Пугачева против Ротару. Великие соперницы

Брачный союз между двумя Овнами следовало бы сравнить с вулканом, имеющим сразу два кратера, причем один из которых всегда находится в рабочем состоянии. А это не лучший вариант взаимного контакта. Мужчина-Овен склонен к агрессии, не тактичен, не считается ни с чьими интересами. Женщина-Овен стремится в браке играть ведущую роль. Союз может быть плодотворным при условии, что каждый из партнеров будет относиться к другому так же хорошо, как к самому себе. Овен – знак яркий, свободолюбивый, следует признавать право показать себя и за партнером. Чтобы это не превратилось в конкуренцию, супруги должны «рулить» по очереди. Если не удастся достигнуть компромисса, то брак может прекратить свое существование уже в первые годы».

Как мы знаем, подтвердится именно второй прогноз. Как показывает практика, два Овена под одной крышей редко уживаются, поскольку достигнуть компромисса у них никак не получается – один всегда стремится подавить свободу другого. В нашем случае в качестве подавителя будет выступать Пугачева, которая с детства привыкла доминировать над мужчинами. Впрочем, до этого есть еще время, а пока молодые пытаются устроить свою жизнь под одной крышей.

С жильем молодоженам повезло: квартирой они обзавелись достаточно быстро. Благодаря стараниям директора Музыкального училища имени Ипполитова-Иванова Гедевановой, которая была еще и депутатом Ждановского района, им удалось получить комнату на той же Крестьянке (рядом с родителями Аллы). Пусть в старом, полусписанном доме-развалюхе, зато там у них была своя собственная комната (в другой проживала молодая семья с ребенком). Вместе со своим армейским другом Орбакас за два дня сделал там ремонт. Горячей воды, правда, в доме не было, но поблизости находились Воронцовские бани, которые молодожены стали посещать каждые выходные.

С рождением детей у Ротару и Пугачевой вышла следующая история – тоже весьма интересная.

Выйдя замуж, София стала мечтать поскорее родить ребенка, как будто чувствуя, что потом ни времени, ни удобного случая у них с мужем может и не быть. Однако Анатолий был против, считая, что это повредит их тогдашним творческим планам. В итоге больше года София терпеливо следовала желаниям мужа, пока наконец не пошла на хитрость. Она сказала супругу, что была у врача и тот якобы сказал, что она беременна. Мужу ничего не оставалось, как смириться. Правда, со дня этого разговора ждать пришлось одиннадцать месяцев, поскольку София забеременела… лишь два месяца спустя.

Будучи на пятом месяце беременности Ротару умудрилась сняться в первомайском «Голубом огоньке» (1970). Таким образом, это было ее первое появление в программе ЦТ, которую видела вся страна. Только вряд ли кто-то из телезрителей мог тогда себе представить, что эта хрупкая черноволосая девушка с Буковины, поющая украинскую народную песню, спустя несколько лет станет ведущей певицей советской эстрады.

Тем временем близилось время родов. В воскресенье, 23 августа 1970 года, будущая роженица собиралась отправиться с мужем на рыбалку, но его родители взбунтовались: мол, тебе рожать с минуты на минуту, а ты карпов собралась ловить?! Муж вернулся под вечер, и они с женой решили прогуляться – отправились в гости к знакомым коллегам-музыкантам. А на обратном пути у Софии вдруг начались схватки. Однако вместо того чтобы мчаться в роддом, роженица… поспешила домой, дабы погладить платье. И, только приведя себя в порядок, она разрешила мужу отвезти себя в роддом. Утром следующего дня певица благополучно разродилась мальчиком, которого счастливые родители назвали Русланом.

Именно в те самые дни, когда Ротару родила сына, Пугачева… зачала своего будущего ребенка. На дворе был конец августа 1970 года. В те дни Алла и Миколас впервые после долгого перерыва оказались в одной концертной бригаде и отправились на гастроли от Московской областной филармонии. Именно в короткой паузе между концертами в Ярославле и Хабаровске Пугачева и забеременела. Спустя месяц, уже в Москве, она сообщила об этом мужу. Причем однозначно сказала, что родится мальчик. Узнала она об этом не из результатов УЗИ (тогда их еще не делали), а из выводов своих подруг, которым она рассказала о своей беременности чуть раньше, чем мужу. Подруги же определили пол ребенка тоже не по научной методике, а исходя из своих знаний по астрологии и хиромантии: мол, звезды предсказывают, да и по линиям на ладони роженицы однозначно выходит – пацан. Короче, убедили будущих родителей в правильности своих выводов, и те даже имя первенцу заранее придумали – Станислав. Как мы теперь знаем, ошибочка вышла.

Разродилась Пугачева 24 мая 1971 года, явив на свет девочку, которую родители назвали Кристиной. Имя было выбрано не случайно: так звали главную героиню книги датского писателя, которую Пугачева читала в роддоме.

Между тем в ЗАГСе с этим именем тоже возникнут проблемы. Регистраторша заявит Миколасу, что таких имен в русском языке нет. Есть Христина, но оно попахивает религиозным душком. Однако отец ребенка настаивал на своем: хочу назвать свою дочь Кристиной. Видя его решимость, регистраторша решила подстраховаться: позвонила своему руководству и спросила, как быть. Там дали добро. Не своего же ребенка таким именем нарекали.

Первое время кроватки у новорожденной не было – Орбакас стоял за ней в очереди уже четыре месяца, но их никак не завозили. В итоге кровать у новорожденной появилась спустя несколько недель после появления на свет. Их неожиданно выкинули в центральном «Детском мире», на площади Дзержинского, и Пугачевой, которой об этом сообщили подруги, пришлось ехать туда самой (ребенка она оставила на соседей). Кровать она не только купила, но и сама довезла ее до дома (на метро, а потом на трамвае!) и сама же занесла ее на второй этаж. Орбакас потом никак не мог поверить в подобное.

Итак, 1971 год Пугачевой запомнился тем, что именно тогда она стала матерью. Что касается творческих успехов, то они были более чем скромными – была она в ту пору молодой и не слишком известной широкому кругу слушателей певицей. Однако амбиций у нее было выше крыше, и практически всем, кто ее тогда знал, она неустанно твердила: я буду знаменитой певицей. Но в эти заявления мало кто верил, включая и ее мужа. Но Пугачева упорно гнула свою линию и продолжала медленное восхождение на эстрадный Олимп. Так, в 1969 году она познакомилась с популярным композитором Микаэлем Таривердиевым (15 августа 1931 года), который в 60-е годы прославился музыкой к целому ряду фильмов: «До свидания, мальчики» (1964), «Прощай» (1966), «Последний жулик» (1967), «Пассажир с «Экватора» (1970). Благодаря его стараниям Пугачева спела за актрису Валентину Малявину все три песни в фильме Павла Арсенова «Король-Олень» (1970).

Вспоминает М. Таривердиев: «Вадим Коростылев написал сценарий по сказке Гоцци, и они с Пашей Арсеновым предложили мне сделать кинооперу. Мы начали работать, это было очень интересно именно потому, что это был не мюзикл, а опера. Незадолго до этого прошла картина Деми «Шербурские зонтики», и мы хотели сделать нечто подобное. Где был бы минимум текста и максимум музыки. Как раз в это же время я работал над своей первой оперой «Кто ты?», и весь курс Бориса Покровского из ГИТИСа, который принимал участие в ее постановке, мы задействовали и на съемках «Короля-Оленя». Все хоровые вещи пели они. Конечно, картина снималась так, что все сначала было записано, а потом уже были съемки. Именно тогда впервые появилась Пугачева, юная, никому не известная девчушка лет восемнадцати (на самом деле ей тогда исполнилось 20 лет. – Ф. Р.). Она показалась мне очень талантливой, гибкой и подвижной. Совсем ребенок…»

Знакомство с Таривердиевым сыграет в творческой судьбе Пугачевой значительную роль: помимо этого фильма, композитор чуть позже пристроит молодую певицу в куда более эпохальный проект – в телефильм «Ирония судьбы, или С легким паром!», где Пугачева споет песни, которые станут классикой советской эстрады и откроют ее имя многомиллионной аудитории.

В это же самое время своего композитора нашла и София Ротару, вернее, тогда еще София Ротарь. Речь идет о Владимире Ивасюке (4 марта 1949 года), который с 1966 года жил в Черновцах и писал песни. Правда, в отличие от благополучного и разрешенного Таривердиева, ему некоторое время приходилось скрывать свое подлинное имя под псевдонимом Весняный. Почему? Дело в том, что Ивасюк оказался замешан в националистическом движении, которое на Западной Украине всегда было достаточно сильным. За это его исключили из медицинского института, где он учился, после чего ему пришлось устроиться рабочим на завод «Легмаш». Там Ивасюк руководил хором, а также продолжал писать песни. Однажды он послал на областной конкурс под псевдонимом Весняный две песни – «Отлетали журавли» и «Колыбельная для Оксаночки», – и одна из них («Журавли») завоевала первую премию. Вскоре после этого надобность в псевдониме отпала.

13 сентября 1970 года Ивасюк в дуэте с певицей Еленой Кузнецовой выступил в передаче украинского ТВ «Камертон хорошего настроения», где они исполнили песню Ивасюка «Червона рута», которой суждено будет стать мегахитом. Смысл песни был незамысловат.

В Закарпатье есть такая легенда: в горах растет желтый цветок руты, который только один раз в году, в праздник, в ночь на Ивана Купала (конец июня), ровно в полночь лишь на несколько минут меняет свой желтый цвет на красный. И если повезет девушке в эту короткую минуту превращения желтой руты в красную сорвать цветок, то она сможет приворожить любого парня. После этого влюбленные будут любить друг друга и жить в согласии всю жизнь. По-украински «красный» значит «червоный». Поэтому когда украинцы говорят: «Червона рута», то это есть символ счастья и любви.

Червону руту не збирай вечорами.Ти ж у мене кохана, тiльки ти, повiр,Бо твоя врода, то э чистая вода,То э чистая вода синiх гiр…

Таким образом, первой исполнительницей этого легендарного шлягера была отнюдь не София Ротару. Она оказалась ее… пятым исполнителем. До нее песню спели: будущий создатель ВИА «Смеричка» Василий Зинкевич в фильме «Червона рута» (лето 1971 года), а в конце того же года на «Песне-71» он же исполнил ее в составе трио: Василий Зинкевич – Владимир Ивасюк – Назарий Яремчук. А София начала «греметь» на всю страну с этой песней чуть позже – причем «греметь» громче всех. Но вернемся к фильму «Червона рута».

Съемки его проходили в окрестностях города Яремча Ивано-Франковской области. Сюжет у этой музыкальной мелодрамы был следующий. В поезде познакомились двое молодых людей: карпатская девушка Оксана (София Ротару, вернее, тогда еще – София Ротарь) и молодой шахтер Борис (Василий Зинкевич). Потом они расстаются, но Борис никак не может забыть свою попутчицу. Поэтому он отправляется на ее поиски и в итоге находит девушку. Друзья приглашают их спеть на концерте для отдыхающих, где они исполняют несколько песен (легендарную «Червону руту» поет Зинкевич). Причем у Софии песен оказалось больше. Это были: «Сизокрылый птах» («Сизокрылая птица»; итальянский шлягер «Бесконечность», переведенный Ивасюком на украинский язык), «Нарисуй мне ночь», «Ходит осень», «Там, где горы и леса», «Отлетали журавли», «Ты вернешься, любимый», «Пришла весна», «Ничья», «Покинутые цветы».

Песню Ивасюка «Водограй» Ротару и Зинкевич исполняли в фильме дуэтом, однако за кадром звучали не их голоса. Вокал обоих не понравился авторам фильма, и они записали его с другими исполнителями: уже известным нам певцом Назарием Яремчуком и солисткой ВИА «Смеричка» Марией Исаак (вскоре после премьеры фильма 1 января 1972 года она родит сына и оставит эстраду в отличие от Софии, для которой рождение ребенка не станет препятствием в развитии карьеры).

1971 год запомнился Ротару и другим событием, которому суждено стать эпохальным. В октябре при Черновицкой филармонии был организован вокально-инструментальный ансамбль «Червона рута». Идея его создания принадлежала Анатолию Евдокименко, который задумал таким образом сделать знаменитой на всю страну свою жену. Эту идею целиком поддержал и старший брат Анатолия – Валерий, который, используя свои высокие связи (как мы помним, он был секретарем горкома), выбил под это дело необходимые средства из городского бюджета. В итоге солисткой ансамбля была определена София Ротару с ежемесячным окладом в 150 рублей (плюс концертная ставка). Директору филармонии Пинкусу Абрамовичу Фалику (кстати, до войны он был продюсером английской певицы Джерри Скотт) было дано задание всячески способствовать популяризации нового коллектива, а также предоставить ему режим наибольшего благоприятствования.

Все тот же Валерий Евдокименко решил для молодых и жилищный вопрос, выбив для Софии и Анатолия отдельную жилплощадь – двухкомнатную квартиру в Черновцах на улице, носящей имя легендарного героя гражданской войны Николая Щорса. Короче, Ротару были созданы все условия для того, чтобы она, не заботясь о тылах, начала полномасштабное наступление на главном эстрадном фронте и достаточно быстро вошла в орбиту славы, минуя многие препятствия, которые другие ее предшественницы, вроде Ольги Добрянской или Лилии Сандулесу, преодолевали в течение долгих лет. У Софии все получилось гораздо быстрее, благодаря активной помощи заинтересованных лиц.

Кстати, обращаясь к астрологии, отметим, что все это было опять же закономерно. Почему? Дело в том, что 1971 год был годом Свиньи, а именно под этим знаком родилась героиня нашего рассказа – София Ротару. «Именной» год сулит имениннику хорошие перспективы, а также открывает новый 12-летний цикл в его жизни. Что, собственно, и случится с Софией – предстоящее двенадцатилетие станет для нее поистине триумфальным.

Что касается другой героини нашего повествования – Аллы Пугачевой, то ее «именной» год Быка случится чуть позже (в 1973-м), после чего и у нее начнется не менее триумфальное 12-летие. Но до этого пока еще есть время, и Алла, в отличие от Софии, довольствуется более скромными ролями, хотя эти роли играются ею на том же поприще, что и ее будущей соперницей – на вокально-инструментальном. То есть Пугачева ищет свое творческое счастье в составе ВИА.

Вообще течение ВИА появилось на советской эстраде в 1966 году, как ответ власти на растущую популярность среди молодежи рок-групп (их рост был вызван творчеством английской биг-битовой группы «Битлз»). Чтобы отвадить молодых людей от рок-музыки, в ЦК ВЛКСМ и был придуман следующий ход: создавать ВИА, которые должны были в конкурентной борьбе, где значительные преференции со стороны властей создавались исключительно для ВИА, «задавить» рок-группы.

Первый ВИА возник в Ленинграде в 1966 году и назывался «Поющие гитары» (руководитель – Анатолий Васильев). Два года спустя в Москве был создан ВИА «Веселые ребята» (руководитель – Павел Слободкин). А с 1969 года процесс создания ВИА был поставлен в СССР на поток. Именно тогда на свет появился и первый фолк-поп-ВИА «Песняры» из Белоруссии. Возникновение этого коллектива даст старт созданию в СССР многочисленных фолк-ВИА, в том числе и «Червоны руты» с Софией Ротару в роли солистки.

Как покажет будущее, это будет последний сильный всплеск фольклорного бума на советской эстраде, когда интерес к фолк-песне у массового слушателя будет находиться на достаточно высоком уровне. Именно на волне этого бума и сделают себе карьеру те же «Песняры», «Ариэль», «Смеричка», «Чаривни гитары», «Ялла», «Гая», да и та же «Червона рута». К концу 70-х эта волна начнет спадать, в том числе и под влиянием политического фактора – разрядки (или конвергенции мелкобуржуазного типа, которая зародилась еще в годы правления страной Н. Хрущева – в начале 60-х).

Конвергенция была разработана западными политтехнологами с целью «удушения в объятиях» Советского Союза. Советское руководство эту наживку заглотило, видимо, рассчитывая мелкими вкраплениями отдельных элементов капитализма в советскую экономику и идеологию придать импульс советскому проекту. Оживление действительно произошло, но это было то самое оживление смертельно больного человека, который перед уходом в мир иной внезапно чувствует прилив сил. Конвергенция, не обеспеченная диктатурой закона и главенством национальных приоритетов, развратила советскую элиту, после чего начался стремительный процесс ее переориентации в сторону от социализма к капитализму. Тот самый процесс, который в народе именуют «рыба гниет с головы». Этот процесс приведет в том числе и к тому, что в той же культуре национальный мотив будет постепенно вытеснен наднациональным. Впрочем, об этом у нас еще будет время поговорить чуть ниже, а пока вернемся к событиям самого начала 70-х.

Итак, как и София Ротару, Алла Пугачева в те годы тоже начала сотрудничать с ВИА. И в 1970 году стала солисткой ансамбля «Новый электрон» из Липецкой филармонии, который базировался в Москве. Сосватал ее туда ее старый приятель с Воронцовской улицы Валерий Приказчиков, который был руководителем «Электрона».

Отметим, что стоило Пугачевой только объявиться в филармонии, как на нее тут же положил глаз один из тамошних руководителей области. Он слыл большим женолюбом и не пропускал мимо себя практически ни одной юбки. Вот и новенькую солистку «Нового электрона» он как-то пригласил в свой кабинет и вкрадчивым голосом стал интересоваться, а не боязно ли ей мотаться со своим ансамблем по самым глухим уголкам провинции. «Но это же моя работа», – недоуменно пожала плечами Пугачева. «Работа разная бывает, – гнул свою линию руководитель. – Например, я мог бы замолвить за тебя словечко перед филармонией, и ты бы как сыр в масле каталась». – «А что для этого нужно?» – спросила гостья, которая по лоснящимся от похоти глазам хозяина кабинета уже начала догадываться о его намерениях. «Ровным счетом сущие пустяки, – оживился руководитель, подошел к креслу, где сидела Пугачева, и нежно положил свои руки ей на плечи. – А нужно мне, милочка моя…»

Однако гостья не дала ему договорить. Выскользнув из его цепких рук, она чуть ли не по стеночке попятилась к двери. «Я подумаю над вашим предложением», – только и сумела выдавить из себя Пугачева, спиной открыла дверь и выскользнула в коридор. История продолжения не имела, поскольку Пугачева сделала все возможное, чтобы больше на глаза этому человеку не попадаться.

София Ротару в подобные ситуации не попадала, да и не могла попасть, поскольку за нее было кому заступиться. Во-первых, руководителем ВИА, где она пела, был ее супруг, во-вторых – куратором ансамбля был брат Анатолия, который занимал высокий пост в Черновицком горкоме партии. Если бы кто-нибудь из чиновников позволил себе распускать руки по адресу Софии, то долго в своей должности он бы вряд ли задержался. Поэтому желающих до молодого тела Ротару не было. Вернее, они, конечно же, должны были быть (все-таки София всегда была женщиной красивой), но, зная, кто стоит за ее спиной, подобного рода воздыхатели вынуждены были оставлять свои чувства при себе. У Пугачевой, как мы видим, ситуация была иная – ей первое время приходилось бороться за свою честь собственноручно, не рассчитывая на чью-то влиятельную поддержку со стороны.

Не секрет, что многие молодые певицы, поставленные перед тем же выбором, что и Пугачева, вынуждены были уступать притязаниям высокопоставленных кавалеров. За это они имели звания, хорошие ставки и другие блага, позволявшие им вести достаточно безбездное существование. Пугачева шла иным путем: дорогу к славе она прокладывала не собственным телом, а талантом. За что поначалу и «огребала» по полной программе. На рубеже 70-х будущая Примадонна являла собой типичного представителя самого низшего эшелона отечественной эстрады. Разъезжала с мало кому известным ансамблем по городам и весям, жила в самых дешевых провинциальных гостиницах, где по коридорам косяками бегали тараканы и даже крысы. Обедала в зачуханных столовых, а иной раз и прямо в гостиничном номере, для чего с собой на гастроли брался самодельный кипятильник и маленькая электроплитка. Одевалась она тоже бедно – иной раз подолгу ходила в одной-единственной водолазке. Да и как было разгуляться, если ее концертная ставка в те годы равнялась 7 рублям за концерт. Короче, глядя на нее тогдашнюю, даже во сне никому не могло присниться, что каких-нибудь пять-шесть лет спустя она станет мегазвездой советской эстрады.

А пока на вершине эстрадного Олимпа сияли другие звезды. Это были: Эдита Пьеха, Людмила Зыкина, Майя Кристалинская, Лариса Мондрус, Нина Дорда, Мария Пахоменко, Галина Великанова, Тамара Миансарова, Галина Ненашева, Александра Стрельченко, Вероника Круглова, Мария Лукач, Ирина Бржевская, Алла Иошпе, Нина Пантелеева. Именно их лица мелькали на голубых экранах, их песни транслировало радио, а портреты красовались на обложках глянцевых журналов типа «Огонька» или «Работницы».

Глава 2

София вырывается вперед

Той же осенью 71-го, когда Ротару стала солисткой ВИА «Червона рута», Пугачева сменила место работы – ушла в ВИА «Москвичи», куда ее позвал ее хороший знакомый – Олег Непомнящий. Отметим, что чуть позже он же станет администратором Ротару, что в контексте нашей темы весьма символично. Впрочем, не будем забегать вперед.

В самом начале 1972 года Пугачева ушла из ВИА «Москвичи» и влилась в куда более раскрученный коллектив – в оркестр Олега Лундстрема. Ее дебют на столичной сцене в составе этого знаменитого оркестра состоялся в начале года. 25–27 февраля в ГЦКЗ «Россия» прошли концерты, посвященные 15-летию со дня основания этого коллектива. В представлениях приняли участие артисты, которые в разные годы имели счастье работать у Лундстрема: Галина Ненашева, Валерий Ободзинский. Молодую смену представляли Алла Пугачева, Майя Розова, Дмитрий Ромашков и Валерий Песельник. Спустя две недели в «Вечерней Москве» появится рецензия Ю. Дмитриева на эти концерты, в которой несколько строк будет посвящено героине нашего рассказа. Причем не самых теплых строк. Цитирую:

«Что касается певцов, то А. Пугачева, кажется, только начинает, и пока ее исполнение лишено теплоты, полного слияния исполнительницы с музыкой…»

Почти в это же самое время с концертами в Москву приехала и София Ротару со своим ВИА «Червона рута». Это был ее первый приезд в столицу в составе нового коллектива. Правда, в тот раз они выступили не в самой Москве, а в Звездном городке перед космонавтами. Как писал музыковед Р. Виккерс:

«Первым стартом, боевым крещением нового коллектива стало выступление в Звездном городке. Космонавты, по убеждению всех эстрадных артистов нашей страны, – самые высококвалифицированные, самые требовательные и чуткие зрители. К концертам перед ними относятся трепетно, как к самым ответственным просмотрам. «Червона рута» успешно сдала первый экзамен.

– Ваши песни, – сказал летчик-космонавт Г. Шонин, – мы понесем в сердцах в космические просторы…»

Учитывая, какую роль в тогдашнем советском обществе играли космонавты (они были подлинными героями, к мнению которых прислушивались многие, в том числе и власти предержащие), можно смело сказать, что это «космическое» напутствие дорогого стоило. Тем более что и год на дворе стоял знаменательный – год 50-летия со дня образования СССР (1922). Это событие должно было отмечаться в декабре 1972 года, однако весь год фактически проходил под знаком этой юбилейной даты. В том числе и на советской эстраде, на которой именно тогда произошла поистине эпохальная перетряска – на эстраду были выпущены десятки новых артистов, которые должны были представлять многонациональные советские республики. Среди тех, кто стартовал в тот период (1972–1974), можно назвать следующих артистов: от РСФСР – Лев Лещенко, Валентина Толкунова, Геннадий Белов, Людмила Сенчина, Екатерина Шаврина, Сергей Захаров, Светлана Резанова, Маргарита Суворова, Евгений Мартынов, Александр Градский; от Украины – София Ротару; от Молдавии – Надежда Чепрага; от Узбекистана – ВИА «Ялла» и Рано Шарипова; от Эстонии – Яак Йоала; от Татарской АССР – Ренат Ибрагимов; от Якутской АО – Кола Бельды и др.

Чтобы отправиться в свои первые широкомасштабные гастроли по стране, приуроченные к 50-летию со дня образования СССР, Ротару требовалось сдать свою концертную программу Министерству культуры УССР. Но с первого захода это сделать не удалось. Программа должна была быть праздничной, оптимистичной (все-таки юбилей на носу!), а у Ротару оказалось несколько песен из разряда грустных – например, знаменитая «Враги сожгли родную хату» М. Блантера и М. Исаковского (ее первым исполнителем был Марк Бернес). Собственно, проблема решалась просто: требовалось изъять подобные песни из программы, и все бы обошлось. Однако минкультовские чиновники уперлись: дескать, дело не только в отдельных песнях, но и во всей программе – достаточно слабой, как они считали. Судя по всему, это была отговорка для того, чтобы отправить в гастроли по стране не коллектив Черновицкой филармонии, а кого-нибудь другого (то есть дело было в неких подковерных интригах). Видимо, руководитель филармонии Пинкус Абрамович Фалик это прекрасно понимал, поэтому решил действовать напрямую через Москву. Он позвонил своим знакомым из союзного Минкульта, и те разрешили ему, в обход всех разрешений (то ли в знак уважения к его былым заслугам, то ли за элементарный «откат», который практиковался и в советские годы, но в гораздо меньших размерах), включить ВИА «Червона рута» в программу «Звезды советской и зарубежной эстрады». Ротару и ее коллектив попали в компанию к артистам из ГДР, ЧССР, Болгарии и Югославии. От Советского Союза в той программе участвовал также молодой Лев Лещенко. Именно с гастролей 1972 года, по сути, и началась профессиональная карьера Ротару: ее впервые увидел зритель не только Украины.