Ты мне (не) нужен

Глава 7

Я еду в больницу, суетливо лавируя мимо попутных машин. Мое настроение на нуле, и я думаю, как отменить нашу с Максом запись на долгожданную процедуру ЭКО.

И в то, что муж вдруг изменит решение, уже не верю. Он не передумает. Просить, унижаться перед ним я не хочу. Хватит того, что он так резко отшил меня и назвал виновной в том, что мы не можем иметь детей…

Боль только нарастает.

Разлад у родителей, моя семья на грани развода и несостоявшаяся беременность… Все свалилось на меня в один миг! Мне так нужна поддержка Макса, но он делает все, чтобы меня добить! Точнее, муж вообще ничего не делает!

Мои подозрения о том, что у него есть другая, теперь становятся навязчивой мыслью. Я еду “на автомате”, машинально рассматриваю город, оцениваю дорожную обстановку в потоке машин, но мои мысли сейчас далеко.

Быстро, небрежно занимаю место в правом ряду. Паркуюсь около первой попавшейся кафешки и срочно звоню мужу.

Я не могу удержаться. Заставляю себя успокоиться и следовать на работу, но тут же поднимаю трубку телефона и набираю Максима.

– Алло, что ты хотела?

Когда слышу его ледяной тон в трубке, сердце сковывает ознобом. При всей любви к мужу, прекрасно вижу, что за последний месяц мы стали с Максом жить по привычке, как соседи.

– Ты сегодня будешь в клинике? – спрашиваю его, а сама уже сто раз пожалела, что набрала!

Всему виной чертовы расшатанные нервы!

– Лия, я уже здесь. Но у меня нет времени что-то обсуждать и ссориться! Я забрал документы и уже уезжаю! Кстати, что там с этой пациенткой… Мамаева Вика, кажется?

– С ней все в порядке, – цежу безразлично. – Ее перевели из реанимации в палату и пока это все. А к чему ты спрашиваешь?

– Да так, просто, – говорит он. – Ты же мне сама про нее вчера все уши прожужжала!

– Я сказала всего одну фразу, – уточняю, а Максу уже не хочется меня слушать.

– Лия, я занят, – выдыхает он в динамик отрешенно. – Если ты насчет беременности, то я все сказал! У нас с тобой, похоже, несовместимость! Значит, я поищу для себя другую жену. Считай, что я предупредил тебя о разводе!

Его слова режут по живому, словно ножом!

– Максим, скажи мне кто она? – сдерживая подтягивающую горечь, говорю своему любимому мужу.

Макс замолкает в минуту. Ненавистная пауза давит, я нарушаю ее первой.

– Скажи, у тебя ведь есть другая женщина?

– Ты судишь всех по себе, моя дорогая жена? – с ухмылкой бросает Макс.

Больше он ничего не говорит, а я просто отключаюсь.

По дороге в больницу думаю о том, что Максиму уже стало известно о моем вчерашнем жарком поцелуе с Русланом.

И я не знаю, что сделаю с Касумовым, только увижу его точеное лицо.

Красивый и жестокий мужчина за пару дней разрушил мой брак! Как это вообще возможно?! И зачем я, спрашивается ему сдалась?!

У клиники я вижу, как машина Макса отъезжает от парковки и сворачивает на шоссе, мигая фигурными задними фарами.

Отмечаю, что большого мишки, который сидел на пассажирском сиденье, уже нет. Для кого же он предназначался?

Опустошенная, я бреду в холл. Мимо меня проходят коллеги и я машинально с ними здороваюсь. Поднимаюсь на свой этаж и легко выдыхаю: Руслана здесь нет!

Мне сразу же становится лучше, и я с удовольствием распахиваю двери кабинета. Здесь меня встречает озадаченная Нелли.

– Доброе утро, – говорю ей. – Как у нас дела? Как там Вика?

– Доброе, – коротко бросает Нелли. -Да, так…

– Что с ней? – спрашиваю я, накидывая халат в спешке.

– Давление скачет, – говорит она также сухо.

– Нелли, что произошло? – спрашиваю у своей медсестры.

– Ваш муж будет собирать общее собрание и поговаривают, что ваше место будет скоро вакантно.

– Что? – выдавливаю я. – Что за глупости, Нелли? Кто разносит эти бредовые слухи?!

– Не знаю, не знаю, настолько ли они бредовые! Жаль, что я не согласилась пойти к Альбине Романовне! А мне еще говорили: "Тебе повезло! Доктор Лия – жена нашего нового хозяина, иди к ней медсестрой, будешь просто в шоколаде!" А вышло как?! И что мне теперь делать, Лия Александровна?!

Тут Нелли начинает впадать в истерику, говорит, что она из-за меня останется вовсе без работы!

– Если уволят вас, Лия Александровна, что следом за вами вылечу из клиники и я! У нас нет недостатка в медсестрах, вы же это понимаете?

Ее укоры и претензии меня задевают. Я не девочка для битья, и она могла бы говорить спокойнее, но вместо этого предъявляет мне претензии!

– Я позвоню мужу и все выясню, – отвечаю спокойно и выхожу прочь из кабинета.

Но что-то заставляет развернуться.

– Нелли, а где Касумов?

– Он мне не отчитывается, – ехидно цедит, таращась на меня из-под очков Нелли.

Я закрываю двери и спешу в палату к Вике. Параллельно думаю о Максе.

Неужели, муж не просто развестись, но и уволить меня из клиники?

От осознания, что творит Максим за моей спиной, внутри все сжимается! Чувства к мужу вянут, а вместо них все заполоняет щемящая пустота.

Я должна ему позвонить, но сил ругаться просто нет. Снова слушать его прохладный тон и унижаться?! Я знаю точно, что просить оставить меня в больнице я не буду! Хочет уволить, что ж…

Видимо, наш брак уже не спасти, и взаимное отчуждение только нарастает. Домашние ссоры вылились в подлое решение Макса убрать меня. Пусть увольняет!

Мне жаль только Нелли в этой ситуации. Моя медсестра действительно ни в чем не виновата!

Я выхожу из кабинета, и тут же попадаю в руки к моей подруге Юле.

– Привет, Лия! Куда ты так спешишь?

После нашего последнего “милого” общения, я уже не считаю ее своей лучшей подругой. Красавица и умница Юля открылась мне вдруг совершенно с другой стороны.

– Я занята, прости, – кратко поговариваю ей и лечу дальше, даже толком не поздоровавшись.

– Лия! Что за спешка? Расскажи, что у вас там с Максом стряслось? Слышала, вы без пяти минут в разводе! Тут такие сплетни по больнице про тебя ходят, хоть бы рассказала подруге!

Эта фраза цепляет меня на крючок и я останавливаюсь. Спрашиваю, что же Такое про нас говорят?

– Ну, как? Это я у тебя хотела спросить! Говорят, что ты завела интрижку с мужем своей пациентки, а я ее загнала в реанимацию. Видимо, решила занять место жены красивого брюнета, который только что стоял вот под этой дверью и ждал тебя.

Она смотрит на меня своими большими, круглыми глазками, а я не могу языком пошевелить от услышанного! Я привыкла к больничным сплетням, но это уже перебор.

Глава 8

Я подхожу к Юле и упираюсь в нее прожигающим взглядом.

– Кто тебе сказал эту чушь? – гневно выговариваю подруге, а та ехидно улыбается.

– А я здесь причем? Я просто переживаю за тебя! Что с тобой происходит в последнее время? Ты сама не своя!

– Все в порядке, – говорю отрывисто и не желаю с ней откровенничать после всего сказанного Юлей.

– Лия, давай мы пойдем выпьем кофе, поговорим. Тебе ведь плохо, я все вижу!

В приступ небывалой дружеской любви, который я наблюдаю у Юли “здесь и сейчас”, мне совершенно не верится. Смотрю на ее смазливое личико и хитрые глаза и понимаю, что она просто хочет получить свою порцию вкусных сплетен от главного действующего лица.

– Мне некогда, Юля. Прости, нужно посмотреть как там Мамаева, – снова пытаюсь улизнуть.

– Мамаева… – задумчиво произносит. – Это вчерашняя роженица, ту, что перевели сразу после родов в реанимацию? Стоп! Лия, так это ее муж сегодня мерил шагами коридор и требовал подать ему тебя?

Слова Юли запускают тревогу в мою душу и теперь понимаю, что вчера все видели Руслана, а сегодня он явился и добавил почвы для пересудов!

Я отхожу от нее, направляюсь к палате, где должна лежать Вика.

– Надо же, такая тихоня и так открыто изменяешь мужу! – цедит с восторгом Юля.

Я разворачиваюсь и говорю ей прямо в лицо:

– Ну не всем же спать с женатыми тайно и рожать от них детей, как это делаешь ты!

Та округляет глаза. Хватает воздух ртом, потом спешно тараторит обвинения в клевете.

– Ты что несешь? Кто еще женат? Мой мужчина – только мой, тебе ясно!

– Это ты жене его скажи, мне-то что? – бросаю и иду дальше, а Юля остается в коридоре и пристально следит за мной.

– Его жена дура, – улыбается Юля. – Ты зря корчишь из себя уставшую от проблем. Это еще не проблемы, Лия.

Я удаляюсь от нее, прохожу мимо нашего заместителя главного врача. Николай Семенович стоит посреди коридора и рассматривает камеру видеонаблюдения, которая висит прямо над его кабинетом.

– Добрый день, Лиечка Александровна! – говорит он мне.

– Добрый день! – отвечаю с улыбкой. – А что же вы тут делаете?

–Да вот, у меня портмоне стащили в нашей клинике! Я в шоке, хотел написать заявление и думал, что тут камеры рабочие, а они, оказывается, уже месяц ничего не показывают, представляешь?

– Видимо, Максу не до этого, – думаю про себя и следую дальше, оставляя Николая Семеновича стоять озадаченным в коридоре.

У палаты Вики я нахожу Жанну. Она выходит от нашей многострадальной пациентки и едва не сталкивается со мной.

– Лия! Ты меня напугала!

– Привет, Жанна. Как она? – спрашиваю с волнением.

– Ну, пока все стабильно. Не знаю, обрадует тебя эта новость или огорчит. Но с Викой и ребенком все в порядке…

Голос Жанны и ее поведение мне не нравятся. Она смотрит на меня как-то по-другому. Жалит взглядом и улыбается беспрестанно.

– Жанна, почему ты так смотришь? – спрашиваю ее прямо.

– Да так, кое-что рассказали сегодня утром, и вот теперь думаю, может ты специально не стала госпитализировать Викторию? Ну, чтобы поскорее оказаться в объятиях ее мужа, к примеру? Хотя, не мне тебя судить. Каждый добивается счастья своими методами.

Я готова провалиться сквозь землю! Никогда бы не подумала, что слышу сейчас укор в свой адрес в неверности Максу! Хотя нет, тут еще и обвинение в непрофессионализме и причинении вреда здоровью пациентки!

Я не выдерживаю и говорю ей прямо:

– Жанна, нужно отдавать отчет, когда ты бросаешься такими серьезными обвинениями!

Та безразлично пожимает плечами, обходит меня и только ухмыляется. А я стою и обтекаю прямо у палаты глупой блондинки, которая сама сбежала из больницы!

Я оглядываюсь по сторонам и не верю, что весь этот сюр происходит со мной и именно в этот день!

В палате тихо. Размеренно щелкают датчики, по капле скатывается жидкость в трубке капельницы. А бледная Вика лежит на кушетке с закрытыми глазами.

Я прохожу к ней и немного наклоняюсь, глядя в красивое, безжизненное лицо.

– Почему же ты не осталась в больнице, Вика? Зачем поехала за Русланом, ведь он этого не стоит?! – говорю ей тихо, но блондинка меня не слышит.

После наблюдения за датчиками заключаю, что давление стабильно, как и пульс.

Оставляю девушку и думаю, что больше информации я получу у реаниматолога, которая вчера спасла Вику. У Жанны или Нелли спрашивать бесполезно.

Кажется, весь персонал клиники во главе с моим мужем ополчился на меня из-за Руслана и его любовницы!

– Чертов Касумов! – сидит занозой в голове только эта мысль.

Я иду по коридору и пытаюсь отыскать вчерашнюю бригаду. Следую по кабинетам, но врача нигде не нахожу.

Санитарка на первом этаже говорит мне, что она сменилась утром, как и положено, и теперь подробный отчет можно получить только у Жанны.

Я выдыхаю, решаю, что сейчас можно было бы выпить немного кофе. Но, кажется, что это муторное утро уже ничего не спасет!

Не хочу возвращаться наверх и забирать свои вещи в кабинете, где сидит надутая, как сыч, медсестра Нелли.

Решаю, что до небольшой кофейни идти пять минут и я не замерзну без куртки. Выхожу на улицу и попадаю под мелкий, надоедливый дождь.

Я следую по больничному двору. Около клиники стоят молодые врачи и перешептываются, провожая меня.

Мне неловко, липкие взгляды устремляются мне в спину. Я представляю, что можно придумать, видя, как жена хозяина клиники целуется ночью под окнами с мужем своей же пациентки!

И теперь никому не докажешь, что целоваться с Русланом я не хотела, а Вика ему вовсе не жена. И даже в своем отцовстве у Касумова нет точной уверенности…

Вся эта грязь давит на меня. Будто бы я втянута в чью-то ужасную, нелепую игру!

Пока заказываю кофе, понимаю, что никаких тайных врагов у меня нет и быть не может!

Есть мой уставший от брака муж и есть чужой мужчина, который решил сделать меня своей без моего желания. Вот и все. А я не хочу быть ни с Максом, ни с Русланом.

Самое ужасное, что теперь мне придется пожертвовать своей работой. Развестись с мужем, уехать из моей квартиры и начинать все сначала…

От ужасных мыслей меня будто бьет током. Я резко оборачиваюсь и вижу, как из больницы выбегают несколько сотрудников и бегут ко мне, кричат мое имя.

Я неловко поворачиваюсь и роняю полный стакан с кофе тут же на землю!

– Лия! Лия Александровна, стойте! – кричит мне санитарка и еще двое мужчин бегут следом за ней.

Мне становится вдруг страшно, и я чудом не пускаюсь в бегство по инерции. Но стою и жду, пока они подойдут ко мне и скажут, что же стряслось.

– Виктория, ваша пациентка умирает! Пойдемте, срочно, – по словам выдавливает женщина.

Я без слов срываюсь с места. Бегу в здание клиники и даже сама не понимаю, как оказываюсь около палаты Вики.

Ее уже здесь нет, она снова в реанимации, а на полу я вижу оторванные капельницы и датчики, которые только что были прикреплены к ее телу, пока стояла здесь. Не понимаю, что могло случиться за несколько минут? И почему Жанна оставила ее, если все так серьезно?!

– Это она отключила пациентку от аппарата! – кричит Жанна. – Я только что видела, как Лия заходила сюда!

Тут же стоит Юля и говорит, что тоже видела, как я иду в палату к Вике, и весь собравшийся персонал смотрит на меня, едва не тыча пальцами.

– Это не я! Я была у нее уже пятнадцать минут назад! – кричу им, а они просто пялятся на меня.

На глаза накатывают слезы, и я надеюсь, что Вику сейчас спасут! Но чуду не суждено свершиться дважды.

Заместитель главного врача, который только что видел меня в коридоре, набирает нашему главному. Значит, следующим будет знать и Максим.

Толпа постепенно начинает расходиться, но тут из реанимации возвращается отходившая туда Жанна и говорит, что молодую, эффектную блондинку не удалось спасти!

Я не верю в ее слова, хочу пойти туда, но Жанна преграждает мне путь, продолжая нагло обвинять в том, что случилось с Викой! Она не одна считает, что я могла бы убить человека!

После краткого разговора с главным врачом клиники, возвращается заместитель главного Николай Семенович и просит кого-то вызвать полицию, а потом смотрит на меня.

– Анатолий Иванович сказал, что сам сообщит Максиму Альбертовичу о случившемся. Лия, вам нужно оставаться здесь, сейчас приедет полиция… Они будут задавать вопросы, сами понимаете. Я не сомневаюсь, что ваш муж предоставит лучшего адвоката и все прояснится.

А вот я так не думаю и просто стою, беспомощно обхватив лицо руками и горько плачу....

Глава 9

Когда я успеваю добраться до своего кабинета, телефон уже красный от того количества пропущенных звонков Макса, которые ему пришлось выдержать.

Я понимаю, что главврач уже все ему передал, ведь за несколько минут муж успел позвонить мне двадцать раз. Я представляю, что сейчас в голове у Макса и в каком он бешенстве!

И снова муж звонит, а я не знаю, что делать и что ему говорить в свое оправдание!

Просто ужас, не верю, что все случившееся сейчас может быть правдой…

При виде меня в дверях, Нелли спрашивает с интересом: “А что за шум? Что-то случилось?”

Она врет, и это видно по хитрым, бегающих глазкам моей медсестры.

– Ты же стояла там, в коридоре, когда толпа меня окружила!

Я кричу на нее, и вообще впервые в жизни повышаю голос на кого-то из коллег. Но сейчас меня волнует то, что ни одна живая душа, ни один человек не заступился за меня! Все только шептались вокруг, а кто-то даже посмел назвать меня едва ли не убийцей, не разобравшись в случившемся!

– А что я могла сделать? – роняет Нелли. – Я одной ногой на бирже труда! Это же ваш муж почти уволил нас с вами из клиники! А за смерть пациентки я уж точно не собираюсь отвечать вместе с вами, Лия Александровна!

После гневной речи в мой адрес, она просто поднимается и безразлично двигается к выходу. Я провожаю ее взглядом, потом говорю ей вслед:

– Ты же знаешь, что я попросила Вику вчера остаться в больнице и она самовольно сбежала? Помоги мне, Нелли! Я знаю, что будет дальше: сейчас сюда приедет полиция, любовник Вики и куча юристов Максима!

– Зато теперь Касумов свободен, а Максим Альбертович, я уверена, вас вытащит.

Она строит довольную ухмылочку, а я просто подхожу и впиваюсь руками в ее белый, красивый медицинский костюмчик. Изо всех сил мну воротник и недовольно выговариваю:

– Что ты несешь? Мне Касумов и даром не нужен! Я не знаю, что происходит, но ты единственный человек, который слышал нашу беседу с Викой вчера! Я не убивала ее! А мой муж меня не защитит, Нелли, скорее наоборот!

Она поджимает губы, брезгливо одергивает мои руки и поправляет свой наглаженный, чистенький костюмчик.

– Мне очень жаль, Лия Александровна. Позвоните своей маме, она же вам точно поверит. И точно поможет. А я в ваших интригах больше не участвую! Если ваша жизнь летит под откос, то не ломайте ее другим! Вас никто не заставлял принимать ухаживая несвободного мужчины!

Она выговаривает все и с торжествующим видом уходит, а я падаю в кресло без сил и эмоций. Только слезы застилают глаза и боль рвется наружу.

– За что это все? – восклицаю, разговариваю сама с собой.

Мысли приходят одна за другой. Меня кто-то нарочно подставил. И смерть Вики была выгодна только одному человеку.

На тот момент я вижу, что к ее случайной гибели в реанимации приложил руку только Руслан!

И все провокации со стороны магната теперь кажутся всего лишь звеньями одной цепи. Он специально меня загоняет в ловушку! Но зачем я ему сдалась?! Не красавица, не богатая, а просто обычная, серая мышка из клиники мужа!

– Если только он сводит счеты с Максимом, – говорю снова сама с собой и тут в двери кабинета кто-то вламывается.

– Ох, Лия Александровна, а вы на месте? – говорит, неловко улыбаясь заместитель главного врача и начальник нашей охраны.

– А, что, я по вашему должна сбежать с места преступления?! Я не виновата! Там даже моих отпечатков нет! – кричу мужчинам сквозь слезы.

– Это полиция сейчас будет разбираться, – чеканит строгим голосом начальник охраны.

И выдает мне фразу, которая решает весь дальнейший ход событий.

– Максим Альбертович сказал, чтобы вы никуда не уезжали до приезда полиции. А в отделе кадров готовят документы, которые вам нужно будет подписать, Лия Александровна. И я вынужден буду все это контролировать.

Я понимаю, что муж даже не приедет, чтобы меня поддержать! Более того, я понимаю, какие документы сейчас спешно печатает наша кадровик: это приказы о моем увольнении.

Надежды на помощь больше нет.

– Лия, простите нас, но нам, как и всем нужна работа. У нас ведь семьи, – виновато выдавливает заместитель главного врача Николай Семенович.

– все понимаю, – только и могу произнести.

Через пару минут я принимаю новый звонок от моего мужа.

– Я даже не буду спрашивать, что происходит. Просто скажи мне, как давно это у вас?

– Макс, я не убивала Вику! И у меня ничего не с ее мужем!

Он молчит, нервно щелкает зажигалкой и жадно затягивается.

– Черт, я только бросил, и вот опять, по новой…

Снова ругается, чертыхается и обвиняет меня.

– Лия, как ты могла! Я ведь люблю тебя, как бы я не отрицал это и какой бы ты не была стервой! Я не хотел тебя бросать, до последнего…

Он обвиняет меня. И это сейчас говорит мне человек, репутация которого пока безукоризненно чиста.

И смысл его слов не совсем ясен. Будто, мой муж хотел со мной расстаться уже давно, а сейчас наконец нашел вескую причину.

– Макс, меня подставили! Я не знаю кто, но это не я отключила ее от аппарат! Это моя пациентка, я бы просто не смогла!

– Плевать, Лия! Тебя видела половина больницы! Ты же понимаешь, что тебе придется ответить за то, что сделала? И понимаешь, что соревноваться за тебя с Касумовым я не стану! Более того, ты должна подписать документы задним числом, что ты уволена из моей клиники.

Он курит, выдыхая серый дум в трубку, а я хочу только одного: чтобы это бесконечный, адский день стал просто кошмарным сном!

Отчаянье застилает мне глаза, а Макс все продолжает меня отчитывать!

– Я не позволю твоему Руслану и его мертвой любовнице замарать честь нашей клиники! Ты бы пошла рожать, зная, что врач может убить тебя из-за интрижки с твоим мужем? Вот и никто не пойдет, Лия!

Макс кричит, продолжает прессинговать, хотя куда уже дальше?! Я понимаю, что у меня нет поддержки мужа, да и мужа больше нет!

– Завтра к тебе явится мой юрист и ты подпишешь бумаги, касающиеся развода. Я не хочу, чтобы ты устраивала цирк в суде, поэтому тебе придется согласиться развестись и это будет чистой формальностью! Жаль, что придется ждать…

Он выговаривает, что на стадии предварительного расследования хотел бы, чтобы его вообще не трогали! Макс очень сильно переживает за свое “детище”, клиника оказалась ему дороже собственной жены.

Я без пульса, просто молчу и роняю слезы на белую крышку рабочего стола. Жизнь уходит из меня по капле, а Максим нажимает на горло еще сильнее.