Кулинарная книга инспектора Барбеллы

Ойкнул, видно, тоже досталось, но на ногах устоял. А вот я стояла в этот момент только потому, что начальник крепко держал меня за плечи на расстоянии вытянутых рук.

– Что это? – просипела я, с трудом размыкая губы. – Что это, мать вашу водяную, сейчас было?

– Артефакт связи Николаса нашего Бельфо, – слегка нервно ответил начальник. – Макс, верни пакет Ритте.

– Бельфо? – почти одновременно сказали мы.

– Того самого Николаса Бельфо, который за сто лет до Лионеля поразил своим кулинарным талантом эльфийского короля и получил за это графский титул? – с благоговением выдохнул Макс, протягивая мне источник новой головной боли.

– Того самого Бельфо, дела которого до сих пор изучают в полицейской академии? – недоверчиво уточнила я, с опаской принимая пакет.

– Того-того, – подтвердил Поллак. – В связи с особыми обстоятельствами я потребовал выдать это тебе, как агенту под прикрытием. Вместо артефакта связи, потому что на самом деле Бельфо был шпионом и с помощью этой книги отправлял руководству свою информацию.

Ого. Разносторонний, однако, был господин. И кашеварил у эльфов, и махинации проворачивал такие, что за сто лет никто повторить не то что не смог, а не пытался, даже, говорят, стихи писал. И вот, оказывается, ещё и шпионил. Должно быть, и магией владел, иначе так бы по мне не вдарило.

– А инструкция есть? – спросила я, крутя в руках невзрачного вида блокнот, с которого от этого слетела упаковка.

Обложка была заляпана какими-то пятнами, напоминавшими не то кровь, не то томатный соус, а страницы выцвели и пожелтели.

Капитанского племянника больше интересовали рецепты, и он сунул нос прямо в самый затёртый разворот – ну то есть блокнот вдруг сам так раскрылся. Красивым каллиграфическим почерком, слегка подвыцветшими чернилами (тут сомнений быть не могло, чернила есть чернила) там был написан заголовок «Индейка со сливами и изюмом», а потом и сам рецепт.

– Что там? – с напряжённым интересом спросил капитан.

Я перевернула страницу и прочитала:

– Забудь своё имя.

Начальник нервно вздрогнул, и тут Макс совершенно спокойным тоном сказал, что так назывался самый знаменитый сто лет назад десерт на основе заварного крема и игристого вина. И что о нём писали в каждой мало-мальски романтической книжке, и в зависимости от ситуации юным прелестным девицам этот десерт дарил или коварный соблазнитель, или свежеиспеченный нелюбимый муж, после, конечно, становящийся любимым. Просто чудеса творил десерт.

– Этот рецепт считался утраченным! – экспрессивно закончил повар. – Как же нам повезло, наверняка там есть и другие оригинальные рецепты того времени!

– Может, и есть, да не про твою честь, – не поддержал его энтузиазм дядя. – Ритта, ты просила инструкцию. В конце блокнота чистые листы, якобы для записей. Если тебе понадобится что-то сообщить или нужна будет помощь, напиши там об этом, и я тут же прочитаю и помогу.

Капитан вытащил из того же кармана другой пакет, так же запечатанный и перевязанный бечевкой. Видно, это была пара для моего. Помнится, в академии нам рассказывали про парные артефакты – вроде шифровщика и дешифровщика, но настолько бегло, что я и запомнила-то только потому, что память тогда легко собирала весь доступный информационный мусор.

– Второй блокнот был у связного Бельфо, – пояснил Поллак. – И большая удача, что оба артефакта до сих пор в рабочем состоянии.

– Удивительно, что они почему-то оказались на вашем складе, а не в музее кулинарного искусства, – под нос пробормотал его племянник. – Это же раритет! Рукописная кулинарная книга Николаса Бельфо! Да мне никто не поверит, если я расскажу, что…

– Вот и помалкивай, – быстро перебил его дядя.

Хотя какая разница, если всё равно не поверят. Но видимо, капитан сильно рисковал, доставая из магхранилища такую уникальную штуку. Поэтому стребовал с Макса подписку о неразглашении.

В общем-то правильно, гражданские бывают такими беспечными… Уж кому, как не мне, об этом знать?

– Главное, Барбелла, без дела в эту книгу не лезть, – пояснил и так понятное капитан. – Либо смотришь рецепт, либо связываешься со мной. И никому, слышишь, никому не давай её в руки, потому что, как понимаешь, тут мощная магозащита, даже тебя шарахнуло, а уж случайный человек и вовсе может пострадать.

– Поняла, книжонку никому не давать, – бодро ответила я. – Разрешите идти?

– Идите, – по привычке ответил капитан.

Потом плюнул, вспомнил, что мы не в его кабинете, и потребовал у племянника какой-нибудь ужин. Я в это время дрожащими от радости руками снимала с себя поварской фартук и прикидывала, что даже, возможно, успею перед игрой забежать за пивом.

Капитан поймал меня чуть ли не за шкирку и в самый последний момент.

– Стой, провожу, – буркнул он.

– А? Чегось? – не поняла я.

– Тогось, – отбрил он. – Краб на свободе, а ты завтра должна в целости и сохранности прибыть на шоу Пятого королевского.

– Но… я пива хотела купить, – похлопала я ресницами по всем правилам искусства.

– Макс, есть пиво? – уточнил начальник.

Его племянник поднял глаза к потолку, но выдал мне две бутылки из своего холодильника. Жмот!

«Коты» сыграли два один, от счастья хотелось плясать, и я одним махом допила остатки пива. Послать, что ли, соседского мальчишку за добавкой? Парень он был шустрый, обернулся бы мигом, но тут я вовремя вспомнила, что время позднее, и бездумно подошла к окну, заметив смутную тень, которая быстро растворилась среди других теней возле тёмного дома напротив.

Нет, Краб не мог прямиком из Мариньяго направиться по моему адресу. Опасения потонули в эйфории, «Коты» – мои лапочки! Все до одного! Так что спать, Барбелла, спать. Завтра у тебя тяжёлый кулинарный день.

Капитан приехал за мной, чуть рассвело. Конечно, я не выспалась, конечно, спросонья надела форму, а потом уже было жаль тратить время на переодевание.

– А неплохо, Барбелла, – похвалил начальник. – Пусть все видят, какие полицейские у нас в Альвалене. Где остальные вещи?

– Какие ещё вещи?

– А ты там и спать будешь в форме? – слегка преувеличенно удивился начальник. – Барбелла, я же предупреждал, что из особняка Лионеля просто так не выйти.

Пока Поллак распространялся о том, что все, кто попал на шоу Пятого канала, остаются в заложниках у камер и кулинарии до тех пор, пока лучший повар королевства не выгонит, я быстро соображала, что взять.

Мракова бездна, забыла напрочь, а ведь кто-то, не то Кассидис, не то лейтенант, предупреждал, что на съёмках придётся и есть, и спать, и быть всё время рядом с поваром-крикуном. Пришлось впопыхах кидать в спортивную сумку зубную щётку, любимые тапки, майку с трениками, полотенце и чистое бельишко.

В результате моих сборов и утренних пробок мы приехали к особняку с опозданием в полчаса. Портик и каменные львы на высоком крыльце не проявляли гостеприимства, да и на стук в дверь никто не отзывался. Капитан достал свой бормотунчик и уже почти начал набирать абонента, когда из ближайшего подвального окошка, забранного решёткой, высунулось бестелесное нечто и уставилось на нас немигающим взглядом воображаемых глаз.

Рука привычно нашарила пистолет, хотя против немёртвых оружие помогало слабо. Останавливало на какое-то время, конечно, но лишь на какое-то.

– Пссс, – прошипело нечто, трансформируясь в подобие бледного лица с провалом тёмного рта. – Вы на съёмки? Идите к боковой калитке, я открою.

Мы с капитаном переглянулись, и почему-то показалось, что он совсем не удивлён и даже знает, в какую сторону идти. И точно, пройдя за ним следом вдоль узорной решётки, ограждавшей особняк, я действительно заметила приоткрытую калитку. По дороге, конечно, бухтела, что лучше уж один на один с маньяком, чем на съёмках с немёртвыми.

– Тихо, он может услышать, – приказал капитан таким тоном, что я заткнулась. – Это редактор программы Феликс Командорофф, и да, он вампир. Не зли его, Барбелла, слыхала, поди, какие дети ночи вспыльчивые.

Да к водяной матери ваших вспыльчивых вампов-редакторов, предупреждать же о таком надо!

– А я говорил тебе, посмотри хотя бы одно шоу Лионеля, – упрекнул начальник. – Минус тебе за подготовку к внедрению. Феликс всегда работает на всех шоу Оллари, они чуть ли не с пелёнок вместе, так что редактор тоже в курсе, зачем ты здесь.

– А рассказать мне об этом заранее? – прошипела я не хуже немёртвого Феликса. – Я бы хоть серебряных пуль прихватила.

– Ха, – только и сказал начальник, потому что в этот момент мы уже подошли к задней двери особняка, где нас встретил сам крикун Оллари, он же живая кулинарная легенда.

– Что вас так задержало? – сухо бросил он капитану. – Съёмка вот-вот начнётся, а я хотел поговорить с инспектором Барбеллой о своих делах прямо сейчас.

– Потом поговоришь, – рядом с Лионелем прямо из воздуха соткался очень свойский тип в простых матросских штанах из выбеленной парусины, майке с весёленьким котиком на груди и всклокоченными цветными волосами.

Я не вру, волосы у него действительно были выкрашены в полный спектр радуги, а в ухе болталась длинная золотая серьга в пиратском стиле.

– Феликс, – он протянул мне вполне материальную руку, запястье которой было обмотано кожаным браслетом с заклёпками-якорями. – Ритта, ко мне на ты и без церемоний, и пойдём скорей в студию.

Я руку пожала, всё же в полиции служу, подумаешь, вампир. Но о серебряных пулях пожалела. Капитан протянул мне контейнер с севиттой, с которой мне предстояло войти на шоу Пятого королевского, а Лионель недовольно процедил, что ему срочно, просто срочно нужно пообщаться с инспектором Барбеллой.

– Кастинг отснимем, на монтаж отправим, вот тогда и общайся, – с ласковой улыбкой ответил ему немёртвый.

– Но потом у нас начнётся шоу! – возмутился повар.

– Я дам вам полчаса, – пообещал ему редактор. – Ритусик, в студию.

И такой он был милаха, что я даже не стала исправлять его вариант моего имени. Махнула рукой капитану и пошла следом.

За спиной Лионель прощался с Поллаком, а впереди… Впереди меня ждал отбор.

– Будь собой, Ритусик, отвечай на вопросы не думая, – ласково журчал на ухо редактор. – Сначала запишем небольшое интервью, а потом…

– Севитта испортится, – осторожно возразила я.

Не то чтобы сильно хотелось поспорить, просто на самом деле жалко, если еда пропадёт. Даже такая.

– Не переживай, красавица, мы поставим её в холодильник, – и дружелюбный вампир протянул свои конечности к моему контейнеру и прочему багажу.

Вот тут я почему-то вспомнила, что свои вещи не стоит отдавать первому встречному немёртвому, а за ласковой маской мелькнули… не клыки, но что-то такое… трудноуловимое в блеске стальных глаз.

– Благодарствуйте, дядечка, – хмыкнула я. – А вы знаете, что применение гипноза к представителю полиции приравнивается к прямому покушению?

– Да брось, какой гипноз? – ничуть не испугался он. – Просто небольшое воздействие, чтобы ты расслабилась и не переживала.

– Господин Командорофф, вы же в курсе, зачем я понадобилась шефу Лионелю? О чём тут переживать, – вежливо и прохладно высказалась я. – Во время съёмок мои вещи должны быть под охраной или в сейфе, вам понятно?

– Ритусик, – непонятно чему восхитился вамп, – если бы ты не пришла из-за проблем Лионеля, тебя следовало бы придумать! Давай скорее запишем интервью, пусечка моя!

Для съёмок в особняке был выделен целый этаж, но если кто-то (к примеру, я) думал, что студия – это отдельное помещение с кучей камер и операторов, то всё было вообще не так. Камеры тут были везде, и потом оказалось, что в интервью попало и моё требование про вещи, и кое-что ещё, в общем, репутацию злобной полицейской мегеры я получила не напрягаясь.

Оператором у вампира был не кто-нибудь, а самый настоящий дварф. Все знают, что эти ребята молчаливы и дотошны, хотя редко кто видел их как я сейчас, практически на расстоянии вытянутой руки.

– Ритта Барбелла, эпизод первый, мотор, – распорядился Феликс, едва усадив меня на красивом кожаном диване, фоном которому служила стена с ярким постером классической библиотеки в тёплых охристых и коричневых тонах.

– Расскажи, зачем ты пришла на шоу, – вопросики у вампа были стандартные, это меня ещё вчера Макс предупредил.

Интересно, что повар божий милостью сделал из порубленной мной капусты? Я невольно улыбнулась, представив его погребённым под капустной горушкой, и почти простила жмоту две бутылки пива (мог бы дать и три). Вамп немедленно заметил перемены в настроении.

– Ритусик, соберись, – расплылся в улыбке он. – И скажи уже дяде Феликсу, зачем тебе шоу нашего Лионельчика.

– Хочу подержать в руках его кулинарную книгу, – ничуть не соврала я, возвращаясь в реальность.

– О, так ты нацелилась на главный приз, – обрадовался вамп. – Хочешь открыть свой ресторан?

– Ресторан – это такая морока, – покачала я головой. – Думаю уволиться со службы и целыми днями ничего не делать.

– Отлично, – настроение у вампа всё больше повышалось, так что захотелось сказать ему какую-нибудь гадость. – Расскажи зрителям, что ты принесла на отборочный тур.

Презентация испорченной Максом севитты со вчерашнего дня сидела в моей черепушке и ждала, когда я выдам её желающим словами через рот, так что тянуть не стоило.

– Канаребис? Это интересно, – похвалил Феликс. – Судьям понравится, им и внушать особо ничего не придётся.

– Ты серьёзно? – неожиданно я тоже перешла с немёртвым на ты. – А люди знают, кто тут решает на самом деле?

– Ой, да какая им разница, – отмахнулся вамп. – Ведь они же статисты, которые играют свои крошечные стандартные роли. А за популярность шоу отвечает кто, как думаешь? И уж поверь, я делаю для этого всё.

Дварф, хотя мне и было плохо видно из-за яркого света, показал вампиру большой палец.

– Выходит, ты выбираешь участников, – надеясь, что это тоже покажут в интервью, сказала я. – Наверное, и кто победит, решаешь?

– А тебе палец-то в рот не клади, – широко улыбнулся вамп. – У нас контракт на три съёмки, но я предлагаю тебе остаться до полуфинала. В финал тебя не протащить, там уже другие ставки, – вздохнул он, – а вот до полуфинала я тебя дотяну.

Очень хотелось открыто послать его к водяной матери, но я туманно обещала подумать. Такие, как этот Феликс, могут сильно осложнить жизнь, если что-то пошло вразрез с их планами. Насчёт взрывного темперамента, как говорил Поллак, не знаю, но вампам не надо взрываться, чтобы устранить проблему. А я совсем не хотела тратить силы на противостояние. Мне ещё Краба ловить, на минуточку.

– Раз ты тут главный, расскажи про книгу Оллари, – предложила я, когда после интервью Феликс лично взялся за «оформление подачи» (он так сказал) моей севитты.

Уличная еда – она и есть уличная. Я даже не представляла севитту в глубокой тарелке на деревянной доске с лежащим вокруг веером хлебушком. В Альвалене севитту разливали в высокие одноразовые стаканы, и хорошо, если выдавали при этом одноразовую ложку.

Вампир проводил меня до двери, даже толкнул её, чтобы я с доской-подносом прошла без приключений, а сам испарился.

Передо мной был здоровый, под стать особняку, зал, залитый ярким искусственным светом, а у дальней стены за накрытым скатертью столом стояли Лионель, его заместительница Доминика и… мракова бездна, вамп. Интересное свойство одновременно быть в разных местах.

Чеканя шаг, я пронесла севитту через зал и поставила перед судьями. Отошла на место, помеченное на полу жирным меловым крестом, и второй раз за день выдала историю про лучшую уличную еду, в которую добавлены канаребис и консервированные помидоры вместо свежих.

Лионель с интересом принюхался и взял ложку.

– Это прекрасно, что вы принесли на отбор любимую в этом славном городе севитту, – произнёс он торжественно. – Подача великолепна, сейчас узнаем, каков вкус.

– Уммм, – Доминика тоже зачерпнула и отправила ложку в рот. – Вкус необычный, освежающий и пряный. Вы добавили в соус хрен и имбирь?

– Их самых, – подтвердила я.

– Сегодня с нами на дегустации бессменный редактор шоу «На кухне с Лионелем» Феликс Командорофф, – повернулся к вампу лучший повар королевства. – Что скажешь, Феликс?

– Идея достойна уважения, – подмигнул мне вамп, – подача на уровне, а Ритта призналась на интервью, что мечтает о главном призе. Я считаю, что мы не можем отказать девушке из полиции с таким блюдом и такой подачей.

– Согласна, – поддержала его Доминика. – Твоя очередь, шеф.

– Запомните это сочетание соуса, канаребиса и креветок, – обратился ко мне Лионель. – В будущем вполне можно сделать этот рецепт своей фишкой. Ритта, вы в моём шоу.

– Снято, – оповестил всех непонятно откуда возникший дварф, избавляя меня от необходимости благодарить или проявлять эмоции.

Доминика тут же стряхнула с лица благожелательное выражение, а Лионель обежал стол и мгновенно оказался рядом.

– Инспектор, у нас мало времени, давайте поговорим без…

– Шеф, мне нужно дописать с ней пару вопросов, – перебил его вамп. – Мы быстро.

– Ещё вопросы? – возмутились мы почти одновременно.

– А как же, пусть расскажет зрителям, как волнительно ей было на кастинге, и что шефы Лионель и Доминика дали ей шанс с этой уличной едой.

– Потом допишешь, – с рычащими интонациями ответил Лионель, – и не спорь со мной на моём же шоу. За мной, инспектор.

– Совсем распустился, – буркнул вамп и, почти ожидаемо, растаял в воздухе.

– Зачем вам этот вампир? – тут же поинтересовалась я. – Разве дети ночи не опасны?

– Это маговидение, – слегка свысока бросила живая кулинарная легенда. – У меня лучшая команда в королевстве, и, представьте, инспектор, среди них есть не одни феи.

Я пожала плечами и подумала, что в таких условиях может потребоваться не только серебро: мало ли что. Нет, я не ксенофобка какая-то, прекрасно знаю, что в столице есть целые кварталы иностранцев. Да и у нас в Альвалене можно встретить фею-другую, но всё же с людьми как-то привычнее.

Мы шли по лестнице на третий этаж, и я от нечего делать считала магокамеры, которые тут были буквально на каждом шагу. Логично, что Лионель не стал говорить о своей пропаже под их прицелом. На третьем этаже камеры тоже были, но не в таком количестве. А потом он открыл дверь и впустил меня в кабинет – нормальный классический кабинет с зелёной ковровой дорожкой, тёмными стеллажами для книг и огромным рабочим столом, вид которого наводил тоскливые мысли о бесконечных отчётах.

– Инспектор, прежде всего хочу вас поблагодарить за деликатность в ваш прошлый визит. Тётя Августа мне всё рассказала, – начал Лионель строго и без уже привычного надрыва. – Вы оказали мне услугу, и поверьте, моя благодарность…

От удивления я даже назвала его шефом.

– Не стоит, шеф. Лучше расскажите о своей теперешней проблеме, чтобы я могла вам помочь как можно скорее.

– Пропала моя книга, – спокойно ответил он. – Кулинарная книга рода Оллари, которая должна была стать главным призом нынешнего сезона.