- -
- 100%
- +
– Авейра? – пухлая улыбающаяся женщина среднего возраста неожиданно подхватила меня за локоток и уверенно повела к противоположной от двери стене. – Я Лойс, повар высшей категории. Ты отвечаешь за чистоту моего подразделения, мы готовим горячее. Наш отдел вон там, – указывая на те столы, что у стены, проговорила повариха. – Все тряпки и необходимые принадлежности найдёшь в чулане рядом с кухней. Можешь приступать.
И пошло-поехало. Первые дни я так уставала, что это трудно передать словами. Как сказали работники кухни, в этом месяце был самый настоящий аврал. Старший сын короля вознамерился выбрать невесту, так что во дворец тут же слетелась куча желающих породниться с правящей семьей. В общем, балов и праздничных ужинов было много, как и гостей, которых нужно кормить. Не успевала я убирать одно, как образовывались новые и новые кучки с мусором и отходами. Лойс, вечно бодрая и оптимистичная, говорила так: «К счастью, ничего не пропадает! Что не скушают господа, всегда докушаем мы!»
Бесконечная гора посуды от горячих блюд, которую (ну как же иначе!) приходилось перемывать мне. Кухня и ее обитатели, и это я говорю не только про людей, мне уже начали сниться. От вида больших туш животных, будь то свинья или олень, меня первое время тошнило, но спустя буквально пару дней – привыкла. Каждый вечер, ложась спать, я думала: «Хотела работы? Нарвалась». А утром все начиналось с начала: уборка, мойка, уборка, уборка, мойка, уборка и так по кругу, без конца и края.
Постепенно я освоилась во дворце. Здесь, как, впрочем, и в работном доме, были свои порядки и законы, были свои болтушки-сплетники, были девушки-красотки и было ворчливое начальство. Кстати говоря, я поражалась, как горничные, которых на весь дворец от силы с десяток, умудряются поддерживать чистоту таких огромных помещений. Но все оказалось довольно прозаично: во дворце была сложная система магической охраны. Но я в этом полный ноль, поэтому стараюсь даже не вникать в детали, бесполезно. В общем, в плетениях этой охраны были и чистящие заклинания. Горничным оставалось лишь выносить мусор, если таковой имелся, стелить чистое белье для гостей, и все. А вот у каждого члена королевской семьи была своя личная служанка (мне никого из них видеть не приходилось) и Лойс говорила, что они жуткие зазнайки.
Все работники кухни, и я не исключение, с нетерпением ждали двух вещей: когда наследник наконец-то либо выберет невесту, либо уже пошлет всех куда подальше, и… жалованье. Второе, как поговаривают, весьма и весьма неплохое. Не могу дождаться! Столько всего хотелось бы приобрести, пройтись по лавкам, чтобы не просто поглазеть как раньше, а купить – самой купить себе! – платье на свой вкус. Девичья натура во мне от таких мыслей в предвкушении потирала лапки. Все-таки хорошо, что меня выбрали!
Спустя приблизительно месяц (принц так и не определился, надо отметить!) все гости разъехались по домам. Начались относительно спокойные будни. Зарплату тоже выдали примерно в те же дни. Накупив платьев и прочего, мы собрались с девчонками-горничными у меня, чтобы обсудить приобретения.
– Эйра, вот это зеленое слегка напоминает платье той светловолосой принцессы из соседней страны… Забыла, как ее зовут, – восторгалась моим новым платьем Кэт, смуглая девушка, живущая в соседней комнате. – Мне кажется, вот этот гребень сюда идеально подойдет. Дашь поносить? Ну пожалуйста! А я тебе взамен вот это жёлтое! А?
– Сначала сама поношу, а дальше посмотрим, – делиться совершенно не хотелось, потому что это было первое платье, которое я не только купила сама, но и выбрала. – Что ты еще купила? Показывай!
Решив не продолжать разговор о своих приобретениях, увела девушку в не менее интересную тему. Это первый совместный вечер с товарками по работе. Пригласила я их сама, посчитав, что держаться особняком в таком месте, как дворец – не стоит. Общение может быть полезным. Не самые искренние мотивы, но за столько лет привычка ни с кем не сближаться давала о себе знать. Общение шло не так легко, как хотелось, но надо же когда-то начинать? «Все придёт с опытом! – убеждала себя я. – Раньше прекрасно выходило общаться с людьми, так что и теперь все получится. Главное – проявить терпение».
Чего-чего, а вот терпения мне действительно не хватало. Не счесть то количество раз, которое мне приходилось себя сдерживать. И что греха таить? Раз десять точно я цапалась с Лойс, благо женщина она незлопамятная и довольно безобидная, но сам факт. Сколько раз я себе говорила держать язык за зубами, и все равно нет-нет, а злость вырывается наружу. И вообще, откуда ее столько во мне? Почему она почти всегда беспричинная? Тот священник мне заявил, что «в вас, девушка, живут бесы» (не удивлюсь, если и его они не покидают), а наставница говорила просто, что «характер у нее дрянь». Ей я больше склонна верить. Правдоподобней звучит, хотя про бесов я не знаю. А они вообще существуют? Мало ли…
– Девочки, а вы слышали последнюю новость? – заговорщицким голосом начала Хло, самая главная сплетница, вырывая меня из размышлений. – Поговаривают, что та самая принцесса в зеленом платье (из Арливии она, кстати) попыталась влезть в комнату к принцу. Вот он разозлился! Так кричал! Так кричал! Она же запуталась, как муха в паутине, и просидела в одной сорочке под дверью всю ночь. Конечно, наследник такого терпеть не стал и всех разогнал.
– Мог бы и воспользоваться, – хихикнула я в ответ. – С каких пор эта сторона человеческой жизни стала зазорной? Насколько я знаю, в нашей стране даже публичные дома есть.
– Эйра, – возмутилась Кэт, ее темные брови сомкнулись на переносице. – Ты что? Она же принцесса! А он принц! Наш наследник не такой!
– Конечно-конечно, – хмыкнула я, – он же принц, а не простой мужчина. Все низкое и человечное ему совершенно чуждо. Не будем о нем так говорить.
– Да! – мой сарказм смуглая горничная не поняла, но я не стала ей ничего объяснять. Пусть живет в своем мире, возможно, ей удастся не окунуться с головой в реальный. По правде говоря, мне пока тоже удавалось этого избегать, но ложных иллюзий я не питала.
К счастью, мое замечание никто не понял правильно (хотя счастье ли это – иметь такие умственные способности?) и вечер протекал и дальше в мирной и ни к чему не обязывающей атмосфере. Много разговоров о дворянках и их нравах, о высокородных лордах и принцессах. Очень забавно было слушать рассуждения простых горничных о том, какой должна быть будущая королева. Столько высокопарных слов, а на деле очень большой вопрос, а существуют ли вообще такие идеальные люди. Мне, если честно, было глубоко все равно, на ком женится принц, главное, чтобы хуже жить мы не стали. А о чертах характера, необходимых истинной леди, пусть рассуждают философы. Я на кухне прислуживаю. Мне этого хватает. Сильные мира сего и сами вполне могут разобраться, кому каким быть и что с этим делать. Но спорить с горничными лучше не стоит. Налаживаем общение!
Жить во дворце – это всегда находиться в центре всех сплетен. Сей факт стал мне понятен еще с первой недели пребывания здесь. А когда о бедной принцессе начали шептаться на каждом углу, мне открылся еще один нюанс: дворец – это сборище змей, которым только дай пищи для шипения. А принцессу жалко, кто ее знает, как там все было. В том, что версия, о которой все говорят, и действительность сильно разнятся, я не сомневалась. Любителей приукрасить – масса.
Не участвовать в подобных разговорах невозможно, но я старалась держать нейтралитет. Думаю, это не наше дело, кто и с кем спит. Принцесса оступилась, ничего страшного. Скоро все всё забудут. Хотя пока ей лучше в нашу страну не соваться: ее поступок не только прислуга обсуждает, дворяне тоже далеко не исключение.
Чем заниматься одинокой юной девушке по вечерам, если общество горничных ей наскучило? Правильно! Исследовать дворец! Наконец-то мне удалось выкроить время для того, чтобы спокойно пройтись в одиночестве по этому великолепному строению. Посмотреть было на что, хотя около многих помещений стояла стража и туда я не совалась. Бесчисленное множество галерей с портретами правителей и их супруг, бальные залы, отделанные роскошно, но со вкусом, зимний сад с огромным количеством удивительных цветов. Дворец поражал мое воображение. Я не один час бродила и разглядывала эту красоту, удивляясь работе талантливых мастеров своего дела. Скульптуры, фонтаны, картины – все это было к месту, подчеркивая индивидуальность интерьера без лишней вычурности. Красота, да и только.
За один вечер все это великолепие невозможно было обойти, так что у меня появилась своя маленькая традиция: после ужина я отправлялась в случайное крыло замка, которых было немало, и разглядывала его красоты. Поначалу стражники и придворные удивленно на меня поглядывали, в их взглядах можно было прочесть подозрение и недовольство, но со временем они перестали меня замечать. Привыкли, наверное, к странной служанке.
В один вечер, спустя примерно полтора месяца после того, как я вырвалась из работного дома, я по привычке отправилась гулять и выбрала для этого восточное крыло дворца. Забегая вперед скажу, что мне даже в голову не пришло обратить внимание на странность: никого в этом крыле не наблюдалось. Ни стражников, ни других слуг, ни придворных. Почему я этого не заметила? Очень хороший вопрос, на который у меня ответа нет.
Первый этаж встретил меня тишиной, ничего особо интересного на нем мною найдено не было, только куча запертых дверей. Почти весь второй этаж занимала галерея с огромным количеством портретов, все они изображали придворных магов. При каждом из королей был свой личный маг. Обычно им становился сильнейший в стране, и эта должность считалась самой почетной. Занимавший её человек был вторым по влиянию после короля. На всех без исключения холстах были изображены мужчины с серьезными цепкими взглядами. Переходя от одного к другому, я невольно ежилась. Мне казалась, будто они все смотрят в самую мою суть и видят там что-то им не слишком угодное. Но это лишь моя фантазия разыгралась. Надеюсь. Сколько их здесь? Значительно больше, чем портретов королей в южном крыле. Может, короли часто меняют своих магов? Но почему? Находят сильней? Хм, хотя чего это я? «Незаменимых нет», как часто любила ворчать директриса.
В конце огромного вытянутого зала мое внимание привлек один из портретов. На нем был изображен высокий мужчина с длинными черными волосами, собранными в хвост, а его синие глаза будто горели, хотя и оставались серьезными. Чем он отличался от остальных? Наверное, тем, что был молод: на большинстве остальных изображений были одни старики. Но не это было главным. От брюнета веяло силой, чем-то опасным, это чувствовалось даже через картину. Прямой нос, волевой подбородок, чуть загорелая кожа – все мне в нем казалось знакомым. Откуда я могу знать этого придворного мага? Да еще и неизвестно, в каких годах он жил. «Эйра-Эйра, опять напридумывала себе, – пожурил меня внутренний голос, – фантазерка!»
От этой галереи по моей спине пробежали неприятные мурашки, так что долго задерживаться там я не стала. Налюбовавшись последним магом (да-да, именно налюбовавшись, потому что если он красивый, то почему бы и нет?), я направилась на третий этаж. Интересно, что будет поджидать меня там? Хотя пока восточное крыло у меня никакого особенного восторга не вызвало. Вот в южном крыле – там да, там красиво. А здесь как-то темновато и мрачновато. Бр-р-р.
На третьем этаже было вообще жутко, иначе это место описать нельзя. Только поднявшись туда, я замерла, не решаясь войти. Еще много-много раз я впоследствии буду причитать: «Ну какого чёрта?! Зачем? Зачем я туда поперлась?», но в тот момент я стояла на пороге темного этажа в нерешительности, собираясь с духом. В конце концов я сделала осторожный шаг.
Как только я оказалась в темноте, за моей спиной сразу же зашумел ветер. «Откуда здесь ветер?» – промелькнула мысль в моей голове, но тут же скрылась от ужаса. За моей спиной послышалось злое рычание. Быстро отскочив в сторону и умудрившись развернуться в прыжке, я оказалась лицом к лицу с огромным призрачным псом. Что… Что?! Собака занимала собой все пространство коридора, так что проскочить к лестнице было попросту невозможно. «Может, рискнуть и пробежать сквозь него? Он же прозрачный», – подумала я, но инстинкты кричали о другом: бежать нужно, но в противоположную сторону.
И началась гонка. Мои ноги развили такую колоссальную скорость, которую я лично от себя бы никогда и ждать не стала. Сердце громко билось о ребра, но обращать на него внимание в такой ситуации было нелепо. Сейчас главное – выжить. Перегонки с призрачным псом длились всего несколько минут: во дворце, каким бы он огромным ни был, толком не разгуляешься, но это время показалось мне вечностью. Этаж кончился тупиком. «В ловушке!» – паническая мысль прошмыгнула в голове, но предпочла быстро спрятаться при виде огромной морды, приближающейся ко мне.
Из пасти призрачного животного капала слюна, причем она-то была вполне реальной. «Переварит меня и даже расстройство желудка не заработает», – горько подумала я, а на глаза навернулись слезы, затуманивая обзор. Я вообще еще толком и пожить-то не успела! Так глупо умереть! На работе!
Почему пес медлит – мне неизвестно. Может, он наслаждается процессом? Ну а что, я в ловушке, выбраться мне некуда, за моей спиной стена. «А это еще что? – нащупав позади себя какой-то странный выступ, подумала я. – Дверь? Вполне возможно!» А собака тем временем внимательно смотрела на меня и, мне кажется, даже ухмылялась. Что, забавно тебе, псина? А мне вот не очень. Так, успокоилась. Ручка, схватилась. Резкий рывок мы сделали одновременно с псом. Я – ручки, а он – ко мне. К моему облегчению, дверь легко поддалась, и я влетела в нее без промедления. Если честно, я не надеялась, что закрытая дверь хоть как-то остановит пса, но стоило мне её захлопнуть, как все звуки из соседнего помещения резко исчезли, будто их отрезали ножом. Магия?
«А он не умеет проходить сквозь стены?» – пришла испуганная мысль, но мне в любом случае ничего другого не оставалось, так что уселась на пол ждать. Либо смерти, либо того момента, когда он уйдет. «Кстати, что это за место?» – оборачиваясь, подумала я.
А комната эта оказалась лабораторией. За моей спиной находилась куча банок, склянок, колб, пробирок и прочих необходимых для такого места штук. Стеллаж с книгами находился в конце достаточно большой комнаты, а все остальное место занимали столы с приборами. Кое-где даже что-то булькало. «Главное – ничего не трогать!» – промелькнула правильная мысль.
Как я вообще могла влипнуть в такую историю? Что мне на месте не сиделось? Вот же дрянная моя голова! Дошасталась по дворцу, добродилась! Знала же, прекрасно знала, что здесь есть куча всевозможных охранных заклинаний! Можно ведь было быть осторожней! Злость привычной волной поднялась в груди, но не остановилась, как это обычно бывало. Ее масштабы стали все нарастать и нарастать… От этого гнева мне стало тяжело дышать! Очередной приступ агрессии накрыл меня с головой. Первым желанием было крушить все, что вижу, все, до чего могу дотянуться!
«Авейра! – пыталась достучаться я сама до себя, но безрезультатно. – Авейра! Тише! Успокойся! Все хорошо, ты просто попала в нелепую ситуацию, так бывает. Это не повод злиться. Не повод. Дыши».
Успокоиться мне все никак не удавалось. Волна ярости подымалась с новой силой, где-то внутри я всем естеством съежилась от страха. Страха перед тем, что росло во мне. Злость и гнев сметали все на своем пути, я не могла их контролировать. Перед глазами появилась красная пелена, остатки разума будто удалились подальше от этого буйства. Голова начала болеть, а волны жара стали растекаться внутри, сжигая все на своем пути. Как я не оплавилась изнутри – чудо! Огонь, раньше дававший о себе знать яркими вспышками гнева, сейчас заполнил собой всю меня, все мое тело.
«Что со мной?» – испуганная мысль последней пришла ко мне в тот момент. Остальные события я помню лишь вспышками. Отчетливо запомнился запах гари и плавления, смердящий, способный заставить любого содрогнуться. Любого, но не меня.
Вот я стою около двери, падаю. Что дальше? Темное пятно. Опять я на полу, вижу все будто со стороны. Из моего маленького и хрупкого тела извергается во все стороны кольцо огня, которое все быстрее расширяется, сжирая все на своем пути. Лопаются колбы, горит дерево, клубы черного дыма наполняют комнату. В центре вакханалии – мое тело, огонь не трогает его, он ластится к моей коже. Пламя воспринимает меня как родную, мои рыжие волосы стали огнем, извиваясь во все стороны.
Последующие воспоминания слишком расплывчаты для меня самой. Знаю лишь то, что ни огонь, ни дым, ни что-либо другое в этом помещении мне не навредили. Меня чудом не задели падающие от пламени предметы, а если бы и задели, я не уверена, что они навредили бы мне. Мое тело, волосы и глаза были огнем, а из тела продолжала вырываться стихия. Где была я в этот момент? Я не знаю. Я помню все происходящее так, будто это вовсе и не со мной было, будто я смотрела на все с высоты.
Что было дальше? А дальше – темнота… спасительная и долгожданная.
3 Глава
– Назови мне хотя бы одну причину, по которой я не должен убить тебя прямо сейчас? – первое, что я увидела, когда очнулась, были ярко-синие глаза, горящие гневом, и черные брови, встретившиеся на переносице. Мне кажется, или этот гневный взгляд мне доводилось видеть раньше? «Надо было и дальше валяться без сознания», – простонал мой внутренний голос. Но поздно, меня заметили. Сейчас мне хотелось спрятаться куда подальше от этого взгляда. Версия сбежать из страны рассматривалась как оптимальный вариант. Лицо мужчины с портрета было прямо перед моим, и его я боялась куда больше призрачного пса. Моя душа съежилась под цепким изучающим взглядом.
Опустила глаза вниз и… лучше бы я этого не делала. Краска в то же мгновение залила мое лицо, когда до меня дошло: я голая! Совсем голая! Лежу посреди пепелища. Когда-то я читала сказку, где было нечто подобное, но чтоб в жизни такое… ужас.
– Простите, – прошептала, стараясь прикрыться хотя бы руками и не смотреть в пронзительные синие глаза. Сверху на меня упала темная ткань, еще хранящая тепло чужого тела. Укутавшись в мантию, а это оказалась именно она, постаралась слиться с мебелью. Довольно глупо, ведь единственное, что осталось в лаборатории – это я.
– Это не ответ, – спокойный голос, но одним им можно было заморозить целое озеро. Невольно поежилась и втянула голову в спасительную ткань. Легкий, чуть терпкий мужской аромат отвлекал, не давая погрязнуть в самокопании. Сказать мне было нечего. До конца не понимая, что произошло, я из последних сил держалась, сдерживая слезы. Не хотелось разреветься на глазах у незнакомого мага.
– Мне долго ждать ответа? – лед из голоса мужчины не пропадал, иглами жаля меня. Одну слезу я не сумела сдержать и капля все-таки скатилась по щеке. Ужасная ситуация.
Секунды текли жутко медленно, а маг продолжал испытывать меня своим пронзительным взглядом, от которого не скрыться. Складывалось ощущение, будто он видит сквозь ткань. От таких мыслей по коже побежали мурашки, принося с собой странное возбуждение. За ним пришла и злость. Опять она… Можно ли ее уже назвать подругой? Смешно. Скорей врагом…
– Значит, по-хорошему не хочешь? – я не сразу уловила, в какой момент терпение мага закончилось, но резкий рывок, поднявший меня с пола, заставил бы прийти в себя любого. Меня наглым образом куда-то тащили, как мешок с картошкой. Заботились ли о моем состоянии? Нет! Пока мужчина вытаскивал меня из комнаты, мне пришлось пройтись босыми ногами по всей гари, а уже на выходе меня будто «случайно» приложили об косяк. Дальше я не бежала за магом, этот бездушный мужлан просто волочил меня, позволяя мне хорошенько впечатываться в каждое препятствие на нашем пути.
Этот путь показался мне вечностью. Сколько раз я теряла сознание? Трудно сказать, после третьего раза моему разуму было все сложнее и сложнее, а каждый удар уже не казался таким болезненным. Почему я не умерла от травм без помощи целителя? Не знаю. А был ли целитель? Это мне тоже неизвестно, так как полностью пришла в себя я уже на холодном полу камеры. О том, что это именно она, я догадалась по решетке на маленьком окне под потолком и глухой двери с крошечным, сейчас закрытым отверстием.
Небольшое помещение моей тюрьмы делилось на две зоны: спальня и уборная. Первая представляла собой узенькую кровать с накиданной на неё соломой, а вторая – раковину да дырку в полу для справления нужды. А между ними от силы два шага. В таких условиях мне не приходилось бывать ни разу. Но если выбирать между смертью и нахождением в таком месте, я предпочту второе.
Все тело страшно ломило и болело, голову поднять с холодного пола было сложно. Не раз я пыталась это сделать, но жуткие приступы тошноты отбивали всякое желание. Далеко не сразу, но мне удалось переползти на койку (иначе ее сложно было назвать). Единственное, о чем я думала в тот момент – это о боли. Казалось, что каждая клеточка моего тела болела, но я ничего не могла предпринять. Бессильная злость сидела в душе, но это было ничто по сравнению с адскими физическими муками, которые я испытывала.
Я лежала и смотрела в одну точку, молясь о том, чтобы выжить. Воображение подкидывало страшные сцены моей неминуемой гибели в различных вариациях. Но желание жить было сильнее боли. Закрывая глаза, я пыталась сосредоточиться на приятных воспоминаниях. Их было не так много, но они были. Ради маленьких радостей стоит жить. До того момента я даже не осознавала, насколько ценю свое существование: неважно, какое оно, важно, что оно мое и терять я его не собираюсь.
Именно в этой камере я приняла самое главное решение в своей жизни: жить, чего бы мне это ни стоило! А боль будто поняла, что этот бой проигран, и отступила, позволяя мне забыться беспокойным сном.
Проснулась я от стукнувшей двери. Распахнув глаза, увидела на полу тарелку, стакан воды и бутылёк. «Подумали о лекарстве и еде? Хоть на этом спасибо», – хмыкнул внутренний голос. Горло напомнило мне неприятным спазмом о том, что оно пересохло. Как же мне хотелось пить! Накинувшись на воду, словно путешественник, пересекающий пустыню, пила и не могла насытиться. Жидкость закончилась слишком быстро, лишь слегка смочив мое горло. Простонав про себя, пригляделась к пузырьку. Маленький, синенький… Это все, что о нем можно было сказать. «Яд? Или лекарство? – подозрительно принюхавшись, подумала я. – Впрочем, хотели бы убить – сделали бы это раньше. Выпью, хуже не станет».
Время в камере тянулось мучительно долго. Ко мне никто не приходил, лишь два раза в день дверь распахивалась, но на ее пороге никого видно не было, однако еда на полу появлялась. Наверное, очередные магические штучки. Меня мучал вопрос: зачем я здесь? Какой им толк от меня? Или это специальный ход, но для чего?
Спустя дня три, по моим грубым подсчётам, а сколько на самом деле – не берусь предположить, ко мне заявился маг. Тот самый маг, благодаря которому все мое тело – один сплошной синяк. При его появлении злость ураганом поднялась из глубин моего естества и грозила взорваться в любой момент. Но страх не позволил ей вырваться. Две очень сильные эмоции бушевали у меня внутри, будто живя отдельно от меня. Жутко.
– Готова говорить? – голос был спокоен и решителен, но мне не хотелось легко сдаваться. Чувствовала ли я себя виноватой? Да, но это ничего не меняет. Это их собака, в конце концов, погналась за мной! При чем тут я? Пусть следят за своими животными или дают прислуге точные указания, куда можно ходить, а куда вход строго-настрого воспрещен.
– Или что? – упрямо глядя в синие глаза ответила я. – Вы снова протащите меня по всему дворцу, позволяя моему телу знакомиться с каждым препятствием? Спасибо, я со всеми углами и лестницами наобщалась в прошлый раз. Мы теперь, можно сказать, добрые друзья.
– Уверена? – взгляд стал жутким, первым инстинктом было отвернуться или хотя бы опустить свои глаза, но я не поддалась. Если бы этот маг хотел или мог меня убить (не знаю, что его удерживает), то он уже бы сделал это. А пока… Это ему что-то нужно знать от меня, не мне. Хотя, признаться, я без понятия, что должна говорить. О шквале огня? Так я тоже о нем ничего не знаю, самой бы кто рассказал.
– Зачем распаляться на устрашающие взгляды? – чуть приподняв бровь, осведомилась я. Понимала ли, что играю с огнем? Да. Но терять мне было нечего. Шестое чувство подсказывало, что этот мужчина убил бы меня уже давно, если бы мог. А так… поиграем. – Зачем пришли?
– Даже так, – рассмеялся маг поразительно бархатистым и глубоким смехом, вводя меня в недоумение. Не может такой приятный смех принадлежать столь неприятному типу, ну не может! – Ладно, давай на чистоту. Зачем ты спалила мою лабораторию?
– Кто сказал, что я буду с тобой что-то обсуждать? – попыталась изобразить искреннее изумление, совершенно наглея и нарушая всяческие нормы приличия.