Автомат и небо

© Сергей Редков, 2016

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Редков Сергей Александрович. Музыкант. Поэт. Прозаик.  Родился в Туле в 1978 году. В 2005 окончил Московский Государственный Университет Культуры и Искусств (МГУКИ). Стихи и проза автора были напечатаны в газете «Тульский литератор», в журналах «Русский писатель» (Санкт-Петербург), «Студенческий меридиан» (Москва), в альманахах «Иван-озеро», «Порог-АК», «Литературная Тула», «День Тульской поэзии» и др.  В 2011 году стал обладателем гран-при конкурса «Мой Пушкин. Регулярно выступает на поэтических площадках Тулы и области. Автор нескольких поэтических сборников.

Потомок царя Мидаса

Всё началось в тот вечер, когда в мою холостяцкую квартиру заглянул старый приятель и важно, с достоинством произнёс:

– Хочешь не хочешь, а называй меня с этого дня «Ваше Высокоблагородие».

– Это с какой же радости? – удивился я.

– А с такой, что я теперь – самый настоящий граф. Понял? – сказал приятель и застыл в театральной позе, изображающую наивысшую концентрацию ума и благородства. Я рассмеялся:

– Ну, знаешь! А я тогда – Наполеон Бонапарт. Да-да, тот самый – Первый. Не вызвать ли нам по такому случаю карету белоснежную с красными геральдическими крестами? С гвардейцами и салютом. Рванём в Версаль! Или в Лувр, какой-нибудь. Нас там накормят, в постель уложат, укол сделают и сказку на ночь расскажут. Хорошо-о!

– Эй, ты не шути так, – сказал приятель, строго посмотрев на меня, – а то мне придётся тебя на дуэль вызвать. У нас – у графов, это быстро делается: вжик-вжик, пиф-паф – и всё, считай готов! Пушкина читал? Сергея Александровича? Тоже весёлый был человек. А Лермонтова знаешь?

– Кто это? – искренно поинтересовался я.

Лицо моего собеседника перекосилось от нестерпимой душевной боли, и он с глубочайшей печалью в голосе произнёс:

– Боже, куда катится моя великая страна! Она погрязла в невежестве и духовной нищете, потому что отдана на растерзание такой вот черни, как ты. И как после этого жить на свете такому благородному и образованному человеку, как я? Али хочешь ты гибели моей преждевременной, холоп презренный?

– Нет, что вы! Простите меня, ваше благородие, дурака неграмотного. Не со злого умысла творю я беззаконие сие, а по незнанию своему дремучему.

– Ладно, можешь встать с колен, – снисходительно ответил приятель и с важным видом сел в кресло, закинув ногу на ногу.

– Слушай, а как ты графом-то стал? – спросил я.

– Будешь хорошо работать, расскажу…

В наше время стало модно быть «аристократом». Куда ни глянь, везде потомки великих дворянских фамилий: граф Иванов, барон Петров, герцог Сидоров. Вот и мой друг решил присоединиться к этой замечательной компании, дабы иметь моральное оправдание своему врождённому презрению к любой работе, требующей хоть малейшего напряжения его изнеженного организма. Он решил проверить, не «голубых ли он кровей» и не пора ли «задрать нос».

Ему повезло. Покопавшись в архивах, мой товарищ обнаружил какую-то бумагу, указывающую на его родство с неким старинным дворянским родом. Многочисленные экспертизы подтвердили это. И теперь новоиспечённый граф претендует на чудом сохранившееся имущество своих предков – родовое имение со старинной усадьбой и несколькими сотнями гектаров заброшенной, но плодородной земли. Неплохо, правда?

Этот случай убедил меня в том, что иметь дворянские корни не только престижно, но и материально выгодно. Тщеславие и жажда наживы быстро одолели недолго сопротивлявшийся разум, и я, воодушевившись примером друга, отправился на поиски своих «истоков».

Архив…

Странное место. По сути, это специальное помещение, где хранятся документы, фиксирующие события различной давности. Но попробуйте какое-то время побродить между стеллажей с пожелтевшими от времени папками, и у вас возникнет ощущение, что с пыльных полок вам в душу смотрят глаза живших когда-то людей, а в голове звучат их мысли, их голоса:

– Пожалуйста, услышь нас, – жалобно или требовательно просят они, – открой нас, прочти нас. Ведь каждый раз, когда нас открывают, мы оживаем. Ты даже не представляешь, какое это счастье – быть живым! Это сейчас мы лишь выцветшие строчки на хрупкой, крошащейся бумаге. Но было время, когда мы, как и ты, боролись, любили, радовались и страдали.

И мне приходится поверить этим голосам. Я уступаю их просьбе и снимаю с полок чьи-то впечатанные в бумагу судьбы.

Тогда из дряхлых папок, дел и подшивок начинают выходить Бумажные Люди. Не спеша, они прогуливаются по полкам, стенам, потолку и ведут степенные беседы о делах давно минувших дней: кто-то проклинает свои ошибки, кто-то хвалится победами и достижениями. Но никто из них не обращает на меня – единственного живого здесь человека, – никакого внимания. Я даже начинаю сомневаться в своей реальности и для того, чтобы разогнать тревогу, спрашиваю:

– Уважаемые Бумажные Люди, нет ли среди вас кого-нибудь, кто хоть чем-то похож на меня? Мне нужно знать, кто были мои предки и откуда я родом.

– Не мешай нам, – равнодушно отвечают Бумажные Люди. Они слишком увлечены своими воспоминаниями и стараются не замечать меня – ненастоящего, вымышленного для них персонажа.

– Неблагодарные! – в гневе кричу я и бросаю папку обратно на полку – в чёрную пустоту забвения. Раздаётся протяжный стон, и видения исчезают.

– А может быть, Бумажные Люди в чём-то правы? – думаю я. – Ведь если моих предков нет в архиве, то их нет нигде. А если нет моих предков, то нет и меня. Ерунда какая-то! Всё, хватит, пора на свежий воздух…

Одним словом, я ничего не нашёл. Какое разочарование! А ведь так хочется быть аристократом. Что же делать?

Мне помог случай. В одной из газет я увидел любопытное объявление:

«Белый маг, целитель и оракул Феофан Дельфийский расколдует-заколдует, исцелит от всех болезней, предскажет будущее и увидит прошлое, проследит ваши перерождения вплоть до тысячного поколения. Дёшево. Гарантия. Тел. 322—223-322».

– Это как раз то, что мне нужно! – обрадовался я и набрал предлагаемый номер. Встреча была назначена на следующее день. Ровно в девять часов утра я уже стоял в условленном месте. Ко мне подошли двое мужчин в чёрных костюмах и с чёрными солнцезащитными очками на мужественных, но помятых носах. Это были телохранители великого прорицателя. Один из них сурово посмотрел на меня и спросил:

– Вы заказывали ящик вкусных никарагуанских апельсинов?

Это был пароль.

– Нет, меня интересует перламутровая шведская стенка с фигурными балясинами, – ответил я, стараясь не рассмеяться.

– Тогда следуйте за нами, – сказал один из телохранителей и, оглядевшись по сторонам, быстро зашагал в направлении дворов. Второй шёл сзади, чуть ли не дыша мне в затылок. Через несколько минут мы оказались у заброшенного здания. Когда мы зашли в него, меня повели по длинным, гулким, местами коварно петляющим коридорам с облезлыми стенами и покрытым копотью потолком. Ещё через несколько минут мы стояли в просторном, но грязном помещении, похожем на заброшенный спортивный зал. В центре виднелся большой разноцветный шатёр.

– Вам туда, – сказал один из телохранителей и подтолкнул меня в спину. – Идите на звук.

– Какой звук? – испугался я.

Ответа не последовало. Я обернулся, но за моей спиной уже никого не было. Как они смогли так быстро исчезнуть? Чудеса. Мистика.

Дрожа от волнения, я перешагнул порог шатра.

Темно…

Холодно…

Страшно…

Со всех сторон меня окутывает то ли дым, то ли туман. Рваным саваном обволакивает он моё тело, забивает нос, проникает в лёгкие. Ничего не возможно разглядеть – глаза словно утонули в белой вате. Пахнет елеем и кладбищем. По спине бегают мурашки, а в горле застревает вопль ужаса. Хочется убежать отсюда, но дороги назад нет.

Неожиданно в глубине таинственного полумрака слышится странный, леденящий кровь звук:

– Хи-хи-хи… Кха-кха… хи-хи… Хе-е-е-е…

– Иди на звук, – кружится в моей голове, и я делаю шаг вперёд. Мои трясущиеся пальцы упираются в чьи-то холодные, влажные, скользкие… глаза.

– А-а-а-а-а!!! – закричал Феофан Дельфийский и включил огромный вентилятор. Дым нехотя рассеялся, обнажая мистическое убранство шатра: магические шары, гадательные карты, свитки с заклинаниями, волшебные палочки, склянки с эликсиром бессмертия. С потолка свисали высушенные летучие мыши, связанные верёвочкой в пучки. Под ними стояло чучело зомби. А прямо передо мной, в позе лотоса, поверх роскошной шкуры леопарда, сидел сам Великий Оракул. На его мудром лбу был нарисован третий глаз, на волосах красовался индейский головной убор из перьев, а на шее висел большой серебряный крест.

– Ты кто? – спросил белый маг и целитель, поднимая с пола позолоченный мундштук кальяна. – Хотя, можешь не отвечать, я и так знаю. На, затянись. И начнём сеанс. Видишь что-нибудь?

– Кхе-кхе… Хи-хи… нет, ничего не вижу.

– Это плохо – разочарованно произнёс оракул. – Придётся вводить тебя в транс. Спа-а-а-а-ть!!! Спать, кому говорю!

Но спать после таких криков почему-то не хотелось. Тогда Феофан взял из рук зомби молоточек для отбивания мяса и сделал какое-то движение. Что это было, я не успел понять, но никогда ещё мой сон не был таким крепким. Когда же я очнулся, Феофан сказал мне:

– Я говорил с твоим астральным телом, и оно открыло мне тайну твоего происхождения. Ты – потомок легендарного царя Мидаса, который умел превращать в золото всё, к чему прикоснётся. По одной из версий, это его и сгубило – у него зачесалась спина, он потер её своей рукой и тут же превратился в золотой слиток. По другой – ничего такого не было: когда ему надоело превращать всё в золото, он искупался в священном источнике и потерял свой дар. Правда, после этого у него выросли ослиные уши, но тебя это не должно волновать.

– А я смогу, как и мой предок, превращать вещи в золото? – с надеждой спросил я.

– Это мы узнаем в другой раз. А сейчас можешь идти. И не забудь найти деньги на следующий сеанс.

Я продал значки, марки, фарфоровые статуэтки, коллекцию старинных монет, свой старый «жигулёнок», гараж, дачу, квартиру родственников и снова отправился к Великому Чудотворцу. Как ни странно, но мои расходы окупились и даже стали приносить ощутимую прибыль. Видимо, я действительно был потомком Мидаса, ибо через несколько сеансов с кальяном, видениями и непонятно откуда взявшейся шишкой на голове, я всё же научился превращать в золото любой предмет одним лишь прикосновением своей руки.

– Ну, теперь заживу! – размечтался я, рассовывая по шкафам и тумбочкам увесистые слитки драгоценного металла.

Но моя радость была недолгой, потому что случилось нечто неожиданное и в крайней степени неприятное. Недаром говорят, что природа отдыхает на детях гениев. Так произошло и со мной. Волшебный дар моего златославного предка обернулся для меня настоящим кошмаром: через несколько недель всё моё золото превратилось в… как бы выразится поприличнее?.. да что там скрывать, надо называть вещи своими именами!.. одним словом, всё моё золото превратилось в… нет, не могу, неудобно как-то… скажу все-таки более литературным языком: «Через несколько недель всё моё золото превратилось в… навоз. И всё, к чему я теперь прикасался, становилось вязкой кашицей цвета ржавчины».

А дальше стало ещё хуже! Моё умение всё осквернять и пачкать перекинулось с предметов на людей. Как-то раз я познакомился с замечательной девушкой. Она была воспитанной, доброй и порядочной. Я пригласил её на свидание, взял за руку и сказал несколько ласковых слов. Но после моего прикосновения девушку как будто подменили: она стала сквернословить, курить, в тот же вечер напилась до чёртиков – еле довёл её до дома. Когда же я здоровался за руку со своими коллегами по работе, то уже вечером видел их лица в кадрах криминальной хроники телевизионных новостей. Я был в шоке от такого поворота дел! После очередного инцидента я вернулся домой, заперся на все замки и в отчаянии схватился за голову. Ох, зря я это сделал! Как только мои пальцы дотронулись до волос, я тут же превратился в… сами догадываетесь во что…

Если вы нормальный человек, то вам трудно будет понять моё положение. И нужно ли? Зачем лишний раз чувствовать себя изгоем, гадким утёнком, знающим, что ему никогда не суждено стать красивым лебедем?

Именно тогда я узнал, что такое одиночество – настоящее, бездонное.

Существует такой фразеологический оборот: «Золотые руки». Тот, кто придумал его, вряд ли имел в виду миф о жадном царе Мидасе. Скорее речь идёт о человеке, способном сделать прекрасным всё, к чему прикоснётся. Существуют люди, которые без особого труда окружают себя порядком, красотой и радостью. За что бы они ни брались, всё у них выходит хорошо и правильно. Если напишут рассказ, он тут же появится во всех известных журналах; если сочинят мелодию, она тут же облетит весь мир и вернётся обратно, неся автору всеобщую любовь и славу; если берутся воспитывать своих детей – ждите гениев; если решат изобрести велосипед, то это будет самый лучший велосипед на планете.

Но теперь всё это не про меня. И это ужасно! Потому что нет для человека ничего страшнее (кроме, конечно, войн, эпидемий и стихийных бедствий), чем осознание своей ничтожности и ненужности, своей проклятой способности превращать всё окружающее в грязь, хаос, тлен. Я это осознал, и не было предела моим страданиям…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.