Алла Пугачева: Рожденная в СССР

Апрель

Месяц своего рождения Алла Пугачева встретила на больничной койке – в клинике на Новом Арбате. Палата, где она лежала, была крошечная, там даже стула не было. Поэтому все посетители, навещавшие ее, обычно либо стояли, либо присаживались на краешек кровати. В те дни ее, например, навестил молодой военный журналист Михаил Захарчук. Он вспоминает:

«Ты предложила присесть на койку. И еще сказала:

– Что ты, старлей, мне все «выкаешь», как учительнице!

Мы сидели рядышком, тесно соприкасаясь друг с другом благодаря вялости панциря больничной койки, и это будоражило мое воображение. Ты на коленках правила мой хвалебный опус, и единственное, о чем я тогда жутко сожалел, – никто из моих знакомых и близких нас не видит. Так и подмывало сказать тебе:

– Ведь не поверят же!

И таки подмыло. Ты раскатисто рассмеялась, одарив меня сразу несколькими роскошными, чудными, витиеватыми автографами с сердечишками и капельками крови на них…»

9 апреля в «Московском комсомольце» вышел очередной выпуск «Звуковой дорожки», где вновь фигурировала Алла Пугачева: сообщалось, что в списке лучших отечественных дисков на 1-м месте находится «гигант» с музыкой Александра Зацепина к фильму «Между небом и землей». На этом диске Пугачева исполняла песню «И кто виноват».

Выйдя из больницы, Пугачева погрузилась в привычную рутину: днем она училась, вечером репетировала, поскольку вскоре ей предстояли новые концерты в Москве. Дочку Кристину видела редко: та продолжала жить у бабушки на Рязанском проспекте, там же ходила в детский сад. Кстати, к новому мужу своей мамы – Александру Стефановичу – Кристина практически с первых же дней стала питать самые теплые чувства. Он называл ее ласково Кристаллик, а она однажды назвала его папой. На этой почве однажды случился курьез. После очередного посещения настоящего отца Кристины Миколаса Орбакаса девочка подошла к маме и шепотом спросила: «А мы скажем папе (имелся в виду Стефанович), что отец приходил?» Пугачева потом долго смеялась над этой фразой.

Между тем на мамин день рождения – 15 апреля Пугачевой исполнилось 28 лет – Кристина тоже не приехала. Однако там были коллеги певицы по ансамблю. Вот как вспоминает о том дне один из них – музыкант Александр Литвиненко:

«День рождения Аллы мы праздновали в ее однокомнатной квартире. Все было по-простому: котлеты, картошка. Гостей тоже было немного: Дербенев с женой, ее родители и наш ансамбль…

Алла отменно готовила. Во всяком случае, мясо, приготовленное по ее рецепту, я ел с удовольствием. И настойка «Пугачевка» (так она ее назвала) получалась у нее отменно…»

На следующий день после своего дня рождения Пугачева вышла на сцену киноконцертного зала «Октябрь» в сборном концерте: в первом отделении выступали Жанна Горощеня (она стала известна после того, как побыла некоторое время ведущей популярной телепередачи «Артлото») и пародист Юрий Григорьев (он мастерски имитировал голоса из радиоприемника), а практически все второе отделение было отдано Алле Пугачевой. Концерты шли в течение нескольких дней (17, 22–23 апреля). А конец месяца Пугачева «добила» уже на другой сценической площадке – в ДК МИИТа (29–30 апреля).

Май

Продолжаются подготовительные работы по фильму «Третья любовь» («Женщина, которая поет»). За это время была проделана большая работа: написан режиссерский вариант сценария, утвержден композитор. Правда, с исполнительницей главной роли вопрос был еще не решен, но авторы надеялись, что Пугачева все-таки даст свое согласие, когда поймет, что материал вполне может удовлетворить ее честолюбивые помыслы. Тем более что ни одна из других рассмотренных кандидатур руководство студии так и не удовлетворила. А было таких кандидатур много.

Исполнительницу на роль певицы Анны Стрельцовой киношники выбирали тщательно. Идеи при этом высказывались разные. Например, предлагалось снять в главной роли профессиональную актрису, а песни за нее должна была пропеть любая из популярных певиц. Но эту идею кто-то назвал «пропахшей нафталином». Дескать, в то время как на Западе в музыкальных фильмах снимаются реальные звезды эстрады, у нас опять будет звучать «фанера» (то есть рот будет открывать одна, а петь другая). Тогда стали перебирать всех отечественных звезд эстрады. Кто-то предложил кандидатуру Эдиты Пьехи, но на него тут же зацыкали: дескать, она уже не в таком фаворе, как несколько лет назад. Да и последний фильм с ее участием – «Неисправимый лгун» (1974) – ничего, кроме разочарования, не принес.

Вспомнили про Софию Ротару, но она считалась пришлой – с Украины, а связываться с ее «куратором» – Владимиром Щербицким – ни у кого большого желания не было. В итоге ничего путного придумано не было. Вот почему авторы фильма надеялись, что Пугачева все-таки даст свое согласие на участие в их проекте.

3 мая неудачу постиг и режиссерский вариант сценария: цензоры вернули его авторам, сказав, что примут его только тогда, когда будут устранены все недостатки. «Но мы же многое исправили», – попытались оправдываться авторы. «Исправили, да не все, – последовал ответ. – Короче, работайте, если хотите запуститься». Сценарист с режиссером работали три недели. 27 мая переработанный вариант сценария был вновь направлен в Госкино. И, о чудо, его там приняли. Теперь дело было за малым: надо было уговорить Пугачеву. Но тут авторы не сомневались в положительном исходе дела, поскольку знали: несмотря на все свои претензии к материалу, Пугачева сниматься жуть как хотела.

В тот же день, когда новый вариант сценария был отправлен в Госкино, случилось еще одно событие, которое имело пусть косвенное, но все же отношение к героине нашего рассказа. В Москве состоялся Пленум ЦК ВЛКСМ, на котором поменялось руководство: вместо Евгения Тяжельникова кресло 1-го секретаря ЦК ВЛКСМ занял Борис Пастухов. А Тяжельников пошел на повышение: стал заведующим отделом пропаганды ЦК КПСС. Должность самая что ни на есть ответственная – надзирать за идеологией. А с Аллой Пугачевой я связал это событие потому, что именно Тяжельников был в те годы одним из активных противников певицы. Вот как об этом вспоминает очевидец – Анатолий Станков:

«Пугачеву жутко невзлюбил первый секретарь ЦК ВЛКСМ Тяжельников, прямо белел весь от злости, когда Алла выходила петь, да еще в мини-юбке. «Шестеркам» дали задание: «Певичку задвинуть!» А я как молодой представитель органов (Станков служил в МВД. – Ф. Р.) входил тогда в бюро ЦК ВЛКСМ и оказался в курсе интриги. Думаю, что делать? Надо Аллу выручать, ведь и правда могут подгадить. Ну не сломать, конечно, не такой она человек, но нервы бы потрепали. Был у меня выход на первого заместителя Андропова – Филиппа Денисовича Бобкова, он занимался также экономическими преступлениями (но главным для него было идеологическое направление – он возглавлял 5-е управление КГБ, отвечавшее за идеологию. – Ф. Р.), и по службе мы иногда пересекались. Ну я ему все и рассказал. Оказалось, генерал Бобков – самый настоящий поклонник Пугачевой, кто бы мог подумать! «Ладно, – говорит, – не беспокойся, мы ее в обиду не дадим». И не дали…»

Июнь – июль

В июне руководство «Мосфильма» приняло окончательное решение, что в роли певицы Анны Стрельцовой в фильме «Третья любовь» будет сниматься Алла Пугачева. Когда это стало известно певице, она загорелась желанием пристроить в картину и свои песни, благо фонограмма их была уже записана на том же «Мосфильме» благодаря Стефановичу. Однако было одно «но»: даже несмотря на то что режиссер фильма Александр Орлов хорошо относился к Пугачевой, он не смог бы добиться разрешения включить ее песни в картину. Против этого выступили бы и Александр Зацепин, и руководство студии. Но и здесь выход был найден сообща, то бишь на семейном совете дома у певицы. Пугачева и Стефанович решили приписать эти песни все тому же мифическому композитору Борису Горбоносу. Как мы помним, имя придумал Стефанович: так звали его одноклассника. Он же придумал ему и душещипательную биографию, согласно которой Горбонос был юношей, прикованным к инвалидной коляске. Трюк сработал: сначала на него клюнул Орлов, потом и другие деятели, причастные к запуску фильма.

1 июля Александр Орлов начал подготовительный период фильма «Третья любовь» («Женщина, которая поет»). Смета у фильма была выше средней – 383 тысячи рублей. Однако полотно задумывалось грандиозное по замыслу, поскольку главной героиней должна была стать Алла Пугачева. По задумке авторов проекта, народ должен был повалить на такое кино толпами.

4 июля Алла Пугачева приехала на «Мосфильм», чтобы участвовать в первых репетициях. Обе стороны остались довольны друг другом. Пугачевой понравился доброжелательный настрой режиссера, а тому актерские способности певицы. Это же отметил и сценарист Анатолий Степанов. По его же словам: «Я видел Аллу в пробах – она прекрасная драматическая актриса».

Однако буквально сразу после проб участие Пугачевой в этом фильме едва не сорвалось. Причем виной всему была она сама, а вернее, ее несдержанный характер. Вот как об этом вспоминает сам А. Орлов:

«Когда пробы были сделаны, мы собрались на худсовет. В зале – видные режиссеры, гордость «Мосфильма». И тут один из них – Леонид Оскарович Арнштам позволил сказать что-то критическое в адрес Пугачевой. Она вспылила: «Да кто вы такой, чтобы мне замечания делать, что вы понимаете?»

Сизов (гендиректор «Мосфильма». – Ф. Р.) ей в ответ: это легендарный режиссер фильма «Зоя» о Космодемьянской, между прочим, лента представляла нашу страну в конкурсной программе первого Каннского фестиваля.

– Ну и что дальше? И этот фильм плохой, и другие тоже.

Арнштам вышел из зала. Николай Трофимович (Сизов) побагровел: «Да что ты себе позволяешь? Как ты смеешь? Это «Мосфильм», а не какая-то там драная эстрада». Тут Алла тоже вскакивает и выбегает, громко хлопнув дверью.

– Снимать фильм будем, но с другой актрисой! – подытоживает Сизов. – Хватит нам этих выкрутасов. Пугачеву – никогда! Слышите – никогда!

Пытаюсь его переубедить, он непреклонен. Неделя проходит, другая, он – ни в какую. Лишь где-то через месяц Сизов оттаял, он понял, что Пугачева незаменима…»

Отметим, что это была не последняя трудность в работе. Когда Орлов начал подбирать актеров на главные и второстепенные роли, внезапно высветилась неожиданная ситуация. Оказалось, что в актерской среде у Пугачевой было больше недоброжелателей, чем сторонников. Большинство исполнителей (а среди них были очень известные имена), едва узнав, с кем им предстояло сниматься, наотрез отказывались от такого «счастья». Причем если некоторые говорили это завуалированно, то другие резали правду-матку открытым текстом: мол, «сами пляшите под дудку этой вульгарной девицы».

В то время как решался вопрос ее участия в фильме, Пугачева времени даром не теряла: она отправилась в Эстонию, чтобы принять участие в Днях литературы и искусства РСФСР. В Таллине местом ее выступления была одна из самых вместительных площадок – Дворец спорта «Калев». Народу туда набивалось, что называется, под самую завязку, поскольку в концертах участвовали лучшие московские артисты: Пугачева, Хазанов и др.

В первый день Пугачева участвовала в сборном концерте, в котором приняли участие все артисты, а в последующие дала несколько сольных выступлений. На них звучали как старые ее песни, так и новые. Среди последних были и новые вещи вымышленного композитора Бориса Горбоноса, под именем которого скрывалась сама Пугачева. Среди них две песни на стихи поэта, репрессированного в конце 30-х – Осипа Мандельштама. Это: «Ленинград» и «Музыкант». Причем идея обратиться к стихам этого поэта принадлежала мужу певицы Александру Стефановичу. Как мы помним, он считал, что Пугачевой пора перестать строить свой репертуар исключительно на легких песнях и пора замахнуться на что-то серьезное. Поэзия Шекспира и Мандельштама была из этого ряда. Так на свет появились сначала «Сонет Шекспира», а затем и «Ленинград» с «Музыкантом». Правда, как и в случае с шекспировскими стихами, Пугачева и здесь позволила себе отсебятину. Например, в первой песне мандельштамовский Петербург заменила на Ленинград, а во второй «еврейского музыканта» заменила на «чудесного музыканта».

Между тем эстонская пресса откликнулась на приезд московской звезды самым доброжелательным образом. К примеру, журналистка Б. Славина писала:

«…Шел концерт Аллы Пугачевой.

– Песню «Приезжай», – сообщила зрителям артистка, – я сегодня исполняю впервые. Слова и музыку написал композитор Борис Горбонос. Я привезла ее в Эстонию и отдаю на ваш суд.

…Сцена – в полутьме. Высвечен только рояль в самой ее глубине. За роялем – Алла Пугачева. В двух ролях – аккомпаниатора и певицы. «Приезжай хоть на день… Приезжай хоть на час… Приезжай хоть на миг!» Зов одинокой, тоскующей женщины. Зов отчаяния, зов любви.

Последний аккорд – и Алла уходит от рояля. Теперь мелодию ведет ансамбль. У Пугачевой – проход без слов. Но монолог продолжается. Безмолвный, внутренний, проигранный лишь в пластическом рисунке. Движения, выражение лица и глаз передают все ту же напряженность, муку тоски и отчаяния…»

Вернувшись в Москву, Пугачева продолжила работу в фильме «Третья любовь» («Женщина, которая поет»). Прошла ее встреча с композитором Александром Зацепиным и поэтом Леонидом Дербеневым, которые показали ей песни, которые они написали для фильма. Тогда же Пугачева съездила в Дом моделей Вячеслава Зайцева, где примерила костюмы, в которых ей предстояло выйти на съемочную площадку. Костюмы ее вполне удовлетворили.

Между тем в двадцатых числах Пугачевой предстояло отправиться на гастроли в Пермь. Но пока она только готовилась к этим гастролям, город, что называется, сходил с ума. События, которые происходили вокруг приезда Пугачевой в этот город, наглядно демонстрируют, каких высот достигла слава певицы. Судите сами. 15 июля, в 10 часов утра, в цирке, где должна выступать Пугачева, началась предварительная продажа билетов, на которую сбежался чуть ли не весь город. Вот как об этом писала газета «Вечерняя Пермь»:

«Алла Пугачева может гордиться своей популярностью: у нас в Перми столько поклонников ее таланта, что администрация цирка, где, как известно, будут проходить концерты певицы, вынуждена была обращаться за помощью в милицию.

– А что оставалось делать? – сказали нам по телефону. – Началась такая давка, что треснули стекла в дверях. Если бы мы не прекратили продажу билетов, то могли бы даже быть жертвы…

К нам в редакцию пришли двое молодых людей – Андрей Мурашов и Александр Кузнецов. Один из них работает слесарем-сборщиком, другой – сменный мастер одного из пермских заводов. Оба они, узнав из объявлений в газетах и радио о том, что предварительная продажа билетов на концерт с участием Аллы Пугачевой начнется 15 июля в 10 часов, отработали накануне две смены подряд и в половине седьмого утра были возле цирка. Один из них оказался в очереди 839-м, другой – 841-м (они показали нам эти номера, написанные химическим карандашом на ладони). И что же? Простояв полдня в очереди, они так и ушли ни с чем, потому что по громкоговорителю объявили: «Расходитесь, граждане! Сегодня билеты продавать не будут!»

– А когда будут? – совершенно справедливо возмущаются молодые рабочие. – Что же нам теперь, специально отгул брать или с работы отпрашиваться? Плохо организовали руководители цирка продажу билетов! Разве они не могли предполагать, сколько желающих будет попасть на концерты Аллы Пугачевой? Можно было продавать билеты прямо на предприятиях, в магазинах, в учебных заведениях. Не было бы никакой давки возле касс, и все стекла в цирке остались бы в целости…»

Пугачева успела дать в Перми всего лишь несколько выступлений, а тамошняя пресса уже откликнулась на них целым рядом положительных публикаций. Вот что писала, к примеру, Л. Лаврова:

«Пугачева не лицедействует на сцене. «Я практически показываю самое себя, каждая песня – это раскрытие моего человеческого «я», моего образа. Я песню подыскиваю под грани своего характера», – признается она. Поэтому-то так важно для нее, чтоб ее поняли – через песню, через слово. После «Арлекино», сразу принесшего ей популярность и ставшего сегодня своего рода визитной карточкой певицы, в ее творчестве наступил переломный момент, когда она появилась перед зрителем в новом качестве – с песнями иного звучания, идущими от собственого «я», с песнями, в которых появились уже не клоунадные образы, а чисто человеческие, – Арлекино сорвал маску, и перед нами предстал человек со всем тем, что наполняет его жизнь, с тем, что есть в жизни каждого из нас, – любовь и разлука, тоска и горечь, безудержная радость и тихая улыбка.

И в программе, с которой Пугачева выступает в Перми, она предстала перед нами актрисой разностороннего дарования – от комического до трагического звучания. Калейдоскоп настроений в песне Р. Манукова «Ясные, светлые глаза» – это лишь прелюдия к действию, в котором будет и острый гротеск «Почему так получилось», и «яростный трагизм» «Сонета Шекспира», и щемящая тоска «Приезжай», и удивительная человечность и доброта «Найди друга»…

Говоря о Пугачевой, невозможно умолчать об ансамбле «Ритм», сопровождающем ее выступления. Зрители, которым удалось попасть на первые концерты, смогли оценить «Ритм» (руководитель А. Авилов) и как сольный коллектив. Года полтора назад ансамбль гастролировал в Перми, и за это время он значительно вырос и стал достойным партнером Пугачевой…»

22 июля по ЦТ был показан таджикский телефильм «Отважный Ширак», в котором Алла Пугачева исполнила три песни, в том числе супершлягер «Волшебник-недоучка».

Август

В столице в те дни установилась небывалая жара: воздух прогревался до плюс 34 градусов. Подобное пекло в последний раз в Москве наблюдалось в душное лето 1972 года. Но, несмотря на столь тяжелые погодные условия, жизнь в городе не замирала. Например, на «Мосфильме» вовсю шла подготовка к съемкам фильма «Третья любовь» («Женщина, которая поет»).

С понедельника, 1 августа, начались пробы актеров на главные и второстепенные роли. Особенно тщательно подыскиваются актеры, которые могли бы сыграть мужа певицы и поэта. Как мы помним, ряд актеров, к которым обратились с этой просьбой, послали приглашавших куда подальше. Так и сказали: «Делать рекламу этой певичке не собираемся!» Однако были и такие, кто согласился пройти пробы. Среди них актеры: Александр Кайдановский, Владислав Дворжецкий. Подругу главной героини – певицы Анны Стрельцовой – Машу практически сразу согласилась играть супруга режиссера, снимающего фильм, Алла Будницкая.

Пугачева в очередной раз объявилась на съемочной площадке 17 августа: во 2-м павильоне «Мосфильма» прошла ее репетиция с Владиславом Дворжецким. На следующий день репетиция продолжилась. Ввиду загруженности Пугачевой длились они недолго – четыре часа (с 13.30 до 17.45).

В пятницу, 19 августа, в домашней студии Александра Зацепина Пугачева записала первые несколько песен для фильма. Все песни принадлежали перу хозяина студии, а слова к ним написал Леонид Дербенев. С самого начала предполагалось, что в фильме будут звучать только песни этого тандема. Но, как мы помним, у Пугачевой были иные планы: она собиралась пристроить в картину и свои песни, которые она выдавала за песни вымышленного композитора Бориса Горбоноса. Но на тот момент про желание Пугачевой знал только режиссер фильма Орлов. Что касается Зацепина, то ему Пугачева сообщила другую информацию: открывшись, что под именем Бориса Горбоноса скрывается она, певица попросила композитора разрешить ей записать в его студии еще несколько песен. «Я ведь не член Союза композиторов, и под своим именем мне не разрешат их выпустить. Эти песни я хочу отдать на радио и петь в концертах». Зацепин оказался человеком не жадным и пошел навстречу просьбе Пугачевой. Это случилось 22–24 августа. Впоследствии именно эти записи станут поводом к большому скандалу, который разведет в разные стороны двух талантливых людей. Впрочем, об этом рассказ пойдет впереди, а пока продолжим знакомство с августовскими событиями.

23 августа Алла Пугачева примерила все костюмы, которые были сшиты для нее в Доме моделей Вячеслава Зайцева. Примерка прошла под девизом «Ничего гардеробчик». Короче, все примеренное певицу удовлетворило.

В субботний вечер 27 августа, в 21.30 по московскому времени, Пугачева в компании со своим мужем Александром Стефановичем смотрела первую трансляцию из Сопота (вторая состоится 2 сентября), где проходил очередной конкурс эстрадной песни. Из всех музыкальных конкурсов, проводившихся в социалистических странах, он считался самым продвинутым: не случайно на него съезжались многие звезды поп– и рок-музыки тех лет, включая и представителей Запада. К примеру, «Сопот-77» почтил своим вниманием женский вокальный дуэт «Липс» из Англии (он занял 2-е место).

Вообще, по количеству исполненных шлягеров «Сопот-77» был одним из самых интересных фестивалей за все годы. Чего стоит хотя бы маленькое шоу, устроенное польской певицей Марылей Родович, исполнившей песню Я. Ласковского «Разноцветные ярмарки» (приз зрителей Интервидения), или песня «Не отдыхая» в исполнении группы «Червоны гитары» (2-я премия), или «Хризантемы» в исполнении болгарской певицы Лили Ивановой (3-я премия).

Советские исполнители большого успеха на том Сопоте не добились, удостоившись лишь утешительных призов. Так, Роза Рымбаева и Владимир Мигуля получили награду Польского комитета по ТВ и радиовещанию. Рымбаева также была награждена призом как самая молодая участница конкурса. Единственной нашей удачей можно было считать Главный приз «Янтарная антенна» в конкурсе на лучшую развлекательную передачу ТВ (он проходил впервые), которого удостоилась передача советского ТВ «Бенефис Ларисы Голубкиной» (реж. Е. Гинзбург).

В понедельник, 29 августа, когда Алла Пугачева в очередной раз приехала на «Мосфильм», первое, что у нее спросили коллеги: ну как вам Сопот? Пугачева отделалась шуткой, что-то вроде: «Меня бы туда, я бы не подкачала». Самое интересное, что это окажется сущей правдой: через год именно Пугачева вернет нашей стране утраченные в Сопоте с 1975 года (тогда победил Сергей Захаров) позиции. Но не будем забегать вперед.

В тот понедельник на съемочной площадке сошлись именно те актеры, которым, собственно, и предстоит сыграть в картине главные роли: две Аллы – Пугачева и Будницкая и актер Театра на Малой Бронной Николай Волков (ему предстояло сыграть маститого композитора, песни которого и сделают Анну Стрельцову знаменитой). Как вспоминает сам Н. Волков: «Я сразу согласился сниматься, как только узнал, что передо мной отказались «обслуживать взбалмошную Пугачеву» несколько известных актеров. Я же был поражен ее внутренней силой, даже несмотря на некоторую вульгарность. Она вовсе не выглядела высокомерной примой. Очень веселенькая…»