Древо мира. Осколки настоящего

Глава 9

– Закрой глаза.

– Зачем?

– У меня для тебя подарок.

Девушка с волосами цвета закатного солнца ясно улыбнулась и крепко зажмурилась.

– Готова?

– Да.

Светловолосый юноша взял ее за руку и повел вперед, медленно и осторожно, подсказывая, куда лучше наступить, хотя в этом не было особой нужды. Мягкая трава, извиваясь перед ними, связывала свои стебельки, складывалась в тропинку. А юноша бережно сжимал руку девушки, смотря на предвкушающую улыбку, скользящую по ее губам.

– Долго идти?

– Уже пришли, открывай глазки, мой ангел.

Она распахнула ресницы и изумленно ахнула. За их спинами мир уже погрузился в сумерки, но впереди все сверкало и светилось, споря по яркости с сиянием звезд. Деревья, причудливо изгибались, кронами терялись в вечернем сумраке. Но от их корней и от травы под ногами шло серебристое свечение, окутывающее все вокруг волшебной дымкой. Кусты, сплошь усыпанные золотыми цветами, мерцали, переливаясь искрами. Невысокая трава светилась, словно покрытая росой из сверкающих бриллиантов.

– С днем рождения, мой ангел.

– Но у меня…

– Неважно. Это за все те дни, когда меня не было рядом.

Девушка потянулась к нему, и он нежно поцеловал ее.

– Этот лес необычный. Он исполнит любое твое желание.

– Хочу яблоко, – тотчас сказала она, лукаво улыбаясь.

На ближайшем к ней дереве засветился гигантский золотой цветок. С легким шелестом он раскрылся и из него, прямо к ней в руки, выпало идеальное красное яблочко.

– Вот видишь. И он может исполнить любое твое желание… Абсолютно любое…

– Тогда… Я хочу, чтобы мы всегда были вместе.

Когда попадаешь в незнакомое место, обращаешь внимание на мелочи, привычные для тех, кто бывал там раньше. Часто в глаза бросается незначительная деталь, в будущем гораздо больше влияющие на мнение, чем что-либо другое. Одна такая мелочь может кардинально изменить отношения. А для человека свойственно поддаваться сиюминутным порывам, и сложившееся мнение уже будет не исправить. Можно много рассуждать о том, что могло бы произойти, а что нет. А те, кто живут такими мимолетными мгновениями, зачастую меняют мир, и не всегда к лучшему.

День Эмми был наполнен открытиями. Мужчинам уже приходилось передвигать по этой старой дороге, а вот для девушки каждый поворот нес что-то новое.

Кроме того, никогда Эмми столько не сидела в седле, все тело болело и от такого способа передвижение, и от сна на земле. Хотелось плюнуть на все и повернуть назад, к мягкой постели и покою. Вот только за спиной не было родного дома, где бы ее ждали, надеясь на скорое возвращение, и не было спокойствия, лишь неуверенность в собственном будущем.

Они спешили, и привалы были короткими. Девушке не хватало времени, чтобы прийти в себя, хоть немного размять затекшие мышцы. Но она упорно поднималась вслед за всеми, когда Майвер объявлял, что привал окончен. Жаловаться ей не хотелось, хотя Торо постоянно спрашивал, как она себя чувствует, и иногда пытался настоять на лишней остановке. Эмми смеялась на этим, отвечая, что будущая королева должна уметь выносить любые тяготы. И пыталась почувствовать себя так, представляя не просто девчонкой, но действительно королевой. Получалось не очень.

Сарим и Альтан ей не докучали. Юноша, похоже, решил, что раз девушка уже знает о его чувствах, то можно не суетиться, лишний раз доказывая их. Он просто ехал рядом с ней и Гаем, рассказывая истории. С Саримом Эмми старалась не встречаться даже взглядом, хотя ей постоянно мерещилось, что он наблюдает, но стоило посмотреть, и его не оказывалось рядом. Это смущало и пугало одновременно. Да и Гай явно показывал мужчине, что, при всем уважении к нему, видеть Сарима лишний раз рядом с сестрой не хочет. Такое отношение к нему брата девушке не нравилось, но приносило облегчение.

Зато за эти дни Эмми лучше узнала Даймира. Ученик мага интересно рассказывал о многом, а между делом, и о себе. Он был сиротой, оставленным при храме Светлой. Была такая возможность у родителей, которые по какой-то причине не могли или не хотели воспитывать детей. Храмовые приюты были разными, но Даймиру повезло. Оттуда его и забрал Альмирих, когда однажды увидел, как маленький мальчик без усилий заставляет цвести розы в саду. Будущий ученик мага собирал в храме оставленные в дар букеты и превращал их в живые растения, украшения сада. Для многих прихожан это было чудом, и Даймира не хотели отпускать, ведь, благодаря его усилиям, небольшая молельня превратилась в известное и посещаемое место.

Для Альмириха же открытием стал потенциал юного мага. Универсалов среди одаренных силой не так уж и много, и в основной массе они были довольно слабыми, ведь сила распылялась на множество способностей, не концентрируясь на чем-то одном. А уж тем более удивляло то, что возможности Даймира означали, что и его родители были не последними магами, по крайней мере один из них. А сильные никогда не бросают своих детей, по крайней мере, по своей воле. Они самое дорогое их сокровище.

Эмми разговаривала с ним, следуя совету БайлерМи. Ей было интересно, и, надо отдать должное Даймиру, учителем он был превосходным, рассказывал и объяснял, если девушка чего-то не понимала, смеялся над ошибками, но совсем не обидно, показывая, что это не страшно, ошибиться может каждый.

Открытием для Эмми стало то, что магия в этом мире была привязана к движениям рук. Заклинания назывались плетениями и у учеников и слабых магов были видны невооруженным взглядом, светясь подобно кружеву. Даймир же, показывая плетения, специально делал их яркими, чтобы девушке было проще со всем разобраться.

– Когда научишься, движения будут занимать времени меньше, чем один удар сердца.

Эмми на это только скептически хмыкала.

Они без приключений добрались до крупного города, живого и шумного, что после пяти дней в лесной тиши было непривычным. Город назывался Донгар и был торговым. Сюда стекались люди не только с близлежащих поселений, но и жители речных островов. Отсюда было проще всего отправиться в путешествие по Корню и перебраться на другой берег. Переправа Донгара была чуть ли не единственным местом, с которого до сих пор можно было беспрепятственно добраться на любой из речных островов.

Солнце уже поднялось достаточно высоко, когда они, наконец, вошли в город. Температура стремительно поднималась.

– Я знаю, у кого можно найти хорошую лодку, – сказал Сарим.

– Лодку? – Линвар оглядел компанию, собравшуюся в тени под большим деревом.

Солнце палило нещадно, и Эмми стала понимать, почему у многих местных жителей на головах были шляпы и платки, а одежда – свободной. Температура была как в какой-нибудь пустыне! Выезжая из Дейвернота, девушка оделась, как и советовал Гай, в штаны и рубаху, сверху накинув плащ. При необходимости ей достаточно было накинуть капюшон, чтобы скрыть свою принадлежность к женскому полу. Плащ уже два дня лежал в седельной сумке, а на голову девушка повязала платок. Волосы он не скрыл, но внимание к рыжим волосам все же привлекал меньше. А чем может грозить повышенное внимание, шутливо поведал все тот же Линвар, рассказав несколько историй о похищениях и пытках, после которых Эмми боялась отойти от брата на лишнюю пару шагов.

– Мне кажется, лодочку придется брать побольше. Уверен, что такая найдется? В известных тебе местах?

– Я знаю, как спрашивать и у кого спрашивать, – Сарим не ответил на подначку. – Я вас оставлю. Где мы встретимся после?

– Трактир «На плывуне», – ответил Торо, опередив всех. – С его теперешним хозяином я воевал, отличный мужик. Накормит вкусно, да и подскажет, что да как. Командир, ты его должен знать. Лон Одноглазый.

– Знаю… Неужели жив еще старых пройдоха?

Майвер и Торо пустились в воспоминания. Сарим легко кивнул Гаю и растворился в толпе.

– Иногда мне кажется, что он старше, а не я, – Эмми смотрела на брата, который возился с лодкой, осматривая ее и о чем-то споря с ее хозяином и Саримом.

Они сидели прямо на речной гальке, что устилала берег, нагретой солнцем.

– А, может, так оно и есть, – Альтан запрокинул голову и уставился в небо. – Возраст лишь указывает на то, сколько раз всходили солнце и Ареза, сколько весен приходило, и сколько раз собирали урожай. Это ничего не говорит о тебе, как о человеке. Мы учились с Гаем, я знаю, что ему пришлось пережить. От такого становятся разом старше на несколько лет и, надеюсь, мудрее. Но тебя он будет оберегать от потрясений. Может показаться смешным, но, хоть ты и старше, в тебе он видит все того же ребенка, что и в далеком детстве.

– Младшую сестричку? – хмыкнула Эмми.

– Да, но не потому, что пытается самоутвердиться или не уважает тебя. Гай беспокоится, боится снова тебя потерять, – Альтан говорил тихим спокойным голосом. Он погрузился в свои воспоминания и продолжал рассказывать. Юноша был похож на того, от кого осталось только тело, расслабленно сидящее на берегу, а душа витает в прошлом, выискивая полузабытое, пытаясь стереть незабываемое.

– Гаю было четырнадцать, мне уже исполнилось пятнадцать, когда в школу поступил запрос на подкрепление от гвардии. Это обычная практика. Военная школа Айгайвера – место, где не просто готовят будущих воинов. Там работают настоящие фанатики. Редко кто добровольно отдает в школу своих детей, чаще к этому вынуждают обстоятельства.

В его голосе было столько горечи, что девушка сразу же догадалась, что последние слова он говорил о себе. Что же такое было в его жизни, что заставило родителей отдать сына в место, о котором он и теперь говорит чуть ли не с отвращением и содроганием?

– А твои…

– Неважно, как я оказался там, – резко оборвал он. – Меня привели и все. Но там я познакомился с Гаем и Раоном. Он был нашим другом.

– Был?

– Был… Он погиб… Втроем мы постоянно попадали в переделки. У меня и Раона практически не сходили шрамы от порки и… других наказаний. Гая трогать в полную силу все же боялись, сын короля, как-никак. Но он уже тогда мог найти выход. Брал на себя вину, рассказывал невероятные истории о том, почему и как что-то случилось. Ему, естественно, не верили, но, наказывали не так жестоко. А потом пришел тот злополучный запрос. Гвардия берет школьников, когда не хватает людей в тылу, в обозники и санитары, делать то, что воинам не по чину. В тот раз было также. А потом мир полетел в преисподнюю. Мы должны были снабдить провиантом последнюю крепость Света на Темных территориях. Звучит хорошо, и ничего, в общем-то, тяжелого. Она стоит на скале, на самом берегу реки. Всего и надо было, переправиться на другой берег и подняться по дороге, которая находится под защитой крепости, с припасами. Вот только нам никто не сказал, что крепость мы потеряли и идем не защищать, а отбивать ее. И атака была уже не первой, поэтому и понадобились школьники. Живые трупы, в которых полетят первые стрелы… Не все мы погибли от первого залпа. И когда началась бойня, сумели как-то защититься… горстка толком не обученных детей. Что мы могли противопоставить взрослым воинам? Они играли с нами. Драуки… быстрые, ловкие, сильные. Мы умирали один за другим. Остался от силы десяток, когда о нас вспомнили и послали помощь. Мы выжили. Только Раон, он был ранен, сильно, и даже не сказал ничего, знал, что умирает. Он был магом жизни и чувствовал это… Он умер у нас на руках посреди Мирового древа, навсегда оставшись там, где никогда не бывает войн.

– Мне жаль…

– О чем жалеть тебе? Ты его не знала. Не знала никого из тех, кто остался там навсегда. Просто помни о том, что у тебя есть Гай. Он отдаст за тебя жизнь, если понадобится. А я лишь прошу не допускать этого.

– Я постараюсь.

Этот мир совсем не идеален, но то, что на смерть отправляли детей, ужасало. Альтан не сказал, сколько их было, сколько выжило, но и без его слов девушка понимала, что цифры несоизмеримы. Ею овладело спокойствие. Теперь было для чего жить. Если они найдут гааро, она сможет все остановить. Не будет больше бессмысленных жертв, а дети останутся детьми. Она другими глазами смотрела на брата, отчетливо понимая, что совсем не знает его. С ней – веселый, добрый паренек. Каким он был на самом деле? Холодный, собранный, четко отдающий приказы – таким она тоже видела его.

«Какой же ты на самом деле, Гай, в свои неполные семнадцать лет? Да и я, кто я такая?»

– Эй, ты, прыщ мелкий, иди успокой сиятельного принца, может получится, – весело ухмыляясь к ним подошел Линвар.

– Да как ты! – подскочил Альтан.

– А вот так, иди к принцу, успокой его. Нормальную лодку нашли, до Оленьего острова вполне доплывет, а там, если что, поменяем. Иди, иди, я тут вечно стоять не буду.

Судя по взгляду, которым юноша наградил Линвара, жить тому осталось недолго. Но он не сказал ничего, резко дернул плечом и пошел к Гаю.

– А разве вы не должны поддерживать сплоченность отряда и боевой дух? Как-то все наоборот получается, – укоризненно заметила Эмми.

– Он к тебе клеится.

– Эм, – вскинула бровь Эмми, такого ответа девушка не ожидала.

– Твое высочество, по сути, мы все здесь охраняем тебя. Принцу, конечно, еще учиться и учиться, но даже сейчас он сможет чуток продержаться против любого из нас. Чтобы вернуть гааро, можно было отправить только меня и Мая, ну, может, еще вашего колдуна, обернулись бы раза в три быстрее.

– То есть я вас торможу, – констатировала девушка.

Линвар закатил глаза и подал ей руку, помогая подняться.

– Глупая, ты еще многого не понимаешь, но совет прими. Если б сильно тормозила, бросили б еще в столице. И да… Держись от Альтана подальше. Он защитник и не должен тебя желать. Сейчас он сознательно нарушает наши правила.

– Разве любовь можно контролировать? – тихо спросила Эмми.

– А ты уверена, что это любовь?

Она ничего не ответила, потому что и сама понимала, какой нужно дать ответ.

Споры вокруг лодки были закончены и сейчас загружали вещи. Их было немного, но все нужные, без которых не обойтись в путешествии.

Лодка была небольшой, с чем-то вроде надстройки – палатки из тонкой кожи, натянутой на толстые жерди – где могли укрыться пассажиры. Рассчитанная на шестерых гребцов, она все же имела парус. Хозяин утверждал, что она легко сможет пройти реку и не вызовет трудностей в управлении. Сарим тихо посмеивался, а Гай, для которого путешествия по реке были редкостью, заставил Майвера и Даймира обследовать ее всю, чтобы избежать неприятных неожиданностей. Ширина реки в этом месте была такой, что не было видно противоположного берега. Зато множество островов, обитаемых и нет, заполняли пространство. Сарим утверждал, что легко проведет лодку между ними к Оленьему острову, где они хотели остановиться на ночлег. Для него, бывшего моряка, казалось забавным путешествовать по реке.

Олений остров был небольшим. Сплошь покрытый густым лесом, он был населен дикими оленями, видом, жившим только здесь. Люди там тоже жили, но их считали чудаковатыми. Открыто никто над ними не смеялся, но шуточек про жителей Оленьего острова ходило предостаточно. А все потому, что они считали своих зверей священными и отказывались употреблять мясные продукты. Зато во всем, что касалось блюд из овощей, им не было равных.

Лодка скользила по водной глади, подчиняясь стоявшему у руля Сариму. В некоторых местах расстояние между островами было настолько мизерным, что, казалось, они не смогут пройти. Но он не зря шутил, называя себя морским волком, и каждый раз лодка спокойно преодолевала очередное препятствие.

Эти места то ли в шутку, то ли всерьез, называли просыпанным зерном из-за того, что на небольшом участке реки островов было неимоверное количество. Порой встречались совсем маленькие, на них с трудом смог бы разместиться один-единственный дом, поэтому чаще всего на таких крохах никто и не жил, только рыбаки да редкие охотники.

Майвер и Линвар сидели на веслах, работая молча и сосредоточенно.

– Даймир, – тихо позвала Эмми.

– Что?

– А почему ты не сделаешь так, чтобы лодка плыла сама? Ты ведь маг.

Парень добродушно улыбнулся.

– Я не могу заставить ее плыть. Маги воды и воздуха воздействуют на предметы через свои стихии. Так и я. Когда выберемся из этого лабиринта островов, я наполню парус попутным ветром. Здесь же я ничем не могу помочь, разве что, разбить нас об очередную скалу. Так что, пока наша судьба в руках Сарима. Магия не всесильна, иногда требуются простые умения и опыт. Без него никуда.

Эмми улыбнулась и снова стала наблюдать за проплывающими мимо островами. Даже в мире, где магия занимала не последнее место, ценили мастеров своего дела. Ей это нравилось. Те, кого она успела узнать, были славными людьми. Тот же Дайм, он не кичился своими способностями, хотя вполне бы и мог, учил ее. Девушка снова вернулась мыслями к их путешествию. Линвар был прав, чтобы найти гааро не нужно много времени, вдвоем или втроем они справились бы быстрее. Затея с ее участием казалась теперь не просто глупой, а по-настоящему абсурдной. Чем может помочь девушка, ничего не знающая об этом мире, тем более необученный маг? Вряд ли многим. Ей просто необходимо узнать как можно больше об окружающем, о людях, обычаях.

– Странно, – произнес Сарим недоуменно.

– Что случилось? – Гай выглянул из палатки, где он что-то обсуждал с Альтаном.

– Здесь должен быть небольшой архипелаг, штук десять небольших островов и скал…

– Но тут…

– Ничего нет, – хмуро закончил Сарим.

Они обогнули крупный остров, и теперь перед ними простиралась открытая водная гладь, без единого намека на островки, что были до этого. Эмми обернулась, опасаясь, что и позади них все исчезло. Но нет, там, как и раньше, весь горизонт занимал лабиринт зеленой растительности.

– И что теперь? – Гай осторожно подошел к сестре и сел рядом.

– Сразу за архипелагом должен был быть Олений остров, ровно посередине реки. Но теперь я понятия не имею, как мы его найдем.

– Ты ж сказал, что он посередине, вот и будем держаться середины, – хохотнул Торо.

– А ты видишь середину? – насмешливо заметил Сарим.

– Не надо, – Гай поднял руку, прекращая начинающийся спор. – Ты сможешь ориентироваться по солнцу?

– Конечно.

– Тогда просто правь вверх по течению. Даймир… наполняй паруса.

Лодку резко дернуло, и они устремились вперед.

– Впереди остров, – сказал Сарим.

Эмми во все глаза глядела, как возникшая на горизонте зеленая точка становится все больше.

– Это Олений остров?

– Нет, не он. Это Закатный.

– Закатный? – Торо покачал головой. – Невозможно, до него дня два пути. Наверно, просто к Оленьему с другой стороны подошли.

– Почему невозможно? – Даймир широко улыбнулся. – Кажется, нам кто-то помогает, ведь мы сэкономили целых два дня.

– Я не верю в такую помощь, – пробурчал Сарим.

– Веришь, не веришь, но ночевать нам придется здесь. Уже темнеет.

– Ваше высочество, – Майвер прервал Гая. – Я не считаю хорошей идеей оставаться на том месте, к которому нас привела чья-то магия. Может она и от Светлой, нам в помощь, но я все равно опасаюсь.

Гай задумчиво смотрел на приближающийся остров. Приняв решение, он обернулся к Майверу.

– Я тоже не знаю, что это за магия. Даже, если там нас ждет опасность… Что ж, значит так и должно быть. Высаживаемся.

– Почему здесь никого нет?

Они шли по улице, которая, скорее всего, была в этом городке главной, по дороге, единственной вымощенной булыжником. Кое-где он уже истерся от времени, появились выбоины, некоторые камни рассыпались в прах, но она определенно вела к сердцу поселения – дому старейшины, возвышавшемуся над остальными зданиями. Закатный остров был большим. Почти пополам его разделяла скалистая гряда. На стороне, обращенной к Светлым территориям, и располагался этот городок. Назывался он незатейливо – Светлоречье.

В таких местах тишина не может быть абсолютной. Так и здесь. Шумел ветер в кронах деревьев, плескалась вода, постукивала бортом о доски пристани лодка. Но нигде не было слышно человеческих голосов, не лаяли собаки, которые точно должны были быть в каждом дворе. Да и другая живность не подавала никаких звуков. Городок словно бы вымер, остались только те вещи, что не обладали даром жизни.

– Ты права, это слишком странно, – Гай шел первым, чуть замедляя шаг, чтобы заглянуть в очередное окно. – Не представляю, что могло здесь произойти, но мне это не нравится. Дайм?

– Неприятное чувство, но не сказал бы, что это черная магия, может, ее отголоски. Отсюда просто убрали все живое, – ученик мага пошевелил пальцами и засветил на ладони небольшой огненный шар. Тот вспыхнул красно-золотыми искрами, потемнел, начал сжиматься, превращаясь в кровавый бесформенный сгусток и, наконец, рассыпался пылью, которую Даймир просто стряхнул себе под ноги.

– Это тайхо, маяк на черную магию. Если бы это была она, он стал бы черным, хотя цвет все же изменил, значит, что-то здесь все же было, но что, сказать не смогу. Извини, Гай.

Эмми передернула плечами. С тех пор как они вступили на остров, она не могла прогнать гнетущего ощущения, будто в скорости что-то должно произойти. Там, на реке, когда она смотрела издалека на остров, он казался ей безмятежно спокойным, но теперь каждая клетка тела сжималась предчувствием неизбежной трагедии. Страх по крупице захватывал разум, пока еще не одержав победу, но явно стремясь к этому.

– Никого живого, ваше высочество, – вернувшийся Майвер тоже был в напряжении. – Неспроста это, советовал бы убираться отсюда, пока дрянь, что извела всех здесь, не принялась за нас.

– Ты видел такое раньше?

– Нет, сколько воевал на границе, да и по ту сторону реки, в пустых поселениях всегда были трупы. Или всех вырезали драуки, или сам Ааронд и его маги развлекались, прости, принцесса. Но тела оставались, да и живность никуда не пропадала. А здесь, вон в том подворье, например, – он махнул рукой в сторону, откуда пришел, – две собачьих цепи пустых и хлев для животины. Кормушки полные, двор не бедный, а нет никого, словно испарились. Явно без магии не обошлось. Уходить нужно и поскорее.

Девушка обернулась назад, туда, откуда они пришли. Солнце висело почти над самым горизонтом, и вода казалась красной, подсвеченная закатными лучами. Эти же лучи скользили по скалам, возвышающимся над домами. Великолепное и, одновременно, пугающее зрелище оправдывало название острова. Кроваво-красный закат, рождающий не просто тревогу – панику. Как люди могли здесь жить, спокойно наблюдая такое изо дня в день?

– Нам некуда идти. Скоро стемнеет, а до следующего острова еще нужно добраться. Мы устали, – она старалась, чтобы голос не звучал обреченно.

Принц подошел к девушке и положил руки на ее плечи и легонько сжал.

– Майвер, найдите место для ночлега. Сегодня остаемся здесь. Лучше на окраине и не в помещении. Навес или что-то еще. Если что-то случится, потратим меньше времени на сборы.

– Слушаюсь, ваше высочество.

Он ушел. Гай, не отпуская сестру, кивком головы подозвал к себе Дайма.

– Чувствую себя здесь очень… неуютно. Я мог бы сказать, что боюсь, и это не было бы неправдой. Мне действительно неуютно, – ученик мага окинул окружающие их дома подозрительным взглядом. – Чувство, что должно произойти нечто или ужасное, или невероятное. Эмми, ты ничего не чувствуешь?

Девушка так и стояла, смотря на воду. Река неспешно несла свои воды, и это неторопливое движение завораживало. Но была в нем какая-то неправильность, что-то трудноуловимое, что нельзя облечь в слова, сигналящее на уровне предчувствий о грядущей опасности.