Управляй своей мечтой. Твои возможности безграничны

Глава 2. Первый шаг в неизведанный мир…

Принятие важного решения

Мы приняли решение уехать жить в Германию. В тот момент там проживали три сестры моей мамы.

Но что значило для меня всё оставить и уехать жить в Германию, другую страну с другим укладом жизни, другими обычаями? А немецкий язык, которым я не владел? Как быть с этим? Я должен был оставить свой начальный бизнес, своих друзей, свои привычки и уехать в мир, пока еще непонятный мне самому! ЭТО были мои СТРАХИ в тот момент, с которыми мне необходимо было справиться.

Но ведь при всём при этом есть и плюсы, подумал я, и стал их перечислять: я молод в свои двадцать четыре года и, при необходимости, могу получить другое или дополнительное образование в Германии, которое откроет мне НОВЫЕ, неизвестные мне возможности.

Для этого, конечно, необходимо в первую очередь выучить язык, что даст мне некоторые преимущества для моего будущего, подумал я. Но и это было еще не всё. То время было очень неспокойным в России, мое занятие бизнесом предполагало серьезные риски, моя безопасность не была чем-то гарантирована. И было непонятно, к чему это приведет в России лет через пять-шесть.

Мой брат Дмитрий, который был младше меня на полтора года, работал в различных местах, зарабатывал, скажем так, очень скромно, имел сомнительных друзей, злоупотреблял спиртным. Я думал о нём и переживал за него. Выезд из России был бы ему только на пользу.

А отец на мое предложение уехать им с мамой вдвоем в Германию ответил, что он без меня и брата в Германию не поедет, и мама его поддержала.

Итак, решение было принято, и мы начали процесс оформления документов на выезд. Ранее мы в семье вообще не говорили о том, что у нас есть родственники за границей. Мамина старшая сестра выехала за рубеж еще в семидесятых. Они с мамой редко переписывались, так как в СССР, живущем за «железным занавесом», иметь родственников за границей было опасно. Это могло иметь далеко идущие последствия – подобный факт мог существенно ограничить выбор профессии, карьерный рост, самореализацию в качестве руководителя.

Но к тому времени, в 1993 году, уже все три мамины сестры постоянно проживали в Германии. Моя мама была немкой по происхождению, родом из тех немцев, которые переехали в Поволжье по приглашению царицы Екатерины II в XVI веке из Шлезии, восточной части Германии. Сегодня эти земли входят в состав Польши.

Русские немцы. История поколений

Переселенцы из Германии при Екатерине II получали землю и могли заниматься сельским хозяйством. В результате за четыре сотни лет образовались целые немецкие деревни с немецкими школами, красивыми домами и хорошими дорогами. Жители таких деревень говорили только на немецком языке, и это был для них свой маленький мир. Когда мы собиралась переезжать в Германию, то не знали, что существуют такие деревни на юге России.

В собственности моих предков до революции было большое хозяйство, которое в 1917 году было отобрано и перешло во владение советских колхозов, а моего прадеда по фамилии Рековский большевики расстреляли. Но на этом тяжкие испытания для рода Рековских, как и для многих других поволжских немцев, не закончились. Пришел 1941 год, началась Великая Отечественная война с фашистской Германией. Ночью весь поселок окружили спецслужбы, и был дан приказ эвакуировать всё население. Люди могли взять с собой только документы, которые позже были изъяты НКВД, и немного одежды да узелок продуктов. На ближайшей станции всех посадили в грузовой эшелон и повезли, а куда – неизвестно. Эти напуганные люди не знали, как долго их будут везти и что их ожидает впереди. А впереди их ожидали нелегкие испытания: полная нищета, гибель родных от голода или от работы в ГУЛАГе и «трудовых лагерях».

Примерно через неделю эшелон достиг конечного пункта, это был город Новосибирск. Людей пересадили в грузовики и вывезли в лес примерно в пятидесяти километрах от города. Жилья вообще никакого не было, и людям предложили копать землянки. Да, именно так – копать землянки и устраиваться, кто как сможет. (Далее – со слов маминой сестры, тетушки Мины.) В семье Рековских на тот момент было пятеро детей, моя мама родилась уже после войны, в 1947 году. Только представьте: едва семья обустроилась, моего деда Александра Рековского (21 июля 1909 года рождения) забрали в трудармию, бабушку Екатерину (9 марта 1911 года рождения) тоже забрали в трудармию, но чуть позже, через три месяца, и дети остались одни. Старшая сестра Мина, которой в то время было двенадцать лет, взяла на себя всю ответственность за младших сестренок. Сестрам было от двух до шести лет. Мина ходила по домам, попрошайничала, добывая еду и теплую одежду, бродила по помойкам, собирала то, что можно было еще использовать для еды, и, если получалось, подрабатывала нянечкой. Две самые младшие сестренки не смогли преодолеть тяготы голода и умерли одна за другой в течение первого года после переезда под Новосибирск.

Время шло, и ситуация становилась всё хуже. Мина, узнав, наконец, адрес того лагеря, где работал отец, написала ему такое письмо: «Наш любимый папочка, мы живем на последнем дыхании. Наши две маленькие сестренки умерли от голода три месяца назад, и теперь подходит и наша очередь. Приезжай поскорее к нам, а то мы тебя можем больше не дождаться! Твоя доча Мина».

Когда мой дед получил это письмо, ему был знаком только один человек, который, возможно, смог бы помочь в этой ситуации. Это был один из офицеров лагеря в звании капитана. Дед после основного рабочего дня помогал семье этого офицера, которая жила на территории трудового лагеря, – заготовлял для них дрова. Дед вечером приносил дрова к ним в дом и топил печь. И вот, в очередной раз растопив печь, он передал это письмо жене офицера со словами о помощи и попросил дать ему возможность съездить под Новосибирск, чтобы привезти своих детей. Это было маловероятно, но он, тем не менее, очень надеялся: другой возможности выбраться из лагеря, даже на пару дней, у него не было.

И вот уже на следующий день мой дед получает от начальника лагеря увольнительную записку на три дня. Это были самые заветные три дня во всей его жизни!

В дорогу он получил от жены офицера две банки тушенки, буханку хлеба и немного сахара. Через три дня дед вернулся в лагерь и привез с собой трех похудевших, изнеможденных, но безгранично счастливых дочерей. Удача моего деда послужила хорошим примером и для других отцов, работавших в этом трудовом лагере. Они стали ходатайствовать за детей перед руководством колонии и привозить их, оставленных не по своей воле, из землянок под Новосибирском.

Пришел 1945 год, вернулась и моя бабушка из трудового лагеря, и семья Рековских переехала в Новосибирск. Несмотря на то, что у них не было права выезда из этой области еще несколько лет, они были счастливы, что оказались вместе спустя четыре таких непростых года.

В 1947 году родилась моя мама, Лидия Александровна Рековская. Семья Рековских продолжала жить в Новосибирске, так как режим, установленный Лаврентием Берией после окончания Великой Отечественной войны, не позволял выезжать немцам из тех регионов, куда они были высланы в 1941 году. Только в 1954-м, после смерти Берии, немецкие семьи получили паспорта. Теперь они, как и все свободные люди, могли свободно передвигаться по территории СССР. После стольких лет лишений и холода севера семья Рековских решила уехать в союзную Республику Киргизию, в город Фрунзе, ныне Бишкек. Там они построили одноэтажный дом с белоснежными стенами, который утопал в саду, засаженном всевозможными плодовыми деревьями, произраставшими только в этой полосе. Мы со своей семьей в семидесятых и восьмидесятых годах каждое лето приезжали к ним с Урала в отпуск на фрукты и домашний сладкий немецкий кребель, который так охотно пекла моя бабушка.

Я очень хорошо помню эту добрую и очень подвижную бабулю, которая так за все годы жизни и не заговорила на русском, а общалась только на немецком с диалектом Поволжья, так называемом платтдойч (Plattdeutsch). Мой дед летом после работы постоянно копошился в саду, заготовляя сухофрукты, моченые арбузы и готовил свое фирменное сливовое вино. Это был их новый, спокойный и размеренный мир.

Переезд в город Миасс. Временное решение

Итак, приняв окончательное решение ехать в Германию, я отказался от планов по организации макаронной фабрики и перебрался с женой из Екатеринбурга в Миасс, продолжая заниматься оптовой торговлей. Кроме этого, до отъезда в Германию я решил устроиться на Уральский автомобильный завод (УралАЗ), в коммерческую службу. В девяностые практически все предприятия страны работали без наличия денежной массы и с трудом держались на плаву. Первоочередной задачей для любого предприятия в тот период было закрытие своих задолженностей за поставку сырья и необходимых энергоресурсов для производства, для этого использовали так называемую схему «взаимозачетов». Вот в такое подразделение, отвечающее за все взаимозачеты на предприятии, под названием «отдел коммерческой службы» я и пошел работать. Нас было семь человек. За сравнительно небольшой период работы в отделе я успел, помимо небольших по сумме договоров, заключить один крупный договор с нашим заказчиком из Ханты-Мансийска на 1 миллиард 100 миллионов рублей и провести его до наших поставщиков комплектующих через Урал- и Мострансгаз. Вдобавок я получил огромный и ценный опыт общения с генеральными и коммерческими директорами крупнейших предприятий России, а регулярные поездки на предприятия партнеров сделали меня еще более мобильным, собранным и коммуникабельным. Уже через три месяца работы у меня появился служебный автомобиль «Волга-3110» с водителем. Это был уже успех. Вот только оклад за эту работу был для меня чисто символическим, и хватало мне его примерно на неделю. Основной доход мне приносила моя коммерческая деятельность, которую я осуществлял параллельно основной работе. Для этих целей я нашел водителя с автомобилем ВАЗ-2103 и устроил его по совместительству как своего личного водителя. Звали его Сергей. Это был партнер, а не просто водитель. Сергей по одному моему звонку всегда, в любое время дня и ночи, был в указанном месте. На этого человека я всегда мог положиться как на самого себя. Сергей всегда четко выполнял мои задачи не только у нас в городе, но и в Екатеринбурге, а также и других областях. Он не употреблял спиртного и не курил, и, кроме того, он мог мало спать и не терять концентрации на дорогах. Вот оно, мастерство бывалого человека!

Расскажу об одном интересном случае, который произошел с нами в Екатеринбурге.

Когда я приехал в Екатеринбург, мне позвонил мой товарищ Мирослав Нитковский (имя и фамилию я по ряду причин изменил), он работал в управлении ОБЭП (отдел по борьбе с экономической преступностью), и попросил об одной услуге. Мы встретились с Мирославом, и он объяснил, что именно нужно сделать. Кто-то продавал грузовые вагоны по объявлению, размещенному в одной из газет Екатеринбурга. Нам нужно было созвониться с продавцом и договориться о встрече, чтобы осмотреть товар, как говорится, по факту, далее уточнить цену, и на этом поставленная задача была выполнена.

На следующей день всё так и сделали. Продавец назначил нам встречу на станции «Сортировочная», мы приехали. На машине челябинские номера, всё выглядит правдоподобно. Встретились. Продавец в костюме, очень интеллигентный, показал нам вагоны, мы еще немного поторговались и расстались на том, что вечером сообщим о нашем решении по телефону. Конечно, мы ему не звонили. Моему товарищу нужны были только номера вагонов, чтобы отслеживать их после того, как они будут проданы и двинутся в путь. Через неделю операция закончилась, вагоны после незаконной продажи арестовали. Как оказалось, продавал их сотрудник железнодорожного управления Екатеринбурга. Мирослава пригласил к себе в кабинет большой начальник со звездами на погонах, поблагодарил за отличную работу и подписал рапорт о его повышении и присвоении ему очередного звания. Но перед уходом Мирослава из кабинета его начальник мельком добавил: «Мирослав Михайлович, ты дело-то это занеси мне в кабинет. Мы уж теперь дальше сами разберемся с этим товарищем!» Вот таким образом работала та система в девяностых.

2018. Индия, Гоа

Сегодня суббота, 11 ноября. Я шестой день пишу книгу, погружаясь в свои воспоминания до такой степени, что думаю и прокручиваю все события тех давних лет постоянно, чтобы вычленить самое важное и интересное для читателя и тут же написать об этом. Я начинаю думать уже рано утром, проснувшись и еще лежа в кровати, думаю, плавая в бассейне со своей невероятно активной дочей Владой, прогуливаясь и разговаривая с любимой супругой Екатериной. Мои мысли полностью погружены в те прожитые годы.

В ноябре на Гоа по утрам очень комфортно, температура воздуха в восемь утра около двадцати пяти градусов. Но как только начинает пригревать солнце, в течение часа становится довольно жарко, и температура поднимается до тридцати. Я пишу каждое утро, сидя на уютном полукруглом балконе, засаженном по периметру зелеными растениями в клумбах. Я чувствую приятный свежий запах цветов, приносимый легким ветерком. Иногда его внезапно перебивает табачный дым с соседнего балкона. У нас просторный номер с видом в сад, за которым расположен бассейн замысловатой формы с отлично обустроенной прилегающей территорией.

Закат солнца на побережье Гоа

Вчера наша трехлетняя дочь сделала три новых шага в своем познании этого мира. Для нее это были три открытия.

– Первое: она научилась погружаться в воду в очках и задерживать при этом дыхание.

– Второе: мы поднялись с ней на парашюте и проделали небольшое путешествие вдоль побережья. От восторга мы оба кричали: «Как здорово, мы летим!»

– И третье: вечером, когда мы возвращались после ужина в прибрежном ресторанчике, Влада научилась находить в песке спрятавшихся крабов и вытаскивать их из убежища, беря их за панцирь своими маленькими ручонками! Это было нечто! Она так кричала от удовольствия, когда крабы убегали от нее по песку, а она бегала за ними, подсвечивая путь своим телефоном.

Вот оно, счастье – когда мы видим и переживаем вместе с нашими любимыми такие моменты в жизни. Это моя новая жизнь, которая началась всего-то шесть лет тому назад.

После возвращения в 2005 году в Россию из Германии, где я прожил одиннадцать лет, я пять лет проработал в Москве, затем – два года в Подмосковье, и в 2012 году судьба привела меня в Нижний Новгород, откуда берут корни мои предки по линии отца. После переезда в Нижний Новгород первый год я жил в двухкомнатной съемной квартире в районе «Седьмое небо». В один из воскресных дней я совершенно случайно познакомился с Екатериной. Это произошло в автоцентре «Новый век», официальном дилере одной из европейских марок. В тот день по дороге с работы я заехал туда, чтобы помыть свой автомобиль, а выехал через сорок минут в приподнятом настроении после короткого знакомства с Екатериной. Тогда действительно было воскресенье – в то время я часто ездил в выходные дни на работу, новые проекты того требовали. Во время короткой встречи в автоцентре я пригласил Екатерину на кофе, и мы, немного познакомившись, обменялись телефонами. Она переехала в Нижний Новгород из Пермского края со своими родителями десять лет тому назад. В городе Чернушка, где они проживали до этого, с 2002 года объемы добычи нефти стали резко снижаться, и в дальнейшем перспектив в родном крае становилось всё меньше и меньше.

Через сорок минут после нашей встречи, покидая автоцентр, я уже строил планы, как встретиться с этой яркой брюнеткой еще раз. Мы стали встречаться в выходные, путешествовали по окрестностям города, ездили в ту самую деревню Березовку, где начинается история моих прадедов. Я знакомился с городом и одновременно подыскивал подходящий район на окраине, где планировал купить участок земли и построить небольшой дом из натурального массива дерева. В тот момент я предполагал, что задержаться в Нижнем Новгороде на этом этапе жизни мне предстоит как минимум лет на пять или шесть. Так я думал в 2012 году. В результате я прожил в этом городе, точнее – на его окраине, полных шесть лет и четыре месяца. Это местечко на окраине города стало для меня еще одним дорогим местом, куда снова хочется вернуться.

1994. Урал. Старт в неизвестное будущее

Через шесть месяцев после того, как мы подали все необходимые документы для оформления нашего выезда в Германию, пришло подтверждение, на основании которого мы передали свои заграничные паспорта для получения визы на ПМЖ (постоянное место жительства). И вот настал момент, когда нужно было собираться к выезду. Нам предстояло продать свою четырехкомнатную квартиру в Миассе, всю мебель в ней, машину марки «Нива», земельный участок под строительство дома неподалеку от деревни Новая Андреевка, и было непонятно, что делать с огромным количеством всего того, что было накоплено за прожитые девятнадцать лет и оставалось в заповеднике на кордоне: сельскохозяйственной техникой, всевозможными инструментами, лодками, лодочными моторами и тому подобным. Огромное количество всего этого мы раздавали своим родственникам, в том числе и брату отца Николаю. Он жил в поселке Тургояк, в своем частном доме на берегу уникального озера с тем же названием – жемчужины Южного Урала. У отца было три брата – Геннадий, Виктор, Николай – и сестра Тамара. До девяностых дожили только Николай и Тамара. Геннадий погиб во время пожара, а Виктор умер в возрасте 52 лет от туберкулеза. Муж Тамары умер в 40 лет из-за перенесенного инфаркта, и она через десять лет после его смерти переехала жить в деревню Верхние Караси, в дом родителей.

В 1938 году мои предки по линии отца переехала из-под Мурома на Южный Урал, в деревню Верхние Караси. В этих, на то время глухих, краях можно было, промышляя охотой и рыбалкой, прокормить всю многодетную семью. Деревня находится на берегу одного из самых больших озер Южного Урала – Большое Миассово, а в семи километрах от деревни пролегает южная граница Уральского Минералогического заповедника.

В конце лета 1994 года я уволился с автозавода УралАЗ и заканчивал свои последние незавершенные сделки по бизнесу. И так совпало, что, продав квартиру одному предпринимателю и собрав всю свою наличность, я договорился через своего товарища Вадима, работавшего тогда в банке в Екатеринбурге, о покупке валюты по специальному курсу в филиале этого банка у нас в городе. Сумма для нас в то время была немалая. Мы с братом и мамой приехали в банк на двух машинах. У меня и у брата были с собой одинаковые спортивные сумки. Несмотря на то, что о сделке никто, кроме сотрудников банка и нашей семьи, не знал, я подготовил и реализовал некоторые мероприятия по безопасности. Времена были не очень спокойные. В банке нас ждали, мы оперативно совершили сделку, упаковали валюту в одну сумку, а во вторую я положил свою куртку, в которой зашел в банк. Мы вышли из банка и сели с братом в две разные машины. Мама села в третью машину, которая стояла у банка и ждала нас еще до нашего приезда. Дорога до заповедника была спокойной, нас никто не преследовал, всё прошло хорошо. На тот момент до нашего отъезда оставалось две недели.