Гибель советского ТВ

Большим любителем ТВ был в те годы генсек Леонид Брежнев. Помимо просмотра спортивных передач (в основном хоккея и футбола), он еще обожал смотреть программу «Время», а также кино. Вспоминает бывший заместитель начальника охраны Л. Брежнева В. Медведев:

«После вполне семейного ужина на даче в Заречье я вставал из-за стола: «Спасибо».

Леонид Ильич довольно часто отвечал: «Оставайся, посмотрим «Время».

С нашей стороны стола стоял «Рубин». В другом конце комнаты – японский телевизор с видеомагнитофоном и набором кассет, но туда Леонид Ильич не подходил, это все было – для детей. Мы устраивались у «Рубина».

Сидим, смотрим втроем. Когда на экране появлялся он сам, Виктория Петровна (жена генсека. – Ф. Р.) оживлялась: «Вот какой ты молодец!» Она ему льстила. Потом, когда он уже начинал шамкать, она иронизировала. В последние годы околотелевизионные разговоры все чаще вертелись вокруг одного и того же. Увидев кого-то из старых зарубежных или наших деятелей, Виктория Петровна говорила: «Смотри, как хорошо выглядит».

Или: «Усталый какой…»

В последние годы, случалось, «Время» не смотрел, поднимался спать. Она говорила: «Иди. Я посмотрю передачу и приду». Около одиннадцати шла вслед за ним.

Одна из любимых передач Виктории Петровны – фигурное катание. Руководство телевидения знало об этом, и все семидесятые годы телеэкраны были заполнены трансляциями этого вида спорта: чемпионаты мира, Европы, СССР, Олимпийские игры, на приз газеты «Московские новости» и так далее.

Сам Леонид Ильич с азартом смотрел футбол и хоккей. Тут уж он в одиночестве оставаться совсем не мог.

– Давай хоккей посмотрим.

Ему, конечно, не хватало общения – обычного, человеческого, без лести к нему и подобострастия. Он не то чтоб уж очень болел, просто отдавал предпочтение клубу ЦСКА. А в Политбюро многие болели за «Спартак», и он на другой день на работе подначивал своих соратников: «Как мы вам вчера!..»

Отмечу, что в последние годы жизни Брежнева, когда генсек уже начал испытывать серьезные проблемы как с речью, так и с движениями, на телевидении старались реже показывать его «живьем», а все чаще использовали фотографии ТАСС. Механика была простой: чтобы фотки не скручивались перед камерой, их предварительно наклеивали на картон. Однако иногда в этот процесс вмешивались непредвиденные обстоятельства. Так, однажды известный ныне ведущий Иван Кононов был оставлен главным на этом «хозяйстве» и едва не запорол дело. Он, как и положено, наклеил фотографии генсека на картон, а чтобы они побыстрее схватились клеем… сел на них. Однако то ли от волнения, то ли от гордости, что ему поручили столь ответственное дело, он переусердствовал с клеем и выдавил его больше, чем требовалось. В результате тот выступил наружу, и верхние фотографии склеились с нижними. А до эфира оставалось меньше пяти минут. Кононов принялся лихорадочно отдирать фотки друг от друга и вновь переборщил – порвал несколько фотографий. Положение создалось аховое, и в воспаленном мозгу Кононова уже вставали страшные картины грядущего наказания. Но тут произошло чудо. Ровно за три минуты до эфира неведомо откуда в Останкино приехал курьер и привез дубли фотографий-«тассовок».

Расходы на телевидение и радиовещание в СССР неуклонно росли. Как сообщает В. Егоров: «…на 1979 год были запланированы траты в сумме 1314,4 млн рублей, что было на 86,7 млн больше по сравнению с предыдущим годом. Эти средства в основном шли на реконструкцию действующих и сооружение новых кабельных и радиорелейных линий связи, строительство крупных и маломощных телевизионных станций и ретрансляторов, введение дополнительных космических телевизионных каналов, приемных спутниковых станций, что позволяло постоянно расширять зону уверенного приема телевизионных передач. На европейской территории страны это достигалось с помощью радиорелейных и кабельных линий, за Уралом – космических…»

Между тем часть огромных денег, выделяемых на развитие ЦТ, попросту… разворовывалась. Коррупция в те годы была достаточно распространенным явлением, в том числе и на телевидении. Она охватывала как низовые структуры ЦТ, так и верхние его эшелоны. Например, если нижние телечиновники брали обычно «борзыми щенками» – за показ какого-нибудь молодого артиста в популярной телепередаче они требовали не деньги, а подарки из разряда дефицитных: импортную аудио– и видеотехнику, одежду, билеты на престижные концерты (вроде выступления ансамбля «Бони М» в киноконцертном зале «Россия» в начале декабря 1978 года) и т. д., то высшие телечиновники на мелочи не разменивались и «стригли купоны» с других «кустов»: например, запускали документальные сериалы, выдавая их за художественные (на последние отводился значительно больший бюджет), и эту разницу клали себе в карман.

Обо всех этих махинациях было хорошо известно наверху, в ЦК КПСС, однако там на это закрывали глаза: главным было то, что ЦТ в целом было идеологически благонадежным учреждением. Хотя так было не всегда. Кресло под Сергеем Лапиным однажды серьезно закачалось – в 1978 году. Тогда в верхах вновь обострились отношения между державниками и либералами, что послужило поводом к нападкам первых на председателя Гостелерадио. Как мы помним, Лапин был приведен к руководству ТВ и радио именно как продержавный руководитель. И первое время он никаких нареканий по этой линии не имел, вычищая каленым железом крамолу: увольнял или понижал в должностях либералов. Однако во второй половине 70-х он, что называется, «перестал ловить мышей». В итоге многие либералы вновь оказались на коне как в Останкино (ЦТ), так и на Пятницкой (радио). Впрочем, обвинять в этом только Лапина было бы неправильно – во всем было виновато время, так называемая «разрядка», которая открыла широкие возможности для либералов-западников и серьезно пошатнула позиции державников. Кроме этого, Лапин хотя и был председателем Гостелерадио, однако непосредственно за телевидение при нем отвечал Энвер Мамедов, который был старожилом – он стал замом председателя еще в начале 60-х, при Н. Хрущеве. Мамедов считался либералом, и о нем (в отличие от Лапина) у этой публики остались исключительно благостные воспоминания.

Когда в 1978 году главный идеолог страны Михаил Суслов озаботился ситуацией на ЦТ и решил заменить Лапина другим человеком, он подразумевал и замену Мамедова. Однако из этого ничего не вышло: за председателя Гостелерадио заступился сам Брежнев, который не нашел в поступках теленачальника никаких особенных прегрешений. В итоге на своих местах остался и Лапин, и его телезаместитель.

Вспоминает В. Егоров: «Как-то Лапин при мне позвонил Брежневу и спросил его, хорошо ли мы показали Леонида Ильича накануне в программе «Время». «Хорошо, все хорошо, Сергей», – ответил стареющий генсек. «Значит, у вас нет замечаний к телевидению?» – обобщил лукавый председатель. «Нет-нет», – подтвердил Брежнев. Лапин тут же связался с секретарем ЦК по идеологии и заявил ему: «Я сейчас разговаривал с Леонидом Ильичом, он доволен работой телевидения, и никаких замечаний у него нет». Пришлось собеседнику принять эту информацию к сведению – поди проверь, что сказал и что имел в виду генсек…»

Между тем многие поступки Лапина и в самом деле наводили многих его оппонентов на мысль о том, что от его продержавных взглядов мало что осталось. Создав на телевидении тепличные условия для творческих диссидентов из разных сфер искусства, Лапин и после 78-го года не изменил своим привычкам. В итоге те деятели искусства, которые, к примеру, не могли осуществить свои смелые задумки из разряда «с фигой» в других местах, почти всегда находили эту возможность на ЦТ. Взять тот же кинематограф, который считался главным конкурентом телевидения. В 1978—1979 годах именно при содействии председателя Гостелерадио на ЦТ были сняты два телефильма, которые никогда бы не смогли пробить себе дорогу в большом кино. Речь идет о лентах «Отпуск в сентябре» Виталия Мельникова и «О бедном гусаре замолвите слово» Эльдара Рязанова. В первом речь шла о судьбе «лишнего человека» при развитом социализме, во втором (на примере дореволюционной России) – о бесчинствах охранки над честными людьми.

Пьеса А. Вампилова «Утиная охота» фактически с самого момента ее появления на свет значилась по разряду непроходных и была повсеместно «не рекомендована» к постановке: в театре, кино, на ТВ и радио. Однако Мельникову помогла случайность. Он как-то оказался в служебной командировке в Праге (там проходил кинофестиваль) и во время прогулки на речном трамвае лицом к лицу столкнулся с одним из руководителей ЦТ – тем самым Кузаковым, который, по слухам, был внебрачным сыном Сталина и сибирской крестьянки (в Останкино он отвечал за кадры). Кузаков поинтересовался ближайшими планами режиссера и, узнав, что тот давно мечтает экранизировать для ТВ «Утиную охоту», взял эти слова на заметку. Как итог: когда Мельников вернулся на родину, его вскоре вызвали в Останкино и сообщили, что разрешают запуститься с крамольной пьесой Вампилова. При этом даже посоветовали, как обмануть цензуру (!): дескать, мы объявим картину «антиалкогольной» и замаскируем другим названием – например, «Пока не поздно», а вы сначала согласитесь, а потом нас обманите». На том и порешили. Однако всесоюзная премьера фильма тогда так и не состоялась. И вины телевизионщиков в этом не было – вмешалась большая политика. Вот как об этом вспоминает сам режиссер фильма В. Мельников:

«Картину в Останкино приняли хорошо – с реверансами и комплиментами (на дворе было начало 1979 года. – Ф. Р.). После многолюдной премьеры я приехал в Останкино узнать, когда фильм выйдет в эфир. Меня уверяли, что начальство только и ждет удобного момента, чтоб выпустить картину, но «момент как раз сейчас неудачный, и международное положение тоже». Потом на ТВ ждали «удобного момента» ровно восемь лет – до самой перестройки…»

Более удачно сложилась судьба фильма «О бедном гусаре замолвите слово». Эльдар Рязанов собирался воплотить его в большом кинематографе, но руководство Госкино от этого категорически отказалось. Уязвленный этим отказом, режиссер тут же позвонил руководителю Гостелерадио Лапину, чтобы предложить эту идею ему. Отметим, что на тот момент Рязанов не был случайным человеком для ТВ: с января 1979 года, и именно по просьбе Лапина, он начал вести передачу «Кинопанорама». Видимо, поэтому (а также желая насолить Госкино) Лапин не стал его «футболить» и уже на следующий день согласился на личную аудиенцию. И там Рязанову было дано «добро» на постановку «Гусара» на ТВ.

Однако в декабре 1979 года советские войска вошли в Афганистан, и внутриполитическая ситуация в стране изменилась – опять «похолодало». В итоге телевизионные цензоры заставили авторов сценария (Григория Горина и Эльдара Рязанова) купировать материал. Последние купюры в картину внес непосредственно сам Лапин, причем буквально накануне ее премьеры – за несколько часов до Нового, 1981 года. А 1 января состоялась премьера ленты. Правда, большой радости самому Рязанову она не принесла: он жалел о сделанных купюрах и никак не мог простить телевизионному начальству, что фильм поставили в эфирную сетку в неуместный день. Как сетует сам Рязанов в своих мемуарах, широкий зритель отнесся к фильму достаточно спокойно. Зато либеральная общественность по достоинству оценила те «фиги», которые бдительная цензура не сумела купировать: благодарственные телеграммы создателю ленты прислали Булат Окуджава, Андрей Вознесенский, Борис Васильев, Людмила Петрушевская, Станислав Рассадин, Игорь Ильинский и др.

Несмотря на сетования Рязанова, его фильм можно было смело отнести к удачам ЦТ по линии телекино. Как мы помним, это направление особенно активно стало развиваться с приходом С. Лапина и к началу 80-х считалось одним из «коньков» в деятельности ЦТ. По сути, премьера любого телефильма становилась значительным событием в жизни страны, и многие из них ни в чем не уступали по зрительской реакции иным помпезным премьерам большого кинематографа. Например, во второй половине 70-х на телевизионные экраны вышло несколько десятков телеспектаклей, телефильмов и сериалов, которые вызвали широкий зрительский резонанс. Назову лишь некоторые из этих картин. Среди телефильмов и телеспектаклей это были:

1976 год – «Мое дело» (премьера – 21 февраля), «Каштанка» (4 апреля), «Кавказский пленник» (15 мая), «Марк Твен против…» (2 июля), «Ну, публика!» (9 октября), «Доктор философии» (17 октября), «Когда-то в Калифорнии» (21 декабря), «Дамы и гусары» (31 декабря);

1977 год – «Смерть под парусом» (9 апреля), «Джентльмены, которым не везло» (7 августа), «Кошка на радиаторе» (10 августа), «Долг» (2 октября), «Нос» (30 декабря), «Орех Кракатук» (31 декабря);

1978 год – «Дети как дети» (3 июня), «Квартет Гварнери» (19 августа), «Дуэнья» (27 августа), «Таблетка под язык» (2 октября), «Лика» (11 октября), «Сапоги всмятку» (31 октября), «Уроки французского» (17 декабря), «Приехали на конкурс повара» (26 декабря);

1979 год – «Рассказ о печальной судьбе Керри» (28 июля), «Короли и капуста» (29 сентября), «Нора» (27 октября), «Лобо» (28 октября), «Осторожно, ремонт!» (19 ноября), «Здравствуй, цирк!» (23 декабря).

Среди сериалов:

1976 год – «Приключения Буратино» (2 серии, премьера – 1 января), «Ирония судьбы, или С легким паром!» (2 серии, 1 января), «Под крышами Монмартра» (2 серии, 3 января), «Строговы» (8 серий, 10—14, 16—19 февраля), «Смок и Малыш» (3 серии, 23—25 марта), «Назначаешься внучкой» (2 серии, 27—28 марта), «Капитан Немо» (3 серии, 29—31 марта), «Долгие версты войны» (4 серии, 4—7 мая), «Старший сын» (2 серии, 20—21 мая), «Вечный зов» (6 серий, 2—4, 8—10 июня), «Красное и черное» (5 серий, 23—25, 28—29 июня), «Наследники» (5 серий, 19—20, 24—26 августа), «Волны Черного моря» (2 серии, 30 – 31 августа), «Мартин Иден» (3 серии, 22—24 сентября), «Сибирь» (6 серий, 4—5, 8, 13—15 октября), «Эти непослушные сыновья» (3 серии, 27—29 октября), «Дни Турбиных» (2 серии, 1—2 ноября), «Рожденная революцией» (новые серии – 7-я и 8-я – 13—14 ноября), «Небесные ласточки» (2 серии, 15 декабря), «Приключения Калле-сыщика» (2 серии, 30—31 декабря);

1977 год – «12 стульев» (4 серии, 1—2, 8—9 января), «По секрету всему свету» (2 серии, 2—3 января), «Судьба барабанщика» (3 серии, 5—7 января), «Дни хирурга Мишкина» (3 серии, 25—27 января), «Два капитана» (6 серий, 26—27 февраля, 6—7, 12—13 марта), «Семья Зацепиных» (2 серии, 22—23 марта), «Тимур и его команда» (2 серии, 1—2 мая), «Волны Черного моря» (новые серии, 18—19 июня), «Почти смешная история» (2 серии, 27 июля), «Труффальдино из Бергамо» (2 серии, 27—28 августа), «Фаворит» (2 серии, 13 сентября), «Хождение по мукам» (13 серий, 19—20, 22—25, 27, 29—30 октября, 3—6 ноября), «Про Красную шапочку» (2 серии, 31 декабря);

1978 год – «Собака на сене» (2 серии, 1 января), «Черный хлеб» (9 серий, 6—10, 13, 15—17 февраля), «И это все о нем» (6 серий, 24—28, 30 марта), «По семейным обстоятельствам» (2 серии, 29 апреля), «Голубка» (4 серии, 16—19 мая), «Талант» (4 серии, 6—9 июня), «И снова Анискин» (3 серии, 14—16 июня), «Золотая мина» (2 серии, 24 июня), «Первые радости» (3 серии, 4, 6—7 июля), «Диалог» (3 серии, 8—10 августа), «Где ты был, Одиссей?» (3 серии, 13—15 сентября), «Пуск» (3 серии, 3—5 октября), «Мальчишки» (3 серии, 24—26 октября), «Артем» (2 серии, 3—4 ноября), «Аревик» (2 серии, 21—22 ноября), «Стратегия риска» (3 серии, 28—30 ноября), «31 июня» (2 серии, 31 декабря), «Волшебный голос Джельсомино» (2 серии, 31 декабря – 1 января);

1979 год – «Обыкновенное чудо» (2 серии, 1 января), «Расмус-бродяга» (2 серии, 8—9 января), «Огненные дороги» (3 серии, 5—7 марта), «Театр» (2 серии, 30 марта), «Трое в лодке, не считая собаки» (2 серии, 4 мая), «Фотографии на стене» (2 серии, 16—17 мая), «Ярость» (3 серии, 18—20 июля), «Соль земли» (7 серий, 8—10, 13—14, 16—17 августа), «Стакан воды» (2 серии, 25 августа), «Пастухи Тушетии» (3 серии, 27, 29, 31 августа), «За все в ответе» (2 серии, 6—7 сентября), «Инспектор Гул» (2 серии, 13—14 сентября), «Время выбрало нас» (4 серии, 22—26 октября), «Необыкновенное лето» (4 серии, 29, 31 октября, 1—2 ноября), «Место встречи изменить нельзя» (5 серий, 11, 13—16 ноября), «Подпольный обком действует» (4 серии, 26—28, 30 ноября), «Д’Артаньян и три мушкетера» (3 серии, 25—27 декабря).

Отметим, что во второй половине 70-х на советском ЦТ продолжали демонстрироваться и сериалы из социалистических стран, однако они уже имели несколько меньший успех, чем их недавние предшественники. Однако руководство ТВ почему-то перестало повторять лучшие из тех прошлых сериалов, вроде польских «Четыре танкиста и собака», «Ставка больше чем жизнь», болгарского «На каждом километре». Вместо них пришли такие сериалы, как «Гори, чтобы светить» (Болгария), «Каникулы» (Польша) и др., которые, повторюсь, не вызывали прежнего зрительского ажиотажа. Исключениями были разве что детективы: «Телефон полиции 110» (ГДР), «30 случаев майора Земана» (ЧССР) и др.

Куда большим успехом пользовались сериалы капиталистических стран. Назову лишь некоторые из них, показанные во второй половине 70-х:

1976 год – «Таинственный остров капитана Немо» (Франция, 4—6 августа), «Приключения в Африке» (США, новые серии, 8, 21—22, 28 августа);

1977 год – «Приключения на далеком Севере» (Италия, 11—13, 19—20 января), «Отверженные» (Франция, 14—16 февраля), «Блеск и нищета куртизанок» (Франция, 23—28 мая);

1978 год – «Уильям Шекспир» (Англия, 17—21 июля), «Камилла» (Италия, 13—17 ноября);

1979 год – «Скиппи» (Австралия, 2—6 января), «Жан Кристоф» (Франция, 19—23 марта).

Не менее мощно по части телекино началось и следующее десятилетие. Например, в 1980 году были показаны такие советские сериалы, как «Приключения Шерлока Холмса и доктора Ватсона» (2 серии), «Маленькие трагедии» (2 серии), «Приключения Электроника» (2 серии), «Долгая дорога в дюнах» (7 серий), «Синдикат-2» ( 6 серий), «Частное лицо» (3 серии), «Заговор Фиеско в Генуе» (2 серии), «Гибель 31-го отдела» (2 серии), «Каникулы Кроша» (4 серии), «Мелодия на два голоса» (2 серии), «Мятеж» (2 серии), «Ключ» (2 серии), «Тихие троечники» (2 серии), «Ревнивая к себе самой» (2 серии) и др.

В самом конце 70-х благодаря стараниям Молодежной редакции на советском ТВ стала выходить новая программа «Веселые ребята». Она существовала года два в виде конкурса пародий (называлась «Молодежные вечера») и имела неплохой зрительский рейтинг. Правда, профессиональная критика ее поначалу не особенно жаловала. Так, 14 декабря 1979 года в газете «Советская культура» свет увидела критическая заметка кинокритика Юрия Богомолова, в которой тот констатировал следующее:

«Шутка, юмореска, пародия, реприза призваны вызывать как минимум улыбку, даже если они самодеятельные. Честно говоря, это редко удается «веселым ребятам»… Участники конкурса вместе с авторами программы так упорно избегают живых злободневных тем, что невольно обрекают себя на беспредметный, бессодержательный юмор…»

Однако с каждым новым выпуском передача набирала вес, и число критических замечаний в ее адрес таяло на глазах. Еще больший успех ее ожидал в 1982 году, когда к ее созданию приложили руку новые авторы во главе с режиссером Виктором Крюковым и редактором Андреем Кнышевым. Можно смело сказать, что в их исполнении эта передача превратилась в самую новаторскую на тогдашнем советском ТВ.

Кнышев и Крюков уже несколько лет работали на ТВ, но творчески ни разу не пересекались друг с другом. Хотя Кнышев часто слышал отзывы своих коллег о великолепных режиссерских способностях Крюкова и мечтал с ним поработать. И такая возможность ему вскоре предоставилась. Однажды Кнышев увидел сюжет, снятый Крюковым для популярной передачи «Адреса молодых», который произвел на него неизгладимое впечатление. Сюжет вроде был незамысловатый (речь в нем шла о молодой семье), однако то, как он был снят, какие выразительные средства при этом использовались, потрясло Кнышева, и он отправился к Крюкову, чтобы предложить ему делать вместе новую программу на базе «Молодежных вечеров». Видимо, аргументы Кнышева произвели на Крюкова хорошее впечатление, потому что он сразу же согласился участвовать в этой авантюре. В тот же день они уехали в Дом журналиста, где часов семь обсуждали концепцию новой передачи.

Первый выпуск «Веселых ребят», который назывался «О вкусах спорят», вышел в эфир 26 февраля 1982 года. Это было нечто! Ничего подобного до этого (да и после) на нашем ТВ не бывало. Это был некий синтез юмора и публицистики, настоящее клиповое кино, да еще насыщенное визуальными трюками самого высокого уровня. Это было настоящее телеВИДЕНИЕ, в эпоху телеСЛЫШАНИЯ. Самое удивительное, что даже столь необычная передача, которая вызвала непонимание и даже раздражение у руководства ЦТ, не была закрыта после первого же выхода в эфир, а продолжала существовать. Хотя попытки такие предпринимались неоднократно. Но обо всем по порядку.

Первый выпуск «Ребят» («О вкусах») вышел в эфир, когда председатель Гостелерадио Лапин был в отъезде – он находился в служебной командировке в Чехословакии. Сделано это было не случайно: дирекция «молодежки» прекрасно понимала, что будь Лапин на месте, никто бы не санкционировал выход подобной передачи в эфир. А тут повезло: начальство в отъезде – делай что хочешь. И оставшийся на «хозяйстве» Мамедов дал отмашку выпустить передачу в эфир.

Однако прошло всего лишь несколько дней после премьеры, и на очередной коллегии Гостелерадио Лапин извлекает на свет письмо одного из телезрителей, в котором тот сообщал, что в английской газете «Дэйли Мейл» прошла информация о том, что тамошние корреспонденты горят желанием встретиться с создателями оригинальной советской передачи «Веселые ребята». На основе этого Лапин сделал следующий вывод: как мы могли допустить, что из вражеского окопа в нашу сторону раздаются возгласы: «Нам нравится то, что вы делаете»? Почему, вопрошал далее Лапин, нас не хвалят корреспонденты «Правды», «Известий» или других наших газет, а буржуазные писаки это делают? Если это происходит, значит, мы делаем что-то не то. Резюме председателя было убойным: никаких «Веселых ребят» больше не будет! И действительно не было – несколько месяцев. Но затем история с письмом вроде бы забылась, в «молодежке» вновь зашевелились и выдали на-гора очередной выпуск «Веселых ребят» – «Семья». После его выхода история повторилась: передачу опять закрыли, чтобы через пять-шесть месяцев вновь открыть. И так было в течение трех-четырех лет, вплоть до перестройки. Эта история ясно указывала на то, что очень часто запреты на ЦТ носили чисто декларативный характер: то ли таким образом Лапин запудривал мозги высоким цензорам из Идеологического отдела ЦК КПСС, то ли вмешивались какие-то другие факторы. Как отметил один из авторов передачи Андрей Столяров: