в будущем, прошу включить в титры картины «Третья любовь» титр, строго разграничивающий работу, выполненную мной, от работы А. Зацепина… (Далее Пугачева перечисляет четыре свои и шесть зацепинских песен.)

…Я даю согласие на использование моих песен в фильме только при условии, что моя работа и работа А. Зацепина будет разделена специальным титром…

2. Учитывая, что А. Зацепин, ранее взявший на себя обязательство по созданию фоновой музыки, несколько раз то «давал», то «забирал» назад свое разрешение на использование моих песен в фильме, выставляя все новые и новые условия; учитывая также то, что в окончательный монтаж фильма вошли мои песни, я полагаю, что наступило время заключить со мной договор на использование моих песен для фильма.

Это исключит возможность конфликтов между съемочной группой и А. Зацепиным в будущем, так как опыт работы показывает, что установленная договоренность с А. Зацепиным непрочна и наши взаимоотношения по созданию песен для фильма должны быть оформлены юридически…»

16 февраля Пугачева снова была на «Мосфильме»: там прошла досъемка новых эпизодов для фильма, которые съемочную группу вынудил сделать худсовет. Снимали сцены с участием Анны Стрельцовой и ее мужа Валентина. 21 февраля была сделана досъемка еще нескольких эпизодов.

В этом же месяце в продажу поступил дебютный двойной альбом Аллы Пугачевой под названием «Зеркало души». В первую пластинку (она называлась «Зеркало души – 1») вошли следующие песни: «Бубен шамана» (А. Зацепин – Л. Дербенев), «Верю в тебя» (А. Зацепин – О. Гаджикасимов), «Сонет Шекспира» (Б. Горбонос – В. Шекспир), «Приезжай» (Б. Горбонос), «Не отрекаются, любя» (М. Минков – В. Тушнова), «Песенка про меня» (А. Зацепин – Л. Дербенев), «Женщина, которая поет» (Б. Гобонос, Л. Гарин – К. Кулиев); во вторую («Зеркало души – 2»): «Все могут короли» (Б. Рычков – Л. Дербенев), «Куда уходит детство» (А. Зацепин – Л. Дербенев, из х/ф «Фантазии Веснухина»), «Волшебник-недоучка», «Полно вокруг мудрецов» (обе – А. Зацепин – Л. Дербенев, из х/ф «Отважный Ширак»), «Мы не любим друг друга», «Если долго мучиться» (обе – А. Зацепин – Л. Дербенев, из х/ф «Повар и певица»), «До свидания, лето», «Любовь одна виновата» (обе – А. Зацепин – Л. Дербенев, из х/ф «Центровой из поднебесья»), «Найди себе друга» (А. Зацепин – Л. Дербенев, из х/ф «Фантазии Веснухина»).

В феврале вышел еще один диск-гигант, где звучал голос Аллы Пугачевой. Речь идет о пластинке, где были собраны 9 лучших песен разных авторов. На диске звучали: «За полчаса до весны» (О. Фельцман – Н. Олев) – «Песняры»; «Желтый лист» (Р. Паулс – Я. Петерс, И. Шаферан) – Галина Бовина и Владислав Лынковский; «Как молоды мы были» (А. Пахмутова – Н. Добронравов) – Александр Градский; «Все могут короли» (Б. Рычков – Л. Дербенев) – Алла Пугачева; «Соловьиная роща» (Д. Тухманов – А. Поперечный) – ВИА «Красные маки»; «Всегда и снова» (М. Фрадкин – Е. Долматовский) – ВИА «Поющие сердца»; «Мольба» (А. Журбин – И. Резник) – Ирина Понаровская; «Твои следы» (А. Бабаджанян – Е. Евтушенко) – София Ротару; «Все, что есть у меня» (В. Добрынин – Л. Дербенев) – ВИА «Самоцветы».

Март

В среду, 1 марта, генеральная дирекция «Мосфильма» принимала фильм «Третья любовь» («Женщина, которая поет»). Главная виновница происходящего Алла Пугачева тоже здесь была и волновалась не меньше других. Но волнения оказались напрасными: генеральный хоть и состроил пару-тройку раз недовольную мину, в целом остался доволен увиденным. Да и что ему оставалось делать: фильм был уже закончен, и надо было поскорее снимать с него «пенки». Как говорится, с плохой овцы хоть шерсти клок. Но интрига на этом не закончилась, о чем речь еще пойдет впереди.

Вечером 8 марта по ЦТ транслировали праздничный вечер в Останкине. Среди его участников было множество звезд советской эстрады, в том числе и Алла Пугачева. Она исполнила одну из своих новых песен – «Не привыкай ко мне» (А. Журбин – Ромм), однако многомиллионную публику Пугачева поразила не этим – наверное, впервые за долгое время она выступала в обыкновенном платье, вместо столь привычного балахона от Вячеслава Зайцева. На следующий день чуть ли не все женское население страны только и делало, что обсуждало новый наряд артистки.

У Пугачевой платье было не самое эффектное, но на фоне балахона, в котором она чаще всего появлялась на голубом экране, выглядело просто чудом. Самое интересное, но сама Пугачева к своей обновке отнеслась без должного пиетета и уже в следующем своем тэвэшном выступлении вновь облачилась в балахон, который очень любила, – он помогал ей создавать на сцене образы ее песен. Но многие зрители этого не понимали. Один из них в своем письме на имя певицы даже напишет: «Вам самой-то не стыдно выступать в таком балахоне? Был у Вас какой-то проблеск, когда Вы выступали 8 марта в Останкино, но Вы снова взялись за старое. Неужели Вам самой не хочется нравиться не только голосом, но и внешностью? У кого ни спросишь, все говорят – Пугачева прекрасная певица, ее можно поставить на один уровень с выдающимися мастерами мировой эстрады. Но вот насчет внешности всегда слышишь отрицательный ответ. Неужели так трудно сшить нормальное платье с рукавами, а не брать пестрый кусок материала и прорезать в нем дыру для головы? Другие могут скрывать под таким платьем свои физические недостатки – а у Вас же очень красивые руки и фигура…»

10 марта фильм «Третья любовь» («Женщина, которая поет») отвезли в Госкино СССР, а три дня спустя в тамошнем просмотровом зале с ним лично познакомился глава ведомства Филипп Ермаш. В отличие от руководителя «Мосфильма» он недовольно кряхтел куда больше, но когда в зале наконец зажегся свет, сказал: «Ну что ж, не шедевр, конечно, но и не дерьмо последнее. Бывает и похуже. Правда, название надо поменять. Что значит «Третья любовь»? Пусть уж лучше будет «Женщина, которая поет».

Кстати, практически весь съемочный период вся киногруппа потешалась над этим названием – «Третья любовь». Но больше всех это забавляло Пугачеву. Каждый раз, когда она звонила режиссеру фильма по телефону, свой разговор она начинала с коронной фразы: «Алло, это сто тридцать шестая любовь? Или сто тридцать седьмая?» Так что изменение названия в группе было встречено если не с ликованием, то с радостью, это точно. Но это была чуть ли не единственная радость киношников.

16 марта фильм смотрели в Главной сценарно-редакционной коллегии Госкино СССР и, в отличие от Ермаша, остались крайне недовольны увиденным. Свои претензии участники просмотра зафиксировали документально. Цитирую:

«Фильм сделан на низком художественном уровне, режиссура его крайне примитивна, что сказалось на общей стилистике фильма, подборе актерского ансамбля, работе с исполнительницей главной роли – актрисой А. Пугачевой, чьи творческие возможности использованы плохо. Музыкальное решение фильма бледно и не отражает масштабы незаурядного дарования этой популярной певицы. В фильме допущены серьезные отступления от сценария…»

Высокая комиссия вынесла свой вердикт: в фильм должны быть внесены существенные правки, некоторые сцены необходимо доснять. Режиссеру не оставалось ничего иного, как согласиться с этим решением. Новый срок сдачи фильма был определен 24 мая.

19 марта в «Комсомольской правде» были подведены итоги опроса на лучшие фильмы прошедшего года. В адрес редакции пришло 84 тысячи писем со всех концов страны, на основе которых и были выявлены лидеры отечественного проката. Бесспорным победителем из 140 картин, выпущенных на экраны Союза в 1977 году, стала лента Станислава Ростоцкого «Белый Бим Черное ухо», вторую строчку в списке лидеров занял фильм Владимира Меньшова «Розыгрыш», третью – «Несовершеннолетние» Владимира Рогового. В десятку победителей также вошли: «Безотцовщина», «Легенда о Тиле», «Аты-баты, шли солдаты…», «Мелодии белой ночи» и «Центровой из поднебесья».

Последний фильм угодил в десятку лучших не без помощи двух людей, которые на тот момент находились в жутких контрах друг с другом. Речь идет об Александре Зацепине и Алле Пугачевой: один написал две прекрасные песни (на стихи Леонида Дербенева) – «До свидания, лето» и «Любовь одна виновата», другая их исполнила. Хитрые прокатчики использовали ловкий трюк: на афишах к фильму они крупными буквами выводили: «Песни исполняет Алла Пугачева». И народ шел на, в общем-то, вполне заурядную картину про юных баскетболистов рядами и колоннами. В итоге в прокате фильм собрал 17 миллионов 800 тысяч зрителей.

В тот же день в «Московском комсомольце» был опубликован очередной хит-парад лучших песен (за февраль). Львиная доля шлягеров перекочевала в него из январского списка: так, песня «Не отрекаются, любя» в исполнении Аллы Пугачевой по-прежнему занимала в нем 5-е место. На 1-м месте стоял забойный «медляк» от Давида Тухманова и Владимира Харитонова «Остановите музыку», на 7-е место угодила песня Александры Пахмутовой и Николая Добрынина «Беловежская пуща» в исполнении «Песняров», а замыкала хит-парад (10-е место) душещипательная песня про неразделенную любовь Вячеслава Добрынина, Леонида Дербенева и Игоря Шаферана «Горько» в исполнении ВИА «Синяя птица».

Апрель

Вокруг фильма «Женщина, которая поет» продолжают бушевать страсти. Как мы помним, в предыдущем месяце фильм не был принят в Госкино и отправлен на доработку. Режиссер Александр Орлов, что называется, в поте лица трудился над поправками, однако и они не удовлетворили руководство. 4 апреля приказом по «Мосфильму» Орлову за нерасторопность был объявлен выговор и снижен размер его постановочного вознаграждения на 20 %. Срок сдачи фильма был снова продлен.

Среди новых претензий к фильму звучал и такой: дескать, в нем слишком много Пугачевой и мало народа, простых зрителей. Этот недостаток требовалось устранить. Но как? Тогда директор «Мосфильма» Николай Сизов придумал такой ход: он отправил Орлова в Тольятти, где в те дни гастролировала Пугачева, и приказал ему снять зрителей там. «Тольятти – город рабочий, а представители рабочего класса нам в фильме не помешают», – напутствовал директор режиссера. Съемочная группа работала на двух концертах Пугачевой в Тольятти (в 5-тысячном Дворце спорта) 6–7 апреля.

На этих же гастролях оказался и композитор Эдуард Ханок, песни которого звучали в репертуаре Пугачевой. Он вспоминает:

«Мы работали над песней «То ли еще будет» и уже назначили день записи. Я собрал музыкантов, оплатил студию – сидим, ждем. А Алла забыла о записи и не явилась! После этого уехала на гастроли в Тольятти и неожиданно вызвала туда меня. Встретили меня просто по-королевски, поселили в шикарном номере. А тут и она приехала с концерта. Я рванулся к ней. Она меня сразу остудила – взглядом, отношением. Молча так посмотрела, что я отскочил, как ошпаренный. Больше я к ней не подходил, и никаких репетиций, естественно, не было.

Уже перед окончанием гастролей я зашел к ней в номер. Она приехала с какого-то приема и была настроена очень благодушно. На столе лежало огромное по тем временам количество денег – сиреневые двадцатипятирублевки. Вдруг Алла поворачивается ко мне и спрашивает: «Ханок, ты сколько дней уже здесь?» Я отвечаю: «Семь!» Она говорит: «У нас в коллективе рабочий день стоит 25 рублей». С этими словами берет со стола деньги и отсчитывает мне семь бумажек по двадцать пять…»

Этот эпизод хорошо демонстрирует то, как изменилось материальное положение Аллы Пугачевой за каких-нибудь семь-восемь лет. Если в начале 70-х она была малооплачиваемой артисткой, получавшей всего 7 рублей за концерт, то теперь, что называется, «купалась в деньгах». Поэтому смешно слышать сегодня расхожую басню о том, что, дескать, советская власть недоплачивала поп-звездам. Да, с нынешним «денежным развратом» то время, конечно, не сравнить. Однако по советским меркам эстрадные звезды получали большие гонорары. Достаточно привести лишь несколько примеров. Об Алле Пугачевой мы уже говорили, поэтому послушаем других.

Александр Градский: «Начиная с 1975 года я был одним из, может быть, двух-трех самых высокооплачиваемых артистов во Дворцах спорта. Мне платили 400–500 рублей за концерт (средняя зарплата в СССР тогда равнялась 130–150 рублям, причем цены на товары были довольно низкие. – Ф. Р.). Я получал полторы тысячи рублей в день за три двухчасовых концерта в трехоктавном диапазоне…»

Игорь Гранов (руководитель вокально-инструментального ансамбля «Голубые гитары»): «Грех жаловаться – зарабатывали мы по советским меркам очень и очень прилично. Я до сих пор внутренне возмущаюсь, когда заводят разговоры про партийную власть, что всех она душила и «не пущала»… Да не было этого! Мы и зарабатывали, и жили хорошо, и за границу ездили. Да, за такую жизнь надо было бороться, но нужно было немного головой думать…»

Но вернемся к Алле Пугачевой.

Приехав с гастролей в Москву, она узнала последние подробности баталий вокруг фильма «Женщина, которая поет» и 13 апреля села писать письмо главному редактору ГСРК Далю Орлову. В нем сообщалось:

«Я полностью согласна с той оценкой, которую Вы и Госкино СССР дали фильму. Все опасения, которые я высказывала Вам перед запуском картины, в сожалению, оправдались.

На мой взгляд, необходимо кардинально переделать фильм и прежде всего:

1) Убрать или значительно сократить эпизоды, художественное решение которых отдает «пошлостью» (шоу, репетиция шоу, телеинтервью);

2) найти пристойное драматургическое решение взаимоотношений героини фильма с мужем и Андреем, учитывая хотя бы фактуру актеров, снимавшихся в этих ролях (или переснять эти роли с другими актерами);

3) включить в фильм еще одну или две веселые песни, чтобы в музыкальном материале не возникало ощущение монотонности.

Есть у меня и другие предложения, но это главное.

Так как «Мосфильм» поручает переделывать фильм тем же автору и режиссеру, которые уже сняли один печально известный вариант, я обращаюсь к Вам с убедительной просьбой взять под свой личный контроль их предложения по переделке. Новые съемки выбивают меня из графика моей основной работы на эстраде, и я бы хотела использовать свое время действительно на дело».

В день рождения Пугачевой – в субботу, 15 апреля – в «Московском комсомольце» был опубликован очередной хит-парад «Звуковой дорожки» (за март). Первое место в нем продолжал удерживать «медляк» Давида Тухманова «Остановите музыку». Единственной новинкой хит-парада была песня Стаса Намина и Владимира Харитонова «Рано прощаться» в исполнении Группы Стаса Намина. Несмотря на то что песня была очень популярна на всех танцплощадках огромной страны, она почему-то скромно притулилась на последнем, 10-м, месте упомянутого хит-парада. Песня в исполнении Аллы Пугачевой «Не отрекаются, любя» продолжала удерживать позицию в середине списка. Здесь же был и другой ее хит – «Все могут короли». Это был не самый плохой подарок для певицы, которой в тот день исполнилось 29 лет. Дата не круглая, но отмечена была с большой помпой. Вот как об этом событии вспоминает дочка именинницы Кристина Орбакайте, для которой этот мамин день рождения стал первым, который она запомнила:

«Мне тогда было почти семь лет, но я все очень хорошо запомнила. Я тогда жила у бабушки в Кузьминках. Вернулась из детского сада – а в доме полно людей. Квартира небольшая, двухкомнатная. Огромный стол поставили в гостиной. В гости к маме пришли музыканты из группы «Ритм», она тогда с ними работала. Я помню, что именно тогда, в 7 лет, на дне рождении мамы, я поняла, что такое эстрадная община, и то, что, возможно, с такими веселыми, добрыми и талантливыми людьми я свяжу в дальнейшем всю свою жизнь. Помню, маме в тот день подарили смешного пузатого человечка, напоминающего Будду. Таких раньше в огромном количестве продавали. Ему в руки вложили плакат с какой-то прикольной надписью – что-то забавное о маме, не помню что. У мамы тогда были длинные волосы, одета она была в коричневую юбку в клеточку, которую потом на меня перешили. Юбка была до полу, а тогда девочки не носили длинных юбок, так что я модничала…»

Вечером того же дня именинница имела счастье лицезреть себя по телевизору: в 21.30 был показан документальный фильм «Композитор Никита Богословский», где она сказала несколько теплых слов о герое ленты. Конечно, лучшим подарком Пугачевой в такой день был бы фильм о ней самой, но для подобной ситуации время еще не пришло – это станет возможным только в 80-е.

Между тем продолжается работа над фильмом «Женщина, которая поет». Письмо Пугачевой, которое она написала накануне своего дня рождения, было внимательно рассмотрено в Госкино. Кое-что из него было принято: пошлые куски из картины выкинули, разрешили доснять новые эпизоды, которые вносили новые штрихи в драматургическое решение взаимоотношений Анны Стрельцовой с мужем и автором песен. Эти досъемки были проведены в 4-м павильоне «Мосфильма» 21–22 апреля. 24-го съемочной площадкой стал Аэровокзал, где сняли сцену с участием Аллы Пугачевой и Николая Волкова.

В те дни в продажу поступил очередной номер (4-й) журнала «Кругозор», где была помещена пластинка с двумя песнями в исполнении Аллы Пугачевой: «Сонет Шекспира» и «Что вы, плакать? Никогда!».

Май

Сразу после первомайских праздников продолжились досъемки фильма «Женщина, которая поет»: 3 мая в аэропорту Внуково сняли эпизод расставания Анны Стрельцовой с мужем. Это был последний съемочный день в картине. 10 мая прошла запись музыки к нему, а на следующий день состоялся ее просмотр в генеральной дирекции «Мосфильма». В отличие от предыдущих просмотров, здесь были высказаны менее существенные претензии, на устранение которых режиссеру понадобилось чуть больше недели.

Тем временем Пугачева отправилась на гастроли в Казань. Как и везде, концерты там проходили на самой вместительной площадке – Дворце спорта. Но даже этот огромный зал не смог вместить всех желающих попасть на концерт звезды. В первый же свой выход на сцену Дворца спорта Пугачева обратилась к зрителям со следующими словами: «Вот это место, эта площадка, – святое для меня место. Я вижу ваши глаза, вашу реакцию, я чувствую вас, и это дает мне силы, а когда я вижу, что вы радуетесь вместе со мной и грустите, негодуете и смеетесь, переживаете то же, что и я, – это счастье. Ради этого стоит петь, стоит жить…»

В перерыве одного из выступлений Пугачева дала интервью журналистке газеты «Советская Татария». Вопросов было задано несколько, в том числе ее спросили и о том, не задумывалась ли она над тем, чтобы писать песни самой. Пугачева предпочла схитрить: не стала говорить правду, а повторила миф о Борисе Горбоносе. Рассказала, что есть такой неизвестный широкой публике композитор, который пишет ей песни. А насчет своих композиторских планов отделалась короткой фразой: «Время покажет».

Последним в интервью прозвучал вопрос «Что дальше?». Певица ответила следующее:

«Дальше – работа… Как-то я проговорилась перед журналистами, что мечтаю сделать моноспектакль, – вот одно из направлений того, что «дальше». Пока это мечта, реализовать ее мешает, как ни странно, отсутствие элементарно необходимых технических средств – аппаратуры, но ничего, мы терпеливы, будем, как говорится, надеяться и верить.