Боги не играют в кости

Орайя перевела дух, вытерла грязной рукой пот со лба: убила бы этого Охту, попадись он ей сейчас….

Пещера не была такой огромной, как та, в которой проживало племя, но вполне могла вместить в себя всё большое семейство отца Орайи и всех её подруг, и не только их. О чём девочка уже не раз думала, но всякий раз эти размышления так и оставались мыслями.

Орайя давно бы привела сюда соплеменников, если бы не рисунки. Те самые рисунки, которые она рисовала на стенах, и над которыми, наверняка, станут смеяться все её друзья, все охотники и женщины племени, в том числе отец и мать. Только одна эта мысль, что она станет посмешищем племени, останавливала душевные порывы девочки.

Орайя ещё раз огляделась, вроде, никого, но, на всякий случай, решила перестраховаться. Специально повернулась к пещере спиной, делая вид, будто полностью спокойна, и тут же в прыжке развернулась, готовая принять удар, или увернуться от него. Она знала повадки многих зверей, потому, решила схитрить. Однако на неё никто не кинулся, никто из песка не выпрыгнул, и из тёмного, спрятанного от солнца дальнего угла не появился. Пещера действительно оказалась пуста. Выдох облегчения сам собой вырвался из хрупкой груди.

Орайя подняла руку, привстала на цыпочки, нащупала небольшую выемку в скале, а в ней два уголька.

Сегодня она не станет подправлять прежние рисунки, хотя ей очень нравилось вставлять дополнительные элементы в уже нанесённые на скалу изображения животных, птиц, людей и Богов, тем самым, улучшая картины. Нет, сегодня она напишет новый рисунок. Сегодня она расскажет о том, что пережила недавно. Сегодня она, в рисунке, расскажет о своём страхе.

Спустя несколько минут, на уровне глаз девочки, со скалы, с силой сжав зубастую пасть, смотрел прямо ей в душу, голодный Охту…….

Год 2014-й, после Р.Х., Москва, конференция Ассоциации сторонников альтернативной истории (АСАИ).

Медный колокольчик весело тренькнул, призывая присутствующих к вниманию.

Женька нервно провёл ладонями рук о джинсы, хотя в том не имелось никакой надобности, в который раз пробежал беглым взглядом по тексту доклада, распечатанном на двадцати двух листах бумаги формата А-4. Собственно, сам доклад был не нужен: выступление репетировалось перед зеркалом раз двадцать, и сейчас достаточно было иметь перед собой только лист с планом выступления. Однако, по непонятной даже самому себе причине, Михайловский решил захватить весь текст, в полном объёме.

Собрание, где готовился сделать сообщение врач из Киева, проходило в конференц-зале, по старой памяти, предоставленном сторонникам альтернативной истории ректором Московского химико-технологического института. Подобного рода заседание проходило здесь не в первый раз: сообщество сторонников АИ (альтернативной истории) существовало более десятка лет, и с каждым годом число его членов всё более и более увеличивалось за счёт новых приверженцев «скрытой», неизвестной истории. Чаще всего, то были не профессиональные историки. Инженеры, преподаватели, архитекторы, как Женька, врачи… Но у каждого из них имелись личные, наработки, подтверждающие их причину появления в сообществе. Опубликовать свои размышления можно было двумя способами. Либо выложить их на сайте сообщества, либо прочитать доклад на открытой конференции. Женька выбрал второе.

Михайловский волновался. Во-первых, то был его первый доклад не связанный с основным родом деятельности, практической психологией. Во-вторых, доклад следовало зачитать в среде людей, которые не только теоретически, как он, изучали неофициальную, неизвестную, а подчас даже запрещённую официальной наукой историю Земли, но и сами, лично, неоднократно побывали в тех местах, о которых Женька собирался поведать. При этом следует заметить, многое из того, о чём он будет рассказывать, они видели собственными глазами, и даже трогали руками, в то время как он, киевский врач, об этом только читал в книгах, или видел на видео. В зале присутствовали герои документальных фильмов, которые лично изучали блоки в Египте. Те, кто видел вблизи следы древних цивилизаций в Боливии и Перу, кто искал подобного рода наследие в Японии и Мексике. Те, кого знали миллионы телезрителей, в той, или иной степени интересующиеся прошлым. И это больше всего нервировало Женьку. Однако, иного пути уже не было. Заявка на выступление принята, он официально объявлен, а потому, отступать некуда.

Михайловский ещё раз перелистнул доклад, и… закрыл его, припечатав сверху ладонью. Ну, подумаешь, высмеют. В первый раз, что ли? Опять же, с другой стороны, мысленно аргументировал себе Женька, вчера выступали физик, архитектор, даже шахтёр с Кузбасса. Чем я хуже их? Да ничем.

А всё одно тело била нервная дрожь.

Сегодня шёл второй день конференции. Вчера выступило более десятка докладчиков с различными темами, объединенными одной идеей: история, которую мы знаем со школьной скамьи, является не совсем такой, как нам её преподносят. Чаше всего в зале звучали слова «пирамиды», «мегалиты», «разломы», и так далее. После каждого выступления разгорались горячие дебаты, в которых Евгений участия не принимал. Только наблюдал. Готовился. Морально. К отражению наступления против него самого.

По непонятной причине, Женька вдолбил себе в голову, будто сообщение, которое он подготовил, не будет иметь сторонников ни в первом, ни во втором лагерях, потому, как тема, которую он собирался поднять, неоднократно, по касательной, в той, или иной степени, но, тем не менее, уже неоднократно озвучивалась в этом зале вчера. И сторонников, как заметил Михайловский, она действительно не имела. Правда, тут же подкорректировал мысль Женька, озвучивалась она, в основном, в свете рассмотрения Библейских текстов. С научной же, или хотя бы с околонаучной, как у него, точки зрения к ней никто не подходил. То был плюс. Точнее, тут же поправился Евгений, маленький, малюсенький плюсик, который мало успокаивает.

Колокольчик тренькнул вторично.

Михайловский нервно провел рукой по трёхдневной щетине: бритва «сдохла» перед поездкой, купить новую не успел. Ещё одна причина нервничать. Точнее, намёк свыше: не фиг лезть не в свои сани, да с такой рожей.

Звонок в третий раз радостно дал знать о себе: теперь точно, отступать некуда.

– Простите, что отнимаю время…. – Несколько робко начал Евгений, склонившись прописной буквой «г» над трибуной: чёртов микрофон находился слишком далеко от лица. Докладчик вдруг поймал себя на мысли, что он как-то глупо смотрится в таком полунаклонном состоянии, даже пересохло во рту. Вот гадость, чертыхнулся Женька, и тут же мысленно обматюкал себя: да, в конце – концов, будь мужиком! Ты имеешь точно такое же право на свою точку зрения, как и они. Дерзай! С последним приказом тело само собой выпрямилось, руки потянулись к микрофонной стойке, поправили её. – Тема моего доклада, – о, и голос, вроде, окреп, – «Потоп и, как причины его возникновения, искусственный ледяной купол вокруг Земли».

Сделал паузу, в ожидании смеха, колкостей, едких замечаний.

Ничего подобного не произошло. Все терпеливо ждали продолжения. Мало того, в глазах присутствующих докладчик увидел заинтересованность и любопытство. Конечно, сие совсем не означало, будто у него в зале появилась поддержка, но и то, что не осмеивают тоже неплохо.

– Только не подумайте, будто я начитался Казанцева[2]….. – Неожиданно даже для самого себя ляпнул Евгений и споткнулся на окончании фразы. Причём тут Казанцев?

– Далеко не самый худший пример для подражания. – Неожиданно донеслось с первого ряда. Михайловский вскинул голову, столкнулся с пристальным, целеустремлённым взглядом, который внимательно изучал докладчика сквозь очки в тонкой, металлической оправе. Взгляд принадлежал организатору встречи, руководителю Ассоциации сторонников альтернативной истории (АСАИ), человеку хорошо известному как в кругах историков, так и за их пределами, благодаря личному вкладу в изучение некоторых вопросов прошлого Земли, к которым историки – ортодоксы боялись даже прикоснуться. – Итак, вы имеете в виду ледяной купол?

– Сферу изо льда. И то, что находилось в тот момент под данной ледяной коркой. И, если вы не будете против, – Женька в упор смотрел на поддержавшего его мужчину, который своим внешним видом очень сильно напоминал папу Дяди Фёдора из мультика про Простоквашино, – я начну своё выступление с выдержки из вашей работы.

Не дожидаясь реакции организатора встречи, Михайловский вторично глубоко склонился над распечатанным текстом: со зрением у доктора имелись проблемы, а освещение в зале, особенно в районе трибуны, явно было не достаточным. Поверх сообщения лежали листы с цитатами и выдержками из чужих работ, которые Женька собирался использовать, и которые заранее заготовил ещё в Киеве.

– Разрешите процитировать. Итак, «Весной 1985 года[3] в прибрежных водах небольшого японского острова Йонагуни местный инструктор….

– Простите, – донеслось из глубины зала, – мы знакомы с данной работой. Может, стоит сразу перейти к сути вопроса?

– Можно и не читать. – Неожиданно для всех согласился с оппонентом Евгений, и тут же продолжил. – Не подумайте, будто я хотел польстить присутствующему среди нас автору. Только если сейчас исключить данный текст из общего контекста доклада, а это заберёт вашего внимания всего одну минуту, то всё одно впоследствии к нему придётся возвратиться. Потому, как данное сообщение полностью укладывается в цепочку моих умозаключений о ледяном куполе. Так как, продолжить, или начать с середины?

Мужчина, которому принадлежал вопрос, хмыкнул, после чего кивнул головой: продолжайте.

Евгений вторично вцепился взглядом в текст.

– Итак, местный инструктор по дайвингу Кихачиро Аратаке обнаружил в прибрежных водах громадный каменный монумент, простиравшийся до пределов видимости. Широкие ровные платформы, покрытые орнаментом, из прямоугольников и ромбов, переходили в замысловатые террасы, сбегающие вниз большими ступенями. Край объекта обрывался вертикально вниз до самого дна на глубину 27 метров, образуя одну из стен траншеи, проходящей вдоль всего монумента. Позднее, в 1998 году, было начато широкое, межотраслевое научное исследование данного подводного объекта, результаты которого были доложены на конференции в Японии в 2001 году.

Вывод, на котором сошлись специалисты, гласил: объект в водах Йонагуни имеет природное происхождение, но обладает следами искусственной обработки – в частности, сохранились специально прорубленные желоба и следы разметки под вырубку блоков. По сути, подводный монумент является лишь очень древним карьером.

Основанием для вывода о древнем возрасте карьера изначально послужила глубина его расположения. Дело в том, что карьер явно мог разрабатываться, лишь, будучи на суше, а следов какого-либо катастрофического опускания данного участка на морское дно нет. Получается, что карьер оказался под водой в результате изменения уровня Мирового океана в ходе последних тысячелетий. Только вот скорость этого изменения такова, что карьер мог находиться на поверхности 10–15 тысяч лет назад – за много тысяч лет до того, как по представлениям историков здесь появилась хоть сколь-нибудь развитая цивилизация.

Позднее вывод был подтверждён анализом возраста сталактитов, обнаруженных в подводной пещере неподалёку от карьера. Сталактиты под водой не образуются, они формируются только в сухой пещере. А образование найденных сталактитов закончилось как раз те же 10–15 тысяч лет назад.

Михайловский оторвал взгляд от текста.

– Сегодня, сам факт того, что уровень Мирового океана некогда поднялся на несколько десятков метров, никем не оспаривается. Только стоит два вопроса. Первый: почему поднялся уровень? И второй: насколько быстро поднимался данный новый уровень? Начнём со второго вопроса. И в качестве аргумента я возьму Чёрное, Азовское моря и Средиземноморье. – Женька хотел было прокашляться, но сдержался. Ему показалось неприличным подносить большой, крепкий кулак ко рту, в то время, как на него уставилось несколько десятков пар глаз. – Точнее, я беру, в качестве аргументации, археологические находки, сделанные на дне вышеуказанных морей. Замечу, я неслучайно взял за пример данную акваторию. О причинах, чуть позже. Начнём с найденного вблизи Греции города Павлопетри. – Докладчик всё-таки не сдержался, прокашлялся. – Сама находка, на данный момент, находится в состоянии первичного исследования, но некоторые выводы по ней уже имеются. Первый. Город, как утверждают археологи, был затоплен не ранее 7000 лет назад. Повторюсь, не ранее 7000 лет. Иначе говоря, город мог затонуть и в седьмом, и в восьмом и двенадцатом тысячелетиях. А то и ещё раньше. Я же придерживаюсь мнения, что Павлопетри затонул не в седьмом, и не в двадцатом тысячелетии до Нашей Эры. Думаю, он ушёл под воду одновременно с объектом в Йонагуни. И причина их затопления одна и та же: всемирный Потоп. Вот что сказал о времени затопления Павлопетри руководитель группы исследователей, доктор Джон Хэндерсон, – Михайловский снова уткнулся в лежащий перед ним доклад, – "Уровень моря может повышаться и понижаться по многим причинам… Однако мы знаем одно, то, что уровень моря в Средиземноморье изменялся очень незначительно, начиная с 5000 лет до нашей эры (плюс или минус около 50 см каждую тысячу лет). Таким образом, утверждает Хэндерсон, мы не можем рассматривать изменение уровня моря как причинный фактор для погружения Павлопетри[4]". – Докладчик отложил лист в сторону. – Странное окончание цитаты, не правда ли? Город находится на дне моря, а историк утверждает, «…мы не можем рассматривать изменение уровня моря как причинный фактор для погружения Павлопетри». Сам собой напрашивается вопрос: что имел в виду Хэндерсон за столь неоднозначной цитатой? Я предполагаю одно: данной фразой учёный, как бы соединил личные выводы с официальной версией монументальной истории. Именно потому он и отметил, что уровень Средиземного моря, начиная с пятого тысячелетия до Нашей Эры поднимался крайне медленно, и это поднятие уровня, начиная с пятого тысячелетия, уже никак не могло влиять на Павлопетри, потому, как город, к тому моменту, уже находился под водой. Но вот о чём промолчал учёный, так это о том, что Павлопетри ушёл под воду не медленно, в течение столетий, а, то и тысячелетий, а практически, моментально. И тому имеются доказательства.

На месте подводных изысканий доктором Хэндерсоном и его людьми найдены предметы домашней утвари: разного рода глиняная посуда, среди которой особое место занимает глиняное сито, предназначенное для изготовления некоего спиртного напитка, как утверждает член экспедиции, доктор Крисанти Гэлау… А теперь попрошу соединить два события в одно целое, как это некогда сделала природа. Соединить высказывание доктора Хэндерсона и найденные археологические находки. Как понимаете, я не случайно отметил факт нахождения посуды. Особенно сита. В древние времена, как всем нам хорошо известно, не существовало ни заводов, ни фабрик по изготовлению домашней утвари. Всё создавалось кустарным способом, а потому, подобного рода посуда ценилась очень высоко. Опять же, месторождения глины, из которой изготавливали посуду, находились не через каждые десять метров: их нужно было искать, добывать, после доставлять глину в мастерскую, изготавливать посуду, менять, или продавать её… И это при том, что мы имеем дело с обществом, которое, в сравнении с нами, только – только вышло из первобытного состояния. Да для каждого человека того времени такая простая, глиняная посуда расценивалась, фигурально выражаясь, на вес золота. Да что говорить о людях прошлого? Сегодня, при наличии промышленных мощностей, мы, переезжая с места на место, возим с собой любимую посуду. Я думаю, никто из присутствующих не поверит в то, будто древние люди были более расточительны, чем мы. А в затонувшем Павлопетри посуда буквально разбросана по дну моря. Понятно было бы, если одна, две семьи бросили посуду за ненадобностью. Но, относительное множество подобного рода археологических находок находят на всём побережье Средиземноморья. И не только там. И в Чёрном, и в Азовском морях. Я очень сомневаюсь в том, что в те трудные, тяжёлые времена, большинство хозяев, имея возможность вывезти своё имущество с собой, (а так бы оно и произошло, если бы уровень моря поднимался постепенно), тем не менее, просто так, без причин, бросили на произвол судьбы любимую, дорогую посуду, и покинули жилище налегке. И уж тем более, я не поверю в то, что хозяин мог просто так выбросить орудие производства, в виде специально изготовленного сита, предмета, на котором можно заработать себе в будущем на хлеб насущный. Скорее всего, дело обстояло иначе. Исходя из вышесказанного, и, вспоминая цитату Хэндэрсона, точнее, намёк, который сделан в ней, я предполагаю следующее: Павлопетри ушёл под воду не постепенно, в течение нескольких столетий, или тысячелетий, как то утверждает официальная история. Он исчез с лица Земли в течение нескольких суток, если не часов. Причём, его не задела волна цунами.

По залу прошёл шорох, но Женька не обратил на него никакого внимания. Его, что называется, понесло.

– Да, я считаю, что Павлопетри исчез с лица Земли практически, мгновенно. Настолько стремительно, что жители города не успели спасти имущество. Да, впрочем, какое имущество…. Вполне возможно, они и сами не успели спастись. Сразу отмечу: гипотеза о большой приливной волне, цунами, отпадает сама собой, в связи с найденными целыми, особо отмечаю это слово, именно целыми археологическими находками. Цунами, их бы обязательно разрушила, уничтожила, смыла. Хотя, это никак не опровергает гипотезу всемирной приливной волны. Просто, огромная волна обошла стороной Средиземноморье, и Чёрное с Азовским моря. Однако, последствия цунами отразились на данном участке Земли. – Голова докладчика на миг вскинулась, и тут же снова опустилась к микрофону, – Повторюсь, подобного рода находки – доказательства найдены не только в Средиземноморье, но и в районе Чёрного и Азовского морей. Как в районе Греции, так и в районах Турции, Грузии, Украины, России, Болгарии. К примеру, во время подводных исследований затонувших поселений у берегов Сочи и Анапы нашими учёными найдены многочисленные предметы бытового применения из глины, включая амфоры. И подобного рода археологические находки встречаются по всему побережью всех трёх морей. И если ещё можно поверить в то, как пытаются убедить некоторые оппоненты, что жители города Павлопетри были, простите за грубое выражение, слишком заевшимися богачами, которые спокойно могли бросить свой скарб и отправиться восвояси налегке, то уж поверить в то, что точно такими же богачами были жители и всех других поселений на берегах трёх морей, крайне тяжело. Но, тем не менее, жители по всему побережью Чёрного и Азовского морей бросали своё имущество и покидали города. Либо, уходили под воду со своим скарбом. Что, как, на мой взгляд, говорит об одном, – Женька перевёл дух и выдохнул, – жители всех будущих затонувших поселений во всех трёх морях неожиданно столкнулись с одной проблемой: со стремительно увеличивающимся уровнем воды, в виде, как приливной волны, так и выпада осадков, в виде дождя, или града. Именно отсюда и имеет место многочисленность археологических находок, найденных в точках затоплений древних поселений.

– Почему вы взяли за пример именно Чёрное море? – данный вопрос принадлежал женщине. Впрочем, рассмотреть её Женька не успел. Как и ответить. Вместо него ответил мужчина, с третьего ряда, с точно такой же щетиной, как у докладчика. Мужик из Челябинска, вспомнилось Женьке, вчера читал доклад о дольменах.

– До поднятия уровня Мирового океана Чёрное море было пресноводным озером. – Тем временем вещал челябинец. – Именно поднятие уровня Мирового океана сделало пресноводное водохранилище солёным морем. В открытом океане, на просторе, мощная приливная волна, подобного рода городища раскидала бы на сотни, если не на тысячи метров. Естественно, в подобных условиях, шансы найти на глубине фрагменты керамики, равны нулю. В нашем случае произошло следующее. Вселенское, другого слова тут просто не подобрать, цунами прошло стороной, практически не задев территорию Средиземного, Чёрного и Азовского морей. Однако, удар волны был таков, что вода из Атлантического океана хлынула в горловину Гибралтарского пролива, оттуда в Средиземное море, а уже из него, в будущие Чёрное и Азовское моря. Как понимаете, чем глубже вода входила в материк, тем больше было сопротивление. И если в начале вхождения волна всё сметала на своём пути, то уже на подступах к Чёрному морю, в районе Павлопетри, сила удара была смягчена настолько, что на побережьях Средиземного, и будущих Чёрного и Азовского морей жители наблюдали пусть и огромную, но, тем не менее, простую штормовую волну, которая была в разы меньше цунами, однако, быстро затапливала близлежащую местность. Если я правильно понял докладчика, отсюда и большая концентрация хорошо сохранившихся археологических находок. Цунами действительно всё стёрло бы с лица Земли, не оставив и следа. Штормовая же волна основательно повредила дома и то, что находилось на тот момент внутри них, однако, не ликвидировала их полностью. В этом плане я согласен с докладчиком. Вопрос в другом, – на этот раз мужчина повернулся в сторону Михайловского, – почему вы решили соединить события, связанные с Йонагуни с событиями в Чёрном и Средиземном морях?

Год 11568 до Р. Х., межпланетная трасса Отта – Эя (сегодня, Марс – Земля), Триста Седьмая экспедиция, транспортное судно «Элта».

Снова сон. Только на этот раз ещё более странный.

Ноги Ола заливает вода. Грязная, мутная, вонючая. Откуда появилась болотистая жижа, понять невозможно. Впрочем, её появление не удивляет этнобиолога. Ол предчувствовал, а, может, знал, что она появится. Потому, сам факт её появления не взволновал доктора. А вот пропажа камня испугало, и очень сильно. Почему? – Мозг самостоятельно, будто находился вне человеческого тела, принялся анализировать ситуацию. – Почему так напугало исчезновение камня? Может, то был вовсе не камень? А что? Плита? Нет, плита иная на ощупь: плоская, с явно выраженными краями. А ему нужен камень. Обыкновенный камень, каких полно вокруг: катыш, с гладкими, скруглёнными краями. Но почему пропажа именно этого будыжника так испугало? Всё-таки, что-то в том камне было. Или есть? А, может, будет? Конечно, будет, если он его найдёт.

Ол во сне наклонился, принялся шарить руками в грязной воде. Где же он? Где? Пальцы всё время натыкаются на вязкую, противную слизь. Может с правой стороны? Пусто. С левой – тоже. А если остался за спиной? Возвращаться? Но вода прибывает, уже выше колен. А, может, это вообще не то место? Может, он потерял его где-то раньше, и только сейчас вспомнил об этом?

Ол распрямился, осмотрелся. Лес, небо, скалы – всё исчезло. Осталось только грязное водянистое пятно. В центре, которого он, Ол. Страшно. Жутко. Захотелось уйти, убежать. Нога сделала шаг в сторону, тут же наткнулась на большой твёрдый предмет.

Этнобиолог наклонился, запустил руки в грязь. Нащупал, вытянул предмет из воды.

Камень имел яйцевидно-овальную форму. И то не был результат обработки. Сама природа сделала огромный булыжник гладким и обтекаемым. Ол понятия не имел, откуда он об этом знал. Но в том, что всё случилось именно так, нисколько не сомневался.

От принятой на грудь тяжести, ноги учёного погрузились в ил по косточку, и погружение продолжалось. Однако, мужчина теперь ничего не боялся. Камень найден, бояться нечего.

Руки этнобиолога приподняли булыжник чуть выше, раскачали, подкинули в воздух, таким образом, перевернув его. Снова поймали. Теперь взгляду учёного открылась оборотная сторона. Док радостно вскрикнул: обнаружилось искомое, гравировка. И хотя рисунок покрыт грязью, часть его видна. Несколько полосок, соединённых вместе одной длинной, более глубокой линией. Похоже на перо птицы. Или крыло. А, может, растущая трава? Чтобы рассмотреть, необходимо смыть грязь с камня. Однако, именно это Ол и не решается сделать, боится снова потерять булыжник, потому, как знает, более его не найдёт.

Тем временем ноги погрузились в ил по колено, а водный поток давит в спину. И с каждой секундой поднимался всё выше и выше. Ол, во сне, почувствовал зарождение ужаса. Брось камень! – Говорит голос внутри него. – Кинь! Ты успеешь спастись! Камень погубит тебя.

Однако, нечто иное, что, Ол не знал, но тоже находящееся внутри, твердит обратное: не бросай! Не смей бросать!

Тем временем вода поднялась до шеи. Захлестнула камень, омыла его поверхность. Вот только что там за рисунок, разглядеть всё одно невозможно: старую грязь скрыла новая. И булыжник, вроде, как стал тяжелее. Или то поток так давит? Удар в руку. Что это? Дерево? Откуда тут могут быть деревья? А почему бы им не быть: ведь грязевой поток всё сметает на своём пути. Второй удар в ту же руку. Боль. Стон….

Именно в этот момент Ол понял, нет, не понял, почувствовал, ощутил: там, на Отте, умер отец. Связь с родиной прекратилась. Навсегда.