Авейра. Возрождение огня (часть вторая)

В следующих палатах были тоже больные, раненые и обессиленные люди, но они не произвели на меня такого впечатления как первый пациент. Не знаю почему. Его бледное измученное лицо так и стояло перед глазами, когда я выполняла свои обязанности. Стоит ли говорить, что всю ночь я провела рядом с этим раненным? Это была одна из самых сложных ночей в моей жизни, парень метался в бреду, и я постоянно боялась, что швы на его животе могут разойтись. К счастью, все обошлось. Постоянно находиться с парнишкой я не могла, были и другие пациенты, требующие моего внимания, но за него я почему-то переживала больше всего.

– Камилла, – под утро донесся слабый шепот до моего уставшего и задремавшего сознания. Я даже не сразу поняла, что происходит, но зов повторился. – Камилла…

На осунувшемся лице все того же бледного оттенка, мерцала робкая и любящая улыбка – больному снилась его возлюбленная. В этом у меня сомнений нет. Мое сердце защемило, а в глазах застыли слезы, – на ум сразу же пришел Бранд. Как он там, все ли с ним хорошо? Тряхнув головой, отогнала грустные мысли: «Еще успею погрустить!» – строго сказала сама себе и пошла проверять другие палаты. Все было спокойно. Моя первая смена в госпитале подошла к концу.

– Как ты? – утром перед обходом поинтересовался у меня доктор Генри Ро. – Медсестра Рима Слоу отзывалась о тебе положительно, кажется, ты покорила своей заботой сердце этой женщины.

– Трудная у вас работа, – устало вздохнув и взъерошив и без того растрепанные волосы, ответила я врачу. – Невольно пропускаешь все через себя…

– Никто и не говорил, что будет легко, – улыбнувшись, проговорил мужчина. – Это же все-таки отработка грехов, как-никак.

– Если мы все мертвы, почему тогда болеем? – выпалила интересующий меня вопрос.

– Мертвы мы там, а здесь мы все те же люди, – пожал плечами врач. – Если честно, моих познаний в этой области недостаточно, чтобы ответить на твой вопрос. Но одно я могу сказать точно: живем мы долго, не стареем, как и банальными простудами не болеем. А вот от физических повреждений, проклятий и подобного – не застрахован никто.

– Оу, – почесав затылок, вымолвила я. Из-за тяжелой бессонной ночи соображала я медленно, – а где же они эти повреждения умудряются получать?

– На работе, – пожал плечами доктор Ро. – Не только мы с тобой свои грехи отрабатываем на благо хэллам. Остальные души тоже трудятся. Иди спать, у тебя было непростое дежурство.

В комнате я еще долго размышляла над странным устройством этого мира. Правда, делала это ради одной только цели – не затонуть в пучине отчаянья, поскольку в мою голову того и гляди пытались проскользнуть мысли о королевском маге. От осознания того, что я никогда больше не увижу синих глаз лорда де Сонта, мне становилось безумно плохо и больно.

В этот день мне приснился лорд, он словно звал меня через толщу воды, будто мы находились по разные стороны глубокого озера. Бранд пытался до меня докричаться, как и я до него, но все было безуспешно. Пару раз я пыталась шагнуть навстречу магу в озеро, но встречала на своем пути ледяное, как могильный камень, препятствие. Словно это и не вода была вовсе, а прочное твердое стекло, обжигающее своим холодом.

Проснулась совершенно разбитой и раздавленной, хоть и спала я непозволительно долго. Как ни старалась я не поддаваться эмоциям и тоске, у меня ничего не получалось. После завтрака в одиночестве, решила прогуляться и осмотреться, быть может, это меня хоть немного отвлечет.

Госпиталь располагался почти в самом центре города, а буквально в нескольких кварталах от него возвышался огромный и величественный дворец, шпили башен которого можно было запросто разглядеть и на окраине. Смотреть долго на это здание было сложно, не очень удобно держать голову задранной, а все самое интересное было именно наверху. Гигантские скульптуры украшали крышу дворца, монументы огромных львов с крыльями выстроились в ряд, словно каменные охранники, и следили за каждым проходящим мимо существом. Дворец произвел на меня огромное впечатление, он совершенно не походил на тот, в котором я работала при жизни, нет. Этот был выполнен из грубого материала, и каждая деталь в нем говорила не об изысканном вкусе королей, а о том, что король всегда готов к войне. Не знаю, почему у меня сложилось такое впечатление, но оно было стойким.

Меня тянуло с невообразимой силой подойти ко дворцу еще ближе. Он манил меня к себе будто огромный магнит, уговаривая сделать хоть еще один шаг к нему. Как завороженная я подходила к зданию все ближе, не в силах оторвать взгляд от огромных монументов львов…

– Отойдите, – строго проговорил стоящий перед высокими, светящимися голубым цветом воротами, хэлл. – Душам запрещено подходить ближе, чем на пять метров.

– Извините, – робко проговорила, опуская голову. Спорить со стражем, полностью облаченным в боевое снаряжение, у меня и мысли не возникло. Запрещено, так запрещено.

Абсолютно все в Хэллворде было мне чужим, и привыкнуть к мысли, что теперь именно здесь проведу много-много лет, я все никак не могла. Да и как можно к такому привыкнуть? Небо розовое – это одна из первых вещей, которые выбивают из колеи при выходе на улицу. Ну а два красных солнца – это разве не странность? Про слишком насыщенную, выдержанную в темных тонах природу я вообще молчу. Если серые стены – то густого графитного цвета, если трава – то темно-изумрудная, если красный цветок – то кровавого оттенка.

Странность Хэллворда заключалась, на мой взгляд, не только в окружающем пространстве, но и в населении тоже. Самих хэллов было не так уж и много, по улицам они не гуляли, а все встреченные мною прохожие были обычными людьми. Странно.

– Как тебе город? – спросила меня Рима Слоу, как только я успела переступить порог больницы. – Помню, первое время все никак не могла привыкнуть, но спустя каких-то пару веков все кажется обыденным.

– Веков… – глупо повторила, округлив глаза. Конечно, я прекрасно помнила слова доктора Ро о том, что души живут долго и не стареют, но чтобы несколько веков! Такого я почему-то не ожидала. «Наши маги тоже живут больше века, – грустно подумала про себя, – но обычные люди редко доживают до ста».

– Тоскуешь, – вынесла вердикт женщина. – Все мы через это прошли.

– И как справлялись? – с надеждой получить проверенный рецепт поинтересовалась я.

– Все так же – время. Спустя годы понимаешь, что все твои близкие люди уже давно на Хэллворде или в другом каком месте… да только вы уже совсем чужие друг другу люди. – С печалью в голосе проговорила медсестра Слоу.

До меня начало с запозданием доходить: абсолютно все души, встреченные мною в этом мире, когда-то имели совершенно другую жизнь. Возможно, у доктора Ро была семья, дети, но его жизнь прервалась, и он оказался здесь. Странно, медсестра Слоу и доктор мне казались такими добрыми и отзывчивыми людьми, но если сюда отправляют грешников – в чем провинились они? «Задавать подобные вопросы малознакомым людям бестактно, – вовремя одернула саму себя, – если выдастся момент, тогда спрошу».

– Неужели нет совершенно никакого выхода? – в моем голосе слышалось отчаянье.

– У каждого из нас свой срок, – философски отметила медсестра. – Однажды я была свидетелем очень редкого события. После спасения очередной жизни предыдущий врач, мадам Барку, вознеслась.

– Что? – не совсем поняла, о чем мне говорит женщина. – Как понять «вознеслась»?

– Это значит, что она искупила свои грехи. – С благоговением проговорила Рима Слоу.

– Ого, – уважительно протянула я. – Это редкость?

– Многие не доживают до этого события, – пожала плечами медсестра. – Большая часть душ распределены на более тяжелую работу, опасную. Но не спрашивай меня, куда отправляются души после смерти здесь. Этого никто не знает.

– То есть мне еще повезло, что я попала сюда, – сделала вывод я.

– Нам всем повезло, – кивнула женщина, – но нас в больнице всего шестеро. Видишь, какая редкость попасть искупать грехи в больницу. Я даже была удивлена, что тебя распределили в санитарки.

– Почему? – выводом медсестры, правда, удивлена я не была. Никогда бы про себя не подумала, что смогу работать в области медицины. В нашем мире это слишком престижная профессия, и все медсестры – будущие врачи, а врачи – маги.

– По тебе сразу видно, что ты далека от врачевания, – хмыкнула женщина. – Но что-то ты меня заболтала, пора мне идти.

– До свидания! – махнула рукой медсестре и направилась в свою комнату переодеваться.

В моих планах на сегодня было навестить моего первого пациента. Если верить словам Римы Слоу, кризис миновал, но, если честно, я продолжала за него переживать. Никак не могла забыть об этом больном. Из несчастных обитателей трех палат, за которые мне вчера довелось отвечать, запомнился мне только он один.

Бредя к больному, я боялась, что ему стало хуже… или он вовсе умер. Но, заглянув в щель приоткрытой двери палаты, я неожиданно стала свидетелем необычной для этого места сцены: на койке пациента сидела статная девушка с пепельными волосами и безукоризненно прямой осанкой, а ее белая как снег ладонь крепко сжимала пальцы парня. Нарушать такой момент мне совершенно не хотелось, и я притаилась за дверью, наблюдая. Наверное, правильнее было бы развернуться и уйти, но шестое чувство велело мне задержаться и послушать, о чем будут говорить эти двое.

– Камилла, – голос молодого человека был по-прежнему тих и слаб, но даже в таком состоянии в нем были слышны огромная нежность и забота, от чего мое собственное сердце забилось сильней. – Тебе опасно здесь находиться.

– Ничего не желаю слушать, – твердо и уверенно ответила девушка.

«Так вот кого он звал в бреду» – промелькнула мысль в моей голове.

– Они накажут тебя, – с ужасом в голосе проговорил парень. – За себя я не боюсь, я уже и так мертв, но вот ты… Камилла, нам нельзя больше видеться.

– Не смей даже думать об этом, – поднимаясь с кровати и обходя ее по кругу, проговорила девушка. Ее красивое бледное лицо исказила гримаса боли и страдания, а когда она снова опустилась рядом с молодым человеком, ее голос был тих и печален. – Не прогоняй меня, прошу. Я не вижу своей жиз…

– Нет, – прервал ее пациент, – не говори этих слов.

– Анрики! – воскликнула девушка, – мы все преодолеем вместе! Мы спрячемся от моих родственников! Переместимся куда угодно! Да хоть в другой мир! У нас все получится!

– От твоего отца не скрыться, – эти слова молодого человека прозвучали как приговор. – Не зря же его прозвали ищейкой повелителя, он найдет тебя, где бы ты ни находилась.

– Неправда! – снова чересчур эмоционально проговорила Камилла. – Если сыну властелина удалось сбежать, то и у нас получится!

«О, а вот это уже куда более интересно, – мысленно сделала себе пометку. – То есть какому-то принцу удалось сбежать из мира? Или просто сбежать от отца-диктатора? Надо будет аккуратно разузнать об этом, не привлекая лишнего внимания. Но если бы было возможно вернуться домой, души бы ведь не возносились?» Последняя мысль меня не сильно обрадовала, но я решила раньше времени не тешить себя надеждой, все же с того света еще никто не возвращался. Я, по крайней мере, о таком не слышала.

– Моя любовь, – грустно проговорил парень, целуя ладонь хэллы, – как бы мне хотелось никогда с тобой не разлучаться… Но твоя жизнь дороже всех благ мира, поэтому нам необходимо расстаться!

– Нет! Нет! – вскакивая и приближаясь к двери, – мне даже пришлось сильнее вжаться в стену, чтобы меня не заметили, – проговорила блондинка. – В ближайшее время предстоит единственный бал в году, в честь богини Смерти, нас с отцом пригласили.

– Это ничего не меняет, – хрипло вздохнул пациент, по голосу было понятно: он устал и измучен. – Камилла…

– Анрики, – быстро защебетала девушка, – я попытаюсь пробраться в библиотеку императора и что-нибудь разузнать! Только прошу тебя, не покидай меня! Не оставляй меня! Ты моя жизнь! Мы со всем справимся!

– Камилла, – еще раз глубоко вздохнув, сказал парень, – только пообещай мне быть осторожней. И давай договоримся: если ты ничего не выяснишь, ты не будешь рисковать собой. Ты просто постараешься забыть обо мне. Пообещай.

– Нет! – решительно ответила девушка.

– Пообещай, – настойчиво попросил Анрики.

Дальше слушать я не стала. Максимально тихо, насколько могла, вернулась в свою комнату, решив, что больше в разговоре влюбленных я не почерпну для себя ничего интересного. Да и некрасиво это – подглядывать и подслушивать. Но, с другой стороны, если у меня появится возможность вернуться к Бранду де Сонту, разве я не воспользуюсь ей? Конечно, воспользуюсь! Даже и думать не стану. Как же я скучаю по нему…

«А Камилла молодец, – с грустью подумала, усаживаясь на свою кровать, – мне не хватило смелости так бороться за свою любовь. Мне даже признаться во всем не хватило духу… Остается надеяться только на одно – планы «шелеста» провалились и моя смерть не напрасна». В размышлениях об этом меня и застал доктор Ро.

– Авейра, ты готова к завтрашнему дежурству? – задал вопрос врач. – Если ты себя плохо чувствуешь после вчерашнего дежурства, мы поймем. Все же ты только недавно восстановилась после арены.

– Нет-нет, – отрицательно замотав головой, ответила доктору, – со мной все в порядке, спасибо. Завтра я точно приступлю к своим обязанностям. У медперсонала и так не самый простой график.

– Нас мало, это верно, – улыбнулся своей открытой улыбкой мужчина, – а до твоего прихода медсестрам приходилось выполнять и работу санитарок. Ладно, мне пора на вечерний обход. До завтра.

– До завтра, – эхом повторила я.

Близилась ночь. Дневной сон отнимает много времени, но совсем без сна тоже невозможно. Врет пословица, что «на том свете выспишься». На том свете скорее «все отработаешь», а на сон времени не так уж и много. Перед сном я анализировала разговор влюбленных, пытаясь отогнать слезы и воспоминания о Бранде.

«Если есть способ вернуться, – засыпая, прошептала себе под нос, – то я обязательно им воспользуюсь».

Снился мне снова королевский маг. Эта встреча была как отдушина, но на этот раз нас отделяло не озеро, а прозрачная стена. Маг смотрел на меня с такой непередаваемой нежностью, что мое сердце на секунду замерло и, встрепенувшись, застучало еще сильней. На глаза навернулись слезы, и я одними губами прошептала: «Скучаю». Лорд де Сонт что-то кричал, бил кулаками по стеклу, но до меня не доносилось ни звука. Королевский маг ругался – это было видно по выражению его лица, но его глаза отражали такую обеспокоенность и такую нежность, что сомнений в том, что он чувствует, у меня не было. Он скучает по мне. Ему меня не хватает. Как жаль, что это лишь сон.

Проснулась на мокрой подушке, – всю ночь я смотрела на любимого и не могла к нему прикоснуться, не могла поговорить с ним. Кричать он перестал довольно быстро, остаток ночи мы стояли, прислонившись к стене руками, напротив друг друга, а по моим щекам текли беззвучные слезы.

«Хорошо, что он мне хотя бы снится, – расчесывая волосы и собираясь на работу, думала про себя. – Хотя бы воображение позволяет мне видеться с ним».

Палату Анрики я оставила напоследок. К тому времени, когда я подошла к ней, большая часть утренних обязанностей была выполнена, и можно было не спеша понаблюдать за парнем. В лоб спрашивать о вчерашней визитерше и их разговоре, конечно же, не собиралась, решила просто посмотреть на поведение молодого человека. Я невольно прониклась к нему симпатией, и меня интересовал вопрос: его так из-за Камиллы избили? Но его задавать тоже не стоит. Лучше вообще ничем не выдавать свою осведомленность о его отношениях с хэллой.

– Доброе утро, – войдя в комнату, я обнаружила молодого человека за чтением книги. Сегодня он выглядел в разы лучше, чем вчера. Идет на поправку.

– Здравствуйте, – чуть кивнул мне Анрики и продолжил чтение.

«Хорошо, – подумалось мне, – значит, вчера я все же осталась незамеченной». Выполняя обычные дела санитарки (надо признать, не самые простые), я размышляла: как же мне аккуратно все разузнать и, если понадобится, присоединиться к этой парочке в их задумке? Вопрос решился сам собой, за что огромное ему спасибо.

– Я нашла ритуал! – влетая в комнату, воскликнула Камилла, и лишь после своих слов озадаченно оглянулась на меня. Тому, с какой скоростью на ее лице сменяли друг друга эмоции, позавидовал бы любой актер: восторг, удивление, непонимание и напоследок негодование – дольше всего задержавшееся на красивом лице хэллы.

– Камилла, – вздохнул парень, посмотрел на меня и, кажется, по растянувшейся на моем лице довольной улыбке, все понял. «Не отвертитесь, голубчики» – подумалось мне, от чего моя улыбка стала только шире.

– Здравствуй, – обратилась к девушке, стараясь вложить в своей голос как можно больше доброжелательности.

– Вы не могли бы нас оставить? – Камилла быстро взяла себя в руки, и сейчас в ее голосе читалось лишь подчеркнутое высокомерие.

– Конечно-конечно, – кивнула, направляясь двери, – как раз нужно сообщить доктору Ро, что его сложный пациент собирается участвовать в каком-то ритуале. Я ведь вас правильно поняла? А для здоровья молодого человека это может быть крайне опасно.

Хэлла только что зубами не заскрипела, в палате атмосфера накалилась, девушка еле сдерживала свою злость. Алые глаза Камиллы метали молнии и готовы были прожечь дыру во мне. Если сказать по правде, стоять под таким взглядом не особо приятно, но чего только ни сделаешь ради любви. «Бранд, я попытаюсь!» – твердила я фразу у себя в голове как мантру, спокойно отвечая на разгневанный взгляд девушки. Не время для слабости.

– Чего ты хочешь? – скорее прорычала, чем сказала хэлла. Анрики благоразумно не вмешивался в наш разговор, но руку девушки чуть сжал, видимо пытаясь призвать любимую к спокойствию.

– Ничего особенного, – прикрывая дверь и отходя от нее, тихим голосом ответила ей. – Всего-навсего чтобы вы взяли меня с собой.

– А не проще ли нам будет избавиться от тебя?! – из уст девушки вырвалось шипение, а глаза загорелись огнем. «Кажется, я разозлила сильного мага, – промелькнула мысль, – но какая разница? Умирать второй раз уже не так страшно.»

– Камилла, – позвал подругу молодой человек, – прекрати. Прошу.

Взглянув на любимого, хэлла преобразилась: с ее лица слетела маска ожесточенности, гнев и огонь в глазах сменились лаской и теплом. Сомнений в их чувствах быть не могло. Мое сердце жалостливо сжалось, напоминая о синих глазах Бранда, о наших поцелуях. «Хватит, – мотнула головой и мысленно призвала себя к порядку, – сейчас не время и не место!»

– Камилла, – тихо позвала я хэллу, и, как только она повернулась, продолжила. – Я просто хочу домой.

На мою последнюю фразу девушка долго ничего не отвечала, расхаживая из стороны в сторону по палате и ворча что-то себе под нос. Мы с Анрики наблюдали за ней молча, он с теплотой во взгляде, а я озадаченно. В любом случае лучше объединяться с единомышленниками, чем с врагами. Ругаться с Камиллой мне не выгодно.

– Хорошо, – спустя добрых десять минут своего хождения сдалась девушка. – Подробностей ритуала и что в его ходе может понадобиться, мне пока выяснить не удалось. Но в записях отца я нашла упоминание о том, как Шелдон сотворил нечто подобное более тысячи лет назад.

– Шелдон? – вопросительно спросили мы с Анрики хором.

– Сын владыки, – как нечто само собой разумеющееся ответила хэлла. – Бывший наследник престола. Он сбежал из Хэллворда более тысячи лет назад, и с тех пор о нем ничего не известно кроме того, что какое-то время он регулярно поставлял сюда души. Но и это давным-давно закончилось.

– Может он умер? – спросила я. – Все же больше тысячи лет прошло.

– Хэллы не умирают, – с торжеством улыбнулась девушка, но все же добавила. – Сами уж точно. Но кто мог убить его в другом мире?

– Враги, – пожала плечами. – Если он поставлял души, значит, убивал людей. А это вряд ли могло понравиться коренным жителям другого мира.

– Хэлла может убить только обитатель Хэллворда, – как прописную истину стала разжевывать мне Камилла, – и то не всякий. Справиться с тренированным наследником – не самая простая задача. Так что скорее всего он жив.

– Нас волнует другое, – проговорила я. – Если он сбежал и даже поставлял души – значит переход прошел успешно. Нужно выяснить все нюансы ритуала.

– Если б это было так просто, – взъерошив пепельные волосы, проговорила девушка.

– Никто и не говорил, что будет легко, – подвел итог Анрики всем нашим словам. – Но, кажется, все мы уже решили испытать удачу.